У Любви свои Герои

      — Нет, ребята! Даже и не думайте об этом! Я тебя, конечно, очень уважаю, Шерлок, но следить за твоим братом — смерти подобно. В прямом и переносном смысле.       Инспектор Нового Скотланд-Ярда Грегори Лестрейд смотрел на парочку в палате с искренним возмущением пополам с восхищением. Возмущала вся ситуация в целом, восхищала — удивительная наглость Шерлока.       — Никто и не заставляет тебя за ним следить, — отозвался детектив. Шерлок выглядел почти так же как и раньше, когда азарт погони зажигал в его глазах этот особенный свет. — Мне просто нужна некоторая информация…       — Не-е-е-ет, — прищурившись перебил Шерлока инспектор. — Знаю я твои игры. Тебе только палец дай — руки не досчитаешься. — Он переводил взгляд с Джона на Шерлока, оценивая всю серьезность ситуации. А потом бессильно взлохматил и без того растрепанные, седеющие на висках волосы. — Не делай из меня идиота. Это какая-такая информация неизвестна тебе про собственного брата? Сорт его любимого кофе?! Ну ты же детектив — вот и вычисляй на досуге, не впутывая в это меня.       Шерлок тяжело вздохнул и мельком глянул на Джона. Тот в разговор пока не вмешивался, тревожно наблюдая за происходящим. Это действительно будет непросто — убедить Лестрейда им помочь. Если бы не проклятые неподвижные ноги, он прекрасно справился бы и сам. Но сейчас, когда он был слишком медлителен и неповоротлив, Джон ранен, а их потенциальный противник — чересчур ловок и профессионален, выбора не было. Придется надавить на совесть инспектора.       — В таком случае, я хочу сделать заявление. В меня сегодня стреляли, а попали в Джона, проделали в нем изрядную дыру. Насколько ты можешь видеть, он находится в плачевном состоянии. Все очень-очень плохо.       — Да? — Джон недоуменно взглянул на Шерлока — вряд ли его царапина сойдет за серьезное ранение. Тот перехватил его взгляд предупреждающе вскинув брови. — А, да! — Джон скривился и прикрыл глаза, подыгрывая. — Да, разумеется. Я испытываю адские боли, Грег, поистине адские, — он не был уверен, что Лестрейд купится на его игру — врать он никогда не умел, но делал все возможное, чтобы помочь своему детективу.       — Вы же понимаете, что это не шутки, Лестрейд, — сверкнул глазами Шерлок, осторожно перехватывая руку Джона, лежащую поверх одеяла. — Я хочу подать заявление в полицию, и, надеюсь, бланк у вас с собой.       На инспектора было жалко смотреть. С одной стороны, он, как честный полицейский, ненавидел сложившуюся ситуацию. Ему было мерзко от того, что приказом свыше дело закрыли прежде, чем оно было открыто. «Причинение себе вреда по неосторожности» так гласила официальная версия происшедшего. Более двадцати свидетелей, ранение Джона и отсутствие при нем какого-либо оружия не помешали кому-то «наверху» сделать такой вывод, поставив Лестрейда перед свершившимся фактом. С другой стороны — он ничего не мог поделать с приказом начальства. Слишком маленьким он был солдатом, чтобы воевать с целой системой.       Тем более, это были Шерлок и Джон — те самые ребята, которым Грег Лестрейд изрядно задолжал, как ни крути. А еще, что бы там Шерлок не думал — они были его друзьями.       — Черт, Шерлок… Ты же понимаешь, что, даже если я заведу дело, это ни к чему не приведет. Вам же самим и достанется. На тебя идет настоящая охота, и тот, кто все это затеял, так просто не остановится.       — Так помоги мне остановить его, Грег! — Шерлок впервые обратился к Лестрейду просто по имени. — Ты — честный полицейский. Тебе точно так же, как и мне, противна вся эта ситуация. Сначала меня превратили в чертового калеку, теперь ранили Джона, что дальше? Я, как видишь, уже не так быстр, как раньше. Если ты не поможешь нам, можешь начинать писать ритуальную речь*.       — Грег… — подал голос и Джон. Он не договорил, все было уже сказано Шерлоком, но он тоже не отрываясь смотрел на Лестрейда, понимая, что шутки кончились.       Это, разумеется, был удар ниже пояса, но подействовал он безотказно.       — Я, конечно, сто раз еще пожалею, что ввязался во все это, — грустно усмехнулся он. — И отстранением от должности вряд ли все обойдется, но я сделаю, что смогу.       — Никто тебя не отстранит, если все сделать в соответствии с моим планом. — Шерлок быстро написал на листе бумаги несколько имен, свернул и протянул инспектору. — Нужно проверить, кто из этих людей был в Лондоне примерно за неделю до покушения на меня. Возможно, за две недели.       