Последняя роза лета: Мертвый сад

      Это она так на него влияет? Не может этого быть! Она вырвалась из его объятий и отошла в сторону, накидывая длинное платье с шикарной пышной юбкой красного цвета, лиф же был черным.       — А сейчас прозвучит песня «Цыганская любовь» из очень или не очень знаменитого испанского сериала «Зорро: шпага и роза»,* — произнес Хей, но тон его голоса Розе не понравился.       Она поняла, что это именно «Призрак» вынудил его сказать это.       Зазвучала экзотичная музыка. Роза как-то смотрела этот сериал, но осилила только шестьдесят серий, ровно половину. Смотрела без перевода, подучивая язык, но вступительная песня ей очень понравилась. Она боялась её и не вспомнить, но слова сами вырывались у неё, прежде чем она понимала их значения. Она действовала инстинктивно.

Приди и останься со мной, прошу! И сердце своё мне отдай. Ты – жизнь моя, тебя лишь люблю! Приди ко мне и не покидай…

      «Призрак» дотронулся до её плеча, прося девушку обернуться к нему. Его голос звучал тихо, немного не доставал до нужных нот, но хрипота позволяла закрывать на это глаза. Она обернулась и выслушала его партию.

Расскажи о себе всё, не стыдись. О чувствах своих расскажи. Не страдай и в небо стремись, С моею любовью лети! Куда желаешь? Всё исполню я. Я увезу в далёкие края, Где страха нет и нет границ, Где солнца луч касается ресниц…

      Роза желала верить в искренность его слов, хотела, чтобы они были адресованы ей, а не призраку цыганки, певшей это.

С тобой способна на все я, Не важно, что будет впереди, Потому что знаю я, куда идти!

      Да, она готова пойти за ним куда угодно. Она опять попалась на его уловку, опять забылась, опять отдалась своим чувствам. Слушала его голос и верила в признания. Она танцевала перед ним, медленно спускаясь по лестнице в зал, пока они пели припев. Затем она пропела свою партию куплета:

Появилась я на свет лишь для глаз твоих. Для меня есть только ты и судьба на двоих…

      Он следовал за ней. Роза поняла, что он перестал быть «Призраком Оперы», теперь он походил на маминого любимого персонажа – Зорро. Нагнав её на лестнице, он протянул руку к девушке, коснулся её щеки и нежно провел костяшками по коже. И пел:

Сердце сердца моего, душа моей души, Далеко ты – умираю. Скажи, куда идти? Куда желаешь? Всё исполню я. Я увезу в далёкие края, Где страха нет и нет границ, Где солнца луч касается ресниц…

      Она обернулась к зрителям, спустилась на несколько ступенек и запела:

С тобой способна на все я, Мне не важно, что будет впереди, Потому что я знаю, куда идти!

      Он последовал за ней, схватил за руку и прижал её ладонь к своему сердцу, исполняя свою партию припева:

Я твой цыган, твой странник, И сложной судьбы твой избранник Тот, кто волнуется лишь о тебе – Я твой вор…

      Да, он давно украл её сердце. В памяти всплыл миг, когда он сказал ей это в Кардиффе, столкнувшись в момент ограбления музея или чего-то подобного. Тогда она не верила в это, но сейчас она поняла, как скучает по нему, вкладывая в голос все чувства:

Твоя цыганка, твоя странница, И сердца твоего – избранница, Та, что идет, и та, что ждет тебя, Буду любить, если даже вырвут сердце у меня…

