Моя последняя остановка-твои объятия

— Чонгук? — Изо рта исходит пар, добираясь до красноватого кончика носа. Чонгук приподнимает голову и не верит своим глазам. Перед ним всё тот же Мин Юнги. Сколько же Гук его не видел. Он растерялся и теперь не знает, что сказать, поэтому чувства говорят за него. На душе, правда, досадно, что его игнорировали столь долгое время, но он винит сам себя и не посмеет винить в этом Мин Юнги. — Привет, хён… — Гук медленно подводится и бегает глазами. — Чонгук, где твоя куртка? — Не знаю… — Подросток не понимает: его морозит от холода или от волнения из-за такого недосягаемого Мин Юнги? — …но я хотел поговорить, знаешь, мы столько не виделись. Юнги без слов подходит к Чонгуку и накидывает на его плечи своё зимнее пальто чёрного цвета. Кожа Чонгука буквально начинает таять под теплом Юнги. Ему хочется окутаться и расплыться в этом тепле, вдыхать приятный запах блондина, потому что это, кажется, будет новым фетишем Чонгука. — Пошли, тебе нужно согреться. Юнги ведёт Чонгука на участок, затем в своём кабинете заботливо готовит кофе для младшего. Чонгук долго смотрит на чашку кофе, но, так и не испробовав ароматный кофе, говорит: — Юнги-хён, прости меня. — За что? — За то глупое признание… Я поставил тебя в неловкое положение. — Ты про "хён, я люблю тебя"? Чонгук распахивает глаза и пытается спрятать взволнованный взгляд. — Набрал полную ванну ледяной воды, наглотался вредной дряни и закрылся в номере. Это, по-твоему, не глупо? — Ты не представляешь, в каком отчаянии я был, что испытал, чтобы решиться на это. — говорит Чонгук, подняв мгновенно повзрослевший взгляд. — А ты… -продолжает младший. — Ты бросил меня, когда я больше всего нуждался в тебе, писал сообщения, зво… Перебив младшего, Мин Юнги вжимает того в стену. — Не говори мне об отчаянии, — выпаливает Юнги, смотря на Чонгука холодными глазами, а от холодного дыхания у младшего подкашиваются ноги. Такие крепкие руки держат окаменевшее тело у стены, а их колени соприкасаются. Юнги настолько близко, что в его глазах можно углядеть некую историю, о которой старший никогда не рассказывал Чонгуку. Это личный яд Мин Юнги, и он не собирается об этом когда-либо вспоминать и тем более испытывать вновь. Пусть флакон с этой жидкостью будет закрыт самой крепкой пробкой, чтобы её никто не смог открыть. — Это не меняет того, что я гей. — Чонгук делает шаг вперёд. — А ты поступил как трус. Просто сбежал от проблем. — Проблем? Нет никаких проблем, — смеётся Мин Юнги и достаёт с пачки сигарету. На самом деле, в блондине воют бесы, потому что младший прав. Чертовски прав в том, что Юнги тогда струсил, так и не решившись поднять трубку или хотя бы ответить сообщением. — Да-да, есть. — Младший уверенно шагает навстречу. — И если ты такой похуист, то почему же не послал меня куда подальше? Почему был откровенен и в то же время помогал мне? — Мне было скучно. — Больше Мин Юнги ничего не пришло в голову. Он сделал быструю затяжку и как можно спокойнее сделал выдох. Чонгук не выдерживает всех глупых "отнекиваний" старшего и бьёт того прямо в челюсть. Удар сильный, но Юнги не падает. Ошеломлённый таким действием со стороны младшего Юнги сплёвывает кровь и грубо толкает того в стену. В этом ударе Чонгук выместил всю свою горечь и обиду, показал, как больно любить такого холодного Мин Юнги. Блондин злится, потому что знает, о чём говорит младший, потому что сам прочувствовал ту же боль. Он бы тогда приехал к нему в больницу, если бы был точно уверен в правильности своих действий. — Ударь меня, хён, хуже мне уже не станет. — Заткнись. Тяжелые дыхания бьются в атмосфере личного пространства друг друга. От горячих тел через секунду начнёт исходить пар, и они настолько близко, что готовы поглотить друг друга без возврата назад. Неуверенный взгляд на припухшую от удара губу Мин Юнги, тот, в свою очередь, одаривает тем же взглядом Чонгука и дышит прямо в приоткрытый рот. Блондин ниже на пару сантиметров и Чонгуку так хочется его обнять. У Юнги прекрасные руки. Они оказываются на талии младшего, одурманивая и выводя из равновесия. Полицейская форма будто специально создана для Мин Юнги, она так красиво лежит на его светлом теле, что у Чонгука голова кругом идёт. Неожиданное постукивание в дверь и парни отскакивают друг от друга, будто током прошибло. -О-о, — тянет вошедший полицейский. — Я пришёл бумаги забрать. Мин Юнги быстро провёл рукавом по губам, чтобы стереть кровь, которая сочилась с нижней губы. — Конечно, — спокойно отвечает Юнги и идёт к столу. Младший застывает в глупой гримасе, а сердце выскакивает из груди. Через минуту старший хённим покидает кабинет. — Я думаю, нам стоит поговорить. — неуверено бросает младший, опасливо наблюдая за обездвиженным Юнги. — Не о чём нам с тобой говорить, — совершенно спокойным голосом отвечает Юнги. — Прости, Чонгук, мне надо работать. Он только что держал младшего за талию, а теперь делает вид, будто ничего не было. Никаких взглядов, никаких чувств. — Да что с тобой, блять, такое?! — выпаливает младший, разводя руками в сторону. Юнги старается игнорировать Гука, перебирая папки с невозмутительным взглядом. На этот раз Чонгук не будет ждать. Он вылетает с кабинета, громко захлопнув дверью. — Да пошёл ты к чёрту, Юнги, — говорит вслух Чонгук и выходит из здания.