Чужой мир

[Daft Punk – Disk Wars] Гарри огляделся по сторонам, стараясь держать себя в руках. Вдох-выдох. Надо просто успокоиться, Поттер. Просто успокоиться. Упивающиеся выстроились небольшим полукругом в нескольких метрах позади Волдеморта. Их было подозрительно мало, но все же достаточно, чтобы справиться с двумя шестнадцатилетними мальчишками. Черные плащи, привычные маски, капюшоны. Гарри не мог бы опознать никого из них. Никого, кроме Хвоста – вот уж кто не прятал свое лицо. Хвост стоял чуть поодаль от Лорда, рядом с огромным дымящимся котлом, и изо всех сил старался не смотреть на Гарри. И Поттер при взгляде на Петтигрю почувствовал в душе привычную боль. Нет, не думай об этом. Не сейчас! Сейчас нужно успокоиться. Забудь про Петтигрю. Вдох-выдох. Думай только о себе. Гарри хотел отвернуться, но котел с таинственным варевом притягивал его взгляд. Он вспомнил, как два года назад из такого же котла возродился Волдеморт. В этот раз, судя по всему, зелье предназначалось Гарри. Волдеморт продолжал довольно ухмыляться, видимо, смакуя момент. – Гарри? – тихо позвал Рон. Поттер мельком взглянул на ошарашенного друга. Теперь было понятно, что до этого Рон находился под Империо, и не понимал, ни как они здесь оказались, ни что им теперь делать. Гарри обнадеживающе кивнул Рону и сделал небольшой шаг вперед, вновь сосредоточив свое внимание на Волдеморте. Позади послышались странные звуки не то приглушенного разговора, не то очень далеких криков. Надо просто его отвлечь. Выиграть время, чтобы все получилось. Нужно только время, немного, и все получится. Должно получиться. – Ты так меня расстроил, сбежав с нашей рождественской вечеринки, – прошипел Лорд. Он смотрел на Гарри со странным выражением умиленного родителя. Гарри передернуло. – Прости, но на сочельник у меня уже были планы, – он попытался ответить в тон Волдеморту. За спиной Гарри вновь раздался шум, среди которого ему удалось различить голос Гермионы. Он заметил, как чуть дернулся Рон, видимо, тоже услышавший подругу. Гарри еле заметно качнул головой, словно уговаривая себя, что не время дергаться. Гермионы пока здесь не было. Однако они с Роном не были единственными, кто расслышал крик Гермионы. Гарри заметил, как некоторые Упивающиеся подобрались, а Волдеморт малозаметным движением извлек палочку из складок своей мантии. Гарри вздохнул. В этот раз он не сможет помочь ни Рону, ни Гермионе. Он прекрасно знал, зачем Волдеморт пожаловал. У Гарри оставался один шанс, и сегодня он намерен был им воспользоваться. Он еще раз кивнул Рону и сосредоточился. По телу разлилось знакомое тепло. Перед ним медленно, слишком медленно, но все же начал разгораться свет. Вот он засиял в полную силу, стало жарко. Глубокий вдох, и Гарри чуть подрагивающей рукой отворил первую дверь. – Что ты делаешь, мальчишка? – нахмурился Лорд, замечая странное поведение Поттера. – Готовлюсь дать тебе отпор, – невозмутимо ответил Гарри. Он почувствовал, как рядом с ним подобрался Рон, заметил палочку в руке друга. – Твоя дерзость тебя не спасет. Неужели ты так ничему и не научился, Гарри? – А я непонятливый, – совсем не в своей манере хмыкнул Поттер. Он продвигался все дальше, глубже. Сквозь время и память. Он бежал по своим мечтам, надеждам, призрачным образам. Вокруг мелькали лица, места, запахи, он старался не отвлекаться на все это. Шаг за шагом, дверь за дверью, он двигался навстречу своему главному страху и своей главной силе. За их спинами из-за угла на мгновение показалась Гермиона, но тут же кто-то втащил ее обратно. Гарри не понимал, откуда он знал это – он не видел подругу, ведь стоял к ней спиной, не слышал ее шагов. Но все же он отчетливо знал, что она там, всего в нескольких метрах от него. Он знал, что в ее глазах плещется страх, что от волнения за него Гермиона почти не может думать. Он открыл последнюю дверь – сияние силы почти ослепило его. Гарри перевел дух и, не давая себе возможности одуматься, вошел в комнату. Он погрузился в эту силу, дал ей заполнить себя, почувствовал всю ее мощь. Он сосредоточился и сделал то, на что раньше не хватало мужества, – надавил на стены комнаты изнутри. Он почувствовал, как она начала увеличиваться, постепенно поглощая все те образы и видения, что населяли его сознание. Он выпускал свою силу, он почти позволил ей вырваться наружу. Только бы ему хватило времени. Гарри понимал, что это его новая сила. Он слышал и видел не только Гермиону. Он чувствовал, как участился от нервного напряжения пульс Рона. Он видел, как дернулась жилка на скуле Волдеморта. Он чувствовал слабый запах, исходивший от кипящего зелья. Он знал, что через мгновение на них налетит легкий ветерок. Он уже видел тень, еще не отбрасываемую надвигавшимися тучами. Он не мог услышать того, что говорил сейчас Гермионе Малфой, и все же он был благодарен слизеринцу за каждое сказанное им слово. – Ты что, совсем рехнулась? – прошептал Драко, сжимая ее плечи. – Отпусти, – с несвойственной ей злостью выдохнула Гермиона, пытаясь вырваться. Малфой осторожно выглянул за угол, оценивая обстановку. – Грейнджер, их слишком много! – он попытался воззвать к ее благоразумию. – Ты ничем не поможешь своим друзьям. – Малфой, отпусти меня немедленно! – медленно проговорила Гермиона. – Или помощь потребуется тебе. Догнавшие их, наконец, Невилл и Блез с недоумением наблюдали за этим диалогом. – Но я не смогу тебя там защитить! – в отчаянии выдохнул Драко, еще сильнее сжимая ее плечи. Гермиона удивленно посмотрела ему в глаза. Что-то мелькнуло в ее взгляде, словно понимание. – Это ничего, – тихо проговорила она. В голосе не осталось ни злости, ни решимости. – Ты не обязан спасать меня каждый раз, Драко. Ты просто не можешь. Но это ничего. Все в порядке. – Останься здесь! – уже не запрещал, а просил Малфой. – Мы с Лонгботтомом пойдем туда, а ты останься здесь, пожалуйста! – Я не могу, – Гермиона покачала головой, потом подняла руки к своим плечам и сжала запястья Малфоя. – Отпусти меня. Просто отпусти меня, пожалуйста. – Нет! – резко выдохнул Малфой. И неожиданно Гермиона улыбнулась. – Я не буду рисковать, обещаю, Драко, – проговорила она. – Но ты должен меня отпустить. Пожалуйста! Малфой пристально смотрел на нее еще мгновение, а потом с тяжелым вздохом убрал руки с ее плеч. Гермиона улыбнулась шире, прикоснулась к его щеке, еле слышно прошептала «Спасибо!» и легко поцеловала. В следующее мгновение ее здесь уже не было. Малфой обернулся к Блез. – Только сунься туда, я лично