С чего всё начиналось.

Когда уходите на пять минут, Не забывайте оставлять тепло в ладонях. В ладонях тех, которые вас ждут, В ладонях тех, которые вас помнят... Орихара сладко потянулся, выпрямил руки, сжал и разжал пальцы. Тихо прошел на кухню и поставил греться молоко. Сегодня выходной и Шизуо все ещё спит. Блондин вообще любил поспать подольше и разбудить его было тяжело. Если Изае нужно было, чтобы Шизуо встал, то это было все равно, что начало военных действий. Изая прыгал вокруг кровати и противным голосом тянул – Вставай, вставай. – Стягивал с блондина одеяло и тормошил его. Однако делал это аккуратно. Сонный Хейваджима был опаснее голодной собаки. А когда казалось, что Шизуо уже проснулся и даже сел на кровати с ясным взглядом, то, уйдя со спокойной совестью на минуту на кухню, а затем, вернувшись, можно было обнаружить вновь уснувшего блондина в самых невероятных позах. Изае нравился сонный Хейваджима. Он напоминал большого ребенка с взлохмаченными волосами и припухшим лицом. А ещё с утра Шизуо был жутко неловким и вспоминал о своей неловкости только тогда, когда уже что-то разбил или случайно вынес дверь в ванную. Обычно за этим следовал сонный мат и обещание вечером все починить. Орихара сам не заметил, как успел привыкнуть к Шизуо. Теперь в голове Изаи вертелась лишь одна мысль. Если он сделает Шизуо больно и тот узнает обо всем, что происходит, будет ли самому Изае от этого больно? Или все же можно как-то этого избежать? Орихара задумчиво взял со стола вчерашний список и теперь теребил его в руках. Предположений много, но как знать, будет ли хоть одно верным? Шизуо вчера вообще не желал не о чем думать и сразу потащил за собой в кровать. А подумать-то стоит. Изая услышал шипение плиты и поспешил выключить её. Из-за того, что он задумался, молоко закипело. Оставив его остывать, брюнет вернулся к раздумьям. В этот момент Изаю приобняли теплые руки. — Проснулся? – хмыкнул Изая, пихая локтем Шизуо. — Да. Я думал, ты меня разбудишь. – хрипло отозвался блондин. — Так вот чего ты так долго валялся? Хотел, чтобы я тебя разбудил? – усмехнулся Орихара. — Ага. – честно признался Хейваджима, прижимая к себе любимого человека. — Ну, уж извини. Можем сделать дубль два. Иди, ложись, а я приду тебя будить. – шепнул Изая. Шизуо не ответил. Он взял за руку Изаю и сравнил: свою большую ладонь, твердую и грубую, и его, тонкую и цепкую, маленькую, со шрамом на кисти. Орихара с интересом поглядел на Шизуо. — Ну и? – спросил он, не дождавшись ответа. — Ты на кота похож. На мелкого, вредного кота с когтями. Пакостного, но умеющего прикинуться вовремя пуськой. – рассмеялся блондин. Сонность улетучилась и наступило деловое, свежее настроение. — Ня вам. А ты на собаку. Большую, тупую, сильную, но дружелюбную собаку. А теперь о деле. Все же я даже боюсь предположить, как мы будем наблюдать за такой тучей народа. Нас всего двое, их - куда больше. Стоит ли мне нанимать парней для слежки или лучше самим этим заняться? – спросил Изая, вытягивая вперед руку и лениво царапая его по носу. Шизуо поморщился. — Знаю я твоих парней. Сразу все разболтают. Сами как-нибудь справимся. – ответил он. — Ну как хочешь. В общем, я думаю, надо сначала выбрать кого-то тебе и мне и последить за ними.