      Он спустился вместе с ней, все так же держа её руку, словно убеждая её: Пусть это стоит жизни нам,       Роза с этим соглашалась: Пусть больно от сотни ран,       И он ей говорил: Но в этой войне побеждает любовь…       Роза не могла не согласиться с этим: Пусть это стоит жизни нам,       В этот раз он поддерживает её: Пусть больно от сотни ран,       Она поет: Но в этой войне победила …       И вместе шепчут: …наша любовь!..       И тут-то Роза спохватилась, что пели они оба на испанском языке, который Джастин знать никак не мог! Какой ужас! Да, они были правы – нет теперь пути назад. Теперь впереди только радостный Джек Локвуд и до жути злая Лола Голд. Тут-то эта женщина приняла свой истинный облик. Длинные золотые волосы королевы фейри касались пола, платье мерцало в искусственном свете, светло-голубые глаза охватила всепоглощающая ярость. Они перешагнули запретную черту, а она вышла из себя.       «Неудобно получилось», — подумала она, отвернувшись в сторону.       Эрик успел её оттащить, когда на место, где она только что стояла, упал шар из чистой энергии Неблагого Двора. В зале началась паника. Многие вскочили с кресел и бросились к выходу, приняв магию за начавшейся пожар, который Эрик убрал одним движением руки. Звездный Патруль тут же организовал защитный барьер, отгородив смертных от любой опасности. Только один Джек остался стоять с открытым ртом. Сощурив глаза, Роза про себя усмехнулась. Она пролетела мимо него к выходу на верхнюю палубу, призывая Мунлайт, которая не заставила себя ждать и появилась моментально.       — Каков план? — задала она привычный вопрос, перекрикивая грохот.       Видимо Данилина пустила в ход свою магию и выбила двери.       — Мне бы добраться до каюты… — пролепетала с сожалением Роза, подняв подол платья.       — Банши неспроста плакала! — заметила кошка, сворачивая с хозяйкой за угол.       Там их ждали слуа – самые злобные фейри в подчинении темных магов. То же самое, что и ожившие мертвецы да некромант. Роза тут же сосчитала – двенадцать, а значит, при хорошем раскладе она справится. Вот только меч не призвать, а единственное оружие, которое она взяла с собой никак не подойдет для ближнего боя. Рукопашная так же не выход. Слишком серьезные и жестокие противники. Мунлайт запрыгнула на одного зомби и расцарапала ему лицо, давая возможность Розе проскользнуть мимо, что девушка и сделала. В памяти всплывали странные фрагменты, голоса, она слышала их и знала, как поступить, поэтому бежала к самому краю.       — Куда же ты, леди Роза? — сладко пропела Данилина, появившись совсем близко.       — Чувствую, что кто-то хочет моей смерти, вот и бегу к ней, — совершенно спокойно ответила Роза, обернувшись к королеве лицом.       — Ты спятила?! — прокричал знакомый звонкий голос – это была Стелла, но теперь не Филипс, а де’Валь. Она мчалась следом, как и остальные.       Роза сбросила с себя наваждение, которому её обучил Кристофер Грост, и печально улыбнулась. Она пообещала ему бежать, стать хищником, но лишь один человек снова делал из неё добычу. Она попалась в ловушку, которую несколько месяцев успешно избегала, оступилась, и теперь угодила в сеть.       Данилина, появившаяся во всей красе, была готова убить Розу мгновенно, но почему-то медлила. Это сильно озадачило Картер. Она огляделась. Вокруг лишь фейри и её друзья.       Что теперь будет?       Этот вопрос наверняка успели задать все присутствующие. Даже Сондрес, который так «вовремя» появился на палубе. Он увидел сброшенную маску Розанды Маклин-и-Кастильо, осознал, что перед ним стоит Розалитта Анжела Розаликлео Дубмон-Маклейн Картер. Сама же дала подсказку. Она тут, поймать можно, она загнана в угол на борту дорогущего судна. Она здесь.       — Ты понимаешь, что я тебя теперь не отпущу? — задала Данилина вопрос. — И все из-за твоего любимого. Это он во всем виноват. Ты с ним заключила пари, а я с ним – сделку. Знал ведь, что невозможно нарушить уговор между человеком и фейри, но пошел на такое. И знаешь, что стало залогом его обещания? Твоя жизнь! Он пообещал через полгода вернуться ко мне, но не сделал этого и сбежал. Как и ты. Ты тоже пропала. А я тебя так долго искала.       — Плохо ищите, Ваше Величество, — усмехнулась Роза. — Или же это я превзошла все ожидания?       Королева покачала головой.       — Твой друг погиб, спасая тебя, — после паузы сказала она, — или ты сама оставила его умирать там, на пристани в доках? Ты жестока, леди Роза, а твои предки говорят, что это я бессердечная. Я предала смерти всех чаровниц. Ты не поверишь из-за чего. Из-за мужа. Похотливый волокита.       — Данилина, все мужчины такие, — весело проговорила Роза, пятясь к самому краю бортика. — И я попалась на уловку одного из них. Ты знаешь, что я сделала, чтобы обмануть всех и себя? Я перестала существовать. Нет больше Розы Картер, искренней девушки. Есть только Розалитта Анжела Розаликлео Дубмон-Маклейн Картер, врущая самой себе. Слишком долго пряталась за маской, лживой и настоящей, что привыкла к ней, привыкла носить её и совсем забывала снять. Зато она помогла найти мне себя. Знаешь, что я сейчас сделаю? — Роза запрыгнула на широкий ботик, слыша испуганные вздохи. Она была готова к этому. — Облегчу тебе задачу. Однажды, я попросила утопиться одного человека, но у него, правда, это не получилось. Зато я сама вызвалась добровольцем.       Она раскинула руки в стороны, точно птица. Да, она такая. Она готова к этому. Готова и всегда стремилась к этому. Она готова умереть. Ветер колыхал подол и играл с длинными черными локонами. Сделав тяжелый вдох, Роза запела то, что как она считала, скажет за неё:

