Подарок для Финрода.

Перед роскошными покоями Владыки Дориата один известный поэт как-то нос к носу столкнулся с одним известным военным. - Ты что здесь делаешь? - тихонечко окликнул Даэрон выходящего от Элу Маблунга. Тот позволил себе слегка закатить глаза и точно так же понизил звучный голос, поравнявшись с Даэроном. – Я приходил от Королевы. Ну, ты понимаешь, у них очередной виток совместных игр. Так что приготовься, - он сильно хлопнул менестреля по плечу. И улыбнувшись, сразу быстро удалился. По виду Государя было ясно, что Маблунг его совсем не зря предупреждал. Элу сидел подобно грозной туче, вот-вот готовой разразиться крупным градом величиной с куриное яйцо, не меньше. Темен и суров. Глядел неласково. Одно, что только не рычал. Но это не надолго, при таком раскладе. - Ты! - его палец с перстнем тут же ткнулся в сторону поэта, который и шагнуть навстречу не успел. - Сейчас пойдешь и скажешь Королеве, что я немедленно ее желаю видеть. Здесь у себя! Пусть явиться сейчас же! Иди и исполняй! - В розарий не пойду, - быстро отрезал Даэрон, не растерявшись. - Что, если она там? - Знать ничего не знаю! - рыкнул Элу, чуть привстав. - Кто здесь хозяин! Кто Владыка! Ступай! И пока не выполнишь, не объявляйся! А не объявишься, я сам тебя найду! Даэрон взглянул ему в лицо, посмотрел на пальцы, сжимающие подлокотники резного кресла и счел за благо с ним не спорить. Пока он чем-нибудь в него не кинул от избытка чувств, потяжелее. Последний раз разгневанный Владыка Дориата не пожалел какой-то редкостный хрусталь, дареный гномами с длиннейшей церемониальной речью. - Ну что же он меня все время мучает, как может, - про себя подумал он, - все время поручает что-нибудь чудовищно опасное для жизни, вдобавок трудно исполнимое, к тому же. Вот неизвестно, что в итоге лучше? Милость или немилость у Владык… быть или не быть, вот в чем вопрос… С этой занятной философской мыслью, тяжело вздохнув в дверях, он развернулся и двинулся на исполнение поручения. Загвоздка его заключалась в том, что если Королева не желала и Эльвэ был в опале, по каким либо причинам, никто не мог добиться ничего. Мало того, имелись покалеченные жертвы. Она скрывалась от него в своем саду. И все, кто пробовал туда к ней сунуться в такой момент, жестоко пострадали в результате. Садов у Мелиан имелось много. Но конкретно этот был предметом постоянного раздражения Владыки Дориата. Он за ним все время наблюдал исподтишка. И несомненно, в глубине души лелеял всяческие планы уничтожения этого ужасного местечка. Это был розарий. Когда супруга занялась его устройством, наивный в некотором отношении Эльвэ ничего не заподозрил поначалу. Ему и в голову такое не пришло. Хотя он вроде бы прекрасно знал ее повадки. Ну, сад себе и сад. Даже не сад, так, садик. Крошечный такой. Розы, да, красиво, почему бы нет, приятно пахнут. Пусть себе сажает на здоровье. Теплицу хочет? Да, пожалуйста, любой каприз… Эола хочет в кузницы? Выбор понятный. Несмотря на все, что про него тут говорят, Эол прекрасный мастер, не отнимешь - вот он примерно, что подумал. Как выяснилось позже, совершенно зря. Со вкусом у Эола было все в порядке, поэтому теплица вышла тонкой и ажурной. Похожей на волшебную хрустальную игрушку. Каким-то чудом упавшую в густую зелень темных листьев. Правда, листьев поначалу не было совсем. А были только многочисленные саженцы разнообразных розовых кустов, растущие в больших горшках. Мелиан очень понравилась его работа. Чувствовалось, что Эол здесь проявил не только изумительное мастерство, как опытный кузнец, но и вложил в нее намного больше, стараясь Королеве угодить, как только мог. - Превосходно, - оценила та его конечный результат, - заходи на днях сюда же… Ну, он, конечно же, зашел. Сразу с любопытством оглядевшись. Внутри повсюду были саженцы в горшках, расставлены вдоль стен. А посередине возвышался крепкий стол. Сама же Королева была в рабочем фартуке и неспешно подкапывала что-то небольшим совком. Тихонько что-то напевая себе под нос. Эол заслушался невольно. Даже забыл, зачем пришел на некоторое время. - Не подумай, что я хочу тебя задеть своим вопросом, я вижу, ты старался от души, - наконец произнесла она, перебирая спутанные корни и отряхивая землю, - но что бы ты хотел в награду за свой труд? Ответ: вечно смотреть в твои глаза или сидеть у ног, ну или что-то в этом роде, что вы обычно говорите, не