Последняя роза лета: Мертвый сад

Соединённое Королевство, Англия, Лондон, небоскрёб «8 Кэнада Сквер». 24 июня 2012 года. 10:13.

      — Собрание окончено. Всем спасибо! — голос Эрика звучал холодно и властно.       Подчиненные тут же собрали свои бумаги и вышли из кабинета, оббитого серо-серебристыми панелями с огромным окнами. Мистер Мейдон лишь покачал головой.       — Так все сотрудник разбегутся от такого деспота, как ты, — заметил он, складывая папку с документами.       — А кто работать должен? — удивился сын.       — Ты такого рвения на работе никогда не испытывал, как эти три месяца подряд. Ты себя загоняешь! — сказал Эйдон.       Эрик выключил интерактивную доску, проектор и подошел не спеша к окну. С сорок четвертого этажа открывался изумительный вид на город. И Эрик закрыл глаза. Можно ли при таких обстоятельствах чувствовать себя королем – да.       — «Дивина» отчалит из Саутгемптона в Нью-Йорк через два дня, — заговорил Эрик, не отрывая взгляда от окна, — затем через неделю поплывет обратно. Считаешь это символичным?       — Что наш главный офис в Нью-Йорке, поэтому ты забираешь оттуда людей и тащишь их сюда? — уточнил Эйдон и откинулся в кресле. — Нет, не считаю. Думаю, ты не остыл от приключений в Энери, поэтому рвешься в новое плаванье. Главное, чтобы в этот раз все остались целыми и невредимыми.       — Считаешь, что я виноват в тех ранах на Розе?! — Эрик обернулся лицом к отцу. — А я разве просил её закрыть меня собой?! Разве я не оставил её на берегу, когда попал на корабль?! Да я себе места не нахожу! Она мне повсюду мерещится. Я везде её вижу. Она… она просто преследует меня. Её образ, глаза, голос, смех. Я спать не могу, ничего не помогает!       — А девушки? — усмехнулся Эйдон.       — Они тем более, — бросил Эрик. Он прошел вперёд, отодвинул первое попавшееся офисное кресло и рухнул в него.       — Почему только она даёт мне силу жить? — шептал он, как сумасшедший, повторяя эти слова.       — Она необычная девчонка, — заметил Эйдон. — Упертая и красивая.       — Она – дочь Богини Жизни и Феникса, и как ты думаешь, сколько сил, сколько смелости нужно, чтобы любить такую девушку? — разбитым тоном спросил Эрик.       — А разве для любви это так необходимо? — удивился владелец корпорации «Беринг Фая». — Хотя, с Розой силы действительно нужны. Она неукротима. Если так смотреть, то ты – огонь, сжигающий все преграды на своем пути, опаляющий людей, а она – вода, спокойная и тихая в солнечное время, а как бушует! Вот вам и разница в вас. Противоположности притягиваются, а вы стараетесь оттолкнуть друг друга. Почему? Вам же вместе хорошо. Когда вы долгое время вместе, вы не замечаете свои стычки на пустом месте. Ничего вокруг не замечаете. Вы заполняете друг другом пустоту внутри. Разве тебе не хорошо рядом с ней?       — Когда она рядом с ней всегда хорошо, — признался Эрик. — Но давай не об этом сейчас думать. Я решил вопрос с объединением. Тринадцатого июля ни нас, ни Картеров существовать не будет. Появится только «МейКарт-групп». Ты доволен?       — Мой сын провел переговоры успешно, контракты подписаны, наша корпорация набирает обороты благодаря твоим расчетам. Могу ли я сейчас пребывать в недовольстве? Конечно, да! — поднявшись с кресла, Эйдон упёрся руками в стол и повысил тон. — Какого черта мой единственный сын бросает девушку на произвол судьбы и не пытается её найти?! Протрудись-ка мне объяснить это, но ври как можно лучше!       — Кто тебе сказал, что я её не ищу? — прошептал Эрик, устало поглядев на отца.       — Это видно со стороны, — раздался знакомый голос.       Мейдоны обернулись в сторону входа и увидели высокого молодого человека с длинными темными волосами и в дорогом костюме. Эрик откинулся в кресле.       — Проваливай, Крис! — сказал он. — Мы с тобой вчера все обсудили.       — Я тут с одной особой поспорил, что без защиты не пущу её в улей, а она настроена решительно, — сказал мафиози, входя в кабинет и присаживаясь за стол напротив Эрика. Но тот встал и направился к окну, вглядываясь в открывающуюся перед ним панораму города с его небоскрёбами, блиставшими на солнце, как бриллианты.       — Ты знаешь, где Картер? — с восторгом спросил Эйдон. — Где Розалитта Картер?       — Знаю, но это меня и тревожит, — ответил Грост, сцепив пальцы в замок перед собой, и обратился к Эрику. — Ты заметил это, да?       — Что именно? — спросил он.       — Наш мир сейчас состоит из сплошных окон, — заговорил Крис мечтательным тоном. — Ты смотришь каждый день в окно. Они повсюду. Твой офис на сороковом этаже, ты живешь в пентхаусе с изумительным видом на Темзу. Везде небоскрёбы и стекло, а ты – король этого мира. Но что будет, если разбить окно? Ты об этом не думал? Смотришь каждый день в окно, но так и не замечаешь чего-то очень очевидного. А она это заметила. Так что будет, если разбить стекло? Что останется?       Эрик долго смотрел куда-то вдаль, туда, где что-то так больно резало глаза. Его губы пролепетали:       — Осколок...       — И она это заметила, — усмехнулся Крис.       Эйдон тоже поднялся со своего места и подошел к окну. Он пытался увидеть то, что увидел его сын, но в глаза бросался только облицованный сверху донизу стеклом самый высокий небоскрёб Лондона, а может и Евросоюза, сияющий на солнце и оправдывающий свое имя – «Шард»*.       — Красиво, правда? — продолжал болтать Крис. — А ведь его ещё и не открыли. Непонятно почему…       — Она там? — с трудом выдавил из себя Эрик, обернувшись к мафиози.       — Убила на этот «Осколок» три месяца, выясняя, где её отец. И кем только не была. Если бы вы поженились, её умение скрасило бы вашу… повседневную жизнь.       — Какого черта ты сидишь тут и прохлаждаешься? — не на шутку разозлился Эрик.       — Она сбежала с выпускного и исчезла, как Золушка, только вот не оставляя улик. Уникальная женщина. Она хоть чего-нибудь боится?       Эрик промолчал. Он снова смотрел на огромный кусок бетона и стекла, который стал ему так ненавистен в это утро. А ведь если подумать, он видел её ни раз. Её образ не просто появлялся. Это была она. Его сердце кольнуло.       — Любовь строптива, точно птица… — напел Эрик на французском.

Соединённое Королевство, Англия, Лондон, Белгравия, дом лорда-председателя. 27 мая 2012 года. 15:30.

