Имя ей Счастливая. В поисках дома

Сэм никак не ожидал, что Фелиция вдруг потеряет сознание и рухнет в его объятия. Он не сразу понял, что именно произошло, но вовремя успел подхватить подающую девушку, которая показалась ему невероятно хрупкой и беззащитной. − Какого черта? – Дин тут же оказался рядом с братом, который осел на пол с совершенно бледной Фелицией. – Что с ней, Кас? − Все в порядке, − ответил ангел, поправляя рукав своего пиджака, но при этом странно хмурясь, − через пару часов она очнется. − Но со мной такого не было, − обеспокоенно пробормотал Сэм, бережно убирая пряди волос с лица девушки. – Да и с Бобби тоже. − Ее душа слишком ослаблена переходом меж мирами. − Так тебе удалось? Ты смог коснуться ее души? − Да. Фелиция маяком не является. Дин перевел взгляд с ангела на девушку, которая по-прежнему полулежала на руках у Сэма. − Лучше будет отнести ее в комнату, − Дин осторожно забрал Фелицию из рук брата, который даже не стал возражать, отлично понимая, что с его швами не стоит пока пытаться поднять ее. Дин поднялся на ноги, осторожно прижимая к себе бессознательное тело девушки, и направился в сторону спален. Сэм же последовал сразу за ним, чтобы помочь открыть дверь, что собственно он и сделал, как только Дин подошел к комнате, в которой этой ночью спала Фелиция. Он осторожно уложил девушку на кровать и уже хотел отстраниться, как вдруг заметил, что Фелиция начала дрожать. − Мне это совсем не нравится, − пробормотал Сэм, от внимания которого также не ускользнула дрожь девушки. Он достал из комода плед и укрыл им Фелицию до самого подбородка. − Побудь с ней, а я пока переговорю с нашим пернатым другом, − решительно заявил Дин, покидая комнату Фелиции. Дин быстро миновал коридор и снова оказался в библиотеке. Кас стоял на том же месте, и по тому, как хмурился ангел, Дин понял, что его что-то беспокоит. И определенно это "что-то" было связано с Фелицией и ее душой. − Что, черт возьми, это только что было? – обратился к другу Дин. – Почему она так отреагировала? − Ее души впервые коснулся ангел Господень. − И что? – удивился Дин. – С Сэмом было тоже самое. Ну, почти, − сам себя поправил Дин, − в тот момент его души вообще не было дома. Но души Бобби ты тоже тогда коснулся впервые, но его не вырубило после этого, и он не дрожал, как осиновый лист, пытаясь согреть свой зад. − На самом деле я был не первым ангелом, который коснулся души Бобби, как и души Сэма. − Что это значит? – насторожился Дин. − Каждую душу в этот мир сопровождает ангел, − попытался объяснить Кастиэль, − он касается ее перед рождением человека на свет, но души Фелиции никогда не касался ангел. В том мире на Небесах совсем нет ангелов и, скорее всего, никогда не было. − Такое возможно? − Не знаю, − честно ответил Кастиэль, − мне мало что известно о других мирах. − Но с Фелицией все будет нормально? – Дин никак не мог отделаться от чувства беспокойства за эту девушку, хотя ему это совершенно не нравилось. − На первое прикосновение ангела каждая душа реагирует по-своему. Когда я вытаскивал тебя из Гиены Огненной, твоя душа переродилась и очистилась, и касание мое стало для нее первым. У тебя после этого остался ожог на плече, у Фелиции же проявился озноб. Она стала замерзать. Стоило Касу вспомнить про Ад, как жуткие воспоминания о пребывании там ворвались в сознание Дина, заставив его вздрогнуть, хоть он и старался не подавать вида. Как бы он не пытался забыть об этом, как бы не топил свои воспоминания в бесчисленном количестве алкоголя, Ад всегда возвращался. Хотя, наверное, он всегда был с ним, особенно после того, как он сам стал демоном. Он в очередной раз вляпался по самые уши, и сам выбраться никак не мог, в результате чего Сэму вновь пришлось вытаскивать его не без помощи ангела, конечно. Водоворот вновь закрутился, и Дин никак не мог отделаться от мысли, что теперь настала очередь Сэма тонуть, вот только он не был до конца уверен, что на этот раз у него хватит сил вытащить брата, хотя он ни за что не перестанет бороться. − Я попробую поговорить с кем-нибудь из своих братьев, − голос Каса вывел Дина из оцепенения, − не уверен, правда, что кто-нибудь из