тебя убью, а твоему отцу скажу, что так и было, – проговорил он, кивнул Лонгботтому и шагнул за Гермионой. – Малфой прав, – спокойно проговорил Невилл, отойдя от легкого шока от увиденной сцены. – Лучше жди нас здесь. Блез кивнула, наблюдая, как и он скрывается в проулке. Потом она отвернулась, тряхнула головой и сделала шаг в обратную сторону. Но уже через мгновение остановилась. На ее лице застыло сомнение. Блез не понимала, что не дает ей просто уйти отсюда. Это была не ее война и уж точно не ее битва. Она и так сделала больше, чем должна была, рассказав им о планах Лорда. Но все же какая-то неведомая сила не давала ей выйти из этой подворотни. Блез обернулась и с тревогой посмотрела туда, где скрылись ее сокурсники. Рука сама потянулась к воротнику блузки, из-под которой тут же был извлечен тяжелый кулон на длинной цепочке. Блез сжала кулон, достала палочку из кармана и шагнула вслед за ребятами. Она несомненно сделала уже больше, чем должна была. Но это не значило, что она сделала достаточно. Он чувствовал, как сила росла. Она переливалась всеми цветами радуги, она ослепляла его, она согревала, возбуждала все нервные окончания на теле. Она заслонила не только его внутренний взор, казалось, что перед глазами тоже не осталось ничего, кроме этой силы. Она сметала все его преграды, заставляла забыть о всякой осторожности. Она слишком глубоко была спрятана все это время, слишком долго ждала своего часа. Сила рвалась наружу, и уже ничто не могло ее остановить. Гарри словно окутала дымка. Он уже почти не реагировал на то, что происходит вокруг. А происходило вокруг немало. Позади них с Роном вновь показалась Гермиона. Два «Stupefy!», и охранявшие проход Упивающиеся упали на землю. Гермиона подлетела к мальчикам. – Гарри! – она схватила Поттера за плечо и заглянула ему в глаза. Но тот словно не видел ее. – Reflecto! – прокричал Рон, и Гермиона успела заметить, как одного из Упивающихся поразило его же заклятие. – Ты как раз вовремя, – улыбнулся ей Рон. – Кажется, он пытается освободить силы, – проговорила девушка, указывая на Гарри. – Его надо защитить. Рон лишь кивнул, отводя от них еще одно проклятие. – Гарри Поттер ничто без своих друзей, – прошипел Лорд, после чего обернулся к своим слугам: – Убить всех! Поттера привести ко мне живым! Упивающиеся шагнули вперед, направляя палочки на детей. Малфой остановился между двух оглушенных Гермионой мужчин, уже начинавших проявлять признаки жизни. – Costigo verbum! – проговорил он, направляя палочку на одного из Упивающихся. Затем проделал то же самое с другим. Мужчины застонали от раздирающей их изнутри боли. – Какого черта?! – обернулась Гермиона, узнавая темное заклинание пыток. – А ты думаешь, твоего Ступефая надолго бы хватило? – поднял бровь Малфой, кивая ошарашенному Рону. – Уводите Поттера, я их задержу. – Нельзя! – Гермионе приходилось говорить все громче в нарастающем шуме схватки. Мимо просвистело еще одно заклинание. – Он пытается высвободить силы. Малфой чертыхнулся, отправляя в очередного Упивающегося режущее заклятие. Он видел, как один из приспешников Лорда в замешательстве остановился, узнав слизеринца. – Diffluens! – Гермиона направила палочку в сторону Драко, и тут же пустошь начал заполнять дым. Она отпустила Гарри и шагнула к слизеринцу. – Зачем дым? Мы же не сможем их увидеть! – набросился на нее Драко. – Главное, что они не смогут увидеть тебя. Ты не должен был идти за мной, – проговорила она. – Ну, я здесь, – Малфой небрежно пожал плечами. Гермиона кивнула и повернулась к Рону. – Мы отвлечем их, а ты займись котлом! – прокричала она другу. – Котлом?! – переспросил тот, ставя щит. – Это зелье для ритуала извлечения, – попыталась объяснить Гермиона, глядя, как Малфой уходит в сторону, отвлекая на себя внимание. – Нужно его уничтожить! – А кто прикроет Гарри? – Protego Maxima! – донеслось из-за их спин. Дым чуть развеялся, и они смогли разглядеть Невилла, направляющего защитный щит на Гарри. – Идите, я останусь с ним! – крикнул он ребятам и вновь сосредоточился на магической преграде, защищавшей их с Поттером. Рон кивнул и осторожно направился туда, где должен был находиться котел. Гермиона оглянулась на оставшихся позади Упивающихся, но они все еще корчились от проклятия Драко. Гермиона двинулась вслед за Малфоем, дым продолжал развеиваться. – Confundo! – атаковала она Упивающегося, подобравшегося слишком близко к тому месту, где оставались Невилл и Гарри. Она отвела несколько проклятий от Рона и тут заметила, что его перемещения не укрылись от отошедшего за стену Упивающихся Лорда. Темный маг нашел взглядом Хвоста. – Хвост! Защищай зелье! – прокатилось над ними. Но Гермиона опередила его буквально на мгновение. – Muffliato! – прокричала она и довольно улыбнулась, зная, что Хвост не услышит этого приказа. Рон был уже у самого котла. – Stupefy! – он оглушил все еще находящегося рядом Хвоста и направил палочку на пламя под котлом. – Glacius! Гермиона успела увидеть лишь, что Рон достаточно близко. Но тут все ее внимание приковал к себе Лорд. Он смотрел прямо на нее, в его налившихся кровью змеиных глазах пылал гнев. – Ты хоть понимаешь, кому ты перешла дорогу, девчонка? – тихо проговорил он, но Гермиона расслышала каждое слово. – Убить ее! Гермиона отразила проклятия, полетевшие в нее. – Sceko! – прозвучало неподалеку, и Гермиона обернулась как раз в тот момент, как Рон упал на землю рядом с котлом. Из глубокой раны на его груди сочилась кровь. – Нет, – выдохнула девушка и рванулась вперед, боковым зрением заметив еще одного Упивающегося, поднявшего на нее палочку. – Crucio! – услышала она и поняла, что уже не успеет поставить щит. В следующее мгновение она почувствовала, как ее рванули за руку назад и перед ней неожиданно вырос Малфой. В следующий момент в них попал красный луч проклятия. Лицо Драко исказила гримаса боли, а за его спиной темно-голубым вспыхнуло его защитное заклятие, еле выдерживающее такой удар. – Малфой? – выдохнула Гермиона. Драко лишь коротко кивнул. Его бровь была рассечена, по виску размазана кровь. Гермиона тут же шагнула в сторону и направила палочку на атаковавшего ее. – Verikus! – выкрикнула она. Упивающийся застонал и покачнулся, все его тело начали покрывать порезы. – Какие плохие заклинания вы знаете, мисс Грейнджер! – глумливо потянул Малфой. – Ну, я хорошо выучила твой урок, – отозвалась она, кидаясь к Рону. – Напомни мне добавить Гриффиндору пять баллов! – крикнул Малфой ей в спину, и добавил