Черные волны

      Кагами сначала не знал зачем отец привел его в странное место, где пахло отчаянием и обреченностью. Но как только зазвенели монеты и клацнули колодки на его руках, он всё понял — теперь он раб. Человек у которого нет ничего, кроме бесконечных приказов, побоев за дерзость и просто так. А ведь он готовился выйти в большую жизнь, служить верой и правдой королю, защищая родину.       В первое время у него было пусто на душе, как в бочке, ведь никак уже не сбежишь. Колодки и цепи были необычно крепкими, а на висок ставилась нестираемая печать раба: круг с ладонью в цепях. Но когда, через год бесконечной перевозки, умерла маленькая девчушка со своей семьей с соседних колодок, из-за заразы попавшей в рану от хлыста, он еще кое-что понял — если он хочет выбраться из этого дерьма живым, то он должен всеми силами бороться. Упираться рогами в землю на зло другим, вгрызаться в жизнь зубами, хвататься за любую соломинку с того, другого мира где у людей есть права, нормальная жизнь и свобода. А пока он застрял в нижнем слое этого мира: мерзкого, отвратительного, где важнее деньги и главное-угодить тому, кто богаче и могущественнее тебя. Что это за жизнь вообще?!       Их перевозили, как животных, в одной большой клетке, с одной стороны которой торчали острые и крупные шипы. Кормили раз в день какими-то помоями и оставляли на улице у гостиничных домов. Иногда, на рынках, продавали за определенную цену или обменивали на какую-нибудь безделушку. Передвижение по городам закончилось лишь через два месяца после первой смерти в клетке и их забрал какой-то другой торговец-хозяин. Тогда начались корабельные перевозки, липкий страх окружающих и новые партии рабов-пленников. Им даже удалось как-то раз захватить шпионскую пиратскую шлюпку.       Один раз их смешали с новыми партиями и они, попав под покровительство нового хозяина, вновь, толпой перекочевали на новый корабль в каком-то порту. Осталась всего неделя и они доберутся до северной территории, Англии.

***

—Кагами!       Тайга, сидевший до сего времени на крыше мелкого ларька, откликнулся на голос друга, тут же слетая на землю. Цепи на ногах неприятно и громко звенят. К нему на встречу несется темноволосый юноша с огромной корзиной продуктов для хозяина и его гостей. —Где ты бродишь? — Добежав, парень чуть сгибается от усталости и опускает свою ношу на землю. — Хозяин сказал возвращаться.       Уловив волнение в голосе друга, Тайга не сдерживает мягкой улыбки. Химуро он встретил на втором корабле, среди почти отдавшей концы, корабельной команды. Тонкий и забитый он сразу же оказался под опекой вспыльчивого мальчишки, коим он и считается до сих пор.  — Знаю, знаю… Ладно, идем.       Он берет всю корзину, взваливает себе на плечи и несет, будто пушинку. Химуро идет рядом и они, дружно гремя цепями на щиколотках, бредут к дому своего хозяина.       Дом, где живет хозяин, это очередная богатая гостиница с каким-нибудь придурковатым названием. В этот раз вывеска с названием «Богатая Леди» уже как бы намекала на цены в этом месте. Хозяин никогда не имел своего передвижного ложа, так как был обычным богатым человеком и жить хотел только в нормальных условиях.       Тайга решил, перед тем как зайти к хозяину, заглянуть в клетку где сидели остальные и которая располагалась недалеко от гостиницы в подворотне. Пятеро ребятишек сидели на железных ступеньках у входа в их тюрьму.  — Кагами! Химуро!       