Что если

- Уилл, открой дверь! Не притворяйся, что тебя тут нет - я учуяла тебя, как только вылезла из машины. Уилл! - резкий стук уже в который раз за прошедшие несколько минут разбил привычную тишину одинокого дома, порядком раздражая, и без того находящегося на взводе, хозяина. Мужчина, прижавшись спиной к стене узкого коридора, почти до крови закусил губы, и, все же, подождав несколько секунд, все же отодвинул задвижку на входной двери. Щелчок, скрип дерева, стук каблуков по деревянному полу, и вот, на него уже смотрела пара синих глаз, таких же, как и его собственные, с такими же безумно расширенными зрачками. - Селина, - выдохнул Уилл, чувствуя как желание накатило новой волной от одного лишь вида сестры-альфы. Неправильно... Грязно... - Уилли, - сочувствующе выдохнула брюнетка с длинными, ниже плеч, мягкими локонами, держась на расстоянии от разгоряченного тела брата-омеги не смотря на сладковато-пряный запах течки, буквально пропитавший небольшое помещение за те пару дней, что тот схоронился у себя дома, - ты ведь принимаешь таблетки? Он кивнул, сглатывая, сотрясаясь всем телом, словно в лихорадке. Течка никогда не была его любимым временем, и справляться он с ней мог только в присутствии сестры... Как бы парадоксально-абсурдно это бы не звучало. - Они уже не помогают, Селина, - в голосе мужчины послышались умоляюще-поскуливающие нотки, - прошу... Или уходи, или по-помоги мне... Он говорил так каждый раз, когда в бреду течки автоматически набирал номер сестры, прося приехать как можно скорее. И она всегда выбирала помощь, скидывая с плеч одежду по первому его зову, из последних сил сдерживаясь, чтобы не накинуться на беспомощного омегу. Она целовала мокрые от пота щеки и примятые волосы, гладила покатые плечи и вздымающуюся грудную клетку, вводила в истекающий смазкой анус пальцы, срывала с родных губ стоны облегчения и неимоверной страсти. Селина каждый раз отдавала всю себя, сдерживая бушующие гормоны внутри брата, возводя вокруг омеги стену, облегчая одинокую жизнь. Но даже слыша свое имя в пике наслаждения, чувствуя сперму на своих пальцах, она никогда не тешила себя тем, что именно ее лицо видел перед собой Уилл, изливаясь ей в кулак, ее бока сжимал пальцами, насаживаясь на женские пальцы. Нет, все не было так просто. Никогда не было, если дело касалось омеги-Грэма. - Почему ты не позвонишь в следующий раз ему? - спросила женщина, когда они уже лежали в кровати, на время устав от активных действий. - Не все так просто, я... Мне кажется, я и в обычное время теряю над собой контроль, когда сижу у него на сеансах. А ты предлагаешь, - Уилл вздрогнул, вспомнив жадный взгляд темных глаз, - отправиться в логово зверя. Я не хочу, чтобы он обладал мной, Селина. - Твое тело говорит обратное, - усмешка тронула губы брюнетки, внимательно наблюдавшей за братом. Уже связав свою жизнь с одним бетой в Нью-Йорке, она уже больше не могла так часто отлучаться в Вирджинию, чтобы каждые четыре месяца "утешать" омегу, бывшего настолько упрямым, отвергавшим все ухаживания альф с такой агрессией, что бедняг, посягнувших на свободу Уилла Грэма, становилось искренне жаль. - Он точно хочет тебя, - вновь попыталась завести разговор старшая Грэм, принюхиваясь к пряному запаху, - к тому же, с мужчиной-альфой гораздо приятнее проводить время. И плодовитее... Она рассмеялась, а Уилл почувствовал, как щеки залила краска. Он вновь хотел удовлетворения, и, как бы не отрицал, не мог отпустить мысль о том, как хорошо было бы ощущать сильные руки на горле, как сладко-тягуче было бы от наполненности чужим членом, как дурманяще-великолепно было бы вдыхать дорогой одеколон вперемешку с собственным запахом течки. О, Боже, он снова хотел трахаться... - А что я говорила, - возвела глаза к потолку Селина, откидывая со лба темные пряди, внимательно вглядываясь в такое похожее на собственное лицо. Забавно, почему именно ей суждено было стать альфой, а Уиллу - омегой? Забавно, - думаю, я не зря позвонила доктору Лектеру, попросив его приехать к тебе с осмотром. Мужчина почти что подскочил на постели, уже зарекаясь больше не жаловаться на собственное состояние. - Прошу, ты же пошутила... Нет, ты не могла... Пошутила же? - побледневшие губы задрожали, а синие глаза наполнились слезами. Женщина виновато потупила взгляд, покачав головой, в глубине души, однако, не пожалев о принятом решении. - Он приехал со мной, можно сказать, братец, я привезла тебе лекарство... Она наклонилась вперед, затыкая дальнейшие возражения брата, проводя языком по мягким губам, ловя судорожный вздох. Сплетая пальцы, завела руки над головой, заглядывая в почти черные от желания глаза. Прекрасное зрелище для альфы - истекающий в преддверии омега, подающийся навстречу каждому прикосновению, готовый исполнить любую прихоть. Кажется, вновь хлопнула входная дверь... - Даже не хочется отдавать тебя ему, - простонала Селина, сжимая член брата в руке, растирая смазку по всей длине, мягкими движениями доводя до нового пика, - но, думаю, доктор Лектер о тебе позаботится... Ее голос пропал. Все, существовавшее вокруг, пропало, оставив лишь непроглядную темноту и острый запах альфы. Грэм попытался сделать вдох, но потерпел неудачу, окунаясь в такой знакомый аромат. Вновь изящные ладони оттягивали волосы назад, обнажая кожу, вновь острые зубы бритвой резали плечо и шею, вновь пальцы до боли сжимали ягодицы, раздвигая плоть в стороны, открывая взору истекающий смазкой вход. Но в этот раз было слишком, умопомрачительно сложно признать, что это все было по-настоящему, а не в наркотически-бредовом забытьи, и член, до основания вошедший в содрогнувшегося омегу, был из самой что ни на есть плоти и крови, а не из силикона. - Слишком долго, дорогой Уилл, пришлось ждать тебя, - голос Ганнибала убаюкивал, тогда как каждое прикосновение возбуждало все больше, заставляя шире раздвигать ноги, - стоит отдать должное твоей сестре... Она заботилась о тебе. Селина хмыкнула, наблюдая со стороны, как ее брат, раскрывшись перед собственным психиатром, добровольно позволил сцепку, принимая в себя уже своего альфу. Да, она определенно неплохо позаботилась об Уилле, раз он уже с удовольствием подчинялся мужчине, которого в обычные дни терпеть не мог. Ну, по крайней мере, неплохая партия... - Все для тебя, милый братец, - выдохнула она, наблюдая как мужчины слились в поцелуе, - как-никак, у нас одна кровь.