еле слышно, ловя на себе взгляд Лорда: – Если выберемся отсюда. Гермиона уже была на коленях рядом с Роном. – Vulnera sanetur! – шептала она, водя палочкой над телом друга. – Грейнджер, нам не до этого! – проорал Малфой, останавливаясь рядом и прикрывая ее. – Зелье! – крикнула она в ответ. Малфой повернулся к котлу. – Expulso! Котел тут же взорвался, подняв в воздух фонтан из ритуального зелья. Гермиона накрыла Рона своим телом и подняла палочку вверх. – Elias! Обязательно было так? – накинулась она на Малфоя, глядя, как капли зелья и осколки котла огибают их. – Зато быстро! – рявкнул Малфой. – Оживи Уизли! Нам нужно уходить отсюда! Гермиона прошептала «Enervate!» и оглянулась на то место, где оборонялся Невилл. Гарри стоял в прежней позе, но что-то изменилось в его лице. А в следующий момент она услышала взрыв, хоть взрыва и не было. Яркий свет, и их всех отбросило назад. На несколько секунд звуки заклятий утихли. Гермиона приподняла голову и успела заметить мелкие капли начинающегося дождя. Тут же она почувствовала, как кто-то ее поднимает. Она застонала от боли во всем теле. – Соберись, Грейнджер, – прошептал ей Драко. – Терпи, нам нужно уходить сейчас же. – Что произошло? – подал голос очнувшийся Рон, поднимаясь вслед за ними. – Поттер освободил свои силы, – бросил Малфой, замечая, как из-за угла здания выглядывает Блез, пытаясь показать ему что-то. Он успел лишь разглядеть небольшой сверкающий предмет. – Мне больно, – застонала в его руках Гермиона, спотыкаясь на каждом шаге. – Я знаю, потерпи, – Малфой крепче обхватил ее, продолжала тянуть за собой. – Куда мы? – Рон поравнялся с ними. – За здание, оттуда перенесемся. – Но как же Гарри? – вскричал Рон, хватая Малфоя за рукав. – Он-то справляется получше нас, – бросил он, кивая в сторону. Рон повернулся туда и увидел, как в их сторону бежит очнувшийся Гарри, поддерживая прихрамывающего Невилла. В переулок они вбежали почти одновременно. – Малфой? – не то поприветствовал, не то удивился ему Поттер. Драко пожал плечами, поворачиваясь к Блез. – Какого дементора ты еще здесь? – набросился он на девушку, стараясь не обращать внимания на хриплое дыхание Гермионы. – У меня есть портключ, – объяснила Блез, протягивая ему кулон на цепочке. – Он сможет перенести всех? – Да, я его увеличила, – кивнула Блез. Малфой оглянулся назад. Многие упивающиеся уже оклемались и поднимались на ноги, намереваясь их преследовать. Поттер шагнул назад, вытянул вперед правую руку и произнес: – Piro Protego! Тут же на несколько метров вверх поднялась огненная стена, отрезая их от преследователей. – Мне нравятся твои новые силы, Поттер, – произнес Малфой, даже не пытаясь скрыть восхищения в голосе. – Да, мне тоже, – признался Гарри удивленно. – Быстрее, Драко! – позвала Блез. Они собрались в круг, каждый взялся за цепочку. – Все готовы? Ребята кивнули, Блез что-то прошептала, и через мгновение их уже там не было. Гермиона увидела под своими ногами дорогой узорчатый ковер, а в ушах все еще звучал яростный крик Темного Лорда. – Где мы? – выдохнул Невилл, удивленно оглядываясь по сторонам. – В Мадина-парке, – отозвалась Блез, снимая с каминной полки сосуд с летучим порохом. – Это мой дом. Давайте быстрее. И она указала им на камин. – Быстрее что? – не понял ее Малфой. – Хогвартс, кабинет Северуса Снейпа! – отчетливо проговорила Блез, бросая в пламя большую горсть пороха, после чего обернулась к Драко: – Вам нельзя здесь оставаться, отец в доме. – И ты хочешь вместо этого отправить нас к Снейпу? – взвился Рон, принимая Гермиону из рук Малфоя. Драко же смотрел Блез в глаза. Никто из них не торопился что-либо объяснять. В итоге Драко вздохнул. – Нам нужно вернуться в школу. Давайте, по очереди, – и он подтолкнул Лонгботтома к камину. Тот бросил тревожный взгляд на Блез, но все же шагнул в зеленое пламя и тут же исчез. За ним последовал Поттер. Рон подвел Гермиону к камину и зло взглянул на Малфоя. – Если на той стороне не Хогвартс, я вернусь и лично тебя убью, – проговорил он, после чего и их с Гермионой поглотило пламя. – Блез, ты вернулась, милая? – послышалось из коридора. – Черт, – выдохнула девушка. – Это отец. Уходи! – Ты первая, – кивнул Драко. – Я останусь здесь, – она покачала головой. – Ты пойдешь со мной, – с нажимом произнес Драко. – Ты не понимаешь, – Блез покачала головой. – Я должна остаться здесь. – Чтобы он понял, что ты сделала? – прошипел Драко, хватая ее за руку. Блез хотела что-то возразить, но не успела ничего сделать. Перед ее глазами все закружилось, и в следующий момент она выпала из камина прямо на распластавшегося на полу Поттера. А перед собой она увидела до блеска начищенные черные туфли. Малфой сел на колени и выдохнул, глядя на крестного: – Я тебе сейчас все объясню. *** [Aqualung – Thin Air] – Вот! Выпейте это, – мадам Пофри протянула ей какое-то зелье. Гермиона послушно приняла бутылек и опрокинула в себя нечто на редкость отвратительное. Мадам Пофри повернулась к директору. – У нее несколько ушибов от взрывной волны, – пояснила она. – У нас у всех ушибы, – прервал колдомедика Рон. – Но только Гермионе так больно. – Я могу объяснить это лишь высокой чувствительностью мисс Грейнджер на большой выброс магической энергии, – мадам Помфри недовольно посмотрела на Уизли. – Ненормально высокой чувствительностью, я бы сказала. – Чем это может быть вызвано? – подала голос профессор МакГонагалл, с тревогой глядя на свою лучшую студентку. – Сложно сказать, – пожала плечами мадам Помфри, убирая зелья и порошки в небольшой саквояж. – Нужно провести обследование мисс Грейнджер и ее сил, тогда можно будет делать какие-то выводы. Но в настоящий момент ее жизни ничего не угрожает. Зелье уже должно было залечить ушибы, – она вновь посмотрела на гриффиндорку. – Мне уже гораздо лучше, спасибо, – кивнула Гермиона, перехватывая тяжелый взгляд Малфоя. Драко стоял в дальнем углу кабинета и молча наблюдал за ней с тех пор, как Снейп привел их всех к директору. Рассеченная бровь все еще кровила, засохшая на лбу кровь темнела бурыми пятнами. Гермиона слабо улыбнулась, вспоминая, как всего пару минут назад Малфой отгонял от себя мадам Помфри, утверждая, что ему не больно, и вообще ничего лечить ему не нужно. Если бы не вмешался Снейп, Драко наверняка проклял бы настырную женщину. – Спасибо, Поппи, – кивнул Дамблдор. – Я уверен, мисс Грейнджер не станет пренебрегать своим здоровьем и придет на прием к вам завтра же. – Конечно, директор. Профессоры, – попрощалась