Я попыталась вспомнить куплет, Но не могу вспомнить и припев, Потому что песня, отправившая меня плавать, Лишь лопнувший спасательный жилет… Гнию как обломок на дне океана, Утонула, как сирена, что не умеет больше плавать Потому наши песни напоминают мне о плавании, Но я больше плавать не умею.

      И она сделала шаг. Вода приняла её в свои холодные объятия. Тяжесть и лед давили на неё. Роза медленно погружалась на дно. Она забыла, как нужно плыть, она забыла все. Не хотела жить дальше. Не хотела верить в другое, хотела только умереть. Слезы наполняли океан, растворяясь в толщах воды.       Огромное темное пятно проплывало над Розой. Она умирала. Она хотела умереть, но где-то в глубине её сознания голос кричал обратное. Притом этот голос принадлежал Эрику. Он умолял её сделать рывок-другой и оказаться на поверхности, спастись, плыть, но от боли, она забыла все. Не хотела спасаться, не хотела возвращаться. Её тянуло на дно.       «Любовь моя – железный шар, привязанный к ноге и тянущий на дно», — таковы были все её мысли, пока она медленно опускалась на глубину. Там хорошо, прохладно и самое главное – там покой на глубине в несколько миль. Она плавно опускалась вниз, видя только уходящее тёмное пятно. Оно было подобно туче, открывающей для неё солнца свет, видела едва заметный проблеск.       Прохладно, но легко…       Что-то поразило её. Странный импульс. Роза выпустила от неожиданности последний глоток воздуха и увидела то, что не заметила вначале.       «Когда он умудрился?!» — подумала девушка, видя золотой кулон на шее. Тот самый в форме сердца, который она выбросила, за которым Эрик прыгнул в воду. Это он! Но как?       «Я сдалась», — подумала Роза, чувствуя падение.       Разум затуманивался, воздуха нет, давление растет.       Слишком трудно стоять прямо в страшную бурю. Роза стояла в эпицентре. Её сбивало с ног, но она поднималась. И вот теперь она тонет. Буря выиграла этот бой. И все? На этом и конец? Быть этого не может! Она тонет, идет ко дну. Не отступая, она сдалась.       Она потеряла сознание. Теперь она видела только воспоминание. Холод и страх. И отчаянье. Тогда было не понятно, а теперь все стало так ясно. И паника. Такое уже было. Она уже раньше мирилась с неизбежностью, когда провалилась под лед. Но тогда на помощь пришли сильные горячие руки. Он спас её. Всегда спасал. Теперь нет ничего. Только мрак и безвыходность. Безмятежность исчезла.       Подобное она чувствовала раньше, намного раньше встречи с Эриком. Намного раньше прошлых жизней. В самой первой и самой настоящей, именно с той, с которой все началось. Она спала, не видела сны, не мечтала ни о чем, и тут повторяется история. Она уснула от потери веры и смысла в существование. Именно это люди и чувствовали перед тьмой. Но она не погибла, а значит, кто-то все ещё верил в свои силы, верил в победу. И вот спустя несколько лет она просыпается от пламени