— 2
31 марта 2016 г., 20:48
Какой бы сильной ни была твоя любовь... нельзя же просто взять и закопать ее в лесу. © «Однажды в сказке»
сказочный лес спустя 34 дня после пропажи верного слуги
Топот копыт разрушал застоявшуюся тишину. Как замельтешил народ у замка было слышно даже в высокой башне, в которой располагался тронный зал. Эдвард насторожился, прислушиваясь. Голоса за дверью, сопровождавшиеся грохотом цепей и скрежетом острых лезвий, становились всё громче. Тяжело задышав в приступе паники, король вцепился в ручки трона; он чувствовал, как на спине от напряжения выступали капельки пота. По воле случая, не по своей, король пользовался положением в собственных интересах, и никто его в этом не винил. Ни мать, ни сестра, ни слуга. Каждый сочувствовал и утешал, но никто не предлагал помощи, простой человеческой помощи. Он бы сел на коня, уехал в поисках своей звезды, но к сожалению, не мог: зрение так и не вернулось. С этих пор он перестал верить в пророчества, которые так любила его мать. В тронный зал вошёл главнокомандующий, который гордо носил это звание уже больше десяти лет и служил ещё при отце нынешнего короля. Его сапоги противно скрипели при соприкосновении с полом, скреблись, словно мыши в старой камере. Хотелось закрыть уши ладонями, плотно прижав их. — Ваше Величество, — доложил рыцарь. — Задание выполнено. — Спасибо, Роудс, — поблагодарил его король, после чего стража удалилась, закрыв за собой массивные двери. — Джарвис. Слуга подошёл к трону, взял короля за руку и помог подняться. Эдвард ступал осторожно, крепко держась за Джарвиса. Чем ближе он подходил к пленнику, тем сильнее чувствовались запахи, исходившие от него. Они смешивались, но король отличал каждый из них: металл, кровь, оружие. Пленник не нервничал, молчаливо ждал своей участи, искренне веря в своего короля. Пусть сейчас он стоял в кандалах средь тронного зала, но его преданность не померкла ни на секунду. Он знал, за что его арестовали; он знал, что ни в чём не виноват и сможет доказать это всему миру, если понадобится. — Ты... — Эдвард остановился, продолжая держать слугу за руку. — Я верный слуга ваш, сын Одина. В народе зовут меня Тором, — ответил пленник. — Лекарь, — подсказал королю Джарвис. — Мои люди говорят, что ты владеешь магией, — спокойно сказал Эдвард. — Это не правда, клянусь, Ваше Величество! Кто-то наговаривает на меня, кличет беду на королевство, Ваше Величество! Я простой лекарь, спросите любого. Хоть охотника Клинтона и его приятеля, что живут по соседству со мной. Король улыбнулся. Он не видел лица пленника, не мог прочитать по его глазам, как тот напуган, но прекрасно чувствовал натянутые струнами нервы, сильное напряжение и страх, большего было и не нужно. Лекарь вздрогнул, когда в руке короля неожиданно вспыхнуло пламя. Огненный шар вращался вокруг себя, иногда искажаясь, когда Эдвард двигал пальцами, и страх заиграл новыми красками. Пленник боялся не огня, не смерти. Страх в нём разжигала магия, о могущественности которой он знал не понаслышке. — Мой господин, — упавший на колени мужчина начал кланяться, касаясь лбом каменного пола. — Я говорю правду, я не владею магией, но я знаю того, кто умеет многое. — Он может найти человека? — Он может обучить.*** сказочный лес спустя 36 дней после пропажи верного слуги
Солнце садилось, пряча горячие лучи в глади озера. Вылезая из лодки, парень протянул вперед сетку с пойманной рыбой, и лишь после ступил на берег сам, тут же оказавшись в тёплых объятиях. Наверное, именно их он и ждал весь день. — Натали, — улыбнулся парень, прижимая девушку к себе одной рукой. — Не нужно было меня встречать. Лес - не самое подходящее место для тебя. — Ерунда, я могу дать отпор любому. Ты же сам меня учил, помнишь? — закатив глаза, Натали взяла его за руку. — Пошли домой. — Улов небольшой. Сегодня я сплоховал. — Мы найдём выход, Джимми. Всегда находили, найдём и сейчас. В любой день можно купить мясо у Клинтона, — Натали, поцеловав в щёку, потянула его, призывая следовать за собой. Темнота подступала, и Джимми ускорял шаг. Он знал эти дороги, как свои пять пальцев, но всё ещё боялся потеряться в них. Страх, живший в нём с самого детства, преследовал его, словно хищный