мадам Помфри и вышла из кабинета. – Так значит, Поттер, силы просто «освободились»? – продолжил Снейп с того же места, на котором их прервала колдомедик, настояв на немедленном осмотре студентов. Гарри непонимающе кивнул. Он ведь уже рассказал им все, как было. – Продемонстрируешь? – не удержалась Альберта, которой хотелось посмотреть на результат своих трудов. Гарри пожал плечами. Он смертельно устал, но на маленький фокус его вполне хватит. В ту же минуту в воздухе материализовались несколько десятков свечей, они начали плавно передвигаться по кругу и зажигаться по очереди. – Невероятно, – выдохнула профессор МакГонагалл, глядя на Гарри, который даже пальцем не пошевелил. – Это пустяки, они даже не настоящие, – смущенно проговорил Гарри и взмахом руки развеял свечи. – Если позволите, – недовольно продолжал декан Слизерина, – вернемся к более насущным вопросам. Мистер Уизли, вы уверены, что не помните, кто наложил на вас Империо? – Уверен, – вздохнул Рон. – Последнее, что я помню, это как я поднимался в Северную башню. А потом только то, как мы с Гарри стоим перед Сами-Знаете-Кем. Он недовольно поморщился, а Невилл, сидящий рядом с ним, поспешно отвел взгляд от Блез. – Что ж, одно можно сказать точно, – произнесла Альберта. – Кто бы это ни был, он, во-первых, не дурак, раз додумался не показываться своей жертве на глаза. И довольно сильный маг, во-вторых, коль скоро силенок хватило. – Видимо, не такой уж не дурак, раз додумался трепаться об этом на платформе, полной студентов, – возразил Снейп. – Если мисс Забини услышала разговоры, мог и кто-то еще. Директор лишь рассеяно кивнул. Гермиона посмотрела на Рона, попутно заметив, как передернуло Блез. Наверное, слизеринка еще не отошла от шока, вот ее и трясет. Рон же в свою очередь очень неплохо скрывал раздражение. Гермиона видела по глазам, насколько он был зол и на того, кто наложил на него заклятие, и на самого себя. – В замке в это время не было посторонних, – задумчиво проговорил Снейп. – Значит, это был кто-то из студентов. Кто-то со старших курсов, шестого или седьмого, у прочих действительно не хватило бы ни сил, ни знаний. – К чему ты клонишь, Северус? – взглянул на него директор. – К тому, что у меня в подземельях на всех хватит Веритасерума. – Северус, это слишком, – Дамблдор улыбнулся. – Ко всему прочему, кто бы ни наложил заклинание на мистера Уизли, он уже наверняка на полпути в Лондон. – К тому же, применение сыворотки правды на несовершеннолетних запрещено! – вставила МакГонагалл. – Зато действенно, – возразила ей Альберта. – Мисс Малфой, вы же преподаватель, ради всего святого! – воскликнула декан Гриффиндора. – Тем не менее, мы ведь должны выяснить, кто это сделал! – продолжала Альберта. – Злоумышленник до сих пор может находиться в школе. И никто не знает, что еще он может вытворить. – Но мы не имеем права преступать рамки дозволенного! – МакГонагалл повысила голос. – Единственное, что мы имеем право сделать, это проверить палочки студентов на последние примененные ими заклинания. – Это бессмысленно, – фыркнул Снейп. – Он бы не стал пользоваться своей палочкой. Малфой оторвался от разглядывания Гермионы и посмотрел на съежившуюся в своем кресле Блез. Она перехватила взгляд Драко и покачала головой. Малфой повернулся к Невиллу, но тот и бровью не повел при этих словах зельевара. Малфой еле слышно хмыкнул и уставился в пол. – Блез, но почему ты не пошла ко мне? Почему побежала в Гриффиндор? – обратился Снейп к своей студентке. – Я не знаю, – Блез неуверенно пожала плечами, в ее глазах стояли слезы. – Я просто… растерялась. Боялась не успеть. И она опустила глаза, чувствуя на себе тяжелый взгляд Малфоя. – В любом случае, все сложилось как нельзя удачнее, – проговорил Дамблдор, обводя всех присутствующих теплым взглядом, после чего обратился к студентам: – Если вам нечего больше добавить к рассказанному, вы можете идти. Вам всем нужно отдохнуть. Студенты кивнули и поднялись со своих мест. – Мистер Малфой, жду вас сегодня вечером в своем кабинете, – проговорил Снейп, даже не глядя на крестника. – Да, профессор Снейп, – отозвался Драко, придерживая дверь и пропуская девушек вперед. Блез на него даже не посмотрела. Во взгляде Гермионы, напротив, было слишком много всего: и благодарность, и тревога, и усталость, и что-то еще, что Драко разглядеть не успел, потому что в следующий момент Гермиона споткнулась о порог кабинета и чуть не слетела вниз по лестнице. – Мисс Грейнджер, вы уверены, что достаточно оправились, чтобы идти самостоятельно? – донесся голос директора. – Все в порядке, директор. Просто споткнулась, – пробормотала Гермиона, сжимая крепче руку Малфоя. Она выпрямилась и вышла из кабинета, отпуская Драко. – Точно нормально? – тихо спросил он, придерживая девушку за плечо. – Да, конечно, – кивнула Гермиона и чуть улыбнулась, ускоряя шаг и вынуждая Драко ее отпустить. Внизу ее уже ждали остальные гриффиндорцы. Блез неуверенно топталась в стороне, поджидая Драко. Гермиона остановилась на полпути к своим друзьям и обернулась, растерянно глядя на Драко. Она словно хотела что-то ему сказать, но не находила слов. Малфой зачем-то кивнул, будто бы понимал ее. Будто хотел ответить на ее невысказанную мысль, но тоже слов не нашел. – Спасибо, – все же выдохнула Гермиона. – Вам обоим. Она перевела взгляд на Блез и улыбнулась. А потом отвернулась и поспешила к своим друзьям. Они скрылись за поворотом, ведущим к лестницам, а Малфой все так же стоял под дверью директорского кабинета и смотрел ей вслед. – Она вернется, Драко, – раздался голос Блез. Малфой посмотрел на стоящую рядом девушку. Он и не заметил, как она подошла. – Если она не полная идиотка, – продолжила Блез, – она вернется к тебе. Блез еще какое-то время постояла рядом, потом пожала плечами своим каким-то мыслям и побрела в сторону подземелий, оставляя Драко наедине с его мыслями. Гермиона в это время уже опускалась в мягкое темно-красное кресло в гостиной Гриффиндора. Напротив нее сидел Гарри и счастливо улыбался. – У тебя такое лицо, будто кто-то запустил в тебя Веселящими чарами, – заметил Невилл, усаживаясь рядом с Гарри. – У него просто опьянение силами, – с улыбкой хмыкнула Гермиона, потирая ушибленный бок. Несмотря на чудотворное зелье мадам Помфри, тело все еще ломило от тупой боли, хоть уже и не такой сильной. Ей бы сейчас растянуться на кровати, да сил подняться в спальню уже не было. – Я несколько месяцев пытался это сделать, – проворчал Гарри, по-прежнему