и льда, от холода и жара, от любви и ненависти. Она проснулась, и что теперь? Теперь только новые разочарования в людях, в ценностях, которые она почитала. Она разочаровалась в любви, когда парень отверг её. Кому нужны девы-воительницы со строптивым нравом. Кому может понравиться независимая девушка, когда все ценят краткость и послушание? Она отличалась этим во все времена. Роза никогда не старалась быть похожей на всех, хотела остаться собой.       Боль от первой несчастной любви не прошла незаметно. Это увидел только один человек. Он знал её очень хорошо. Он мог сказать все, что она делает, пока витает в раздумьях. Единственный, кто нашел настоящий ключ к её сердцу. Она полюбила его по-настоящему. Полюбила раз и навсегда, навечно, как бы долго это не длилось.       Теперь все потеряло свой смысл. Она не тонула, не захлёбывалась, не паниковала. Просто лежала на дне, ощущая легкость и прохладу. Солнечные лучи шаловливо падали на веки, стараясь пробудить девушку ото сна.       — Просыпайтесь, мисс Картер! — говорил голос.       Роза вскочила и огляделась. Рядом с ней оказался Дерек Рейдер! Все такой же молодой, как при заклятии, которое она разрушала. Выглядел он на двадцать пять, хотя, Роза знала, что ему лет четыре сто, это точно. Одет в черный костюм-тройку, белую рубашку, черный шелковый галстук и дорогущие лаковые туфли.       Среагировала она быстро, лягнув его ногой в живот. И, пока тот приходил в себя, Роза была готова к любому нападению, приняв исходную стойку.       — Так, — насупилась Роза, когда Дерек призвал тонкие струны к ответной атаке, — ты пришел мне отомстить и в загробной жизни? А я только расслабилась… Ладно, хороша, начинай! Только сначала ответь: очередь мне мстить большая?       — Дело не в этом, — ответил Дерек и атаковал девушку.       Она едва успела отпрыгнуть в сторону, пытаясь на ходу по привычке призвать меч. Дерек бросил ещё несколько струн, но почему-то не в Розу, а куда-то не туда.       Приглядевшись, Картер увидела фейри-оборотней силки – людей-тюленей. Видно, королева послала их добить девушку. Дерек их не убивал, а просто связал и подвесил на строительный кран. До Розы дошло, что оказались они в доках Саутгемптона, в тех самых, где встретил свою смерть Кристофер Грост, нет, Фабио Вольпе.       — Подождите! — кричала какая-то девушка, которую струнами связывал Дерек. — У меня послание от Гоибниу!       Розу передёрнуло. Она развернулась к Дереку и закричала:       — Сейчас же отпусти её!       Черный Принц застыл. Его магия медленно стала исчезать, и девушка смогла освободиться. Она подошла к Розе, бросая на Рейдера сердитые взгляды. В руках силки сжимала тряпицу. Видно в неё что-то завернуто. Она протянула сверток Розе.       — Гоибниу просил передать вам, леди Роза, вот это, — важно сказала она с шотландским акцентом.       Когда Роза развернула грубую ткань, ахнула – там лежали мечи.

