За гранью нормального

Сидеть на каменистом берегу длительное время я не смог, да и книга, если быть откровенным оказалась той ещё скукой. Я оставил её на месте, где сидел, а сам отошёл размяться, а заодно и прогуляться вокруг озера. Вот так оно получилось, я здесь уже второй день и меня не мучала совесть, ни за стариков, ни за школу, ни по какому поводу. Когда только пришёл рассудительности было больше… Много чего было, когда я первый раз проснулся в чужом краю, столько эмоций, ощущений, планов. А теперь, стоя у кромки озерной воды, уже ничего не хочется. Ту новизну, которую я рассчитывал найти, похоже, забрали до меня. Если присмотреться к этому миру, то запросто поймёшь — он ничем не отличается от моего, почти ни чем, за исключением дикости. Да, дикий мир. Дикий потому что непонятный, потому что наполнен первозданной природой, потому что чужой. На секунду почувствовав себя свободным, я стал тосковать по дому. «Всё, я наигрался, пора домой, приключения откладываются до лучших времён» — сказал я себе и уже было пошёл назад к книге, как наткнулся на что-то блестящее. Что-то лежало среди камней почти у меня под ногами, дожидаясь, пока я его подберу, но стоило мне только наклониться, чтобы поднять находку, как моя нога случайно толкнула её в озеро. Как ни странно, вещица не утонула, а лишь полетела дальше и осталась лежать на воде. Меня это поразило, и я решил удостовериться в том, что не окончательно сошёл с ума, дотронувшись пальцами до кромки. Хм… лёд. Идеально ровный. Совсем, как стекло. Откуда он здесь взялся? Да, прохладно конечно для октября, но… ЛЁД? Вещица оставалась лежать в паре ярдах от меня, и я предпринял попытку добраться до неё. Осторожно ступая на лёд, я проверял его на прочность. Он немного скрипел подо мной, но выдерживал. Каждый следующий шаг я делал с большей уверенностью и, наконец, добрался до цели. У меня появилась замечательная возможность рассмотреть мою находку, и ей оказалась лёгкая подвеска с миниатюрным серебряным кинжалом. Он показался мне знакомым. Где же я его видел?.. Подождите-ка… во сне был точь-в-точь такой же, только больше! Сжимая подвеску в руке, я уверенным шагом заторопился к берегу, но, похоже, совсем забыл, что подо мной не земля, а лёд. Едва подошва кроссовок коснулась обманчивой поверхности, я поскользнулся и упал. Мгновение, и вода сомкнулась над моей головой. В лёгких оказалось слишком мало кислорода, и я спешил выплыть на поверхность. Попытки вылезти на лёд оканчивались неудачами — он трескался раньше, чем я успевал на него опереться, и я снова оказывался под водой. Оставался только один способ выбраться — проплыть подо льдом и вынырнуть, разбив его, ближе к берегу. Ещё раз наполнив лёгкие воздухом, я опять ушёл под воду и начал энергично разгребать её руками. Вся одежда промокла до нитки и тянула ко дну. Оказавшись вплотную к берегу и сосредоточив всю оставшуюся силу в кулаке, я размахнулся, насколько это было возможно, и ударил по ледяной поверхности. Она треснула, я ударил ещё раз, и она разлетелась. Дальше я уже доламывал лёд пальцами. Кислорода не оставалось и в глазах начинало темнеть, но чуть ли не в самый последний момент мне удалось выбраться на поверхность. Через минуту я обессиленно растянулся на берегу и радовался, что всё позади. В руке была крепко сжата подвеска. Подумать только, это всё из-за неё! Если доведётся найти её обладателя, обязательно расскажу, какой ценой она мне досталась… или, героически умолчу, но это в зависимости от ситуации. Сунув находку в один из многочисленных карманов штанов, я неспеша поднялся с земли. Едва не утонул… Вся жизнь пронеслась перед глазами. Природа вокруг меня разом стала казаться враждебной и опасной. И только тогда