Пепел тонет в море

Когда над тобой шесть футов земли - тебя любят все, мысленно процитировал Пио Джона Леннона, закрывая глаза и расправляя руки, словно крылья. "Как они все жалки,"- подумал он, когда уши заложило от оглушительного рева толпы внизу. «Мы ждали этого так долго!» - прокричал он в мегафон. Пио был одет в идеально отглаженный белый костюм, красную рубашку и лакированные ботинки. Он стоял на крыше двухэтажного клуба, а под ним растекалось море из людей. И почему ему приспичило именно в этот день открывать сезон? Открыли бы завтра или вчера, почему же надо именно сегодня, в такой холод, в такой день… «И сегодня! – продолжал он,имитируя радостный голос, однако глаза его совсем не улыбались. – Мы открываем новый сезон заездом ветерана гонок, человека, который оставляет своим соперникам только надежду. Вы уже узнали его?» Толпа счастливо взревела. «Так поприветствуйте же Джей-Хоупа!» - руки многочисленных фанатов стрит-рейсеров поднялись вверх. К старту подъехала желтая гоночная машина, из нее вышел парень в белоснежных кедах, черных кожаных штанах и черной кожаной куртке, глаза его закрывала кепка, а в одном ухе поблескивала золотая сережка – крест. «Идиоты»,- подумал Пио, презрительно оглядывая толпу зрителей. Им показывают красивую сказку, а они и рады. Всю жизнь готовы положить и кучу денег отдать, дабы посмотреть на шоу, красивое шоу, которое гонщики показывают им. Они хотят драмы? Они хотят крови? Они хотят любви? Любой каприз за ваши деньги. Под чутким руководством У Чихо – главы местного мафиозного клана – гонки превратились в очередное средство заработка, а уличные гонщики, словно художники, показывающие свое искусство на треке, в простых клоунов. Это жестоко, думал он. Чихо похерил хорошую вещь… Однако, надо продолжать. Он объявил участников, кивнул помощнику, который должен был давать старт, и спустился вниз к своей новенькой Порше. Тошно ему было. Тошно и гадко, от того, что с гонками стало. Телефонный звонок застал его уже возле самой двери. Громкий сигнал стандартной мелодии айфона заставил вздрогнуть. - Слушаю, - устало выдохнул Пио, открывая машину. В трубке мерзко захихикали. - Слушай – слушай, - протянул вальяжный мужской голос. – Твои машинки уже стартанули? - Да, - сухо ответил он, передергивая плечами. Эта кошачья манера произношения изрядно его бесила. – Я прекрасно справляюсь со своей работой. - Замечательно, - мурлыкнули на том конце. – А ты домой вернуться не хочешь? Он по тебе скучает, очень. - Ему и с тобой хорошо, - буркнул Пио и отключил телефон. Возвращаться к Чихо? Он что, враг самому себе? Но телефон зазвонил снова. - Юквон, еще раз позвонишь… - прорычал он, заводя мотор. Но вместо Юквона в трубке твердый чуть хрипловатый голос, который прерывал одним тихим, но твердым: - Возвращайся, - и сердце Пио предательски пропустило удар, глухо ухнув, ушло в пятки, а по телу пробежала волна дрожи. Он вцепился в руль, чтобы не взвыть. - У тебя есть Юквон. - Кот - это кот, - спокойно парировал голос. – Ты – это другое. - Я не йо-йо, чтобы возвращаться, когда меня вышвыривают! – вырывалось из глотки, такое отчаянное, такое обиженное… - Ха-ха, - но Чихо на том конце это совсем не смутило. – Это была маленькая шалость Кота, будь хорошим мальчиком, возвращайся домой. Щелчок, и голос затих. Пио держал трубку рядом с ухом еще несколько минут. Домой, ну надо же. Он посмотрел в зеркало заднего вида: мешки под глазами, ехидная усмешка, налипшая на лицо… Ему двадцать четыре, у него проблемы с законом, он расстался с парнем, потому, что тот ему изменял, а младший брат спит со старшим сыном бывшего друга отца. Такой блядски большой город, но все запутались в огромной паутине, их судьбы слишком сильно связаны друг с другом.

***

Тэхен помнит все, как во сне. Вот его близкий друг в мегафон объявляет его. Вот он пожимает руку, усмехающемуся Джей-Хоупу, садится за руль под вой толпы, заводит мотор, и все звуки для него исчезают. Весь мир его в этот момент состоит из гула мотора, из желтых фар позади. На дворе - глубокая ночь, уличные фонари слабо освещают перекрытую трассу… А потом чей-то силуэт перед глазами, и как он только тут оказался? И отчаянный визг тормозов, и Джей-Хоуп, с разворотом тормозящий за ним. «Эй! Парень! Ты жив?» - голос Хоупа в ушах, обращенный не к нему. И окровавленное лицо в руках гонщика такое знакомое, что кажется нереальным все происходящие. И его собственный панический крик, и снова вой мотора и визг шин, когда он давит на газ. «Черт!» - Тэ ставит стакан с виски на пол. В квартире, которую он снимает, нет стола, зато есть холодильник полный хорошей еды, уютная кровать на одного, долбящая по ушам музыка и огромный текст, который надо перевести к концу этой ночи, но руки предательски трясутся, а глаза застилает пелена слез. У него безостановочно звонит телефон, на экране фотография старшего брата, но он не решается даже взглянуть в ту сторону. Стараясь сосредоточиться на тексте, он долбит по клавишам ноутбука, но в голове, заглушая тяжелый рок, визг тормозов и удивленное лицо младшего брата, в которого он въехал.