Ирландская Республика, провинция Мунстер, город-графство Лимерик, лавка кованых изделий «Гоибниу». 15 июня 2012 года. 22:12.

      После изматывающей работы в пабе, а перед этим бессонной ночью в стрипклубе «Мадам Баттерфляй», Роза с синяками под глазами вошла в кузницу незнакомой страны. Колокольчик брякнул, оповестив хозяина лавки о новом посетителе. В руках Роза сжимала ножны со сломанным мечом. Здесь была её последняя надежда. Она огляделась. Столики с коваными ножками, причудливые вешалки для кафе, дверные молотки из металла с прекрасными узорами. Каждая мелочь здесь – произведение искусства. Длинный стеллаж с крючочками, рамками для фотографий, решетками для камина и створками для печек, а так же подставками для кочерги, щеточки, щипцов.       Роза прикусила губу от волнения и сомнений, но все-таки подошла к стойке.       — Что желаете? — внезапно за спиной появился хозяин лавки – заросший густой растительностью на лице высокий и широкий мужчина.       Один его вид внушал страх, а тяжелый молоток в руках и подавно. Одет он был в старую одежду и фартук. Щеки были румяны. Роза дала ему лет пятьдесят, но точно сказать не могла из-за бороды. Он обошел девушку, положил с грохотом молоток на прилавок и посмотрел на клиентку.       — Что вам угодно? — хриплым голосом спросил он.       — Мне нужна работа мастера. Неважно, какая будет цена, главное сделать его целым, — и Роза положила ему на прилавок ножны, а затем достала оттуда меч, сломанную часть клинка и умоляюще посмотрела на хозяина. — Пожалуйста! Я вас очень прошу! Почините его. От него отказались все мастера своего дела.       Хозяин забрал у неё из рук обломки и стал рассматривать разлом, края. Затем проверил остроту лезвия и покачал головой.       — Меч-то не жалко было ломать? — спросил он, шевеля кудрявой тёмно-рыжей бородой. — И зачем надо было нападать на безоружного? Ты мне вот скажи…       Розе стало страшно. Она обошла уже всех, кого только могла найти в своей стране, а тут этот кузнец говорит то, что знают немногие. И знает причину поломки.       — Помнится, ко мне обращались за всяким, — говорил он, осматривая меч. — Какое только оружие я не делал. А тут такая беда! — он поднял ярко-зелёные глаза на Розу. — Говорите, цена не имеет значения, леди Роза?       Девушка отступила назад. Откуда он знает её имя? Она не говорила никому и ничего в этом городе, приехала под другим именем.       — Предки на вас сердятся, — сказал кузнец, отложив меч. — Такую реликвию сломать умудриться! Он же восстановлению не подлежит!       Тут Роза вскипела от злости. Она слышала эту фразу ни раз.       — Я не впервой такой ответ получаю! — проговорила девушка.       — Можно из него сделать два меча, — успел вставить слово хозяин лавки.       — Как? — удивилась Роза предложению.       — Этот меч можно переплавить на два. Они будут намного легче, короче, но зато двумя руками можно будет пользоваться. Меч-то твой неспроста раскололся в такой ответственный момент. Ты стала себе противоречить, а воительницы не должны сомневаться и бояться. Вот он и не выдержал такой нагрузки. Если приведёшь свои мысли в порядок, то думаю, он сам вернётся в свою истинную форму. Ему надо лишь помочь. Я разделю его на два меча. Так что скажешь, леди Роза? Или нужно дать время подумать? — и мастер прищурился.       — Нет у меня времени на раздумья! — немного раздраженно проговорила Роза. — Мне родных нужно спасти, и одному человеку голову снести за все грехи.       — Любимый? — удивился мастер.       — Скорее «жених-неудачник», — буркнула Роза.       — Вот как? А в замке ты была о нем другого мнения, — странно проговорил хозяин лавки.       — В каком замке? — опомнилась Картер.       — В Сиде у короля и королевы, — подсказал он.       — Так вот почему мастера отправили меня к вам! Вы – фейри!       — Не совсем, я – Гоибниу, языческий бог-кузнец, а знаю вас, потому что присутствовал на сорванной церемонии, и потому что приходила Мориган, — ответил кузнец. — Заказ будет готов к твоему Дню Рождения, а пока учись. Теперь о цене. Земные деньги, как и магические артефакты в данной ситуации меня ни сколько не волнуют. Сделка входит в силу, как только в твоих руках окажутся мечи. Плата за мои услуги довольно высока для тебя…

Соединённое Королевство, Англия, графство Хэмпшир, Саутгемптон. 12 июля 2012 года. 20:32.

      Роза посмотрела на силки, в её темно-карие глаза и улыбнулась, чувствуя восторг, точно ребёнок при виде новой игрушки. Она достала два меча. Они оба были с асимметричной рукояткой и гардой. Противовес – «яблоко» – сделан в форме бутона. Один из них, тот, что она держала в правой руке, был украшен жемчугом, и ветер донес до Розы голос бога-кузнеца:       — Это «Гвендолин», «Белая луна». Он станет в твоих руках правосудием для твоих врагов…       Роза подняла повыше в левой руке меч, украшенный камнями граната.       — А это «Скарлетт», «алая». В твоих руках она – возмездие. Как только ты откроешь своё сердце, они снова станут единым целым. Не забудь об обещании.       — Я никогда не забываю о таких вещах, — ответила Роза пустоте и обернулась к Дереку. — Как я поняла, Богини тебя отправили ко мне на помощь? — тот без энтузиазма кивнул. — Хорошо. Тогда идем крушить врагов, сносить головы с плеч и спасать Чеширских Котов, да разваливающийся брак правителей фейри. *«Зорро: шпага и роза» (Zorro: La espada y la rosa) — колумбийско-американский сериал 2007 года. Песня «Amor Gitano» («Цыганская любовь») звучит в нем, как вступительная тема, и исполняется Бейонсе и Алехандро Фернандес. Далее дан художественный перевод.