Я Хатаке, Паззл

       Первой запалила нас Кушина, хотя я подозревала, что мой отец всё понял ещё раньше. В то утро, после Дня Основания. Я, конечно, позаботилась о уничтожении посторонних запахов и возможных следов, да и дома не ночевала не в первый раз, но Сакумо провожал меня слишком уж задумчивым взглядом. Хотя, ни слова не сказал. Это было неудивительно, мы слишком уважали друг друга, чтобы лезть в личные отношения или что-то указывать. Отец был достаточно умудрён жизнью, чтобы не пытаться мной управлять, я в свою очередь не давила на него, хотя его советы, конечно же, слушала и принимала к сведению.        Кушина буквально вытащила меня в сад, извинившись перед гостями, и сразу же насела. Глаза её горели нездоровым энтузиазмом и воодушевлением. Даже страшно… — И давно?! — Что давно? — я сразу не поняла сути вопроса. Кушина погладила чуть выдающийся животик и уставилась на меня как на идиотку. — Как, что? Давно вы с Обито вместе? — Кушина чуть было не сказала что-то другое, но в последний момент исправилась. Я почувствовала себя очень неловко. — Нет, то есть недавно… А что, так заметно? — Ха! Да вы так друг друга взглядом едите, что жарко становится! Но не волнуйся, заметила только я и Куренай-чан, а она вряд ли кому скажет.       Я рассеяно запустила пальцы в волосы и отвела глаза. На эту тему я ещё не была готова говорить. — Т-тебане! Не волнуйся ты так, я никому не скажу. — Хитро улыбается Узумаки и подмигивает.       Я улыбаюсь. Надеюсь, и здесь Наруто будет таким же, точной копией Кушины, непосредственным, непоседливым и вечно оптимистичным. И здесь он точно будет счастливее, я постараюсь… — Поздравляю, Какаши, — неожиданно серьёзно говорит Кушина. — Обито действительно очень хороший паренёк. Я за вас рада. Это здорово, прекрасно просто!        Я посмотрела на довольную Узумаки: с округлившимся животиком и чуть пополневшая, Кушина будто светилась изнутри. Чем-то светлым, радостным. — Кушина-сан, а много людей знают о ваших сроках? — Почти никто… А почему ты спрашиваешь, Какаши? — У меня паранойя… — бормочу и прикрываю ладонью глаза. — Пожалуйста, Кушина-сан, назови официальный срок позже чем нужно, недели на две…       Тонкие брови сошлись на переносице, Кушина очень тихо спросила. — Давно догадалась? — Да, — отвечаю. — и мог догадаться кто-то ещё. Не хочу неприятных происшествий. Слишком удобно для подставы. — Мы об этом тоже думали. Теперь точно сделаем.       Вернувшись к гостям, я долго не могла найти себе места и украдкой разглядывала лица. Увиденное меня утешило — кроме Куренай и Кушины больше никто не разглядывал нас так пристально и пытливо. Это хорошо, и дело вовсе не в стеснительности… Фугаку будет без ума от радости и непременно попытается ещё раз затащить меня в клан Учиха. Обито, конечно, немного обижался, но всё же согласился, что всего двое Хатаке — это очень мало, а Учиха огромный квартал.        Странно, но мы с Обито засиделись слишком уж допоздна. Рин умудрилась умотать раньше, вместе с Юхи. Собственно, я без проблем доберусь домой, Обито тоже, но Кушина рассуждала по другому. Нас оставили в почти приказном порядке. Ночевать отправили в летний дом-беседку, отчего у сенсея вдруг вытянулось лицо. Он попробовал было возразить, но без особого успеха.        Попрощавшись с сенсеем и Кушиной-сан, мы отправились к домику. Правда, так и не дошли. Обито, едва мы зашли в садовую тень, прижал меня к прохладному, шершавому стволу и принялся целовать и легонько покусывать мою шею. Я только судорожно вдохнула ставший тяжёлым воздух. Обито прекрасно знал, как это на меня действует, и вовсю пользовался преимуществом. Я прижалась крепче и обняла его за плечи, хотелось поцеловать его, что я и сделала. Сладкое предвкушение волнами затапливало сознание, внутри завязался тугой узел желания. — Обито… — М? — Давай дойдем до домика… — Как скажешь… — Я охнула и едва удержалась на ногах, потому, что он провел языком по уху, медленно, нырнув вдруг в него, почти обжёг щекотным, тягучим