принимается заранее, - насмешливо добавила она, - так что не трать на это наше время. - Очень жаль, - вздохнул Эол с легкой улыбкой, - что у нас именно такой расчет. Все так конкретно… - Не дерзи мне, маленький рысенок, а то я мигом оторву тебе усы, очнуться даже не успеешь. Тебе и так позволено тут очень много, - Мелиан указала на него своим заточенным совком. - Съел Нан Эльмот, а тебе все мало. Я и так тебе благоволю, как никому другому. А на тебя все время жалобы со всех сторон! Ты в постоянной оппозиции к сложившимся порядкам. Я уже не знаю, куда тебя девать. Сиди в моем лесу потише! Пока тебя не выслали куда-нибудь в Эриадор от глаз подальше… - Эриадор меня не привлекает, - сдержанно заметил он. - Я исконно жил на этих землях. Ну что ж, раз так сурово, - Эол сощурил свои зеленые глаза, - я хотел бы саженец от этих роз. - Другое дело. Выбирай любой, - Мелиан сделала широкий жест рукой. Эльф деловито облизнулся, как кот, увидевший сметану без присмотра, и походил туда-сюда, внимательно осматриваясь по сторонам. Затем уселся на корточки перед одним из саженцев, придирчиво разглядывая нежно-зеленые и клейкие еще побеги. Потрогал и ощупал листья, перевернул и рассмотрел с обратной стороны. Дважды понюхал полураспустившийся бутон. И под конец осмотра уколол шипом ствола свой палец. Сразу выступила кровь. Он ее слизнул неторопливо, глубоко задумавшись о чем-то. - Вот этот, - он поднялся, указав на куст плетистых белых роз. - Интересный выбор, - усмехнулась майа, - где посадишь? - За кузницей. У меня там есть одна заветная полянка. Вход и выход. Вот и пусть посторожат… - Ждешь кого-то? - заглянула Мелиан ему в глаза. - Очень может быть, - уклончиво ответил он. - Я надеюсь, что все будет добровольно, по любви… - Разумеется, а как иначе, - он склонился над ее рукой. - Эол, - она приподняла его за подбородок, - если она не захочет, ты ее немедленно отпустишь. Понял? - Она захочет, - он сверкнул улыбкой. - Я проверю, помни. Имей в виду, что я отлично знаю твои штучки, - Королева погрозила ему тонким пальцем напоследок. – Вообще, держал бы ты себя в руках почаще. Прозреваю, что твой характер сыграет под конец с тобой дурную шутку. - Как ты любишь припугнуть случайно, между делом, - темный эльф легонько подхватил внушительный горшок с отобранным кустом. - Не забудь обрезку розам делать, - бросила Мелиан вдогонку, - а то ты сам из кузницы не выйдешь. - Я и без этого их укрощу, - с легким смешком ответил он. А белый маленький бутон уже погладил ему щеку. - Приглядывать за лесом не забудь в процессе укрощения, - напомнила она, – а то в голове, особенно весной … - Не краснейте, Королева, - Эол ей снова поклонился на ходу, насмешливо сверкнув в ответ зазеленевшими глазами. Хотя она, конечно, и не думала краснеть. Поудобней подхватил подаренный горшок, взмахнул плащом. И мигом скрылся с глаз долой. - Нахал зеленоглазый, - пробурчала Мелиан вдогонку, вновь берясь за свой совок. - Но талантливый во многом. Так что с Эриадором мы пока повременим. Понятно, розы были не простые. Гостей не жаловали, без особого на то распоряжения. Уже на следующий за этим день, за единственную ночь вокруг теплицы вырос и поднялся целый лес. Непролазный лабиринт стеблей, в который руку не просунешь. - Ну и очень хорошо, - сказала Мелиан, довольная собой, оглядывая эту гущу. – А то вынь да положь ему… Достань меня теперь, попробуй… Эльвэ не сильно вникал в то, чем она там занята. Полагая, что это ее чисто женские дела и увлечения. Поэтому конечный результат ее очередных трудов он и не видел поначалу. Но пробыл он в неведении недолго. После новой бурной перепалки между ними, когда он снова наседал с очередным своим решением, Мелиан спокойно развернулась и ушла в свой новый сад. Эльвэ совершенно опрометчиво пустился за ней следом. Не ступил еще и шагу, как тут же был захвачен гибкими и сильными стеблями. Мгновенно скручен, скован, обездвижен. И прикрыт листочками от посторонних глаз. Провисел полдня так, трепыхаясь. Сгорая от бессильной ярости, от того, что очутился в таком нелепом положении. И понося, как мог, ее коварство. Пока не появилась Мелиан и все доходчиво ему не объяснила. После этого он, весь растрепанный и красный, был все-таки отпущен. Но едва он сделал шаг навстречу, как в него вцепились снова. - Все понятно? - Мелиан с веселым любопытством заглянула ему в ярко пылающие синие глаза. А