мне стало страшно и я начал трезво оценивать ситуацию. В этом мире мне на каждом шагу угрожает опасность, я ничего о нём не знаю и никогда не жил вдали от коммуникаций, эта неприспособленность сыграет со мной злую шутку. Надо вернуться домой, как можно скорее. Книга лежала на противоположном берегу нетронутой, я схватил её и нетвёрдой походкой направился к домикам. Кселена и Джейн что-то оживлённо обсуждали, попутно записывая это в тетрадь, поэтому не сразу заметили меня. Но какого было удивление коротышки, когда она повернула голову в мою сторону: — Матушка-природа! Ты упал в озеро, Стэн? — Под-д лёд п-провалил-лся, — угрюмо процедил я, в попытках унять дрожь, — от-ткуд-да у вас н-на озере л-лёд?! — Какой ещё лёд? Ты со мной не шути! — возбуждённо предупредила Кселена. — Честно скажи, думал вымыться? — Н-нет, — от холода челюсть заходила ходуном. — Вижу, что врёшь…спросить постеснялся! А для мытья баня у нас построена! Поделом тебе! — не унималась коротышка. Джейн всё это время смотрела на меня суровым изучающим взглядом. — Ты никого не видел рядом с озером? — ещё больше нахмурившись, спросила она. — Н-ни д-д-души. — Странно, — для себя отметила Джейн, на её лице читалась крайняя степень беспокойства, однако свои опасения она оставила при себе. Вдруг девчонка подняла руку, жест её оставался непонятен, пока капли поды одна за другой не начали покидать мою одежду, выстраиваясь в ровные струйки. Джейн призвала воду назад. После этой процедуры штаны оставались ещё немного сырыми, но всё же лучше, чем расхаживать, как водяной. — О, спасибо! — искренне отблагодарил я девчонку. — Обращайся, — Джейн вернулась к записям в своей тетради, сохраняя всё тот же беспокойный вид. — Извини, — под нос пробубнила Кселена, оказавшись рядом, — просто не понимаю, откуда на озере лёд. — Я тоже, — коротко согласился я, прижал к груди книгу и заспешил к своему домику. Цепкая рука коротышки меня остановила. — Ты чего? — недоумевал я. — Есть тут одно дельце… И без твоей помощи совсем никак не обойтись. — Что за дело? Причём тут я? — Расскажу вкратце, так как еда у нас кончилась и деньги тоже, придётся пойти в деревню и… обчистить там один амбар. — Воровать?! И ты хочешь, чтобы я это сделал?! — от такого неожиданного предложения у меня отвисла челюсть. — Ну, воровать и что с того? Кушать-то хочется всегда! — Ты же волчица! Сходи на охоту, поймай что-нибудь. — Фи! Раскомандовался! Ходила уже! Белки, птицы… вся дичь попряталась! — Воровством заниматься не буду! — отрезал я и попытался вырваться из хватки Кселены, но та вцепилась намертво. — Мы же все вместе пойдём, — голос девчонки стал умоляющим, она принялась меня уговаривать, — если хочешь, будешь на шухере стоять, и тогда ничего воровать не придётся. — Без меня совсем никак? Мне некогда, — я скосил глаза, Кселена отнимала у меня слишком много драгоценного времени. — Это быстро! Деревня отсюда совсем недалеко, заодно посмотришь на неё! Неужели тебе не любопытно? — в глазах девчонки снова замелькали те самые огоньки, перед которыми я оставался бессилен. — Уговорила, я помогу вам. Только отпусти, мне надо книгу положить. — На пень положи, никто не утащит. Затея с воровством мне, признаться, не нравилась. И вовсе не из-за высоких моральных принципов, нет, я просто не хотел растрачивать время попусту. На мою беду, Кселена меня уломала. То, что Джейн старательно записывала в самодельную тетрадь, оказалось списком «покупок». Она сказала, амбар почти не охраняли, да и находился он на отшибе, поэтому ходить по нему можно было преспокойно, но главное тихо. Там хранились крупы, соленья, сушёные ягоды и прочие нескоропортящиеся продукты. Меня определили стоять на шухере, пока девчонки будут выбирать