них не попытается убить меня при этом. Метатрон не в темнице по моей вине. − Вот тут мне крыть нечем, − съязвил Дин, все еще злясь на друга и брата за их глупую выходку. – Только не рассказывай своим небесным друзьям о Фелиции. Неизвестно, как они отреагируют на гостью из другого мира, а нам сейчас и без небесной рати хватает проблем. − Я понял тебя. Кас кивнул другу и вышел из библиотеки, но остановился на полпути к лестнице и вновь обернулся к Дину. − Да, Дин. Думаю, вам с братом стоит еще кое-что знать. − И что же? – Дин тут же напрягся от слов ангела. Он так и знал, что с этой девчонкой что-то не так. − Фелиции не касается это, − словно прочитав мысли друга, заметил Кастиэль, − дело во Тьме. Дин ощутимо напрягся, стоило ангелу упомянуть древнее зло, что они с братом выпустили на свободу месяц назад и пока понятия не имели, как именно справиться с ним. − С ее появлением что-то изменилось, − ангел был явно обеспокоен, насколько вообще могли беспокоиться ангелы, − словно баланс пошатнулся. − В каком смысле? − Раньше, каждый раз, как этот мир очищался от нечистой твари, не без помощи охотников, конечно, тьма и мрак, что она несла, исчезали. Растворялись в небытие до появления нового сверхъестественного существа. Сейчас же, тьма и мрак никуда не уходят, а словно застревают здесь. Я это чувствую… ангелы это чувствуют. − За последний месяц мы с Сэмом почти не охотились, − заметил Дин, не слишком-то обрадованный словами ангела, − вся нечисть словно на дно залегла и не высовывается. − Тьма пугает не только Вас, Дин. Что-то в ней пугает само зло этого мира. После этих слов ангел покинул бункер, оставив Дина одного стоять посреди холла. Слова друга никак не выходили у него из головы и, судя по всему, не сулили ничего хорошего, хотя в их жизни вообще мало, что можно было назвать хорошим. К тому же Дин сам имел дурную привычку разрушать все то немногое положительное, что его окружало. Отогнав ненужные переживания и мысли, Дин уверенным шагом направился к спальне Фелиции. Все это время Сэм сидел на стуле рядом с постелью девушки, которая по-прежнему была без сознания и еле заметно дрожала, даже под двумя теплыми пледами, которыми ее укрыл Сэм. Она была неестественно бледна, и ее еще совсем недавно розовые губы приобрели бледно-синий оттенок, что совсем не нравилось Сэму. Он даже предположить не мог, что Фелиция так отреагирует на все это, и если бы он только знал, что так будет, он бы настоял на своем и не позволил бы Касу касаться ее души. Но вот Фелиция пошевелилась и плотнее закуталась в плед, свернувшись под ним, как маленький котенок. Сэм немного облегченно выдохнул и опустил голову. В данный момент девушка просто спала, а значит, скоро ей станет лучше, по крайней мере, Сэм очень надеялся на это. − Сэмми, − тихий голос Дина заставил Сэма поднять голову, и он только в этот момент заметил, что брат вошел в комнату и сейчас стоял в двух шагах от него. – Как она? Сэм вновь посмотрел на девушку, и ему показалось, что Фелиция больше не выглядела такой бледной, как еще пару минут назад. − Спит. Думаю, все будет нормально. − Ясно. Идем, надо поговорить. Сэм еще раз посмотрел на Фелицию, чтобы убедиться в том, что она действительно просто спит, после чего поднялся на ноги и вышел из спальни вслед за братом. − Что сказал Кас? − Что у нас проблемы, Сэмми. Сэм даже не удивился такому ответу, потому что за последние годы он уже успел привыкнуть к череде бесконечных проблем, что их окружали. Разговор обещал быть долгим, поэтому Дин и Сэм вернулись в библиотеку, чтобы спокойно обсудить все то, что каждый из них узнал. Фелиция никак не могла согреться, даже не понимая, почему вдруг стало так холодно. Она сильнее закуталась в теплый плед, чуть ли не скрывшись под ним с головой, и изо всех сил попыталась сохранить тепло. Все это происходило на каком-то бессознательном уровне, и когда Фелиция, наконец, почувствовала, что начинает согреваться, ее ослабленный организм погрузился в сон. Сколько именно времени Фелиция проспала, девушка точно не знала, но она совершенно точно пару раз чувствовала чье-то присутствие рядом. Когда же Фелиция, наконец, вырвалась из оков