затем коварные и мерзкие кусты бесцеремонно вышвырнули его вон. На ту позицию, с какой он начал. - Ах, значит так! – взрычал он. - Ну, погоди… - с этими словами он развернулся и ушел. Явился он на следующий день. – А ну-ка, выходи немедленно оттуда! - громко крикнул он тем самым голосом, каким водил полки в атаку в битве за Белерианд. – Иначе я изрублю тут все в капусту! Весь он был закован в превосходнейший доспех, а в руке сжимал наточенный клинок, который резал падающий шелк. Но никто к нему не выходил. – Ну, берегись, - с этой угрозой он снова ринулся в зловещие кусты, рыча при этом, что он лично уничтожит эту опаснейшую мерзость. И положит немедленный конец всем этим мелким выпадам и козням, направленным против него. С диким бешенством в лице он стал рубить проклятые растения, словно орков. Сначала у него как будто даже получалось. Но он не видел, как за его спиной порубленные ветви вновь встают одной сплошной, непроницаемой стеной. Когда он с сочным хрустом подрубил какой-то особо толстый одревесневевший стебель, кусты опять пошли в атаку. Молниеносно очень больно треснули его по кисти, так что она мгновенно онемела. Ловко выбили и сразу поглотили в свою гущу его меч. Затем, не церемонясь, а он опомниться и не успел, растащили весь его доспех. И к его немому изумлению, немедленно сорвали платье почти что целиком. После чего так отхлестали его веткой по уязвимой части тела, что он едва не взвыл, как варг. После чего опять же выкинули вон. - Не желаю тебя видеть, - донеслось из-за кустов спокойно. Эльвэ прошипел в ответ, как дикий кот, что-то невнятное от боли и быстренько убрался восвояси. Пока его не увидали. Кое-как прикрывшись по дороге тем, что вообще осталось от его одежды. – Майарские штучки, - бессильно рыкал он, когда два дня потом вытаскивали многочисленные мелкие занозы, всаженные розами. Наверно, месяц он потом не мог сидеть. Поскольку Мелиан по прежнему достать не мог, то перекинулся на дочь. Так что та выслушала все о своей так называемой породе. Подробно и в деталях. После этого он тактику решил сменить. Как ему казалось, он удачно сделал вид, что все случившееся его особо не волнует. Подумаешь, какие-то цветы. А сам при этом затаился. И принялся туда тихонечко своих шпионов засылать. Чтобы проведать, в чем секрет и есть ли способ вообще избавиться от этакого чуда похитрей и без такого риска для здоровья. Все, кто был заслан, к его большому разочарованию, возвращались примерно с тем же результатом, что и он. Он пробовал подъехать с этим к Лютиен. Но та прикинулась, что ничего не знает о том, как извести цветы. И посоветовала оставить личное пространство. И к матери не приставать. - У нее его и так полно! - заново завелся он. - Зачем еще кусты! Та дерзкая насмешка, с которой там с ним обошлись, совершенно не давала ему спать спокойно по ночам. И вообще, вдобавок неожиданно будила всякие фантазии не к месту. М-м-м, одна другой похлеще. В чем он вообще отказывался сознаваться… А ведь она узнает… Побыстрей бы… Поскорей бы вытащить ее оттуда… А вот тогда… "Мелиан!" - осанвэ тонуло в розах. Так или иначе, но розария боялись все. Поэт здесь не был исключением. Перспектива получить колючек в зад его совсем не привлекала. Но делать нечего, любое поручение Государя нужно исполнять. Он вроде обошел почти весь Менегрот, но Королевы, к собственной досаде, не нашел. - Вот только что была, буквально, ну, перед тобой, - твердили ему все подряд. Делать было нечего, и он поплелся в сторону пугающего сада. Правда, совершенно не намереваясь лезть во внутрь. Еще чего. Государь, конечно, Государем, но случай явно был не тот, чтобы окончательно пожертвовать при этом своей немаловажной частью тела. - Так, с наружи посижу. Покараулю, вдруг увижу, - решил он. И утвердившись в этой мысли, осторожненько подкрался к кованой ограде, увитой сверху донизу одним сплошным ковром из роз. От их аромата у него мгновенно закружилась голова и его куда-то повело. Он рассержено встряхнулся. Постоял минуту и хоть с большой опаской, но все же снова подошел поближе. Как вдруг ухо поэта услыхало чей-то тихий всхлип. Донесшийся как раз откуда-то из-за ограды. Он сразу замер и прислушался получше. Чуткий музыкальный слух мгновенно этот голос распознал. - Трандуил, - позвал он, - это ты или не ты? - Я, - снова всхлипнули оттуда. - Что ты там делаешь? - Лежу. - Ты как там оказался? - Упал