всё необходимое. Сторожить окрестности — дело не пыльное, да ещё смогу рассмотреть деревню. Никаких сумок для провианта мы с собой не взяли, потому что их не было. Тащить всё в руках — не самая радужная перспектива, но что поделать? В случае крайней необходимости свитер Кселены всегда может стать мешком, но судя по виду, он не раз им становился. Дорога до деревни была длинной. Сначала мы прошли бор, а когда он кончился, начались поля. Коротышка безбожно мне соврала, к тому же ещё и петь начала на середине пути. Всё бы хорошо, если бы ей медведь на ухо не наступил: каждый раз, когда мелодия требовала высокой ноты, вороны с возмущённым карканьем улетали на другое поле. Впервые в жизни я пожалел, что не родился птицей. Спасая себя от подступавшего уныния, я начал расспрашивать Джейн о деревне, в которую мы направлялись, но ничего интересного, кроме того, что там живёт очень забавная старушка, с которой они подружились, я не услышал. Другие населённые пункты в округе — это с десяток посёлков и 2 города, в одном из которых уже давно не живут люди. Погибший город, как назвала его Джейн. Много лет назад он был сожжён до основания, ни одно здание не уцелело, почти все жители погибли. Фрагмент каменной стены в центе города — это всё, что осталось в память об этой трагедии. Джейн никогда не приходилось бывать там, но Вэлл многое рассказывал об этом месте. Выслушав столь мрачный рассказ, я поспешил перевести тему, но разговор больше не ладился, а Кселена, тем временем, закончила песню, но тут же заголосила новую. Моя ситуация казалась мне безвыходной — и поговорить не с кем, и заткнуть коротышку нечем, но вдалеке появились очертания массивных деревянных ворот. Похоже, это и есть та самая деревня! Я переспросил у девочек, и да, оказался прав. Джейн шикнула на Кселену, чтобы та перестала петь, пришло время для выполнения плана. Мы двинулись в обход деревни, окружённой частоколом из брёвен. Окинув оценивающим взглядом ограду, я задумался. Слишком высокая, чтобы перелезть… Но перелезать не пришлось — амбар вклинивался в беспросветный частокол, отчего взору представлялась его задняя стена. Это было хилое сооружение из досок, по размерам чуть превосходящее обычный деревенский дом. Такой себе амбар, для этой большой деревни. Кселена отодвинула деревяшку, закрывающую дыру в стене строения. Хитро они придумали. — Стэн, — шёпотом позвала Джейн, — ты лезешь на крышу, если увидишь, что кто-то подходит к амбару, трижды постучи. — Понял, а как я залезу-то на неё? Высоковато. — Я тебя подсажу, потом зацепишься за выступ. Кселена юркнула в дыру, а Джейн помогла мне забраться. Самым сложным было подтянуться на выступе: физические показатели оставляли желать лучшего. Чудом я оказался на крыше, однако тут же чуть не свалился, поскользнувшись на сыром мху. Вид с крыши амбара поражал, прежде мне не приходилось видеть настоящую деревню. Я удивлялся небольшим деревянным домикам, огородам, далёким пастбищам. И люди смогли обнести частоколом такую огромную территорию… Амбар не располагался в живописном районе деревни, тут и домов, считай, почти не было. Ни души. Тихо. Джейн была права, за этим местом действительно никто не следил. Спокойно посидеть мне не удалось, совсем недалеко от амбара шёл какой-то деревенщина. Шёл к амбару. Несколько раз постучав по крыше, я скользнул по мху к краю, чтобы мужик меня не заметил. Девчонки почему-то не торопились. Я постучал ещё раз. Никакой реакции. Слишком поздно я осознал — мох поглощает звук. — Ах, вы! Оборванки несчастные! Воровки!!! — громоподобный голос мужика сотрясал хлипкие стены амбара. Затем последовали хаотичные звуки: что-то падало, шуршало и билось. Наружу с мешками в обеих руках выскочила Кселена и