Наскоро просмотрев список, Лестрейд приподнял в удивлении брови, взглянув на Шерлока. Не такого задания он ожидал. Видя, что инспектор вот-вот задаст вопрос, Шерлок быстро выпалил:       — Ничего не говори, по телефону тоже лучше не звони. Когда будет информация, сможешь завезти ее нам лично?       Захлопнув уже открытый было рот, Грегори Лестрейд понятливо усмехнулся и кивнул. На самом деле, он не думал, что в палате уже успели бы установить прослушивающие устройства, но встревоженный, если не сказать больше, Шерлок явно перестраховывался.       — Ну что ж… Я пойду. Джон, поправляйся, Шерлок, я… очень сочувствую.       — Спасибо, Грег, — Джон со значением смотрел на инспектора. Было понятно, что благодарит он его не только за пожелание скорейшего выздоровления.       Как только за инспектором закрылись двери, Шерлок взял с прикроватной тумбочки еще один лист бумаги и, что-то быстро на нем написав, развернул Джону.       «Возможны лишние уши и глаза». Подробности позже».       Джон кивнул, с любопытством наблюдая, как Шерлок, развернув лист другой стороной начал что-то ожесточенно на нем чертить. Отсутствие любимого лептопа ему совершенно не мешало, он с головой погрузился в работу и очнулся только когда прибыла обещанная охрана от Майкрофта.       Оглядев прибывших крепких и высоких мужчин в однотипных, как под копирку сделанных, костюмах, Джон почувствовал, что нервничает. Охрана была вооружена, а он бесполезной кучей мяса валялся в кровати. При соседстве вооруженных до зубов людей все инстинкты бывшего военного вопили о необходимости и самому крепко сжать в руке верный «Глок»**. Уж не говоря о том, что охрана Майкрофта вообще не внушала доверия.       Шерлок мнение Джона не разделял. Он беглым взглядом окинул мужчин, безошибочно вычислив в них агентов высокого уровня и безапелляционно потребовал, чтобы охрана находилась исключительно за дверью.       — Но сэр, инструкции… — попробовал запротестовать темноволосый мужчина чуть постарше.       — Чушь, — отмахнулся Шерлок. — Мы находимся на третьем этаже в центре постройки. Окна новые, современные, плотно закрыты. Вряд ли на нас с Джоном будет охотиться Человек-паук.       Нехотя, но охрана все же подчинилась и Шерлок стянул с тумбочки новый лист бумаги.       — Человек-паук? — недоверчиво хмыкнул Джон, — откуда это взялось на твоем жестком диске? Ты что, читал комиксы?       — Реклама воды***. А пока ты не проснулся, было очень скучно.       Шерлок искоса глянул на ухмыляющегося Джона и снова углубился в свои подсчеты. В этом деле было слишком много переменных, поэтому план должен был быть идеальным.       Ровно через два часа ему с неудовольствием пришлось прерваться на процедуры, а потом и на обед. Если бы это не было так важно — Шерлок, как и раньше с радостью бы пренебрег потребностями своего тела. Но сейчас это было совершенно невозможно.       Плохо.       Приходилось делить внимание на три основные проблемы — собственное здоровье, здоровье Джона и вычисление преступника. Делать так Шерлок не любил — гораздо удобнее было сосредотачиваться на каждой проблеме поочередно.       Перед тем как его забрали на процедуры, Шерлок выглянул в коридор и попросил у ближайшего охранника зажигалку. Обладая фотографической памятью, он не нуждался в бумажном плане или схеме — поэтому тщательно сжег все, что начертил и написал.       — Если ты сожжешь еще пару листов, нам все-таки придется открыть окно и проветрить, — помахал рукой перед лицом Джон. — А это вряд ли понравится нашей охране. Не нравятся мне они.       — Мне тоже. Но не потому, почему думаешь ты. — Шерлок задумчиво пережевывал отварную брокколи. Джону было его почти жалко — зеленые комочки даже на вид выглядели крайне неаппетитно. Сам он осилил только запеканку и сок. Но Шерлок, похоже, вообще не замечал, что лежит у него на тарелке. <right>— Они точно работают на моего брата. И точно получили указание охранять нас. Угрозы нет, но когда кто-то постоянно дышит тебе в затылок — раздражает.       — Меня, скорее всего, завтра отпустят. — Джон осторожно подтянулся на постели и сел поудобнее. Бок все еще ныл, особенно при резких, неосторожных движениях, но, в целом, состояние было удовлетворительным. - Стоит ли ним возвращаться домой или останемся тут?       Они еще не обсуждали, что будут делать дальше, но откладывать это было больше невозможно.       Шерлок ненадолго задумался, взвешивая все варианты.       — Пожалуй, вернемся. Нет практически никакой разницы тут или там. Если задаться целью, проникнуть можно в любое помещение, а там, по крайней мере, есть удобная двуспальная кровать.       — Ты можешь лечь спать со мной? Эта кровать, конечно, не такая широкая, как дома, но мне было бы спокойнее, если бы ты был рядом.       Шерлок поколебался ровно несколько секунд и кивнул. Будет довольно неудобно. Но не потому, что тесно, а потому, что Джон будет находится близко.       Очень-очень близко.       Впервые слабые волны возбуждения накрыли Шерлока еще за день до второго покушения. Он неожиданно проснулся ночью оттого, что ему приснился сон, довольно горячий. Вообще, сны Шерлок видел редко и, зачастую, не помнил наутро, что ему снилось. А тут картинка была настолько реалистичной и яркой, что буквально впечаталась во внутреннюю поверхность век.       Во сне его Джон был полностью обнажен, распален и податлив. Он извивался, тянулся к нему всем телом и стонал так умопомрачительно страстно, что перехватывало дыхание. А еще во сне Шерлок мог двигаться.       И он двигался. Даже сейчас жадное возбуждение скрутило низ живота, едва Шерлок вспомнил, как он двигался в том сне.       Безудержно, сильно, жестко, подавая бедра вперед с каждым толчком, ощущая горячие, восхитительно-ребристые стеночки и то, как Джон сжимал его изнутри.       В комнате действительно было так душно?       Поймав себя на мысли, что совершенно отвлекся от своих вычислений, Шерлок постарался вернуться к работе. Майкрофт никогда дураком не был и знал Шерлока, как облупленного, а значит, чтобы переиграть собственного брата, придется сильно постараться. В итоге он засиделся за полночь.       Джон уснул почти сразу после ужина. Его все еще пичкали обезболивающим, хоть он и ворчал, что лучше потерпит «эти небольшие неудобства», чем «в голове будет гулко и пусто, как в пустом ангаре». Шерлок улыбнулся, глядя на спящего мужа. Даже во сне лицо Джона оставалось сосредоточенным и серьезным. Очень хотелось аккуратно разгладить пальцами эту тревожную складочку между его бровей. Шерлок прикусил губу — что такое с ним происходит?       Раньше он не был настолько сильно заинтересован в плотской стороне брака. Секс был всего лишь приложением к их союзу, приятным, но не настолько важным. И стоял далеко не на первом месте в отношениях. Шерлок даже никогда не задумывался над тем, насколько часто хочется Джону. А ведь до их брака он был очень темпераментным мужчиной.       Джон Три Континента.       Такие прозвища не дают просто так.       И все же в браке он полностью подстроился под Шерлока, никогда не выказав неудовольствия или раздражения. Ни разу даже не взглянув на постороннюю женщину или мужчину. Уж в этом-то Шерлок был абсолютно уверен.       Верный и преданный до последней клеточки тела, до последнего вздоха.       Осторожно, чтобы не разбудить Джона, Шерлок подкатил кресло к кровати, все же довольно широкой для больничной койки. Палата-вип, как-никак, предполагала хоть минимальный комфорт. За это, пожалуй, стоило поблагодарить Макрофта. Впрочем, если бы не этот засранец и его тайны, Шерлок и Джон были бы сейчас дома, на Бейкер-Стрит.       Целые и невредимые.       Хотя…       Шерлок боялся даже думать об этом, но где-то очень глубоко понимал, что по-настоящему ценить то счастье, которое по-недоразумению выпало на его долю, начал только сейчас. Таких как Джон больше просто не было.       Осторожно и довольно ловко — почти два месяца практики — он переместил себя на кровать, устроившись по возможности удобно, довольный тем, что не пришлось никого звать на помощь и будить Джона. Крохотная победа — но как же она была сейчас нужна!       Джон легко вздохнул и придвинулся к источнику тепла, инстинктивно, в защитном жесте, положив Шерлоку руку на грудь. В этом жесте был весь его Джон. Осторожно накрыв своей рукой небольшую, но сильную руку, Шерлок постарался выбросить все из головы и заснуть. Получалось плохо. Раньше, во время расследований, он легко пренебрегал сном, пока дело не подходило к концу. Отчасти потому, что чаще всего в раскрытии преступлений большую роль играла скорость, отчасти потому, что постоянно обрабатывающий данные мозг просто не мог остановиться. Шерлок не умел отдыхать во время работы.       Сейчас ему придется научиться и этому. Если он по-прежнему хочет вернуться к расследованиям, ему придется многому научиться, потому что его тело — больше не безупречный транспорт, способный выдержать любые нагрузки.       Ощущая рядом теплое, расслабленное тело, привычно слушая тихое, размеренное дыхание рядом, он, незаметно для себя, расслабился. Потом его дыхание тоже замедлилось, попадая в такт с глубокими вдохами Джона, и Шерлок уснул, все еще прокручивая в голове детали расследования.