с ограды. - Тебя что, Элу подослал? Тебе там плохо? - поэт разволновался не на шутку. - Не-е-е-т, мне хорошо, - язвительно ответили, едва не зарыдав. - Вылазь немедленно оттуда! - Я не могу. Они меня не отпускают… - Да перестань немедленно рыдать! Ты меня пугаешь этим очень сильно. - Мне очень больно. Они меня на части просто разорвали… Я скоро кровью истеку… - И как давно ты там лежишь? - ужаснулся Даэрон. - Порядочно уже… - Да что за ужас! Я тебя спасу! Так, никуда не уходи. Я мигом, - с этими словами он побежал быстрей к Артанис. У которой он недавно спрашивал про Королеву. - Там Трандуил, - тут он слегка осекся, заметив у нее в покоях Лютиен. Слегка выглядывающую с любопытством из-за какой-то полупрозрачной занавески. - Что Трандуил? Даэрон с трудом заставил себя что-то говорить. - Твой бывший паж упал в розарий, - выдал он скороговоркой, заодно пытаясь отдышаться. - Как!!! Что он там вообще забыл? Как его угораздило там оказаться? И как это - упал? Давно он там? - вопросы на него посыпались стремительным каскадом. - Ну, я случайно мимо шел, вдруг слышу чьи-то всхлипы. Говорит, упал с ограды… Да ну же, перестань меня трясти! Ты лучше сделай что-нибудь скорее, не то он там совсем погибнет! - поэт, казалось бы, слегка пришел в себя. - Нужно его немедленно забрать оттуда, - к ним подошла Тинувиэль. – Он и в самом деле может очень сильно пострадать. - Но ты же знаешь, без Королевы сад самих нас не пропустит. Она про их секрет вообще не говорит. Или нам их жечь огнем? - Артанис тоже несколько разволновалась. Тем более, что эти дикие кусты пришлось опробовать недавно самолично. Так что она примерно представляла, на что они вообще способны. - Надо будет что-нибудь поджечь, мы подожжем, не так ли? - королевна посмотрела вроде бы случайно на поэта. – Но пока что мы попробуем без жертв. Одной уже вполне довольно. Я найду Мелиан. А вы пока ступайте к саду. - Поторопись. Ему там плохо… - Как он мог упасть с ограды? Он что, был пьян? Зачем он влез туда вообще? - вопросы полились опять. - Да я не знаю, - отбивался Даэрон, как мог. - Я мимо шел случайно… - Да кто тебе поверит… мимо шел… ну, может быть, и шел, но точно уж не мимо. И наверняка уж не случайно. Это все из-за тебя? - Да нет же, я здесь ни при чем…. - Ты каждый раз так говоришь… и каждый раз одно и то же… Препирались они всю дорогу, до того момента, как к ним не возвратилась королевна. - Она сказала, чтобы мы его забрали и отнесли скорей в теплицу. Она сама попозже подойдет. Кусты должны нас пропустить. Пойдем, поможешь, - обратилась она к Даэрону, - вдвоем нам будет тяжело его нести… Поэт прикинул, что все складывается вроде бы вполне удачно. А в том числе и для него. Любопытно было посмотреть… Все же перед сплошной стеной из веток он немножко приостановился. Впрочем, все трое нерешительно помялись. - Давайте! - Артанис уже было ринулась вперед. - Погоди, не торопись, - Лютиен ухватила ее за рукав, - тут с наскоку не поможет. - Я его слышу… Трандуил, ты жив? - Уже не знаю, не уверен. Королева с вами? - раздалось из роз с рыданием. - Нет. Но мы тебя сейчас достанем… - Нет, не нужно… - Он бредит, - ужаснулся Даэрон, - скорее. Расступись! - вдруг рявкнул он. Ветви, к его большому удивлению, зашевелились. Зашелестели листья. Произошло какое-то движение. И приоткрылся небольшой проход. - Ага!!! - воскликнул он победно. - Они меня боятся!!!! Лютиен с Артанис переглянулись за его спиной с мало скрываемой улыбкой. - Какой ты смелый, - Лютиен немедленно взяла его за руку. – Ничего на свете не страшишься. "Опять смеется надо мной, - подумал он. – Как ловко это у нее выходит". Вырываться было глупо. И он оставил все, как есть. После чего все трое ринулись в душный, темный сумрак. Ветви поспешно убирались с их пути. Уползали змеями назад. Расступались, освобождая узкую тропу. Но далеко идти им не пришлось. Зрелище, которое открылось вскоре, заставило воскликнуть всех троих. - Если бы я видел это раньше, я ни за что сюда бы не пошел, - честно признался Даэрон, в ужасе оглядывая Трандуила. Тот едва дышал. Весь он с ног до головы был залит кровью. Живого места не найдешь. Сотни розовых шипов глубоко впились ему под кожу. От самых мелких, еле видных глазу, до огромных, длинной в полпальца. Стебли оплели его всего. Крепко скрутив ему запястья. Бедняга не мог пошевелиться без того, чтобы они еще сильнее не вонзались в его