удовольствием и дыханием, переключился на шею и меня просто прожигает горячими мурашками. В довершение его пальцы еле-еле скользнули по груди, задев сосок. Внизу снова всё скручивает, требует большего. У-у-у!.. Обито проводит горячими ладонями по моим бокам и бёдрам, всего чуть, но этого хватило, чтобы по позвоночнику пробежала ещё одна горячая волна. Так, значит? Моя очередь… Веду руку на шею Обито, зарываю пальцы в жёсткие волосы на затылке, легонько царапаю ногтями, прижимаю горячую кожу. В кончики пальцев чуть-чуть чакры, это не джуукен: эта чакра не станет резать и калечить, слишком мало, слишком рассеянная. Уже знаю — это сводит тебя с ума… Второй рукой провожу по горячему, твёрдому животу над жестким, кожаным ремнём. Пряжка едва слышно звякает, поддаваясь моим пальцам. И обязательно, просто необходимо, прикусить его губу. По телу парня пробегает дрожь, Обито прижимается крепче, чуть качает бёдрами и я чувствую животом весьма интересную реакцию его тела. — Один-Один. — Шепчу в губы Обито и провожу по их линии языком. Вжимаюсь в его тело и оттягиваю назад его голову, чтобы поставить метку засоса на шее. Ужасно хочется укусить, но Обито не любит прятаться в высокий воротник. Его руки и губы дразнят уже увереннее и смелее, я отвечаю тем же. От понимания, что нас могут застать, услышать, вдруг становится жарко-сладко, я скольжу пальцами по коже, оттягиваю широкую резинку. Обито шумно выдыхает, когда касаюсь. Самой уже до безумия хочется больше, а внутренний, ехидный голос подкидывает в воображение варианты, от которых пылает и кружится голова. Биджу с ним, с домиком. Подождёт. А если и увидят, так только сенсей или Кушина, другие сюда не попрутся. Минато.       С тех пор, как Кушина в положении, она стала вести себя странно. Как мне объяснили, это нормально, но я все ещё удивляюсь её… неожиданностям. То утром она меня видеть не хочет, то на следующее обижается, что я ушёл и не попрощался, хотя она утром спала и я не стал будить. А её проклюнувшаяся способность спать много, когда и где угодно, вообще меня убивала. Вот и теперь, Кушина весь вечер вилась вокруг моей ученицы, а потом и вовсе утащила её на улицу. Притом — надолго. День рождения в отсутствии именинницы. Прелестно. Дальше-больше, уже после полуночи удивительно бодрая Кушина стала рассовывать гостей по свободным комнатам. К моему удивлению, дорогая обоих моих учеников отправила ночевать в летний домик, Рин, к счастью, ушла раньше. Я попробовал было возразить, но вдруг отхватил подзатыльник и легкую Ки. — Ты, что?! — возмутилась Кушина. — Забыл, что угловую комнату строители испортили! Там же штукатурка на голову сыпется!        Я такого не помню, но сейчас готов согласиться на что угодно, вижу, — милая на взводе. Мои ученики, наверное, тоже не хотят спорить, соглашаются. Я провожаю к двери, хотел было до домика довести, но Кушина ловко и крепко ловит под локоть. — А ну стоять! — Командует супруга. И шепотом, на ухо: ты им только помешаешь.        Доходит до меня не сразу. Потом вдруг стыкуются всякие мелочи и короткие наблюдения, факт, что Обито стал выше и немного шире меня, а Какаши в кое-каких навыках превосходит, я мешком плюхаюсь на первое попавшееся место. — Сакумо меня убьет! — Вырывается первая попавшаяся мысль. Кушина мягко улыбается и целует меня. — Он уже знает, — шепчет жена мне в ухо. — И он не против. Не уверена, что давно, но точно.        Охренеть. Чувствую себя полным идиотом. Разворачиваюсь в сторону летнего домика и тупо смотрю туда. Чуткое зрение мгновенно выцепляет два силуэта слившиеся в один и у меня вырывается глупое хихиканье. Молодо-зелено, уже обжимаются… Хотя пусть, ведь тонкие пальчики и тёплые губы Кушины уже вовсю отвлекают меня от любых мыслей. — Дай им миссию. — Слова Кушины застают меня врасплох, я словно баран пялюсь на неё. — Твоя чокнутая троица постоянно ставит деревню вверх дном, им скучно. — Д-да, — отзываюсь, начиная вспоминать жалобы горожан. — вроде есть подходящая, там как раз Учиха нужен.