Моя последняя остановка-твои объятия

Вот бы сейчас туда, где ни единой души, где пустота параллельна к присутствию одному единственному понимающему тебя человеку. Где-то одиноко бродят двое молодых парней, созерцая взглядами летящих чаек, которые возносятся своими белыми и размашистыми крыльями к горизонту над бескрайним морем. Проявляющие свою непоколебимую широту волны разбиваются о песчаный берег, смывая за собой следы от босых ног, заодно покрывая их свежей водой и пушистой пеной. Безграничное небо едва пропускало лучи солнца через угрюмые тучи, а сильный ветер чуть было не сметал лёгкое и худощавое тело, пока его собеседник улыбчиво поглядывал на попытки блондина согреться в большой неудобной куртке. Хоть погода была не из самых приятных, но из-за чувства отрешённости и шума прибоя ощущалось, что именно тут и проходит та самая тонкая грань, ощущение свободы от всего, что давит на твоё сознание в реальном мире. Сейчас сознания нет, есть лишь завораживающая глубина природы, которую изображают на холстах и описывают в книгах. Кому-то из этих двоих взбрело в голову забраться на утёс, ведь какое место может быть лучше для бесед и раздумий? — Экзамены на носу. Ты готов? — Ты же знаешь ответ, — говорит Чонгук, с опасливостью скидывая ноги вниз с утёса. Его голос полон спокойствия, а в душе, на самом деле, какая-то неразбериха. — Очень плохо. — Сделав такой вывод, Юнги следом за Гуком свесил свои конечности, которые от страха высоты немного подкашивались. — Мою тётушку вызывал директор для обсуждения всего этого дерьма, в общем, это моя вина. И я… Я не вижу смысла жизни. Другие имеют вторую половинку, создают счастливые семьи, приятные воспоминания, а я сломлен. Меня всё время унижали, избивали… Ты можешь сейчас сказать, что я слаб, что я жалкий и беспомощный, и я не буду этого отрицать. Просто я устал, правда устал. Такая обширная свобода в виде безразмерного моря и чистой атмосферы действовало на парней подобно наркотику. Они расслабились, глядя куда-то в даль, и давали своим мыслям гулять по воздуху. Чонгук сейчас не хочет слышать никаких утешений, ни слов, что-то вроде: «Всё будет хорошо, ты справишься». Просто, наконец, его сознание освобождается от накопленной обиды, которая собиралась в уголках души и расползалась по каждому миллиметру души. Он очень рад, что ему есть, кому высказаться, кто его не упрекнёт, не ударит, не унизит, а просто выслушает. — Нет, это не твоя вина, Чонгук. — До чего неожиданно и пугающе Юнги кладёт свою ладонь на колено младшего. Это прикосновение вынуждает содрогнуться всё тело и покрыться мурашками. Мало того, что под ними метров сто, так он ещё и пугать вздумал. Даже приятно. — Просто ты жертва непредвиденных ситуаций, так уж вышло, что на тебя всё это свалилось: потеря родных, издевательства одноклассников. Не каждый имеет достаточно большую силу, чтобы взять себя в руки. Люди в безвыходных ситуациях даже кончают жизнь самоубийством, это называется отчаянием, но если рядом есть человек, который поможет тебе найти выход, тогда ты сможешь открыть для себя новый путь, и я уверен, что ты найдёшь его. — Когда? — задался вопросом младший, выслушивая Юнги с полуоткрытым ртом. — Тогда, когда не ждёшь. Незаметно пролетает день, сменяясь на холодную ночь. Тучи куда-то расплылись, давая небу распространять всю свою небывалую красоту и тягучую притягательность. Юнги водит рукой по звёздному небу, завораживая движением искрящиеся и полные вопросов глаза Чонгука. На краю утёса всё кажется бессмысленным, по крайне мере, так думает Гук и кладёт голову на колени Юнги.