изрезанную и израненную плоть. Слезы катились по его лицу. - Где Королева? Ее с вами нету? Не трогайте меня. Вы меня вообще убьете. Отцепитесь!!! - взвыл он на пол-Белерианда. - Да, да, на них, возможно, действует, - поддакнул Даэрон, хватая его под руки. – Давай, кричи на них сильней. Лютиен с Артанис отдирали от него замершие ветки. Вот только ветки отдирались кое-как, а колючки нет. Намертво вошли под кожу. Да так там и остались. Бывший паж завыл сильнее. – Куда вы меня тащите? - Мы тебя спасаем, разве ты не видишь… Мы несем тебя в теплицу… Потерпи еще немного, - упрашивали уже вместе. - Поторопитесь, - подгоняла Лютиен, - я подозреваю, что они недолго будут смирно нас сносить. Так что, как он ни завывал, его тащили, не давая передышки. Заволокли его с пыхтением вовнутрь и поскорей закрыли дверь. Прищемив ей уже сунувшийся было следом стебель. - Кладем его на стол, - скомандовала королевна. Положили. Трандуил ругался страшно, что они его добьют. – Нужно свет зажечь, темно, - Артанис стала деловито зажигать многочисленные фонари, расставленные на полу, на полках, свисающие сверху. По их уверенным движениям поэт прикинул, что обе здесь бывают, очевидно, часто. Слишком уж неплохо ориентируются в этом месте. Он с любопытством огляделся. Ничего особенного. Интересно, что он ожидал увидеть. В каждом глиняном горшке по глазу? Даэрон чуть нервно усмехнулся. Вид приятеля его потряс на самом деле. Какие-то цветы и вдруг такое. Его как будто в клочья изодрали. Но никаких ужасных ужасов поэт не разглядел. Пол был вымощен аккуратной плиткой цвета терракоты. Посередине располагался крепкий, длинный деревянный стол. Пару изящных шкафчиков по стенам. Садовый инвентарь, весь чистый, рассортирован и в порядке. Висит по гвоздикам. Какие-то плетеные корзины под столом. Небольшой очаг с подвешенным над ним котлом. Узкая кушетка с потертой бархатной подушкой. Множество горшков с рассадой. Темновато, что именно растет, он толком и не разглядел. Но, к удивлению, опознал в одном из них, ближайшем, безобидный вьющийся горошек. Который даже еще не зацветал. Богатое воображение поэта, как обычно разыгравшись, тут же превратило его в какое-то зеленое чудовище. С хрустом схлопывающее створки при поглощении своей очередной добычи. Горошек смачно чавкал и даже выплюнул сапог. – Ну надо же, какая чушь, - пресек он сам себя, весь передернувшись до крупного озноба, - придет же в голову такое! И самое обидное, не пил уже три дня ни капли. Какие-то пробирки с пророщенными семенами. Может быть, пшеница, ну а может быть и нет… Записи по книгам. А-а-а, королевская рука. Так, это уже интересней. О чем тут пишут, спрятавшись от Государя? Он попытался незаметно заглянуть. Но Лютиен прошлась туда-сюда, невзначай прикрыв все книги. Чуточку при этом улыбаясь. И, как обычно, поглядывая на него. Нечего тут своим любопытным глазом шарить. В женском царстве. У всех имеются свои секреты. И оберегать их долг. Впустили - хорошо, но отсюда еще выйти нужно… Входная дверь бесшумно распахнулась. И откуда-то из звездной сини на порог ступила Мелиан. На плече у Королевы сидел маленький, пушистый серый соловей. Он потревоженный вспорхнул и сразу улетел куда-то ввысь, под самый потолок. Все трое, обернувшись, низко поклонились. - А-а, и ты здесь, - кивнула она мельком Даэрону, неторопливо проходя вовнутрь. На Трандуила вовсе не взглянула. Сняла свой плащ, повесила на гвоздик. Стала прибираться. Сложила в большую стопку книги. И отнесла их в шкафчик, аккуратно расставляя. Переставила горшки с рассадой на столе. Какие-то поставила поближе к свету, какие-то наоборот. Проверив почву заодно. Что-то полила из маленькой, удобной лейки. - Воду вскипятите, - это девушкам. Вдруг невидимый сквозняк снова распахнул за ней входную дверь. - Дверь прикрой, - это поэту. Он сразу же направился к двери, взялся за ручку, лишь на секунду заглянув через порог. Никаких кустов там не было. И ему почудилось на миг, что за порогом шумит-гудит дремучий темный лес. Он услышал чуть глуховатый крик ночной совы. Почувствовал, как пахнет сыростью и хвоей после прошедшего дождя. Даже увидел капли, падающие с веток. Пригляделся пристальнее, вот они - кусты с цветами. Сильно пахнет розами, не хвоей. Закрыл вдруг скрипнувшую дверь. "А может быть… Вот как Эол в последний раз сюда попал, - осенила его некая догадка. - А никто понять никак не мог… Маблунг