улыбаясь. – Можно мне хоть немного порадоваться? – Радуйся, – согласился Невилл. – Только не очень громко. Рон остановился у окна, оперся о подоконник и, нахмурившись, уставился себе под ноги. Гермиона недовольно покачала головой, прекрасно понимая, чем вызвано такое поведение. Она знала, что ей нужно поговорить с Роном обо всем, что случилось. Но сейчас у нее не было сил даже на это. – Невилл, – тихо позвала она. – Спасибо тебе за все. – В любое время, – хмыкнул тот. – Серьезно, как только вам снова приспичит выступить против превосходящих вас по числу втрое Упивающихся – зовите, я в деле. Гермиона устало рассмеялась. – Непременно позовем, – подтвердила она. – Правда, Невилл, не знаю, как бы мы без тебя справились в этот раз, – подхватил Гарри, хлопнув Невилла по плечу. Гермиона улыбнулась шире и со вздохом поднялась. – Ты куда? – тут же подскочил Гарри. – Пойду к себе, полежу, – объяснила Гермиона, указывая на лестницу к спальням. – Все-таки мне сильно досталось в этот раз. – Может, позвать к тебе мадам Помфри? – Нет, Гарри, не стоит, – Гермиона покачала головой, приобнимая друга за плечи. – Со мной все в порядке, просто хочется полежать. Может, усну. – Ладно, – смирился Гарри. Гермиона с улыбкой смотрела на него, а потом крепко обняла, потратив на это, возможно, последние силы. – Я рада, что с тобой все в порядке, – проговорила она тихо. Потом отпустила Гарри и побрела наверх. Гермиона вошла к себе, скинула грязную, пропахшую дымом одежду и юркнула под одеяло. В голове сейчас творилась какая-то чехарда, мысли перескакивали одна в другую. А еще были слова. Так много слов, складывавшихся в целые предложения. Все то, что она не могла выразить, глядя на Малфоя в том коридоре. Столько мыслей и чувств, наконец, нашли себе выражение в ее сознании. И Гермиона испытала почти физическую потребность все это произнести. Она со стоном перевернулась на спину и уставилась в бордовый полог. Драко рядом не было, а подземелья казались сейчас такими далекими. Гермиона закрыла глаза и улыбнулась, зная, что обязательно вернется к нему и обязательно скажет все эти слова, которых наконец-то хватит. Вот только немного отдохнет. *** [Charlotte Gainsbourg – Time of the Assassins] Северус устало потер шею и бесцеремонно опустился в кресло, где еще несколько минут назад сидела Блез. – Непростительные в школе, – задумчиво проговорил он, поднимая взгляд на директора. – Он был настроен действительно серьезно в этот раз, Альбус. – Я не понимаю, почему не сработали сигнальные чары, – проговорила МакГонагалл, задумчиво покручивая в руках свою палочку. – Потому-то я и уверен, что тот, кто накладывал заклинание, делал это не своей палочкой, – отозвал Снейп. – Вы думаете, заклинание необнаружения? – продолжила его мысль Минерва. – Именно, – кивнул зельевар. – Да еще и наложенное на магический артефакт. Не мне вам объяснять, насколько это сложная магия. Ту палочку готовили специально для этого. Из членов Внутреннего Круга на такое способны от силы человек десять. – Значит, начать следует с детей этих десятерых, – кивнула Альберта. – Начать что? – недовольно отозвалась МакГонагалл. – Послушайте, Минерва, я действительно очень высоко ценю ваше мнение. Но неужели вы и правда хотите оставить все это без последствий? Нарушителя надо найти и наказать. – Ну-ну, дорогая, не горячись, – поднявшийся из своего кресла Дамблдор взял Альберту за руку. Он уже не улыбался, его глаза не излучали тепло и всепрощение. – Минерва права, мы не имеем права в открытую вести расследование, тем более в отношении детей. – Все это с равной долей вероятности могло закончиться смертью Поттера! Ты понимаешь это не хуже меня! – проговорила Альберта, поворачиваясь к директору. – Ты не можешь сидеть сложа руки. – Я уверяю тебя, если это сделал кто-то извне, мы его непременно найдем. Если же виноват во всем кто-то из студентов, он уже и сам себя достаточно наказал. Ведь нет ничего страшнее, чем жить с такой виной на сердце, – Дамблдор проникновенно на нее посмотрел. – Но тебя ведь не только это беспокоит, верно? Альберта повернулась к Северусу, ища у того поддержки. Но зельевар лишь пожал плечами, будто говоря, что согласен он с директором или нет, спорить сейчас бессмысленно. Малфой вздохнула и призналась, отвечая на вопрос директора: – Меня беспокоит Поттер. – Из-за того, что он снова навлек на себя такую опасность? – не поняла ее Минерва. – Нет, – Альберта покачала головой. – Это как раз меня ничуть не удивляет. Я говорю о силах, которые он высвободил. – Мы именно на это и надеялись, – напомнил ей Дамблдор. – Но мы также никогда ничего подобного не видели. Мы не знаем, что будет дальше, как эти силы повлияют на его сознание и личность, – она сложила руки на груди, в задумчивости перебирая варианты. – Да, это может вообще никак не отразиться на Поттере. Но с равной долей вероятности все это может кардинально изменить его. – Отчего это зависит? – спросила МакГонагалл. – От того, как много от Тома Реддла было заключено в силах, – отозвался из своего кресла Снейп, ловя на себе понимающий взгляд Альберты. – Не хотите же вы сказать, что из-за того, что сегодня спасло мальчику жизнь, завтра мы можем получить второго Темного Лорда, – недовольно отозвалась декан Гриффиндора. – Именно это мы и хотим сказать, Минерва, – недовольно буркнул Снейп. – Великий Мерлин, но это же немыслимо! – МакГонагалл схватилась за горло, словно ей было тяжело дышать. – Давайте не будем кидаться в крайности, – примирительно произнес Дамблдор. – С Гарри пока что все в порядке. Будем надеяться на лучшее. – За ним нужно будет наблюдать, причем сильнее, чем раньше, – произнесла Альберта, оглядывая собравшихся. Северус вздохнул и поднялся из кресла. – Как ты уже успела убедиться, следить за Поттером бесполезно. Свинья везде грязь найдет, – он повернулся к Дамблдору. – Директор, если позволите, мне еще нужно закончить дела. – Конечно, Северус, – кивнул ему директор. – Куда-то собираешься вечером? – Альберта тут же вынырнула из своей задумчивости. – Да, знаешь ли, у Лорда есть любимый способ отметить очередной побег Поттера – он своих слуг пытает, – вздохнул Северус и вышел из кабинета, оставив МакГонагалл с поджатыми губами, а Альберту с обескураженной улыбкой. Впрочем, стоило ему закрыть за собой дверь, как все эти картинки покинули его сознание. Ему действительно еще многое нужно было успеть до того, как его призовут. И главное – позаботиться, чтобы никто не узнал о роли юной Забини во всем