зверь, проникая в самые далекие углы души. Он боялся потерять в этом лесу ещё одного дорогого ему человека. Джимми всё ещё помнил, как пропал маленький Стивен. Он ведь слышал его крик, зов помощи, но так и не смог отыскать, за что винил себя по сей день. Ведь они обещали друг другу, что всегда будут вместе. Тропинка подходила к концу, и Джимми был готов вздохнуть с облегчением, как вдруг из кустов вышел человек: высокий, стройный, черные волосы спадали на плечи. Парочка остановилась, переглянувшись. — Должно быть, я вас напугал, — улыбнулся незнакомец. — Я… Заблудился. Не поможете? — Куда ты идешь? — спросила Натали. — В деревню, — хихикая, ответил он. — К брату. — Его арестовали. — Не думал, что ты меня помнишь, — незнакомец подошёл ближе, Джимми разглядел его лицо и без труда узнал его. — Он позвал меня. Сам. Натали фыркнула. Она не верила, что сын Одина стал бы прибегать к помощи лживого братца, обманувшего его не раз, и даже не два. Рука Джимми скользнула по резной рукояти стального ножа, с выгравированном на ней львом. — Без тебя ему будет лучше, поверь. Потому что если ты сотворишь такой же фокус, как с нами, брата твоего тут же казнят. Так что советую тебе убраться отсюда, рогатый, — прошипела Натали; с каждым её словом злости становилось больше, бога Обмана это только забавляло, и лишь Джимми видел, как она попадалась на уловки чёртового сукиного сына. — Полегче, родная, — прошептал он, притягивая её ближе к себе, словно пытаясь спрятать за собой. — О, ребятки, — хохоча, сказал рогатый. — Вы поженились? Эти кольца, как символично. Из чего они? Можно, я угадаю? — Иди, куда шёл! — злился Джимми. Рогатый засмеялся ещё громче. Ударить бы его в грудь ножом, чтобы больше никогда не видеть, но он знал, что это не поможет. Они несколько раз наблюдали, как умирал сын Лафея, и столько же раз видели его триумфальное возвращение, оборачивающееся трагедией для того, кто посмел покусится на его жизнь. — Вот это да. Вот это да, это да! — неожиданно вскрикнул рогатый, словно торжествуя. — Ребёнок. Натали и Джимми оглянулись, но никого не было рядом. Если здесь и был ребёнок, то он надёжно прятался. — Нас не обманешь. Просто освободи путь. — Ребёнок, — продолжал он, нервно смеясь. — Ребёнок! А вы и не знали. Жалкие людишки. Ничего не замечаете, пока вас не ткнуть в это носом! Носит она ребёнка твоего под сердцем. Не веришь мне, малыш? Своди свою жену к повитухе. — Не слушай его, — вмешалась Натали. — Он нарочно тянет время. Задумал что-то. Давит на болевую, Джимми. Ты прекрасно знаешь, что будет, если мы пойдём к повитухе. Она снова скажет, что я проклятая. — Жалкие, — шикнул рогатый. — Просто скажите, в какой стороне находится дворец короля Эдварда. — Тебе на 25 миль к западу, — Джимми достал компас и показал направление. — Спасибо, — признательно, по девичьи, рогатый склонил голову. — А к повитухе сходите. Будете потом рассыпаться в благодарностях. Ночью им обоим так и не удалось заснуть.*** наши дни
Уже неделю Стив не был дома, но отчего-то не особо торопился туда. Машина, которую внезапно ремонтировал сам мэр, всё ещё не заводилась. Питер, не теряя времени, каждый день предлагал новые решения для поисков таинственно пропавшего слуги. И он постоянно повторял себе, что пора бы сообщить мэру что творится в голове у его сына, но отношения с ним совсем не складывались. Сегодня они должны были встретиться на детской площадке, как и предыдущие пять дней до этого, расположенной недалеко от школы, и договориться каким будет их следующий шаг. И Стив ждал, до последнего жарился на солнце ровно до тех пор, пока не получил сообщение от Питера. Естественно, он не смог прийти. Операция «Паук» всё ещё оставалась на паузе. Операция, которую Питер затеял, казалась Стиву какой-то игрой, ерундой, но он не хотел разбивать мальчишеское сердце. Но за пять дней она, как ни странно, продвинулась, и по запросам, которые Стив отправил Сэму, нашлось несколько подходящих кандидатов на роль «верного слуги», но сам Роджерс считал это лишь чёртовым совпадением. Впервые за неделю, солнце палило; было жарко, нагрелась даже вода в бутылке, которую Стив таскал с собой. Он крутил её в руках, смотрел по сторонам и понятия не имел, чем теперь