все кругом проверил десять раз…" Вода тем временем над очагом вскипела. - Оставьте нас, - велела Королева. - А ты, ну-ка, пойди сюда, - она тихонько поманила Даэрона пальцем. - Государь велел мне передать… - Я знаю все, что он велел, - Королева его тут же перебила, - на вот, возьми-ка лучше… - Что это? - воззрился он с недоумением на маленький горшок в ее руках. – Это тебе подарок, - с этими словами она продемонстрировала ему горшочек с тем самым вьющимся горошком. – Озвучишь Эльвэ свою мысль, которую ты тут подумал, он ночью вырастет… Поэт ужасно побледнел. - Шучу, не съест, - расхохоталась, всунув горшок в руки. - Пока, - добавила она ему на ухо. - Я понял, - он сглотнул. - Я все прекрасно понял… - Ну, надеюсь. Проводите его до выхода из сада. Он вполне уже набрался нужных впечатлений. И любимец Эльвэ, прижимая к груди похолодевшими руками глиняный горшок с горошком, был тут же выпровожен вон из сада. - Умоляю, заберите свой горох! - произнес он напоследок страшным шепотом, когда завеса из ветвей раздвинулась, их выпуская. - Подарки возвращать невежливо, - насмешливо заметила Артанис, - и передаривать нельзя! - Да, да. Он твой, владей! - Лютиен была согласна. - Тебе туда, - напомнила она, указав ему обратную дорогу. - А Трандуил? - Ты за него теперь не беспокойся, - ответила Артанис. - И поливай горох почаще, - посоветовала Лютиен. И Даэрон, поняв, что больше ничего не остается, медленно убрел, вздыхая. Унося с собой свой подозрительный и так пугающий его подарок. А заодно соображая, что же докладывать их Государю. И куда теперь девать этот горох. А главное, что чувствовал себя при этом ну глупее не придумать. Обе убедились, что он скрылся. Постояли еще некоторое время молча, глядя ему вслед. - Как можно напугать кого-то так горошком? - не сдержавшись, прыснула Артанис. - Ты такое можешь? - Нет! - Лютиен со смехом покачала головой. – Это мне пока что не по силам… - обе покатились с хохоту. – Ты видела его лицо при этом? - Он подкрадется ночью и как схватит за… – Лютиен немедленно изобразила. Смеялись от души еще довольно долго. - Женская магия их всех пугает. Они испытывают суеверный, иррациональный ужас, - высказалась королевна, отсмеявшись. – Бояться, что ими овладеют через эти штучки… Любопытно, все ли поддаются… - Это ты о чем? Верней, о ком? - Да так, не обращай внимания… Расскажи мне про Аман на днях, как будет время. - Тебя конкретный кто-то заинтересовал? - полюбопытствовала та. - Ну что ты, я так, послушать в целом еще раз… - Интересно, что она с ним станет делать? - меланхолично поинтересовалась у Лютиен Артанис через некоторое время. - Понятно, что иголки вынимать, - королевна пожала плечами не менее меланхолично. - Давай посмотрим? - Как раз сама тебе хотела предложить… пока эти кусты утихли. И обе, тут же развернувшись, мигом занырнули в густейший черно-зеленый сумрак. Трандуил, едва явилась Королева, сразу весь притих, как мышка. Мигом оставив свою сдавленную ругань и сдерживая всхлипы. Когда все были выпровожены вон, она взяла фонарь и обошла вокруг стола, внимательно рассматривая исколотую жертву розовых кустов. Трандуил, по прежнему боясь пошевелиться - было невыносимо больно - беспомощно следил за ней глазами. А Мелиан за ним. - Значит, Эльвэ снова подослал в мой сад кого-то, - наконец произнесла она, - на этот раз тебя не пожалел… Какой же он упертый… И так практически во всем… А ты на все мгновенно согласился? С последними словами Королева взяла садовые ножницы, громко щелкнув ими у него над ухом. - Что ты хочешь делать? - спросил он, невольно вздрогнув от их звука. - Для начала это, - она взялась уверенно распарывать на нем одежду. - Зачем это? - Просто облегчаю себе жизнь. Или ты полагаешь, я должна тащить иголки сквозь нее? - Ай! - Не прикидывайся, я еще не начала. И лежи, будь добр, смирно. - Я… - И молча. Как бьется сердце у тебя. Все чаще. Почему? - Боюсь всех колющих и режущих предметов. Очень, очень сильно. - Да неужели? - Мелиан заглянула ему в лицо, стоя у него за головой. Из-за чего он вынужден был изогнуться, сцепив при этом зубы, чтобы поймать ее взгляд. Королева наклонилась чуть пониже над его лицом. - Эльвэ здесь совершенно ни при чем. Ты сам туда свалился. Преднамеренно. - Нет! - Ну конечно, да. Зачем ты это сделал? И перестань так на меня смотреть. - Я лишь хотел узнать… - Что именно? Насколько больно в тебя вопьется