произошедшем. *** В полуразвалившемся замке над обрывом всю ночь звучали крики пытаемых. Хвост старался уйти в самые отдаленные комнаты замка, зажимал уши, но все равно сбежать от этого не мог. Каждый раз, когда Лорд вызывал нового слугу на растерзание, Хвост вынужден был встречать его у дверей. Один за одним они появлялись на пороге развалин, которые Хвост вынужден был называть своим пристанищем, и никто уже не видел, как они исчезали. В какой-то момент простых исполнителей ему стало мало, и Лорд начал призывать членов Внутреннего круга. Но их крики, стоны и мольбы ничем не отличались от предыдущих. Эту истину Хвост познал давно – перед лицом пыток и возможной смерти все люди были равны, несмотря на разницу в титулах, положении и состоянии. К рассвету пытки закончились. Не было больше звуков аппараций, не было отведенных взглядов. События минувшей ночи отдавались звоном в ушах Хвоста. Желая хоть на несколько минут отвлечься от страшных воспоминаний, населявших эти стены, Хвост вышел на воздух и побрел к обрыву. И вопреки ожиданиям наткнулся там на Него. – Мой Лорд, – склонился Хвост в поклоне, осознавая, что вернуться в замок незамеченным ему не удастся. Темный Лорд кивнул, отмечая присутствие своего слуги, но продолжал молча смотреть на расстилающуюся перед ним равнину. – Какие будут приказания, мой Лорд? – не выдержал этого молчания Хвост. Волдеморт все же обернулся и взглянул на него. – У нас выдалась тяжелая ночь, не так ли? – устало прошипел он. – Да, мой Лорд. – Верно, очень тяжелая ночь, – повторил Лорд, снова отворачиваясь. – Он снова опередил нас. Разве это возможно? Хвост все же поднял взгляд на своего хозяина, не решаясь, однако, что-либо отвечать. – Обычный мальчишка, и смог противостоять нам, – продолжал шипеть Лорд, очевидно, не ожидая, что Хвост вступит в диалог. – Столько усилий, и все лишь для того, чтобы стать свидетелями того, как он присвоит себе чужие силы. Как это могло случиться? – Если позволите, мой Лорд, – промямлил Хвост, все же отважившись высказаться, – мне кажется, его готовили к этому. – Уж конечно его готовили! – прошипел Лорд громче. – И даже тебе не составит труда догадаться, кто именно занимался этим. Только у юной Малфой был доступ к книге, только она могла его подготовить. Хвост склонился ниже, уже жалея, что вообще открыл рот. – Но это не должно нас более тревожить, – с прежним спокойствием заключил Лорд. – Того, что случилось, уже не изменить. Однако это может открыть перед нами другие возможности. – Мой Лорд? – Да, определенно, это может быть даже нам на руку. У меня есть для тебя поручение, Хвост, – Темный Лорд отвернулся от обрыва и сделал несколько шагов по направлению к замку. – Все, что прикажете, мой Лорд. – Найди нам новое пристанище. Здесь побывало слишком много людей. – Конечно, мой Лорд. – Где-нибудь на юге, – продолжал Лорд, не обращая внимания на блеяние Хвоста. – Там будет проще затеряться, среди такого-то количества грязных магглов. Выбери в этот раз что-нибудь менее приметное. И убедись, чтобы никто не знал, где мы расположились. Мы переждем там все волнения. А после, когда все успокоится… – он медлил. – Да, мой Лорд? – После ты приведешь ко мне Люциуса Малфоя. Одного. И мы решим, как нам поступить с его сыном. *** [Trent Dabbs – Empty] Гермиона оглядела трибуны квиддичного стадиона, нашла то, что искала, и тяжело вздохнула. Вопреки своим намерениям она сделала шаг назад, в спасительную тень прохода, в надежде, что ее не заметили. Гермиона прислонилась к деревянным сооружениям и покачала головой. Зачем она пришла сюда? Гермиона вновь выглянула из своего укрытия и мельком взглянула на сгорбленную фигуру Рона. Зачем она вообще искала его? Рон пропадал в одиночестве второй день. Не появлялся в Большом Зале, не общался с Гарри, почти никому не попадался на глаза. Гермиона прекрасно понимала, что гложет младшего Уизли. Но отчего-то у нее не было ни сострадания к другу, ни даже жалости. Гермиона удивлялась самой себе. С каких пор она стала такой черствой? Пусть они с Роном давно уже не были лучшими друзьями. Пусть они с Роном перестали быть какими бы то ни было друзьями. У той Гермионы Грейнджер, какой она была, всегда хватало сострадания для окружающих. Будь то друг или посторонний, та Гермиона Грейнджер всегда могла найти подходящие слова для утешения. Но в этот раз все было иначе. И не то чтобы у нее не было слов. Слова были, разнообразные, красивые, проникновенные. Не было желания их произносить, не было больше потребности утешать. Наоборот, была потребность этого не делать. Вот так просто Гермиона перестала быть тем человеком, каким привыкла себя считать. Она вновь покачала головой. Как сложно было с этим смириться. Как сложно было не узнавать себя. Но сложнее всего было понять, правильные ли это были изменения. Должна ли она быть такой, какой стала. Гермиона оттолкнулась и решительным шагом направилась на трибуну. – Гарри думает, что это его вина, – проговорила она, опускаясь рядом с Роном. – То, что с тобой происходит. – Будь его воля, он бы на себя вообще за все на свете вину взял, – хмыкнул Рон уж больно спокойно. Словно не удивился увидеть ее здесь, а даже ждал, когда она придет. – Я думал, ты будешь в медицинском крыле, – продолжил Рон. – Только что оттуда, – Гермиона равнодушно пожала плечами. – Понятно, – кивнул Рон и замолчал. По этой отстраненности Гермиона поняла, что результаты ее колдомедицинского обследования были последним, что сейчас его интересовало. – Так… что ты здесь делаешь? – попробовала снова Гермиона. – Ну, ты же у нас самая умная. Вот и расскажи мне. Все это время Рон на нее даже не смотрел. – Ты не виноват в том, что случилось, – выдохнула Гермиона именно те слова, которых сама бы от себя ждала. – Ну вот, началось, – неожиданно Рон улыбнулся. – А чего еще ты ждал? – неожиданно бросила Гермиона. В душе поднималась обида. – Сказала бы, что все это действительно моя вина, и я не зря съедаю себя заживо. – Тебе это нужно услышать? – По крайней мере, это было бы более неожиданно. Гермиона удивленно посмотрела на него. Столько равнодушия и пренебрежения. Как непохож был этот человек на всегда жизнерадостного Рона Уизли. Неужели за собственными изменениями она упустила перемены, происходившие с окружающими ее людьми? – Но ты действительно не виноват, – продолжала гнуть свою линию Гермиона. – Точно, да, ты абсолютно права, – Рон повернулся и все же посмотрел на нее. Но взгляд… взгляд ничего не выражал. – Я не виноват