— ответил Изая. — Последить? А работа? Я жить на что, по-твоему, должен? Из-за каких-то идиотов с голоду умирать и без сигарет сидеть? – поинтересовался Шизуо. — Зачем же сразу так категорично? Совсем нет. Ну, только если тебе очень хочется. Я считаю, что раз все нападения до этого было совершены под ночь, то и в этот раз будет так же. Так что просто вечерком за ними приглядывать, вот и все. Ну, по крайней мере, можно попробовать. По статистике нападения чаще свершаются или очень рано утром или под ночь. – хмыкнул Орихара, оценивая список. — Кого возьмем? – приободрился блондин. — Так, ну ты возьмешь на себя Осаму Юмене, а я Тоширо Като. Я передам тебе адрес. – жизнерадостно сообщил Изая. Он любил опасные ситуации. Он не умел бояться. Чувство самосохранения он потерял ещё в детстве. Именно поэтому даже сестренки считали своего брата немного ненормальным. Орихара любил само чувство страха, любил адреналин. Он не опасался за свою жизнь, как многие другие. Порой брюнету казалось, что если бы он был на краю, то не пожалел бы. Ведь смерть это тоже увлекательно. И интересно, как это происходит? Как человек умирает? Действительно ли душу провожают на небеса? Он вспомнил о Селти. Возможно, она знает, как это. Хотя Селти боится мертвых людей, что крайне удивительно для такого существа как она. И пришельцев она боится. Когда Орихара об этом вспоминает, ему это кажется забавным. Он – обычный человек, не боится ничего, а она, далахан, боится очень многого. — Почему его? – спросил Шизуо, из вредности выдирая из рук Орихары список. — Хорошо, а кого бы ты взял? – спросил брюнет с бесконечным терпением. — Я? Ну я уже говорил. Кейчи Кобаяси. – нахмурился Шизуо. — Но тот опаснее. Твой Кобаяси на деле ничего не стоит. С чего бы убийце его убивать? Он бесполезен как погремушка в руках взрослого человека. – раздраженно ответил Орихара, пытаясь отобрать лист обратно. Хейваджима с садистским удовольствием поднял руку со списком повыше, чтобы Изая не дотянулся. Брюнет обиженно надулся. Он был ниже блондина, а прыгать в удовольствие дразнящему не хотелось. Шизуо усмехнулся. — И что? Раз он в списке, значит и его могут убрать. Почему же нет? – спросил он. Изая поглядел на блондина, как на ребенка, который упорно не желает понимать, почему два плюс два будет четыре, а не пять. И зачем вообще надо прибавлять два? Орихара привстал на цыпочки и звонко чмокнул Шизуо в губы. Блондин застыл. Довольно ухмыляясь, Изая выдрал лист у побежденного Шизуо. — Почемушто. Потому что я так захотел. – ответил Изая, насмешливо осознавая, что управлять блондином легче легкого. Всего один поцелуй, а он уже растаял, как Ледяная Королева у камина. Хейваджима не стал спорить. Вместо этого подтянул к себе Орихару и довольно таки больно куснул в шею. Через несколько минут, потирая шею, Орихара собирался к себе в офис. — Ну, я пошел. Мобильник не выключай. – попросил блондина Изая и вышел. Шизуо закрыл за ним дверь. Минуту стоял, прислушиваясь к шумящему лифту, а затем, вздохнув, потянулся к сигаретам. Изая же, выйдя на улицу, сунул руки в карманы брюк. Вдруг что-то кольнуло палец, брюнет удивленно потянул за краешек и обнаружил ту фотографию, что вчера забрал у Шизуо. Фотография с неведомой девицей напрягала. Орихаре было неприятно осознавать, что эта девушка могла быть для Шизуо самым дорогим. Или нет? Сделав себе мысленно пометку все же разузнать, кто эта девушка, Изая аккуратно сунул фотографию назад. В офисе оказалось шумно. Все из-за Намиэ. Начнем с того, что как только Изая поднялся к своему кабинету и открыл его, он обнаружил, что шторы, которыми брюнет любил днем закрывать окно, что бы солнце не слепило, горели. Причем не с одного конца, а целиком. Около штор, туда-сюда носилась Намиэ, пытаясь спасти их остатки, скорее из