миллион убийственных колючек? - насмешливо спросила Королева, снова обходя его по кругу. - Это я как раз предполагал, - ответил он, весь сморщившись от боли. - Трандуил, сейчас твой шанс сказать мне, что хотел. Или ты думаешь, что у меня заботы нет важней, кроме как играть с тобой всю ночь в вопросы и ответы? - она остановилась, посветив ему в лицо. – Я, может, уже спать давно хочу, - показательно зевнула. – А вынуждена здесь сейчас стоять напротив, будто на допросе. Я слушаю… - Я лишь хотел узнать, каково это, когда руки одного из айнур касаются тебя, - тихо прошептал он, не отрывая взгляда от нее. - Что чувствуешь при этом… - И ты за этим бросился в кусты? - уточнила Мелиан, сощурясь, пытаясь погасить чуть легкую улыбку. – Решил, что я возьмусь тебя лечить? - Да, я надеялся на это. - А если я сейчас уйду? И здесь тебя оставлю до утра? - Воля твоя. Значит, к утру я истеку здесь кровью… мне холодно уже…, - ответил слабым голосом, как мог. - И ты и к этому готов? - Да, я готов, - совсем уж тихо. - Отчаянный поступок, - усмехнулась майа, - такой же глупый, как и дерзкий. За это стоило тебя действительно бы здесь оставить. Не люблю, когда к чему-то принуждают. Что же мне с тобою делать… Ты меня порядком удивил… У Трандуила из глаз по-прежнему струились слезы. И он никак не мог их удержать, как ни старался. Они беззвучно скатывали вниз двумя прозрачными дорожками, смывая кровь с его лица. Он действительно дрожал. Мелиан их осторожно вытерла, едва касаясь подушечками чутких пальцев. Рука ее была прохладной и тонко пахла свежей мятой. При этом она смотрела на него и одновременно как бы сквозь. Куда-то дальше. В какую-то ей только ведомую даль. - Слез в твоей жизни будут реки, в которых можно утонуть… Полноводней Сириона по весне они прольются на твоем пути… У него мелькнула мысль, что он не хочет это знать. Конечно, он боялся, падая в кусты. Но не чудовищных колючек. А услышать о себе так или иначе что-нибудь плохое. То, что еще только может с ним случиться. Но он готов был всем рискнуть. И даже этим. Поздно. Останавливаться поздно… Но, может быть, совсем плохое она не скажет… пожалеет, как обычно. - Не сегодня, - над ним раздался тихий голос. - И боли будет так же много… Не сегодня… Много потерь, но потери есть у всех… Кончиками пальцев она тихонечко вела над ним. Они чуть-чуть подрагивали. И из-под них как будто исходило едва заметное и теплое, чуть золотистое свечение. Эльф под ее руками прерывисто дышал. Под пальцами у майа ужасные шипы миллиметр за миллиметром постепенно покидали его израненное тело. - Терпи, потом терпеть придется дольше… Он едва не задохнулся, не захлебнулся этой болью. - Все! Видишь? - с этими словами Мелиан поднесла к его глазам здоровый почерневший шип, - вот это был последний. - Лежи, не шевелись, дай мне закончить, - она уперлась ему в грудь рукой, когда он попытался приподняться. Она оставила его и он едва опять не застонал. Ему вдруг показалось, что в мире наступила всепоглощающая тьма. Она его объяла целиком. И он совсем один внутри нее. Королева между тем сорвала какие-то листочки по своим горшкам, чуть-чуть помяла пальцами и резко кинула их в воду. Проведя над ней потом рукой. Над водой стремительно сгустился пар, а может быть, клубящийся туман. Сильно запахло травами. Вода забулькала, запузырилась. Пар стал переливаться через край нагретого котла, струиться и стекать на пол. Там постепенно подниматься выше, подбираясь к деревянному столу. Мелиан темным деревянным ковшиком хорошенько помешала эту воду. Смотря в нее, как в зеркало. – Жить будешь долго…, - тихий шепот над водой. Может, пророчество, а может пожелание. Кто знает? Всматривалась дальше в эту воду еще некоторое время, легко помешивая ее ковшом по кругу. Движения все замедлялись постепенно, пока она совсем не замерла, как в полусне... Затем как будто бы очнулась от чего-то. Резко зачерпнув другим ковшом воды побольше и подошла опять к столу. Вокруг стола клубился странный белый пар. Укрыв почти что все, за исключением фигуры Трандуила. Вокруг прерывисто мерцали фонари, а может быть, уже какие-то огни в тумане… В этом густом тумане он видел белых птиц. Быть может, даже диких журавлей. Их крик стоял над обнаженной по весне землей. Журавли опять к ним возвращались. Где их дом? Там или здесь? Снега сходили. Чувствовался сильный запах прели. Сквозь черные резные ветви где-то