занять весь свой день. Кроме взбалмошного мэра и трудяги Клинта, работавшего барменом, Стив никого не знал, так что и свободное время проводить было негде и не с кем. Возвращаться обратно в мотель не хотелось, ибо там было ещё скучнее, чем здесь, пахло сыростью, а развлечения отсутствовали вовсе. Свесив ноги с горки, Стив вытащил из кармана небольшой блокнот. С маленькой детской горки открывался красивый вид на реку, вдалеке виднелся пирс, на котором всё утро восседал рыбак. А в нескольких метрах от него, в гавани, стояла яхта, служившая домом этому самому рыбаку. Стив что-то зарисовывал, смотря на пирс и яхту, а ещё много думал о том, почему мистер Старк не отпустил Питера к нему в этот раз. Причина, на самом деле, была очевидна, ведь мэр при первой встрече дал понять, что Питер - самое дорогое, что у него есть, и сейчас, когда родной отец так близко, любое общение может перерасти в привязанность, и тогда удержать мальчика будет в разы сложнее. Даже не пытаясь объяснить себе почему, Стивен пользовался шансом привязать мальчика к себе, расшатать отцовские чувства. Он не хотел рушить семью, в которой у Питера не было матери, но был любящий отец, который заботился о нём. Но хотел, чтобы и в его жизни был близкий и родной человек, за которого не страшно и жизнь отдать, как было с Пегги и, возможно, с кем-то до неё. — Мистер Роджерс? Подняв голову, Стив увидел перед собой молодую девушку. Она чуть заметно улыбалась, прятала руки в карманы чёрной куртки и щурилась от яркого солнца. Мягкие лучи играли в её волосах — Можно просто Стив, — сказал он, закрывая блокнот. — Стив. Я запомню. Наташа, приятно познакомиться, — она подошла ближе и, облокотившись на поддерживающую горку колонну, встала совсем рядом с Роджерсом. — Питер сказал, что ты можешь помочь мне найти человека. — Какой-то магический город потерявшихся людей, — ляпнул он. — Если это затруднительно, я пойму, и… — Перестань, — Стив спрыгнул с горки, улыбнувшись, и взял из руки Наташи фотографию. Чёрно-белая, чуть потрепанная по краям фотография напоминала Стиву старые ретро-снимки. Молодой парень, изображенный на ней, улыбался, держась левой рукой за козырёк фуражки, съехавшей на бок. Лицо казалось знакомым, но он в упор не мог вспомнить, где видел этого человека; возможно, они сталкивались по работе, возможно, просто сталкивались на улицах Нью-Йорка или… Стив не помнил. И, когда Стив был готов забросить пару удочек, выяснилось, что и Наташа почти ничего не помнит о человеке на фотографии. — Запутанная история, — грустно сказала она, подводя итог. — Я не помню жизни «до». Даже имя я прочитала на обратной стороне фотографии. Знаешь, как это, проснуться впервые в жизни, собирать по кусочкам всё, что осталось от неё, искать напоминания, собирать обрывки, но так и не вспомнить? — Да, знаю, — грустно прошептал Стив. — Видимо, придётся задержаться здесь. — Предложить свободный угол в моей квартире?***
— Господин мэр? Холодный голос нарушил тишину, и Тони вскинул голову. Кажется, он заснул на рабочем месте, в третий раз за два часа. С этим, определённо, нужно что-то делать. Пеппер знала, что именно. Она работала личным помощником мэра, сколько себя помнила, и не могла представить другой жизни. Постоянная занятость, абсолютно отсутствие времени для личной жизни и собственных увлечений. Усталый взгляд пробежался по светлому костюму помощницы, и Тони поморщился, принимая из её рук чашку. — Что это? — Ромашка, — улыбнулась она; тонкие пальцы с осторожностью отпускали ручку чашки. — Я же усну, — возмутился Тони. — Не уснёте, — заверила Пеппер. — Хэппи привёз фотографии. — Ты смотрела их? — Да, — кивнула она, доставая фотокарточки из конверта. — С Питером сегодня мистер Роджерс не встречался. Но… — С кем? — Наталья Романова, — положив фотографию в центр стола, сказала Пеппер. — Год назад вышла из комы после чудовищной аварии. Страдает провалами в памяти, абсолютно не помнит свою жизнь до автомобильной катастрофы, не помнит людей и друзей, одиночка. Живёт через четыре квартала от вас, недалеко от городского порта, работает… — Официанткой у Фила, знаю. Постоянно путает заказы. Что ей нужно от Роджерса? — Это вам лучше спросить у неё. Энтони поморщился, отпив