вежливости, чем действительно переживая. Она бегала со стаканом, набирая воду в туалете, и прибегала сюда, что бы плеснуть на несчастные шторы. Орихара выпал в осадок от такой сцены, но опомнился от очередного визга Намиэ. Одним резким движением сорвал с окна шторы и затоптал огонь. Намиэ обессиленно рухнула в кресло. — Так, замечательно. А теперь, что тут происходит? Мне что, уже и кабинет на тебя нельзя оставить? – с мягкостью психиатра поинтересовался Изая, все ещё не понимая, как шторы могли загореться. — Ничего. Не видишь что ли, все хорошо. – огрызнулась Намиэ. Орихара поглядел на обугленный карниз, на испорченные шторы и на комнату, задымленную так, что сам Орихара дышал через раз. — Вижу. Но если это хорошо, то я боюсь представить, что в твоем представлении плохо? – признал он и открыл окно. Намиэ рассерженно зашипела, посоветовав запихнуть свои издевки в одно место. Изая решил её больше не дергать. Но Намиэ уже сама остыла и решила все же рассказать, что случилось. С её путаного рассказа Орихара понял лишь то, что девушка решила с фотографии, где её брат, убрать его девушку каким-то веществом. С химией Намиэ дружила, но что-то не заладилось, Намиэ смахнула порошок, который частично попал на угол одной шторы, и на пол, и благополучно об этом забыла. Затем, когда ей пришла в голову гениальная мысль зажигалкой подпалить ниточку на кофте, огонь неожиданно перекинулся на шторы. Краешек сгорел мгновенно и через несколько секунд огонь жадно поедал шторы. Намиэ в панике заметалась, под рукой оказался стакан с чаем, из которого она и облила шторы. Однако огонь не погас и перекинулся на соседнюю штору. Девушка бестолково кинулась в туалет за водой. На этом её и застал Изая. — Ты вроде не глупая женщина, а в момент растерялась и повела себя как ребенок. – рассмеялся Изая. — А кто знал, что так выйдет. И вообще, я тут дымом надышалась и шторы жаль, так ещё ты издеваешься! – надулась Намиэ и, хлопнув дверью, вышла. — Главное, что теперь я виноват. Все же, женщины странные. Будь на месте Намиэ Шизуо, он бы поступил, как и я. А не стал бы носиться со стаканом. – поморщился Орихара, садясь за свой стол. Впереди много дел. Орихара вновь вспомнил о фотографии. О Шизуо и девушке, что так радостно там улыбались. Очень много дел… Под вечер у Шизуо зазвонил мобильник. Изая прислал смс с сообщением, где будет в это время Осаму и его маршрут. Хейваджима только закончил с работой и теперь направлялся за этим человеком. Дойдя до здания со странным названием « Ран 23» Хейваджима стал ждать. Здание его смутно тревожило. Во-первых, находилось на отшибе. Во-вторых, в здании не было света. Было темно и глухо, как на кладбище. «Как можно работать в таком месте? Я бы отсюда сразу же уволился.» Подумал Шизуо, привычно выщелкивая сигарету из пачки. Ждать долго не пришлось. Нужный человек вышел почти сразу, как только Шизуо пришел. За ним следовал ещё один человек – телохранитель. Оба отправились по привычному маршруту. Хейваджима, стараясь особо не попадаться им на глаза, шел следом. Как казалось Шизуо, шли они безумно долго. Блондин по дороге приглядывался и к прохожим. Мало ли. Подозрительному Шизуо каждый встречный казался убийцей. И когда свернули в бар, то блондин, на нервах, уже был готов сам убить этого Осаму. В конце концов, он впервые за кем-то следил. В баре просидели так же недолго, Хейваджима устроился в углу, чтобы не терять из вида эту пару, и выпил пива, наблюдая за людьми. Вскоре телохранитель встал, поклонился и ушел. Видимо хозяин его