      Лорд встретил Эрика с улыбкой.       — Добро пожаловать, мистер Мейдон! — дружелюбно говорил он, поднимаясь с кресла в гостиной. — Располагайтесь. Сейчас принесут чай. Или вы предпочитаете что-нибудь ещё?       — Благодарю, но от чая не откажусь, — улыбнулся молодой человек в ответ. — «Есть чай – есть надежда».       Он присел на кожаный диван, Клор так и остался стоять позади него.       — А вот этот молодой человек? — с непониманием спросил лорд.       — Мой телохранитель. Замещает помощника и секретаря. Последний в декретном, а первый – на важном собрании, — разъяснил Эрик.       — Не тяжело, сынок? — вкрадчиво спросил лорд у Клора. Тот молчал.       — Мистер Рейч, — обернувшись к нему, произнес Эрик, как бы давая согласие.       — Благодарю, сэр, но нет, — важно и сухо ответил Клор. — Большая честь работать на мистера Мейдона.       — Мне показалось, или… — лорд указал на парня.       — Он наполовину американец, его мама англичанка, но мы и будем дальше обсуждать корни моих подчинённых или все-таки поговорим о том, что действительно важно?       В комнату вошла молодая горничная с подносом. Так как мебель стояла едва ли не впритык друг к другу, ей пришлось обходить позади Эрика мимо Клора. Раздался шум. Что-то упало, и женский крик наполнил комнату. Последовал грохот. Эрик обернулся, но никого не обнаружил. Потом заглянул за диван. На полу валялся поднос с разбитыми чашками и чайником, а рядом Клор положил девушку на пол и зажал ей руку, готовый вывернуть её в любой момент. Но почему-то у него на лице застыло удивление.       — Мистер Рейч! — окликнул его Эрик. — Что вы себе позволяете?       — Простите, сэр! — растерянно пролепетал парень, но девушку даже не думал отпускать. — Она задела трость, — он кивнул на дорогую трость с набалдашником в форме головы коня, лежащую рядом, — я отреагировал, но…       — Рейч! — спокойно, но властно прозвучал голос Эрика.       Тот ещё какое-то мгновение держал руку горничной, а затем как-то странно отпустил. Потом помог ей подняться, пока Эрик приносил за этот инцидент свои извинения. Но в поведение Клора он заметил разительные перемены. Тот как-то слишком подозрительно реагировал, пока помогал девушке убирать осколки. Когда они закончили, и она прошла с подносом мимо Эрика, он заметил на правом бедре у неё странные складки на униформе. Странно, девушка метиска, но что же здесь не так?

Соединённое Королевство, Англия, Лондон, небоскрёб «Шард». 24 июня 2012 года. 4:30.

      — С чего Сондрес решил, что эта девчонка ещё в Лондоне? — спросил один агент у другого во время игры в покер за мониторами, на которых отображались коридоры и камеры.       — Фобия у него, — ответил товарищ. — Параноиком стал, когда его Воровка Баст обставила в Кардиффе.       — Неужто, и, правда, эти люди, — первый кивнул на мониторы, изображающие камеры с заключенными, — каким-то способностями обладают. Ну, типа, сверхъестественными?       — Вон та девчонка, — товарищ указал на девушку с короткими волосами в отдельной камере, закованной в кандалы, — ветром управляет. Ураган однажды создала, чтобы помешать нам её схватить. А вот тот парень в больничном отделении, — он указал на камеру, где парень лежал с перевязанной грудью на кровати, — он заморозил дом, чтобы Картер сбежала. Их родители вон там. Аналогичные способности. Говорят, Корнелий Паркен, отец этого подстреленного, известен в их мире, как какой-то там хранитель. Уничтожить все пытался, но пришла покойная женушка Картера и сорвала все его планы. Так что мы имеем дело с целой семейкой Гарри Поттера.       — Они могут выбраться отсюда?       — Дурень! Они использовать свои силы не могут: тут кругом чистое серебро, а для такой нечисти, как они, это опасно. К тому же кандалы на них. Да и это шестьдесят пятый этаж. Куда им?       Товарищ подвинулся ближе к монитору, где показан человек в довольно хорошей обстановке. Комната была обита серебристыми панелями, висели картины, тяжелые шторы, были окна, широкая кровать, кресло и письменный стол. Только одна стена была из стекла. Шторы висели напротив кровати. Санузел находился в другой комнатке и скрывался за плотной занавеской. Сам заключенный не спал, смотрел в окно.       — Это тот самый Картер? Моя жена работает у него в компании. Чем же он не удружил?       — Кто его знает? Перешёл кому-то дорогу. А знаешь, они скрывали свои способности лет сто, если не больше.       — Пятьсот. А как туда можно попасть, чтобы Сондрес не заметил?       — Тебе это зачем? — и сотрудник обернулся.       Его коллега по покеру спал в своем кресле, а сзади к затылку кто-то наставил холодный металл.       — Руки подними и без фокусов, а то я немного не в себе, — голос принадлежал девушке.       — Как ты сюда попала? — прошептал агент, поднимая руки.       — В тюрьму попасть легче лёгкого, особенно если нужен пост охраны, а вот пройти мимо охраны – та ещё задачка, — ответила девушка, обойдя его.       Мужчина увидел невысокую хрупкую смуглую девушку-шатенку с револьвером в руках.       — Игрушка? — расслабился сотрудник и пояснил. — С предохранителя не сняла.       — У него нет предохранителя. Это пистолет моего прадеда-солдата. С войны остался, — ответила девушка.       — Тебе он зачем? Ты же волшебница.       — А вот с этим есть проблемки: она у меня не стабильна, так что перед тобой бомба с замедленным механизмом. Что меня разозлит – погибнет. Не зли меня, и жить останешься. А теперь говори, где тут панель с проводами, пока я злиться не начала.