помчалась наутёк. Следом Джейн. Едва она успела сделать несколько шагов, как сзади тот самый мужчина схватил её за шиворот. — Отпусти!!! — визжала она. — Нет уж! Ты у меня за всё ответишь, красноголовая! — Помогите!!! Не раздумывая, я прыгнул на шею обидчика. Мы повалились на землю, Джейн вырвалась, но застыла на месте. Она смотрела на меня взволнованно-завороженным взглядом широко распахнутых глаз. — Беги, глупая!!! — не выдержал я и закричал. Джейн не шелохнулась. Мужик подо мной уже очухался и уже собирался подняться на ноги. В кровь ударил адреналин. Я молниеносно вскочил, схватил девчонку за запястье и пустился, что было сил. Только пятки сверкали. Мужик увязался за нами хвостом, но долго бежать не смог, только благодаря этому нам удалось оторваться. Мы остановились с безумной отдышкой только ближе к бору. — Кажется, всё закончилось… — первой неуверенно отозвалась Джейн. — Ты почему не убежала?! Сразу, как только я на него прыгнул! Что на тебя нашло?! — я потряс девчонку за плечи. Она ответила мне молчанием и лишь отвела глаза. — Что произошло, Джейн? — мягче спросил я, расценив её молчание как испуг. — Чёлка тебе совсем не идёт… — рассеянно и невпопад заявила Джейн. Бессильно разочарованный её поведением, я отпустил её плечи. — Пойдём. — Подожди, — на мгновение девчонка оживилась, — пока мы бежали, я мешок уронила… Я, пожалуй, заберу… Я оборвал её на полуслове: — Не надо, я сам. Иди домой, Кселена давно тебя ждёт. И что на неё нашло? Джейн как сама не своя, будто подменили. Несла чепуху, мямлила что-то про чёлку. Эта её смена характера вместе с погоней меня почти взбесили. Слишком много всего навалилось. Сначала чуть не утонул, теперь это…ещё и девчонка! Фырх! Что уж там говорить, таким раздражённым я давно себя не чувствовал. Злосчастный мешок с овсом валялся на дороге, проходившей через поле. Я поднял его с земли и отряхнул от пыли, а когда поднял голову, то перед моими глазами возник деревенщина, который гнался за нами. Первой мыслью было — бежать, но я не мог сдвинуться с места! Даже пальцем элементарно шевельнуть не получалось! Вместо этого я, как под гипнозом, продолжал смотреть в глаза мужику. Он заговорил со мной с каким-то сочувствием: — Связался с этой сиротской шайкой, да? Что же у тебя в жизни случилось, что ты до такого докатился? Тебя с ними раньше не видел, похоже, ты не местный… На первый раз предупреждение, раз такое дело, но если ещё раз увижу тебя в деревне, — в миг его голос стал серьёзным, — то цик! — мужик провёл указательным пальцем по шее. — И не будет башки! Забирай мешок и не возвращайся! — С этими словами он отвернулся и пошёл прочь, а я вышел из оцепенения. Кажется попал под влияние способности этого мужика. Его угроза нисколько меня не напугала, но желание снова появляться в этой деревне отпало. Больше беспокоило то, как он сказал… Сиротская шайка… «Неужели все обитатели соснового леса — сироты? Но ведь Джейн говорила, что убежала от отца, значит, не сирота. А Кселена?.. Всё оказалось сложнее, чем я предполагал. Да что же это за мир такой, где всем плевать на одиноких детей?» — теперь я остро ощущал, что загнан в ловушку, и выбраться из неё нужно, как можно скорее. «Но если выберусь я, то Кселена и Джейн останутся здесь, продолжат выживать в одиночку, в то время как я буду шиковать в эре технологий и удобств. Справедливо ли это? Но они ведь и раньше так жили…» — с тяжёлым сердцем я понял, что придётся возвращаться одному и первым делом забыть об этом месте, людях и событиях. Подавленный, я вернулся к девчонкам, стараясь не показывать своего внутреннего состояния. В горле стоял противный комок. По дороге к домику, я зацепил с пня книгу, и весь оставшийся день провёл за её изучением.