Мальчишки лучисто заулыбались, завидев парней, и было бросились к ним на встречу, но рухнули на землю, отбежав от клетки всего на пару метров. Химуро тут же бросился к мальчишкам, то и дело запинаясь во время бега, а Кагами шел следом, понимая, что хозяин вновь укоротил цепи.  — Химуро, у меня зуб выпал! — Заныл самый младший из оравы, вешаясь брюнету на шею в крепкие объятия. Кагами, опустившись рядом, ободряюще улыбнулся.  — Ну вы сегодня молодцы, парни! Какие еще успехи?       Эти мальчишки уже познали тяжелый труд и такие же тяжелые наказания, и чтобы юнцы не сломались, как соломинки, Тайга всячески пытался их поддержать: то оставит половину от своей порции, то придумает захватывающую историю или как сейчас — искренне улыбнется своей широкой и лучезарной улыбкой, самого доброго человека на свете.  — Руа нам сегодня рассказала про легенду горящих земель! — Конопатый мальчик воодушевленно замахал руками, но его перебил другой, зажав рот и шуточно повалив на землю.  — А правда, что ты оттуда?  — Да-да! Это правда? Ну, скажии!       Да, он был с тех великих земель, которые народ попросту называл Огненным островом. Почему называл? Да потому что, судя по слухам, остров ушел под воду из-за неизвестной аномалии. Да и про людей, населяющий его, мало что знали, так что, можно сказать, исчезновение таинственного острова никто и не заметил.       Красноволосый загадочно улыбнулся и состроил угрожающюю мину. - Да, я оттуда. Там очень опасно и на каждом шагу можно встретить какую-нибудь странную хрень которая захочет тебя из… Ай! Тацуя?!       Кагами потер место удара и виновато состроил глазки Химуро, который уже загонял ребятню обратно в клетку.  — Не пугай детей всякой ерундой! Скоро будет темнеть и собаки повылезают, ты бы поторопился. Скоро к хозяину приедет гость, а я за всеми присмотрю.       Химуро проверил нет ли кого под колесами клетки и поправив плотную ткань на «крыше» мягко улыбнулся другу.  — Мы тебя ждем.       В груди Кагами тут же разлилось тепло. Может они и люди без прав на что-либо и пускай все считают их просто вещами, но они никогда не бросят друг друга и вырвут себе, и другим драгоценные куски свободы.  — Хорошо, — он подхватил корзину в руки и, кивнув головой ребятам, мелькавшим у Химуро под ногами, двинул к гостинице.       Пару раз постучав в деревянную дверь, Кагами открыл её ногой и ввалился внутрь. Хозяин, с чашкой чего-то дымящегося, сидел в деревянном кресле у балкона из которого открывался вид на порт. - О, Кагами, — мужчина неприятно улыбнулся. — Грязный ты выродок, не наследи мне тут.       Парень лишь скрипнул зубами от злости и пройдя до маленького столика, начал раскладывать содержимое корзины. Комната действительно была обустроена для богатой личности: махровые ковры на полу, картины с пейзажами на всех стенах, фрукты в многочисленных вазочках, ну и конечно же шикарный вид с балкона.       Торговец рабами, допив свой напиток, брякнул чашкой об столик.  — Кагами! Сейчас ко мне придет очень важный человек, — Тайга закончил с продуктами и уставился на улыбающегося мужчину. — Он хороший друг самого короля!       Парень бы сейчас закатил глаза и фыркнул — срал он на этого короля с отвесной скалы. И на его «друзей» тем более.  — Поэтому даю тебе вот это, — торговец достал из кармана маленький ключ. — Это от ванной комнаты. Прихвати своего дружка и пару девчушек, приведите себя в порядок и чтобы к одиннадцати часам были тут! Хоть кого-то из вас должны будут купить.       Кагами словил маленький ключик и поклонившись, вылетел из номера.