***

      — Сэр! Сэр! Мистер Сондрес! — подчиненный впопыхах подбежал к своему начальнику. — Вам нужно посмотреть на это! Это лучше увидеть своими глазами.       Мистер Сондрес не спеша отправился следом за сотрудником МИ-13, который вел его к окну. Он что-то лепетал, что отправил выяснить, кто это сделал и как ему это удалось. И Сондрес застыл. Он долго смотрел на соседнее здание, соседний небоскрёб, естественно, не такой высокий как этот, но как?! На здании в предрассветной дымке светились этажи с включенным светом. Все вместе они выводили огромные буквы и цифры «МИ-13», стрелку, указывающую на «Шард» и подмигивающий смайлик.       — Кто?! — взревел Сондрес, обратив весь гнев на первого попавшегося помощника.       — Мы сейчас это выясняем, — пролепетал он. — Нам доложили, что люди, кто был там, спят, их усыпили какими-то благовониями, пущенными в вентиляцию, а здание получает странный сигнал с электростанции. Туда уже едет наш отряд.       — Который час?       — Пять утра.       — Как она это сделала? — прошептал Сондрес и достал рацию. — Так. Пост охраны. Это Сондрес. Были замечены посторонние или посторонние движения.       — Никак нет, сэр. Все чисто, — ответил голос. — Только сотрудники. Что у вас случилось?       — В окно посмотришь – все поймешь.       Воцарилась тишина. Потом по рации связались снова.       — Это очень рискованно. Вы выяснили, кто это?       — Пока нет. До связи, — Сондрес посмотрел на подмигивающее здание. — Это всего лишь несовершеннолетняя девчонка. Неужели мы имеем дело с профессиональным хакером?       — Нет, систему электростанции взломать невозможно, это сделали вручную.       Сондрес не слушал. Он направился к одному из заключенных. Тот стоял возле окна и смотрел на подмигивающий дом с улыбкой на губах. Сондрес начал стучать по стеклу, привлекая внимание мистера Картера. Тот нехотя оторвался от зрелища, и его лицо приняло важный и серьёзный вид.       — Это дело рук вашей дочери? — бросил Сондрес, включив связь.       Хромая, мистер Картер подошел ближе.       — На это способны многие, — бесстрастно ответил он.       — Будьте уверены, ей сюда никогда не пробраться, — с усмешкой сказал Сондрес.       — Почему вы так уверенны, что её цель – это я? И почему вы считаете, что ей сюда не пробраться? Здание из стекла, любой ваш сотрудник заметит на поверхности чью-нибудь фигуру, внутри тоже охрана, — рассуждал вслух Картер. — Все на автоматике, кроме камер. Вы переговариваетесь через наушники и рацию. Уж если она умудрилась провернуть такое, — он указал в сторону окна, — то почему вы считаете, что она не сможет заглушить ваши передатчики?       — И это все? — спокойно спросил Сондрес с улыбкой.       — Нет, мою жену звали Клеопатра Корнелия Кармен Ясмин Дубмон-Маклейн Картер, — важно и с лукавой улыбкой сказал мистер Картер.       Сондрес развернулся и направился к дверям, но внезапно они захлопнулись перед самым его носом. Сколько бы он не пытался открыть их своим ключом – тщетно.       — Раз, — проговорил с улыбкой Картер.       Агент попытался связаться с постом, там ему ответили, что все работает в привычном режиме, и нет никаких сбоев. Внезапно отключился свет. Замигали аварийные лампочки.       — Два, — довольно проговорил Картер.       Сондрес снова связался с постом, но там сообщили о перебоях в питании именно их этажа. Сотрудник МИ-13 развернулся и подошел к стеклу, за которым стоял мистер Картер.       — Считаете? — переспросил он. — А что будет на счет «три»?       