Тайна кровавого заката

      Нии Югито придирчиво рассматривала только что вошедшего Наруто. Выглядел парень, прямо скажем, неважно: светлые волосы свалялись, как пакля, лицо, руки и частично тело - в корке засохшей крови, глаза воспаленные. Рядом с ней бесшумно нарисовался Гаара, оценил обстановку и осторожно приблизился к блондину, кладя тому руку на плечо. - Не нужно, - тихо ответил тот, мягко сбрасывая ладонь друга. - Что-то случилось? - Блядь нет, ни разу. Я просто танцевал романтичные танцы под кровавым дождём, - раздраженно ответил Узумаки и тяжело зашагал по коридору. - Вы освоились? - Ну, если можно так сказать. Это немного странно, когда ты ни с того, ни с сего срываешься с места, оставляешь записку с указанием дожидаться тебя в убежище, в котором, как выяснилось, из живых существ полоумный очкарик и девчонка - надзирательница, - хмыкнула джинчуурики Мататаби. - О, прости, душенька. До ближайшего Хилтона пару стран пути, - пожал плечами блондин. - Где эта овца рыжая?       Гаара молча ткнул рукой в нужную сторону. Узумаки благодарно кивнул и загрохотал тяжелыми ботинками по коридору.       Им повезло, что последним пристанищем Орочимару было именно это убежище. Здесь была довольно большая лаборатория, за которой саннин поручил приглядывать очередной сиротке, заботливо подобранной им в руинах одной из уничтоженных деревень.       Звали сие создание Карин. Наруто знал её и в прошлой жизни, правда, мельком, но здесь он понял, как же ему тогда повезло. Назвать эту пигалицу девушкой у парня просто язык не повернулся. Это "сучество" (ударение на последний слог) было одной из нескольких выживших потомков клана Узумаки, откуда родом была и его мать. И так же, как остальные наследники, обладала большим запасом чакры, жизненной силы и прочих плюшек, что было весьма кстати. Но как только она открывала рот, у джинчуурики начинались нервные судороги.       Может, её жизнь обидела, а может, в роддоме головой на кафель наебнули, первопричина Наруто не так уж волновала. Важнее было то, что она совершенно не умела разговаривать нормальным голосом и с адекватными интонациями. Её пасть всегда издавала такие визги, что циркулярная пила, наткнувшаяся на гвоздь, умылась бы слезьми чёрной зависти. Кроме того, Орочимару явно не сильно озаботился её образованием, так что девица дурой была просто непроходимой.       Карин была бы самой распоследней живой душой на земле, с которым у Наруто могли бы быть какие-либо общие дела. Если бы не её злогремучее родство с кланом Узумаки. Так что парню пришлось сцепить зубы и тащиться к ней на разговор, потирая заранее заболевшую голову.       Девчонка ожидаемо торчала в лаборатории, пялясь на резервуар с зеленоватой водой. Шаги Наруто гремели, эхом разносясь по большому полутёмному помещению, но она даже не обернулась на звук. - Эй! Женщина! - Рыжеволосая не отреагировала. Узумаки скрипнул зубами. - Карин!       Сработало. Она обернулась, окинула блондина вполне адекватным взглядом. - Вот так уже лучше. Я, пожалуй, не буду пускаться в долгие объяснения, а сразу перейду к сути. Орочимару погиб. - Знаю, - неожиданно ответила она. Блондин удивлённо хлопнул глазами. - Откуда? - Пару лет назад он поставил мне печать Вечного Молчания*. Вчера она исчезла, - тихо ответила девчонка, зябко обнимая себя за плечи. - Кто его убил?       Наруто еле удержался от того, чтобы не протереть глаза. Человек, которого он видел перед собой, ломал сейчас все его стереотипы. Он даже не стал отпираться или спрашивать, откуда ей известно, что саннин именно был убит, а не скончался от внезапного приступа диареи или ещё какой херни. - Я, - жёстко ответил он. Карин подняла голову, блеснув очками. - Мог бы и соврать. - На кой? Мне от этого легче не станет, а на твоё душевное здоровье мне плевать, - пожал плечами блондин. - Ладно, это всё отступления, продолжим по существу. У меня есть для тебя предложение. Хочу, чтобы ты пошла со мной. - Куда? - тихо спросила она. - Пока не знаю, но специально для тебя есть работа. Видишь ли, Орочимару больше нет, а значит, что ты вряд ли сможешь продолжать здесь свои дела. Лаборатория больше не нужна. - Сомневаюсь, что твоя "работа" будет намного приятнее, чем мои обязанности здесь. - Ты права. Но вместе с этим я могу тебе обеспечить защиту и поддержку. Хотя последнего я бы от себя не ожидал, - хохотнул блондин. - Так что ты предлагаешь? - Стать джинчуурики Треххвостого, - жёстко сказал Узумаки, нахмурившись. Девчонка испуганно отшатнулась. - Нет! Я видела эту чакру внутри таких, как ты! Это ужасно, демоническая сила, безумие и тьма! - вскрикнула она. - Ну, по одному мне я бы не советовал судить. Я такой, потому что у меня на это есть свои причины. Опять же, с Курамой у меня отличные отношения. Посмотри на Югито. Она вполне адекватна, да и Мататаби, это Двухвостая, не приносит ей лишних проблем, - развел руками Наруто. - Всё относительно. Я бы не стал тебя просить, сама понимаешь, но твои гены здесь слишком важны, чтобы оставить этот факт без внимания.       Карин долго думала, кусая губы. Её взгляд до опускался в пол, то снова блуждал по лицу парня, словно ища что-то. Она ёжилась, потирая свои плечи руками, и явно чувствовала себя не слишком хорошо. - Ты - джинчуурики Девятихвостого. И ты привёл с собой сюда носителей Однохвостого и Двухвостого. И предлагаешь мне стать одной из вас, приняв Треххвостого, - медленно проговорила рыжеволосая. - Есть ещё что-то, что я должна знать, на так ли?       Узумаки оценивающе окинул взглядом надзирательницу. - Ты умнее, чем казалась. - С тупых меньше спрос, - дёрнула она плечом. - Ну так как? - Да. Есть кое-что. Грядёт война, - вздохнул блондин. - Мне стало известно, что скоро один мудаковатый доброжелатель воскресит Учиху Мадару, который, в свою очередь, даже на том свете вынашивает коварный план по погружению мир шиноби в Вечное Цукуёми. Если согласишься, я расскажу подробнее об этой технике чуть позже. Пока скажу только, что для неё требуются силы всех девяти биджуу. Что, соответственно, влечет за собой смерть всех джинчуурики. - То есть, мне будет угрожать гибель? - серьёзно спросила Карин. - Хеллоу, детка, очнись! Мы живём в мире шиноби! Тут каждый день гибель угрожает, вообще-то! - помахал руками блондин. - Но пока ты с нами, считай, ты в безопасности. Нас будет четверо, и все с силой хвостатых, а это уже больше, чем ты одна тет-а-тет с жестокой взрослой жизнью. - Мне надо подумать, - выдала наконец очкастая после долгого молчания. - Подумай. И согласись, ладно? Ты нам нужна, - тепло сказал Наруто и вышел из лаборатории. Нужно было найти в архивах сенсея некоторую информацию. "Божечки, какие мы милые," - ехидно отозвался Курама. "Сгинь, блохастый." "Думаешь, согласится?" "Почти уверен. Она одна против целого мира, брошена на произвол судьбы. Ей очень важно, чтобы в ней нуждались."       Лис хмыкнул, благоразумно решив проигнорировать внезапный всплеск сентиментальности своего джинчуурики.