сна и открыла глаза, рядом с ней никого не оказалось. Голова у девушки была тяжелее свинца, и ей стоило больших усилий, чтобы просто оторвать ее от подушки. Когда Фелиция все же сумела сесть на кровати, плед, которым она была укрыта, съехал вниз к ее ногам, отчего она вновь почувствовала озноб. Расправив плед, девушка быстро накинула его себе на плечи и, завернувшись в него, словно в кокон, поднялась с постели. Ее немного покачивало, но она старалась не обращать на это своего внимания, потому что в этот самый момент ей ужасно хотелось есть, и чувство голода заглушало все другие чувства. Фелиция вышла из комнаты и, чуть поморщившись от непривычно яркого света коридора, направилась в сторону кухни, месторасположение которой она уже знала. По дороге туда девушка услышала мужские голоса, которые доносились из библиотеки, и поняла, что проскочить незамеченной в кухню у нее не получится. Она не знала, почему именно, но ей не хотелось сейчас встречаться с Дином или Сэмом, особенно с Дином. Как бы Фелиция не отрицала, но ее задело то, что Дин так легко согласился с предложением Каса. Он знал, через что ей придется пройти, знал, что это будет достаточно болезненно, но все равно не стал переубеждать ангела. Ему было все равно, и от этого у Фелиции было тяжело на сердце. − Не думаю, что у него получится хоть что-нибудь узнать, − Фелиция услышала голос Дина, − вряд ли вообще стоит рассчитывать на радушный прием от его ангельской семейки. − Может быть, тогда не стоило отпускать его одного? Ответить Дин не успел, потому что в этот самый момент он заметил Фелицию, появившуюся в дверях библиотеки. Сэм заметил секундное замешательство брата и проследил за его взглядом. − Фелиция, − Сэм подскочил со стула, на котором сидел, и широкими шагами направился к девушке, − ты как? − Я… я в порядке. Фелиция попыталась улыбнуться Сэму, но у нее это не совсем получилось, поэтому она тут же отвела взгляд от его взволнованного лица и, поддавшись непонятному порыву, посмотрела на Дина. Он сидел за соседним столом, закинув на него ноги, и потягивал пиво из бутылки. Его взгляд был уже не таким холодным и озлобленным, как раньше, но все же по-прежнему не внушал Фелиции доверия. − Надеюсь, все было не зря? − Фелиция позволила Сэму усадить себя на один из стульев за столом, за которым минуту назад сидел он сам. − Не зря, − ответил Дин, − ты для монстров не видна на радаре. Фелиция почувствовала странное облегчение от слов Дина. Меньше всего ей хотелось постоянно оглядываться по сторонам в страхе, что какая-нибудь нечисть придет за ней. − Ты точно в порядке? – Сэм прислонился к столу, за которым сидела Фелиция, и внимательно следил за ее состоянием. − Со мной все хорошо, − Фелиция попыталась его убедить, а потом и вовсе перешла в наступление, − и я уверена, что чувствую себя намного лучше, чем ты. Тебе постельный режим нужен, и пить как можно больше жидкости, но только не той дряни, которой сейчас себя травит твой брат. − Эй! – возмутился Дин. – Это всего лишь пиво! − Это – алкоголь, − парировала Фелиция, − и ни один врач не назначит его своему пациенту после такого отравления. Так что, − Фелиция взяла со стола бутылку пива, которая, по-видимому, принадлежала Сэму и которую он еще даже не успел открыть, − теперь это мое, а для тебя сок. Фелиция ловко открыла бутылку и сделала небольшой глоток янтарной жидкости. Сэм в растерянности смотрел на девушку, в то время как его брат просто не мог сдержать улыбки. − Может тебе молочка подогреть, Сэмми? – не смог удержаться от едкого замечания Дин, при этом прихлебывая пиво из своей бутылки. − Заткнись, Дин, − огрызнулся Сэм, но это прозвучало не так грозно, как он рассчитывал, и вскоре на его лице тоже появилась легкая улыбка. В этот момент живот Фелиции предательски заурчал, высказав свое мнение об алкоголе, который попал в него вместо пищи. − Надеюсь, у Вас найдется что-нибудь посущественнее пива, потому что я ужасно проголодалась. Я не ела… − Фелиция на секунду задумалась, пытаясь высчитать, сколько же времени она нормально не ела, но у нее ничего не вышло, − даже не знаю. Наверное, целую вечность. − Думаю, мы что-нибудь придумаем.