Раздался оглушающий звук, словно кто-то уронил включенный микрофон. Он резал уши. Сондрес, сморщившись от неприятного звука, вырвал из уха гарнитуру и отшвырнул её в сторону. Раздалась оглушительная музыка, сопровождаемая голосом оперной дивы, поющей на французском языке.       — Что это такое? — перекрикивая пение и оркестр, спросил Сондрес.       — Это? «Три», — ответил Картер. — «Хабанера»!** Любимая ария Розы. Думаю, это говорит вам о многом. А вы здесь застряли. Высокочастотные звуки глушат ваши сигналы. Вот вам и гений Бизе! Моя девочка здесь.       — Но как? — прошептал Сондрес.       — Слишком легко, — ответила Роза.       Агент встрепенулся и схватился за кобуру, но пистолет Роза держала в руках, медленно разбирая его на запчасти.       — Как ты сюда попала?! — взревел сотрудник МИ-13.       — Я тут зал с артефактами искала, заблудилась, — улыбаясь, проговорила Роза, зная, какое впечатление произведут её слова, тот нахмурился, а она продолжила. — Тогда ты показался мне таким же, как и все мужчины, с которыми мне доводилось встречаться. Я не ошиблась. Злой полицейский. Пришлось переметнуться на сторону мафиози.       — Мафиози? — переспросил Увилл. — Это они тебя скрывали?       — Ты слишком стандартный, — продолжала флиртовать с ним Роза. — Даже и не вспомнишь меня…       — Разве мы виделись раньше? — удивился Сондрес.       — Конечно! И много раз. Ты приходил обедать к Паркенам, а теперь они в клетке, как дикие звери, — ответила Роза более сурово.       — Кто же такая?       — Роуз Хартнес, подруга Ким. Простите, но подругу и друга я вынуждена забрать с собой, — Роза постучала по соседней камере.       — Чего вам от меня нужно?! — пробурчал разбуженный женский голос.       Сондрес ринулся к ней, но Роза вовремя перехватила его руку, сделала подсечку и приложила его о стену головой. Тот отключился. Осмотрев его, Роза взялась за попытки открыть камеру Ким.       — Это правда, что ты выпрыгнула с сорокового этажа? — вдруг спросил мистер Картер.       — Они мне выход перекрыли! — огрызнулась девушка.       — Попробуй открыть камеру с Тимом. Он слаб из-за ранения. Как это случилось? Все тут говорили, что ты хромаешь.       — Это очень долгая история, а Мунлайт меня убьёт, если я задержусь. Она и так на меня зла: это она пробралась на электростанцию.       Роза поспешила к другой камере. Её открыть получилось с первого раза. Вовремя проснулся Тим. Выбросив трубки от капельницы куда подальше, он поднялся с кровати и бросился обнимать Розу.       — Я знал, что ты придешь и надерёшь им… — но девушка его оборвала.       — Здесь приличные люди! — сказала она, кивнув на своего отца, и оглядела парня с ног до головы. — Так, у тебя одного нет серебряных кандалов. Почему?       — Меня чем-то пичкали, и твердили, что это меня остановит, — ответил Тим, морщась от болезненных воспоминаний.       — Сможешь открыть камеру? — в ответ парень кивнул. — Хорошо, я тогда займусь нашим спящим красавчиком.       Пока Тим колдовал с дверью камеры сестры, Роза перетащила Сондреса в помещение, где держали парня, и заперла за собой дверь.       — У нас очень мало времени, Тим! — торопила его Роза.       — Знаю, но тут все из серебра, так что для меня это большая проблема, — ответил Тим.       Роза бросилась к соседней камере, но и тут замок не поддавался. В бессилие она закрыла глаза и прислонилась лбом о холодную дверь. В ушах звучал насмешливый голос демоницы Юу:       Ты борешься. Борешься с той частью богини, какой тебе не хочется быть. Та разрушительная сила… ты боишься её. Сила солнца весьма опасна. Иногда ты попадаешь под её влияние и крушишь все на своём пути. Ты всегда себя во всем со всеми ограничиваешь. Даже с друзьями. Стараешься быть правильной, доброй, смелой, но ты не такая! Если хочешь спасти своего любимого – побори внутреннего льва.       — Побороть льва внутри – легко сказать, — прошептала Роза, ударившись о дверь лбом. — Ради спасения. Сосредоточить свою силу на одном предмете и разнести его к черту! Это я могу.       Она глубоко вдохнула и взялась за приваренную дверную ручку. Напряглась и дернула её изо всех сил. Дверь сорвалась с петель и рухнула в проход, едва не придавив ноги девушки. Она вовремя отпрыгнула в сторону.       — Не понял, — произнес Тим, увидев все это. — Это же серебро.       Из камеры вышли его родители и обняли парня. Миссис Паркен обняла и Розу, но девушка попросила всех отойти назад, когда решила открыть камеру Ким. Снова сосредоточилась и дернула. Дверь с грохотом рухнула в коридор. Из камеры вышла Ким. Получилось трогательное воссоединение семьи Паркен.       — Вот, — Роза сунула в руки мистера Паркена ожерелье из светло-зелёных камней и розовым кварцем, выточенным в форме розы, — это одна из магических цепочек. Она может перенести вас отсюда домой. Её силы хватит.       — А как же ты и Рич? — спросила в недоумении миссис Паркен.       — У меня здесь есть ещё одно дело, и я другим маршрутом уйду, — ответила Роза и поторопила их. — Быстрее!       Мистер Паркен надел ожерелье на шею жены, и та сосредоточилась. Они взялись за руки и растворились в ярко-зелёной вспышке, оставляя за собой едва заметные огоньки. Тут мистер Картер прислонился к стеклу и внимательно посмотрел на дочь.       — Теперь объясни мне, почему ты не можешь меня вытащить отсюда? — заговорил он серьёзно, глядя дочери в глаза.       — На это есть причины, — ответила сурово Роза, скрестив руки на груди.       Раньше она боялась говорить с отцом в таком тоне, но четыре месяца назад многое обрело смысл. Теперь она смотрела на него без того страха, который обычно внушал его строгий вид. Его темно-каштановые волосы свалялись, лукавство в глазах цвета шоколада исчезло, а вот круги от недосыпа под ними стало ещё более заметны. Смуглый оттенок кожи смешался с бледностью. Одет он не в костюм, а в обычную серую водолазку и брюки.       — Почему? — прошептал он, прислонившись лбом к холодному стеклу.       — Речь не об этом, а о Творце, — пояснила Роза. — Все эти годы ты знал, кто это, но ничего не говорил. Он оказался так близко ко мне, и ты это позволил. Мама была права, убежав из дома.       — Как ты узнала? — удивился отец. — Открыла её дневник?       — Да, и теперь я знаю все. Поэтому ты останешься здесь. Так будет лучше, потому что я сейчас очень зла на тебя. Я всегда слепо выполняла твои просьбы, а ты все это время скрывал такое! Мне нужно время.       — Ты не можешь так поступить, Роза! — разозлился мистер Картер.       — Пять слов, отец, — сказала она, подойдя ближе. — «Роза и корона». Анжела Оушен. Ты мне всегда мешал собирать осколки твоей правды. Потому что я больше тебе не верю. Как и всем мужчинам… Ещё увидимся, папа…       И она ушла, покинула помещение под громкий плач оперной дивы, говорящей, что «любовь упорхнет, если побежишь за ней, и придёт, когда будешь гнать её прочь». *«Шард» – The Shard (The Shard London Bridge, в переводе на русский «Осколок стекла» или просто «Осколок») – 72-этажное здание в Лондоне. Церемония открытия состоялась 5 июля 2012 года. **Хабан́ера – это популярное название арии L'amour est un oiseau rebelle (Любовь – мятежная птица) из оперы «Кармен» Жоржа Бизе.