в том, что в меня пальнули Империо. Не виноват в том, что повел лучшего друга на смерть. – Для непростительных нет контрзаклинаний. И щитов тоже. Никто не может им противостоять. – Гарри бы смог, – Рон снова отвернулся. – Он всегда все может. – Ты несправедлив к себе! – Несправедлив к себе?! – повторил Рон. Гермиона задохнулась. Она хотела этого – добиться от Рона эмоций. Но не ожидала, что этими эмоциями будет гнев и презрение. Прежняя обида, которую Гермиона так старательно подавляла, уговаривая себя, что Рону нужна помощь, заставила ее подняться на ноги. – Ты можешь сидеть здесь до посинения, – четко, без тени прежнего понимания в голосе произнесла она. – И, учитывая, что уже вечер и холодает все еще резко, именно это с тобой в итоге и случится. Ты можешь посыпать голову пеплом, пытаться понять, почему да как. Можешь провести всю оставшуюся жизнь в догадках, как бы ты мог сопротивляться заклятию или что было бы, не приведи ты Гарри в Хогсмид. Только вот знаешь что? – Что? – не удержался ошарашенный таким напором Рон. – Все это чушь собачья, Рон! Гарри в порядке, мы выиграли еще немного времени, и у нас наконец-то есть шанс победить, впервые за все это время. Вот о чем ты должен думать! – Я не могу, – Рон снова отвернулся. – Он чуть не погиб из-за меня. – Рон, это мог быть и не ты, – Гермиона вновь опустилась рядом и сжала его плечо. – На твоем месте с той же вероятностью могла оказаться я. Или Невилл. Или кто угодно. – Но оказался все-таки я, – продолжал упираться Рон. – Как же ты не поймешь? Суть не в тебе, а в Гарри, – Гермионе показалось, что Рон еще больше напрягся после этих ее слов, но предпочла не обращать на это внимание. – Он бы пошел за кем угодно. Просто потому что иначе бы не смог. Это ведь Гарри. – Точно, это Гарри, – как-то обреченно кивнул Рон. – Так что, мое предложение в силе. – Предложение? – Как я уже сказала, ты можешь сидеть здесь в одиночестве, перемалывая свои же кости. А можешь вернуться в замок. Там тепло, еда есть, компания. А еще там твой друг, которому ты сейчас отчаянно нужен. Так что хватит уже мучиться прошлым. Хватит нам только о войне думать. Гермиона снова встала, но в этот раз не для того, чтобы произнести пламенную речь. Она отвернулась от Рона и начала пробираться к лестнице. – Куда ты? – окликнул ее Рон. Гермиона остановилась на мгновение, пожала плечами. – Не думать о войне, – бросила она и начала спускаться. *** [Enya – Boadicea] Люциус не выходил из лаборатории третьи сутки подряд. Он знал, что ему нужно поторапливаться, если он хочет воплотить свои планы в жизнь. Но последняя выходка его наследника смешала все карты. Подумать только, защищал грязнокровку! И это на виду у доброй половины Внутреннего круга и самого Темного Лорда. Вот уж истинный Малфой. Люциус поставил на огонь небольшой котел и подхватил со стола неограненный нефрит. Покручивая камень в руках и ожидая, пока раствор в котле достигнет нужной температуры, он вновь начал перебирать в уме возможные причины такого поведения Драко. Но ни одна из них не казалась ему достаточно веской. Не мог же он всерьез думать, что Драко действительно выберет сторону Ордена. Но что еще могло заставить сына открыто противостоять Лорду, Люциус не понимал. Сомнений же, что Драко действительно отважился на подобную глупость, у Люциуса не оставалось. То, что его не вызвали к Лорду ни в ночь после провала, ни следующим утром, лишь подтверждало это. Лорд еще не решил, что делать с Малфоями и кто будет платить за безрассудство Драко. Потому и не спешит вызывать старшего Малфоя на ковер. Люциус сверился с книгой и опустил нефрит в закипающий раствор. Он должен был закончить приготовления до того, как Лорд примет решение. И мог лишь надеяться, что ему дадут возможность все исправить. Он взял явно старую на вид серебряную цепочку со странным кулоном и осторожно опустил в котел, ожидая, пока камень примет нужную форму. Именно к этому он готовился. Именно это должен был сделать – исправить ошибки, которые он совершил, сделать Драко достойным фамилии Малфой. Люциус поднял цепочку выше и довольно оглядел результат своих трудов. Еще немного, и он сможет, наконец, вернуть собственного сына. *** [The Killers – A White Demon Love Song] Гермиона неуверенно постучала и опасливо оглядела темный коридор. Не то чтобы она боялась, что кто-то ее увидит, но… Было в ее рассуждениях некое «но», которое она все никак не могла сформулировать. Гермиона вновь обернулась. Казалось бы, она сама сюда пришла, никто ее волоком не тащил. Откуда тогда это волнение, завязавшееся в тугой узел внизу живота? Гермиона сложила трясущиеся руки в замок и подумала, что слишком долго ей не открывают. Она постучала еще раз. А через минуту повторила попытку в третий раз. Ей по-прежнему никто не открывал, за дверью не было слышно ни шороха. Гермиона начала злиться. Она достала палочку и проверила дверь. Три запирающих заклинания и одно охраняющее от недоброжелателей. И она должна поверить, что в комнате никого нет?! Гермиона разозлилась и, немного напрягшись, все-таки вошла в комнату. И замерла на пороге. Судя по всему, здесь действительно никого не было. Свет не горел, угли в камине еле теплились. А потом справа от нее раздался шорох. Гермиона вскрикнула и повернулась на звук. Он сидел там, в кресле, и даже не смотрел на нее. – Обязательно было так пугать? – выдохнула она, взмахнув палочкой. Тут же в комнате вспыхнули несколько свечей. – Полтора дня назад ты пережила полномасштабную атаку Упивающихся Смертью, а теперь пугаешься шорохов в темноте? – он глухо хохотнул. Гермиона заметила у него в руке бокал. – Ты что, пьешь? – ахнула она. Малфой неуверенно пожал плечами, посмотрел на бокал в своей руке, поднял взгляд на Гермиону и снова пожал плечами. – Еще не решил, – признался он. – Но… почему? – в замешательстве проговорила Гермиона. Драко насмешливо на нее посмотрел. – А, по-твоему, нет причин? – но она смотрела на него с прежним непониманием. Малфой вздохнул, отвернулся и произнес: – Он видел меня, Грейнджер. Он знал, что я там был, и видел, как я защищал тебя. И я не знаю, что Он со мной за это сделает. – Ох, – выдохнула девушка. – Да уж, – хмыкнул Малфой в ответ. Гермиона вздохнула, понимая, что выбрала не самый удачный вечер для визита. – Я могу… – она замялась, оглядываясь на все еще открытую дверь, за ручку которой она схватилась, испугавшись, – могу зайти в другой раз. – Ты сняла три запирающих заклинания и просто взломала два охранных, – в