голубело, пробиваясь, вечереющее небо… На ветвях едва набухли почки. Все было вокруг еще суровым и совсем невзрачным… Неопрятные проталины в снегах и побуревшая трава. Все еще только обещало быть… Но как же можно не любить этой земли… Уже… Дом здесь. Чьи это чувства? Может, журавлей? Мелиан из своего ковша стала потихоньку поливать его водой, опять ходя вокруг стола и что-то тихо припевая. Может, это песня тоже про Весну? Вода была приятно теплой и какой-то мягкой, будто гладила теперь взамен терзающих колючек. Или это снова ее руки… Там, куда она лилась, боль постепенно отступала, угасая. Последняя бриллиантовая капля пролилась над ним вместе с последними словами этой песни. Затем она достала из корзины чистую льняную простыню, куда обычно собирала обрезанные розы. И, резко распахнув ее, одним движением накрыла его тело. Затем вернулась, обняла, поддерживая, помогая потихоньку сесть. - Ну вот и все, цветочек, ты живой и невредимый. Даже еще лучше стал, чем был, - заметила в плечо куда-то. Эльф слабо шевельнул рукой, высвобождая ее из плена простыни. И с удивлением поднес ее к глазам. Кожа гладкая и ровная. Ни одного следа. А ведь он помнил, как шипы впивались прямо в вены, разрывая. Как лились густая кровь. Он медленно рассматривал абсолютно целое запястье, ладонь и пальцы. Ровным счетом ничего. Ни шрамов, ни гематом, ни синяков, ни ссадин, ни кровоподтеков… А ведь он был весь иссечен, как решето. Взглянул себе на грудь. Ощупал потихонечку лицо. - Вы все так можете? - спросил он тихо, вновь продолжая вглядываться в собственную руку. - Все, - ответила она. – Но некоторые могут и наоборот, ох, как же могут, - в самое ухо шепотом почти неслышным. Он поневоле снова зябко вздрогнул. - Не бойся. Пока я тут, я не позволю, - вновь накрыла, обернула влажной простыней. И прижалась крепче, еще сильнее обнимая. - Ничего и никогда не бойся… Что бы ни случилось… Мы вас очень, очень сильно любим… Трандуил вздохнул, закрыв глаза. И так они сидели некоторое время молча. - Договаривай то, что хотел. - Я хотел узнать, что значит быть рядом с таким созданием, как ты… Понять… - И что ты понял? - Что Эльвэ самый счастливый из всех эльдар, - задумчиво ответил он. Майа улыбнулась, взъерошив ему волосы небрежно. - Ты можешь на ногах самостоятельно держаться? - Не уверен, - он тоже улыбнулся. - Маленький хитрец, с тебя довольно на сегодня милостей от Старших. Но впредь так не шути со мной. Давай. Девицы ждут уж не дождутся под дверями. Кстати, представь, завидуют твоим ногам зачем-то. Хотя казалось, все при них. - Что???! - Ничего. Пусть проводят до твоих покоев. Будут приставать с расспросами, гони обеих. Разговоры подождут. Выспись, отдохни, тебе сейчас необходимо, - с этими словами Королева довела его до двери. - Ну, получайте вашего красавца! Все хорошенько рассмотрели? Прониклись магией по полной? Ничего не упустили, ненароком? - строго-насмешливо заметила она. Обе дружно глянули в ночное небо. - Положите его спать! И каждая к себе, или куда вы там. Вы поняли меня? - они сейчас же поклонились. - Жить будешь долго, - это ему рассеянно в растрепанный льняной затылок. - А счастливо? - он обернулся напоследок. Мелиан стояла на пороге молча. Туман, вновь поднимаясь, клубился легкими волнами. Постепенно укрывал, укутывал ее фигуру в слабо светящемся дверном проеме. Скрывал от взоров, размывал все очертания и стирал границы… Он так и не дождался от нее ответа… - Как все мы, - прошептала Мелиан, когда они совсем исчезли в темном сумраке листвы. Когда распоряжение Королевы было в точности исполнено и Трандуил тихонько спал под теплым одеялом, Лютиен с Артанис неторопливо шли ночными галереями дворца. Спать им обеим не хотелось совершенно. - Знаешь, я думаю, она могла взмахнуть одной рукой, и на нем бы не осталось ни следа за полминуты, - задумчиво произнесла дочь Мелиан, - зачем ей это было нужно? - Может, не ей, - так же задумчиво отозвалась дочь Финарфина, - может, совсем не ей… Знать бы еще, о чем они там говорили… - Все знать, наверно, очень тяжело, - ответила ей Лютиен, - никогда не думала об этом? - А я хотела бы… это могло бы многое, наверно, изменить… - То, чему быть суждено, неминуемо будет, - засмеялась та. - Спорный вопрос… - Знаешь, что я думаю об этом… И обе, взявшись под руки, с оживлением заговорили о вещах таинственных и их волнующих. И этой ночью это были вовсе не мужчины.