У Любви свои Герои

      После неловкого молчания за обедом, Джон разлил всем чаю. Они устроились прямо за кухонным столом, и Майкрофт в коротковатом банном халате произвел неизгладимое впечатление на заглянувшего на минуточку инспектора Лестрейда. До того неизгладимое, что вышеупомянутый инспектор застыл в дверях на добрых две минуты, диковато глядя то на майкрофтовы голые колени, то на окружающую его обстановку, словно проверяя, туда ли он попал. Наконец, зацепившись взглядом за привычного Джона в привычном джемпере, он, пробормотав извинения, попытался ретироваться.       — Детектив-инспектор, думаю, вам стоит остаться, поскольку вы и так уже влезли в это дело по самую кокарду, — насмешливо протянул Майкрофт, чуть приподняв бровь и наблюдая за густой алой краской, расцветившей смуглые щеки Лестрейда. — Присаживайтесь, инспектор.       — Да, садись, Грег, — вмешался Джон, снова отвлекая на себя внимание. — Чаю? Или поешь? Мы только что пообедали, но рагу еще осталось.       Грегори Лестрейд сначала кивнул, а потом быстро помотал головой, почти без сил опускаясь на придвинутый стул. Оценив обстановку, Джон, молча достал из буфета еще одну тарелку и вилку.       — Майк, давай оставим ваши заигрывания на потом, у нас есть дела и поважнее, — недовольно буркнул Шерлок, за что тут же получил укоризненный взгляд Джона.       — Майк? — Грег снова беспомощно оглянулся на Джона, снова густо покраснев при слове «заигрывания», — когда это Холмсы начали разговаривать друг с другом?       — Не спрашивай, — отмахнулся Джон.       — Может, все-таки мы уже приступим к делу?! — рявкнул Шерлок, и все, наконец, умолкли, посмотрев на него, а потом дружно перевели взгляд на старшего Холмса.       Майкрофта, впрочем, такое пристальное внимание ничуть не смутило. Он пригубил чай, аккуратно поставил чашечку на блюдце, и только после этого заговорил.       — Я примерно догадываюсь, откуда ты, Шерлок, узнал о Маккольме. Но, ты прав — он действительно стоит за покушением на тебя и еще за многими тайными или явными делами, о которых я знаю или могу предполагать. От себя лишь только могу добавить, что не знал о его существовании до прошлой осени и предпочел бы никогда о нем не узнать.       — Как вы познакомились?       — В моем клубе. Когда я зачислял его в почетные члены.       — Что, прости? И ты не знал его до этого? — Шерлок сложил под подбородком руки в привычном жесте и теперь удивленно поднял голову.       — Поверь, нет. И у меня в мыслях не было с ним знакомиться. У мистера Маккольма бизнес в нашей стране. Ничего серьезного, ничего, что сделало бы его… необычным.       — Другими словами, достойным членства в твоем супер-элитном клубе. Этом рассаднике снобизма и «нужных» людей.       — Не ерничай, Шерлок. Ты не хуже меня знаешь специфику моей работы, но сейчас не о том речь. За Кевина Маккольма просили, и поверь, просили такие люди, отказать которым было бы по меньшей мере … неуместно.       — И чем же настолько угодил этим людям этот джентльмен? Я ни за что не поверю, братец мой, что ты не навел о нем самые подробные справки после такой неожиданной просьбы.       — Разумеется, навел. Но ничего необычного не обнаружил. Просто хороший, можно даже сказать удачливый бизнесмен с несколькими полезными знакомствами, ничего необычного. Странности начались позже. В один из его приездов я… мы работали над одним довольно серьезным делом. Я надеюсь, вы поймете меня джентльмены, если вдаваться в детали я не стану, но в приватной беседе мистер Маккольм намекнул, что может помочь с возникшими у меня трудностями. Тогда мне подобное предложение показалось просто данью вежливости гостя, который заметил некоторую озабоченность хозяина.       — Вроде как когда мы, простые смертные говорим «Эй, приятель! Неважно выглядишь, что-то случилось? Помощь нужна?» — вклинился Джон.       — Да, примерно, — кивнул Майкрофт. — Я вежливо поблагодарил, и мы разошлись. Представьте себе мое удивление, когда вопрос решился в течение суток без каких-либо усилий, и это притом, что целая команда специалистов высочайшего уровня билась над решением проблемы несколько месяцев.       — Ты не связал эти события между собой, — полуутвердительно произнес Шерлок.       — Ну разумеется нет!       — Да, конечно. Откуда бы обычному бизнесмену, который даже не проживает в стране постоянно, знать тонкости сверхсекретной операции, а уж тем более поспособствовать ее благополучному разрешению.       Майкрофт кивнул, Шерлок задумчиво побарабанил пальцами по столешнице.       — Что было дальше?       — Дальше история начала повторяться. Не заметить это было сложно, поскольку сценарий повторялся из раза в раз один и тот же: «проблема» — «разговор с Маккольмом» — «решение проблемы в самые сжатые сроки». После второго раза мои люди перебрали его жизнь и работу буквально поминутно и снова ничего не нашли. Совершенно ничего, что указывало бы на подобные возможности. После третьего «инцидента» состоялся наш первый откровенный разговор. Он ничего не отрицал и вел беседу очень умно. Ни одной зацепки, никаких подсказок.       Майкрофт замолчал, неотрывно глядя в свою полупустую чашку. Джон тихо встал, забрал у Грега пустую тарелку и снова включил чайник.       — Второй ваш «откровенный разговор» случился, я так понимаю, незадолго до покушения, — подытожил Шерлок.       — Да. Он попросил меня оказать ему услугу.       — В чем она заключалась? — быстро проговорил Шерлок, подавшись всем телом вперед.       — Не думаю, что это та информация, которую следует…       — Майкрофт, неужели вы не видите, к чему приводит ваша скрытность? — негромко, но очень твердо отрезал Джон. — Если бы вы сразу все нам рассказали, возможно, Шерлок был бы более осторожен той ночью. И всего этого можно было бы избежать.       — Послушайте, мистер Холмс, если вы опасаетесь, что информация попадет не в те руки, — нерешительно начал молчавший до сих пор Грегори Лестрейд, то могу вас уверить, я очень хорошо понимаю, что означает конфиденциальная информация. Но если вопрос только в этом, я могу уйти…       — Не говорите глупостей, инспектор, — устало отмахнулся Майкрофт. — Я вообще не начал бы подобный разговор, если бы считал вас недостойным человеком. Только не после стольких лет, проведенных рядом с моим братом. Что ж, думаю, не стоит еще раз упоминать о том, что информация абсолютно секретная. Более того, небезопасная для того, кто ее узнает.       Шерлок закатил глаза, Джон скрестил руки на груди, а Лестрейд только нахмурился. Никто из них отступать явно не собирался.       — Меня настоятельно попросили поставить свою подпись в одном документе. Это своего рода… голосование. После того, как какое-либо решение, исходящее от парламента, будет принято окончательно, оно проходит некое «предварительное слушание». На этом этапе достаточно хотя бы одного голоса «против», чтобы решение по данному вопросу затянулось на неопределенный срок, а то и вообще было отменено. Я вхожу в очень узкий круг людей, среди которых и проводится это слушание. Речь шла о санкциях на торговлю с некоторыми странами, в том числе и с Россией, а так же насчет некоторых дипломатических миссий в эти страны.       — И вы должны были отдать свой голос «за» или «против», — недоуменно поинтересовался Грег. Ему были искренне непонятны все эти дипломатические реверансы, как и связь каких-то санкций с ранением Шерлока.       — «За». Я должен был полностью одобрить продолжение политики санкций.       — Но вы с ними не согласны, — полуутвердительно проговорил Джон.       — Нет. Эта политика давно изжила себя. Любая медаль имеет обратную строну. Санкции бьют как по странам, против которых они направлены, так и против стран, их поддерживающих. Возможно, пока мы находимся и не в таком проигрышном положении, как другие страны Европы, — сказывается географический фактор. Но мировая экономика движется в сторону саморазрушения, а поскольку все в мире взаимосвязано, рано или поздно это ударит и по нам. Я давно подготовил ряд поправок, которые собирался внести на состоявшемся вчера слушании.       — И вы этого не сделали.       Майкрофт промолчал. Да и что было говорить? Что он впервые в своей жизни не смог справиться с ситуацией? Что предал себя, подставил брата, не выиграв в итоге ни-че-го.       — В первый раз, разумеется, отказался, даже не принял Маккольма всерьез. Только когда начались угрозы, я понял, зачем он в течение нескольких месяцев помогал мне, хотя и без моего на то согласия.       — Демонстрация возможностей?       — Да, думаю, мне просто показывали, что ничего невозможного для мистера Маккольма нет. А потом мои люди стали гибнуть при самых разнообразных обстоятельствах. Но только те, кто непосредственно работал над проблемой. А так же те, кто просто знал о ней. Я усилил охрану, и, поскольку мои люди ничего не добились…       — Вы обратились за помощью к Шерлоку, — закончил Лестрейд.       — А вам не пришло в голову, что угрозы вам, могут распространяться и на вашего брата? — Джон даже и не пытался скрыть гнева. У Шерлока и Майкрофта могут быть свои счеты, но он не сможет простить этого старшему Холмсу никогда.       Майкрофт, вопреки ожиданиям, даже не попытался оправдаться, только еще больше сгорбился, неотрывно глядя в уже давно пустую чашку. За столом надолго повисла тяжелая, гнетущая тишина, нарушать которую никто не решался. Наконец, Майкрофт тихо заговорил, ни на кого не глядя, и ни к кому конкретно не обращаясь.       — Я привык быть один и сам отвечать за свои поступки. В школе, в колледже, в университете, на работе. С тех самых пор, когда я понял, что у каждого из людей есть свое собственно суждение, и не всегда оно бывает верным. Тогда мне было почти два. До сих пор я оставался одиночкой и, следует признать, привык к этому. Я совершил ошибку дважды — в первый раз, когда не принял угрозы Маккольма всерьез, и во второй раз, когда решил, что за свои поступки, как и всегда, буду отвечать только я один.       Он глубоко вздохнул и поднял глаза на Шерлока, однако его слова были обращены теперь только к Джону.       — И если вы, Джон, считаете, что я когда-нибудь забуду или перестану денно и нощно сожалеть о своих ошибках, вы глубоко заблуждаетесь.       — Что теперь будет? — спросил Грегори Лестрейд, невольно разряжая обстановку.       — Ничего, — изогнул губы в своей фирменной кривой улыбке Макрофт. — По крайней мере, пока. Я выполнил его требование. Когда на Шерлока было совершено покушение, я сделал все, чтобы связать это с Маккольмом. И впервые ничего не смог сделать. Исполнитель был найден спустя неделю на берегу Темзы, и поверьте мне, инспектор, это стопроцентный «Таман Шуд».* Восемнадцать человек расстались с жизнью только потому, что пытались что-то сделать, и, думаю, вы понимаете, что в МИ-5 работают профессионалы только самого высокого класса. Возможно, я сейчас скажу нечто ужасное, но если бы не одна деталь, я предпочел бы забыть о самом существовании Кевина Маккольма. Да, Джон, — он вскинул руку в предупреждающем жесте, останавливая уже готового яростно возразить Джона, — я понимаю ваше негодование, но, как выяснилось, живые близкие порой бывают дороже справедливости. Восемнадцать лучших моих людей, Джон. Вот только забыть о его существовании не получится.       — Почему? — недоуменно спросил Грег, — он же уже получил то, чего хотел.       Майкрофт тяжело поднялся, обводя взглядом небольшой круг своих слушателей.       — Потому что он уже знает мою «болевую точку», — он выразительно посмотрел на Шерлока. — Поэтому очень сомневаюсь, что мистер Маккольм остановится на достигнутом.