привычной манере хмыкнул Малфой, поднимаясь из кресла. – Я ничего не взламывала! – возмутилась Гермиона, вновь оглядываясь на дверь. Она постояла какое-то время, поворачиваясь от двери к Малфою и обратно. Она ведь действительно ничего не взламывала! Ну да, сняла три запирающих заклинания, но больше там ничего не было, в этом она была совершенно уверена! Гермиона все же закрыла дверь, вздохнула и произнесла чуть обиженным тоном: – Я ничего не взламывала! – Конечно, взламывала. Два потрясающих охранных барьера были снесены в один момент. К твоему сведению, в очень неженственной манере, словно топором поработала. Гермиона вновь недоуменно оглянулась на вход. – Но я… я даже не заметила… И тут он расхохотался. – Ты что, издеваешься надо мной? – сощурилась Гермиона. Малфой лукаво глянул на нее, вылил содержимое бокала в камин, отчего угли тут же зашипели, и проговорил: – Нет, не совсем. Хотя заклинание было, но одно. И ты его действительно снесла. Напролом просто. – Значит, так паршиво поставил, – Гермиона скрестила руки на груди и недовольно посмотрела на парня. – Ну да, как же, – Малфой оставил бокал на каминной полке и обернулся к своей гостье. Его взгляд заметно посерьезнел: – Ты разве не должна быть у мадам Помфри? – Меня уже отпустили. – И что сказали? – А ничего, – Гермиона пожала плечами так, словно ее это не интересовало. И, призналась она сама себе, в данный момент ее это почти не волновало. Но что-то все-таки кольнуло ее. Быть может то, что Рон не задал ей ни одного вопроса. И то, как серьезно и по-настоящему заботливо смотрел на нее сейчас Малфой в ожидании продолжения. Потому что его это интересовало как ничто другое. – Мадам Помфри провела какие-то тесты, долго надо мной колдовала и даже взяла кровь. – А кровь-то зачем? – На анализы, Малфой! Зачем, по-твоему, ей еще нужна моя кровь? – вспылила Гермиона неожиданно для самой себя. – Ну, даже не знаю, она могла бы сделать оборотное зелье, чтобы под твоим видом пробраться ко мне в спальню поздно вечером, – предположил Малфой. Гермиона ошарашено опустила руки. – По-твоему, это смешно? Ты что, совсем не… ненормальный! Драко примирительно вскинул руки, подходя ближе. – Не ругайся, я просто хочу знать, что с тобой, – проговорил он успокаивающе. – Неудачная шутка, я согласен. Не сдержался. Больше не повторится, обещаю. Мадам Помфри тебе что-нибудь в итоге сказала? – Да, что надо провести еще несколько тестов и проанализировать результаты. Что еще рано что-либо говорить. – И все? – И все. – Понятно. Малфой кивнул еще раз. Они замерли меньше чем в метре напротив друг друга. – Зачем ты пришла? – все же нарушил молчание Драко. – Должна быть причина? – прищурилась Гермиона. – У храбрых маленьких гриффиндорок всегда есть причина. Гермиона кивнула, обошла его и остановилась у камина, глядя на разгоревшийся от алкоголя огонек. – Помнишь тот вечер, когда я рассказала тебе про силы Гарри? Ты поймал меня после того, как я ходила к директору. Потребовал ответов, и мы пошли в тот класс, где занимались в первом семестре. Разговаривали там больше часа. Ты помнишь? – Да, я помню, – кивнул Малфой, не совсем понимая, к чему она клонит. – Ты тогда хотел у меня что-то спросить. Но передумал. Что ты хотел спросить? – и Гермиона выжидающе на него посмотрела. На лице Драко не дрогнул ни один мускул, он ничем не выдал, что понимает, о чем речь. А взгляд будто стал суровее. – Это уже не важно, – выдохнул он спустя какое-то время. – Для меня это важно, – настаивала Гермиона. – Грейнджер, прекрати, – он мотнул головой и отвел взгляд, складывая руки на груди. Она подошла ближе и попыталась поймать его взгляд. – Почему ты не хочешь рассказать? – О, Мерлин Великий, зачем тебе это? – Малфой возвел глаза к потолку. – Гриффиндорское любопытство, – пожала она плечами так, что сразу стало понятно, что причина задавать этот вопрос у нее была, и достаточно весомая. – Слышала поговорку про кота, которого сгубило любопытство? – Малфой нахмурился еще больше. – Ты ведь хотел спросить о Гарри, да? – Гермиона позволила себе небольшую улыбку. – Что?! При чем здесь Поттер? – Ты знаешь, при чем, – она улыбнулась шире. – Ты хотел спросить, не влюблена ли я в него. Почему передумал? – Да потому что это неважно! – не выдержал Малфой. – Это было неважно тогда и это по-прежнему неважно сейчас! – Потому что тебе плевать? – сощурилась Гермиона, глядя прямо на Малфоя. – Или потому что ты уверен, что ты мне не пара? – Ну, я-то уж точно тебе не пара, – со смешком выдохнул он. – Ты не думал об этом, когда предлагал мне заняться личной жизнью. Малфой стал еще боле хмурым. – Во-первых, это была шутка. Во-вторых, я уж точно не имел в виду свою скромную персону. – Скромную?! – хихикнула Гермиона. Несмотря на явную злость Драко, она выглядела невероятно довольной собой. – Ты что-то не думал о скромности, когда целовал меня. Малфой удивленно посмотрел на нее, словно понял что-то. – Грейнджер, ты что, соблазнить меня пытаешься? – Может быть, – невинно пожала она плечами. – Это плохая идея, – он покачал головой. – Я так не думаю. – Грейнджер, зачем тебе это? – он вновь скрестил руки на груди. – Шла бы к своему Поттеру. – Я хочу быть здесь, – она мотнула головой, и Драко все же улыбнулся, узнавая этот упрямый жест. – Я хочу быть с тобой. Его улыбка стала грустной. – Это слишком опасно. Особенно после того, как они меня видели. Гермиона вздохнула и подошла еще ближе к нему. – Это всегда было опасно, Драко, – она прикоснулась к его плечу. – Только это неважно. Просто позволь мне остаться. Малфой отшатнулся от нее. – Грейнджер, ты спятила. После всего, что с тобой случилось за последнюю неделю, я тебя и пальцем не трону. Гермиона вновь шагнула навстречу к нему. – Я знаю, – кивнула она успокаивающе, снова прикасаясь к его руке. – Поэтому я здесь. Я знаю, ты думаешь, что опасен для меня. Но это не так. Ты больше полугода защищал меня, рисковал собой ради меня. – Я уже говорил, что… – Неважно, что ты говорил, Драко. Ты не причинишь мне вреда. Я знаю это. Я тебе доверяю. – Это ты зря. Гермиона сделала еще один шаг, становясь почти вплотную к нему. – Мне плевать. Я тебе доверяю. Она приподнялась на цыпочки и потянулась к нему. – Все равно зря, – Малфой все-таки улыбнулся, сводя руки вокруг ее талии. – Мне все равно плевать, – выдохнула она ему в подбородок и закрыла глаза. Последним, что успела ухватить Гермиона из ускользающей реальности, был тихий шепот Драко, накладывающего запирающие заклинания на дверь.