ромашкового чая. — Пеппер, а где файлы на Роджерса? Вы ещё два дня назад обещали найти на него что-нибудь… необычное. Окинув Старка недовольным взглядом, Поттс потрясла конверт перед его носом, откуда сразу же посыпались бумажки. — Он чист, — ухмыльнулась она. — Так что даже не пытайся очернить образ хорошего парня. Этим ты не изменишь отношение Питера к нему. — Не начинай! — проворчал Тони в ответ, начиная разгребать бумаги. Пеппер, хмыкнув, оставила его в одиночестве. Забыв про чай, потеряв счёт времени, он наслаждался чтением материалов, в которых Стивен Роджерс был чуть ли не ангелом-хранителем сотни людей. Помогал он многим, иногда безвозмездно, переводил бабушек через дорогу, снимал котят с деревьев, выносил людей из горящих зданий и находил потерявшихся людей. Что это за работа такая, Тони не понимал: разве таким вообще можно зарабатывать? Но бумаги читал с увлечением, рассматривал приложенные к ним фотографии и просидел так до самого вечера. И, естественно, Роджерс оказался самым святым человеком, которого Тони вообще знал когда-либо. Когда он отчаялся найти зацепку и был готов разбросать документы по кабинету, наплевав на того, кому придётся это всё убирать, Тони заметил небольшую вырезку из старой газеты. Чёрно-белая фотография Стива, на которой он выглядел словно побитый кролик, была совсем небольшой. Старк прочитал её несколько раз. И прочитал бы ещё, если бы не Пеппер. — Почему ты не сказал, что вызывал ремонтника? — О чём ты, дорогая? — Тони отложил в сторону бумаги и удивлённо взглянул на неё. — Об этом, — Пеппер подошла к окну, что располагалось прямо за спиной мэра, и подняла жалюзи. Часы на городской башне показывали почти полночь. Ну вот, ещё один повод напрячься.***
По ночам Тор любил зависать в баре, и несмотря на то, что завтра предстоял рабочий день, он опрокидывал в себя одну стопку за другой. Так получалось отвлекаться и творить глупости одновременно, и, пожалуй, это было главным плюсом в алкогольном опьянении: ни о чем не думать и быть веселее, чем самый смешной клоун в мире. Его неуправляемость была лишь побочным эффектом, о котором он напрочь забывал после второй стопки любого горячительного. — Спасибо, Пьетро, — кивнул он парню за стойкой. — Учти, это последняя, я уже позвонил Локи, — Пьетро протирал стаканы, улыбаясь, и составлял их на стойку. — Я бы сам справился. Дошёл. Недалеко же. — Ты прав, — иронично сказал бармен. — Всего лишь в другой конец города. — Раз плюнуть! — бодро сказал шериф, подняв стопку вверх. — А кто это там? — спросил он, кивком указав на самый дальний столик. — С завтрашнего дня тебя не обслуживаем. Повесим табличку на дверь, — ухмыльнулся Пьетро. — Наташа там, вот кто. — Да понял я, узнал её. Рядом с ней кто? — А, это… Это Стив. Новенький. «Стив», — пронеслось в голове. Тор опустошил рюмку и направился к обозначенному столику. Наташа встретила его улыбкой, Стив - удивлением. Он занял свободное место и с минуту широко улыбался, не говоря ни слова. — Простите, что тревожу, — прокашлявшись, сказал шериф. — Но у барной стойки как-то одиноко. — Ты по какому поводу напился, дорогой мой? — спросила Наташа. — Работа? Дом? — Джейн Фостер, — Тор нагло взял Наташину бутылку пива и сделал глоток. — Её нет в городе, астрономическая башня закрыта и негде посмотреть на звезды. Дарси, соседка её, сказала, что она уехала. — У неё конференция в Нью-Йорке по схождению миров, — спокойно сказала Наташа, пожав плечами в ответ на не понимающий взгляд Стива. — Я нашёл её машину на окраине города сегодня утром, — резко изменившись в лице, шериф сделал ещё один глоток. — Брошенную, с открытой дверью и пустым багажником. Телефон не отвечает. Стив, услышав лишь «схождение миров», подавился пивом, которое так не вовремя отпил. Кажется, в этом городе каждый сходит с ума по-своему. Кто-то правит этим городом и ненавидит приезжих; кто-то не контролирует свою жизнь и это выливается в попойки по ночам; кто-то чертовски сильно хочет найти человека, которого потерял в неизвестных обстоятельствах и использует для этого всё возможное. — Погоди, как ты говоришь пропал этот парень? — Стив указал на фото, что лежало под записной книжкой на столе. — Мы попали в аварию на окраине города.