***

— Ооо! Господин Ханамия! Вы как всегда в хорошем здравии! Присаживайтесь.       Кагами мельком глянул на этого самого Ханамию: молодой темноволосый человек с хитрющим взглядом и коварной улыбкой. Аж мурашки по коже. Тайга сделал как велел хозяин и сейчас он, в более менее опрятном виде, вместе с Тацуей, и парой девушек, сидели на коленях у балкона.       Гость, присаживаясь за стол, кинул в их сторону острый взгляд.  — Это твой товар? Хозяин, засуетившись, плеснул вина в бокалы и усевшись в кресло, кивнул. — Да, господин. Парни с разных мест, а девушки из-за Южного моря. Как видите здоровые, красивые и почти зрелые. Парням около шестнадцати, а девушкам не известно. Но выглядят на восемнадцать.       Кагами даже осязаемо чувствовал как волнуется торговец.  — Вижу, вижу. Красавиц я точно беру.       На столик упал мешочек с монетами. Два солдата, что стояли до этого у дверей, двинулись в их сторону и, ухватив девушек за волосы, выволокли из комнаты. Кагами душил в себе утробное рычание и лишь ненавистно глядел то на гостя, то на хозяина, который спрятав деньги в халат, продолжил нахваливать остальной товар.  — Не кипятись, с ними всё будет хорошо, — тихо шепнул ему Химуро, пододвинувшись ближе.       Он всегда мог успокоить его одной только интонацией своего голоса и теплым касанием руки. Нервы тут же успокаивались и разум скидывал пелену гнева. А всё потому что брюнет был эмпатом и плюс к этому имел корни с драконовыми магами воздуха. Первое позволяло чувствовать эмоции, а второе манипулировать ими. Но цепи на ногах поглощали всю энергию и к концу дня парень мог потерять сознание, от того что пользовался своими редкими способностями.  — Откуда говоришь красноволосый? — Кагами тут же напрягся.   — С Огненного острова, тот что затонул.  — Вот как.       Ханамия развернулся на стуле к нему лицом, всё так же улыбаясь. Будто что-то замышлял.  — Я покупаю. Такие редкие войны нужны сейчас, — гость вновь кинул на стол деньги, допивая вино из бокала.       От слов королевского торгаша Тайге вдруг стало нехорошо и он понял, что гость догадался кто он. Пепельник. Дымник. На том острове жили именно они. Идеальные войны пепельники и дымники, которым ни по чём огонь и тяжелые ноши. Характерными чертами были волосы либо красного, либо пепельного цвета, раздвоенные брови и отменная выносливость, которая превосходила человеческую. Но, кажется, теперь Кагами последний, раз остров погиб. Мастерству пепельника должны учить в клане. А его отец продал его купцам, ради денег. Хотя может он знал, что землям грозит опасность и отправил его подальше от дома? Но зачем именно таким способом?!  — Кагами! — Громкий крик хозяина подобен гвоздю, который словно забивают в уши. — Ты продан. Ханамия твой новый хозяин.       И его увели. Кагами успел зацепиться глазами за Химуро, который бросил лишь какой-то непонятно долгий взгляд из-под своей длинной челки и грустно улыбнулся.       На выходе из здания ждала аккуратная повозка-карета, запряженная двумя конями. Его закинули туда, как собаку, и, распластавшись на кожаном сиденье, при этом ударившись лбом об стекло, Кагами подскочил на коленях. Следом за ним запрыгнул «хороший друг самого короля », удобно пристроившись напротив. Дверь закрылась с глухим хлопком и карета, покачнувшись, тронулась с места. Темноволосый долго сверлил взглядом висок, где была чернильно-черная печать.  — Эх… Как досадно, — он ухмыльнулся и подпер рукой подбородок, отводя взгляд к стеклу. — Ладно, шучу. Король даст мне за тебя крупную сумму, а может и небольшую землю. Так удачно, что ты, щуплый парнишка, оказался рабом. Тайга удивленно вздернул брови.  — Это почему?  — Сдох бы.       Ханамия повернулся лицом к парню, растянув губы в острой улыбке, и резко ударил под ребра. Не ожидая этого, Кагами сложился пополам, завалившись набок.  — Ууу… Бедный мальчик, жалко выглядишь. Но ничего. Король придумает как тебя правильно использовать.       Кагами зло зарычал сквозь зубы. Было жутко неприятно от едких слов мужчины и живот скрутило в болевом спазме. Но судя по всему он знал, почему погибла его родина.  — Бесишь своей тигриной мордашкой…       Непонятливо нахмурившись Кагами лишь шикнул. А Ханамия что-то обдумывал, прикусив кончик языка. Так прошло минут десять. Кагами уже успел отползти в уголок, подергать ручку двери, которая не поддалась.  — Ахах! — Ханамия весело рассмеялся пнув раба по ногам, — Будешь тихо сидеть в уголке, попрошу снять с тебя клеймо, а нет, то вырву тебе хребет и продам еще раз.       Парень все трое суток сидел молча. Иногда поглядывал в окно и пересаживался в другой угол. Кагами совершенно не мог понять куда его везут. За стеклом мелькали грязные улочки и иногда можно было увидеть маленький кусочек моря. Ханамия частенько ругался и больно дрался из-за ничего. На четвертый день карета въехала в какой-то подозрительно милый с виду городок. Веселые лица людей вгоняли Тайгу в странную растерянность. Он привык, что люди вечно хмурятся или прячут злой оскал за милой улыбкой. Но тут же стало не до размышлений над этим. Раздался выстрел револьвера и, почти пролетев впритык к карете, мимо пронесся какой-то парень, а за ним грузная стража с защитными пластинами на груди, спине и еще на некоторых частях тела. Ханамия тут же вышел из кареты, что-то крича. А Кагами, уловив случай, высунул голову наружу, ища взглядом стражников. Те оказались у какой-то торговой лавки, на крыше которой их дразнил парень. Высокий, синеволосый, со смуглой кожей, в рваной одежде и с королевской саблей в руке. Кагами это понял по золотому блеску и всё прибывающей страже.  — Грязные солдаты! — задорно и громко орал парень, невероятно ловко запрыгивая на массивную вывеску с надписью «Хлеб», а с нее на крышу соседнего домишки.       Солдаты так же громко бранились ему в ответ, пытаясь как-нибудь сбросить наглеца с крыши выстрелом из мушкета или хотя-бы не упустить из виду. Тут перед носом Кагами распахнулась дверь кареты и он вывалился на холодный камень улицы.  — Вставай, жалкое отродье! — Ханамия стоял совсем рядом и давил подошвой ботинок на плечо Тайги. — Ты же шустрый, мразь. — торгаш тут же мигом опустился рядом с рабом, хитро шепча на ухо. — Живо принеси мне королевский клинок и я тебя освобожу от своей власти. Эти слова эхом разнеслись в красноволосой голове, а в груди бешенно застучало. Словно он оступился на лестнице и приходит в себя. — Ну же?       Пепельник резко поднялся с земли, оттряхивая руки от мелких камушков и глухо выдавливая с вспыхнувшей в глазах надеждой. — Да, я принесу.       Мужчина улыбается и смотрит назад. В нескольких метрах от них видна королевская карета, а из нее, из-за шелковых шторок на окнах, смотрит спокойным взглядом молодой мужчина, со сведёнными к переносице светлыми бровями.       Кагами уже во всю несется следом за стражей, на сколько это позволяют раздражающие цепи, и даже обгоняет некоторых солдат, не упуская каждое движение юркого парня, который уже пробежал по крышам пару улиц. Как его еще не подстрелили-то?       Кагами ищет взглядом откуда можно быстро оказаться наверху, но никаких нормальных вывесок или даже подоконников не было видно. Чертыхнувшись, раб со злости смахивает одним ударом ноги, мешающего солдата на своем пути. Цепи разбивают крепкий шлем на седой голове, а Тайга всё больше бесится. Ему нужна эта сабля, ему нужна свобода, а чертовы цепи на ногах и люди вокруг жутко мешают и бесят. Тут Кагами замечает чью-то карету. Она всё приближается и Тайга бежит ей навстречу, но его кажется даже не заметили. Как замечательно. Оттолкнувшись двумя ногами и взмыв в воздух, он с грохотом приземляется на крышу кареты, а с нее на ближайшее здание. Руки раздирает жесткая черепица и даже жесткую кожу на пятках колет боль, но парень предпочитает этого не замечать, срываясь с места за мелькающим впереди воришкой. Солдаты перестают стрелять, но упорно продвигаются через толпу людей.       Парень с саблей лихо спрыгивает куда-то вниз, но тут же в мгновение оказывается в воздухе, цепляясь свободной рукой за подоконник высокой башни, которую Тайга уже проезжал в карете час назад. Он машет трофеем и тут Кагами понимает, что его вор еще не заметил или попусту не воспринимает всерьез. Последнее еще больше раззадорило дымника и он в несколько секунд добежал до одной из стены башни. Оттуда прекрасно было видно улицу, которую заполнили солдаты и спину висящего на одной руке парня. От сюда можно было бы удачно прострелить синеволосую макушку, но у Тайги нет оружия. Но ему и не надо.       Пепельник чуть сгибается, напрягает ноги для мощного прыжка и толкается от кровли с яростным рыком. В полете он хватает вора за плечи, сносит за собой, на миг Кагами показалось, что синеволосому оторвало руку, и они падают в толпу людей.