отпустил. Осаму тоже не стал засиживаться, расплатился и вышел на улицу. Блондин спешно допил пиво, бросил на стол деньги и поспешил за мужчиной. Хейваджима следовал за ним по пятам до самого дома. Ничего особенного не произошло и Шизуо, разочарованно фыркнув, отправился к себе. Только зря нервы себе измотал. В пути решил звякнуть Изае и поинтересоваться как дела у него. — Что-нибудь необычное заметил? – озабоченно с ходу поинтересовался Орихара. — Нет. Обычный мужик. Бухнул и пошел домой. На улице тоже особо никого не попадалось. – раздраженно ответил Шизуо. Он считал, что только время теряет, пока возится с этими людьми. — И у меня ничего необычного. Как сговорились. Только мы появились и все стали тише воды. Знаешь, я устал. От жизни. Надоело как-то все это. Одно и то же. Что если мы убийцу не поймаем? – голос Орихары вдруг изменился, стал каким-то ломким. Шизуо насторожился. — Чего ты там себе напридумывал? – рявкнул блондин, прогоняя желание схватить Орихару и утащить к себе, попутно успокаивая. — Я просто подумал, все, вроде, в порядке и волноваться, казалось бы, не о чем. Но порой есть что-то такое тревожное, от чего ощущаешь себя странно, отчужденно. Будто тебя что-то сковывает. Хочется свободы, яркости и чего-то такого, от чего захватывает дух. Но проходит время, пока ты этого ожидаешь, а этого все нет...и нет...и постепенно забываешь в бытовых проблемах о том, чего ждал, на что надеялся. А если что-то и происходит, то ты считаешь, что ждал вовсе не этого. Чего-то другого. Но с осознанием, что так, как ты напридумывал не будет, вздыхаешь и довольствуешься этим. Возможно все и не так вовсе. А возможно кто-то, создав иллюзию более яркой, чем действительность, тянется именно к иллюзии, действительность слишком серая. – ответил Изая. В голосе звучала странная печаль. Хейваджима замер, пытаясь переварить глубокую мысль. Он чувствовал, что Изая ждет ответа. Но у Шизуо не было ответа. Он не понимал, зачем вообще задаваться таким вопросом. Думать об этом. — Знаешь, я считаю так. Каждый сам строит свою жизнь. Мечты - это хорошо, но если чего-то хочешь и понимаешь, что эта яркая иллюзия может быть с тобой, то разбейся нафиг, но достань то, чего тебе так хочется. Будешь счастлив. Счастье внутри, надо его просто выпустить. Слышал? И что бы больше мне не ныл на эту тему. Иначе я тебя так отдеру, что ты поймешь, что такое счастье! – крикнул Шизуо, будто пытаясь воздействовать не столько словами, сколько силой голоса. Орихара в трубке рассмеялся. — Странный ты человек, Шизу-тян. Однако убедил. – Изая бросил трубку, не пожелав попрощаться. Шизуо же стоял и слушал гудки. Внутри поднималось тревожное чувство. Он волновался за Изаю. Этот монолог был слишком странным, слишком искренним. Хейваджима бы предпочел, чтобы Изая снова солгал. Но прямота и честность в его исполнении пугали. Посчитав неправильным сейчас оставлять Изаю, Шизуо направился к нему в Синдзюку. Раньше блондин ненавидел этот район. Да и сейчас симпатии не прибавилось. Синдзюку будто душил. Он был слишком тяжелым, слишком противным. Даже дышалось тут тяжко. А люди, что были здесь, казались неисправимыми циниками, которым безразлично все на свете. В их глазах нет огня. Нет света. Они думают только о деньгах. Когда Хейваджима поднялся в кабинет, то застал Изаю дремлющим в кресле. Брюнет казался таким хрупким. Его сон был беспокойным. Хейваджима вгляделся в лицо Изаи. Лицо любимого человека казалось усталым. Шизуо осторожно взял Орихару на руки, накинул на него куртку и