***

      Наруто долго и педантично копался в записях Орочимару, раскладывая свитки в две стопки - важное и не важное. Потом оглядел гору номер один и перекопал её ещё раз, сортируя на "очень нужно" и "без этого можно обойтись". Когда все приготовления были закончены, он запечатал все нужные записи, а остальное свалил посередине библиотеки.       На стеллажах в комнате стояло ещё много всякой всячины. В том числе и шкурка белой змеи, и высохшая кисть руки сенсея. Узумаки долго смотрел на них, потом подскочил к полкам и упаковал эти стеклянные футляры с собой. "Как символично. Безутешный ученик будет всюду таскать с собой высохшую длань сенсея, павшего от его же меча." "Завали, воротник облезлый." "Ты ещё на досуге вздрочни этой рукой. Ну, для полного единения, всё такое," - не унимался лис. - Заткнись, я сказал!! - рявкнул Узумаки уже вслух. Крик отскочил эхом от стен и понесся вглубь коридоров, постепенно затихая. Наруто с досадой пнул валяющийся на полу свиток и тихо выругался. Его бесило всё, а комментарии Курамы просто выводили из себя окончательно. Но злобствовать было катастрофически некогда. Время утекало сквозь пальцы, надо было торопиться, потому как со дня на день начнут проявлять активность Акацуки.       Архивы он сжёг. Запалил скопом все записи, в который раз мысленно прощаясь с учителем. Оставалось ещё одно дело до того, как они навсегда покинут это убежище. И разбираться с ним Наруто катастрофически не хотел. - Без этого никак? - тихо спросил Гаара, единственный, с кем Узумаки поделился. - Нет. После Орочимару он один может использовать эту технику. Ну ещё я, но Акацуки вряд ли прибегнут к моей помощи. - Ясно, - ответил песчаник и осторожно положил руку на плечо друга, слегка сжав. - Мы будем снаружи.       Узумаки кивнул. Проводил взглядом паренька, вздохнул и пошёл к камере, где был заперт Кабуто.       Очкарик сидел у стены, сжавшись в комок. Последняя беседа со взбешенным джинчуурики повлияла на него далеко не лучшим образом. - Нет, - шепнул он, пытаясь вжаться ещё глубже в холодный камень при виде вошедшего к нему Наруто. Блондин подошёл к нему и присел на корточки. - Мне жаль, Кабуто. Вот сейчас - действительно жаль. Я не хотел бы делать то, что мне придётся. Но выхода нет. Ты бы понял это, если бы знал то, что известно мне.       Ирьёнин всё понял и побледнел. Пятки засучили по полу, задрыгались, пытаясь отодвинуть своего владельца подальше от Наруто. Узумаки вздохнул, поднимаясь и за руку подтаскивая парня к себе. Очкарик рыдал, хватал свободной рукой блондина за штаны и молил о пощаде, но джинчуурики и вправду не видел другого выхода. В полумраке блеснул кунай, жирно перерезающий тощее горло, как брусок масла, и Наруто вышел из комнаты, оставив за спиной мёртвое тело. *Подразумевалась печать типа той, которая стояла на языке у Сая.