понес к выходу. — Шизу-тян, куда ты меня тащишь? Нужно кабинет закрыть и свет погасить. – сонно пробормотал Орихара. — Вот Намиэ и погасит. Её вещи здесь, значит, ей не составит труда закрыть дверь. – сдержанно ответил Шизуо. — Ага, знаю я, как она все закроет. На неё полагаться бесполезно. Сегодня она вытворила невероятную глупость, – усмехнулся Изая. — Плевать. Ты чего? Упадок сил? Ты напился? Что за бред ты мне нес? – спросил Шизуо, пинком открывая входную дверь. — Съязвил? Надеюсь, тебе стало легче. Я ничего не нес. Я уже все принес. Ты за меня беспокоишься что ли? Переживаешь? Шизу-тян, я не истерик. Я просто высказал тебе, что думал на тот момент. А ты, небось, подумал, что я сделаю что-то неправильное? Или буду сидеть в одиночестве и причитать? Нет. Ты немного ошибся. За меня беспокоится не стоит. Эти слова были всего лишь словами. Просто мыслью, не более. – криво улыбнулся Орихара, прижимаясь к теплому блондину. Хейваджиме вдруг стало неприятно слышать эти слова. Что-то не давало покоя. — Заткнись! Иначе по морде получишь. – разозлился блондин, сжимая Изаю ещё крепче. Орихара взглянул на него и прикрыл глаза. Начался мелкий, противный, моросящий дождь. Капли падали на лицо, стекая вниз, оставляя дорожки неприятных ощущений. — В той комнате, что у тебя закрыта раньше жила девушка? – спросил Орихара тихо. Шизуо замер. Тревога нарастала. Он вспомнил свой сон и ещё сильнее вцепился в Изаю. — Откуда ты узнал? – не узнавая свой голос, спросил Шизуо. — Я предположил. Наверняка я не знал. Но судя по твоей реакции, я попал в точку. – безжизненно улыбнулся Изая. – Отпусти меня уже, я сам пойду. В конце концов, я не умираю. Хейваджима все ещё сжимал Изаю, но тот, верно оценив растерянность, уже сам извернулся из рук. — Мне не расскажешь? Дома можно поговорить… — начал Изая, но тут же поморщился от боли. Шизуо до синяка сжал плечо Орихары. На лице застыла мрачная решимость. Сон был словно вещим. Шизуо вновь нарисовалась картина: они на кухне и Орихара спрашивает о комнате… мертвые тела. Нет. Этого он не допустит. — Мы поговорим об этом, но не сегодня. – сжимая Изаю, тихо обронил блондин. Орихара посмотрел на него и решил не доставать вопросами. — Ты можешь мне ничего не рассказывать. Только ответь на вопрос, она что-то стоит для тебя? – быстро спросил брюнет. Шизуо внимательно взглянул в глаза Изае, вздохнул, будто собираясь с мыслями. — Да. Но не так как ты для меня. Можно сказать, что она никогда не смогла бы стать для меня тем, чем стал ты. Веришь? – медленно сказал Хейваджима. Орихара почувствовал, что ему становится легче. Будто груз, что он тащил, стал легче на двадцать килограмм. — А моя вера что-то меняет? Вопрос в том, веришь ли ты в то, что сам мне сказал. – ответил Изая. Шизуо подался вперед и обнял Орихару. — Я не уверен ни в чем. Кроме одного. Тебе я всегда скажу все, как есть. За короткое время я привязался к тебе. Я, действительно, люблю тебя. – прошептал блондин. Орихара почувствовал, что и от него ждут того же. Но Изая предпочел промолчать. Странно, но ему вдруг надоело врать. Врать Шизуо и самому себе. Надоело играть разные роли. Хотелось уже стать чем-то одним. Об этом он думал, пока они шли домой. Когда они вошли в теплую квартиру, на улице начался ливень. Он барабанил по крыше и окнам, будто тоже просясь в дом. В тепло. Орихара стоял у окна и смотрел на капли, причудливо рисующие странные знаки на стекле. Неожиданно он почувствовал тепло рук. — Все будет хорошо. – шепнул брюнету Шизуо и нежно поцеловал Изаю.