За гранью нормального

      Огромная серая глушь на краю поля встретила нас в своём первозданном виде: следов бушующего урагана нигде не было, деревья в целом не выглядели потрёпанными, за исключением их сероватых, на вид безжизненных стволов, но это всего-навсего видимость. Жизнь в глухом лесу бушевала, подобно морю во время шторма. Каждую секунду в Глухом лесу происходило что-то: то внезапный птичий клич гулким эхом раздавался в чаще, то волк затянет свою тоскливую песню. Но кроме сомнительного содержания, Лес мог похвастаться необычным расположением деревьев в нём. Мощные корни впивались в почву, сжимая её в своих стальных тисках, а голые ветвистые кроны сплетались в единое ветвистое полотно, не пропуская в чащу никакого света. Заберись я на них, то без труда смог бы пройтись по этому плетёному ковру, не опасаясь, что провалюсь. Наш скромный отряд стоял у порога неприветливого Глухого леса, выжидая, но чего — непонятно. Джерад первым заговорил: — Как будто ничего и не было… — Он всматривался в мрачный пейзаж, слегка приоткрыв рот. — Ну что, идём, — Астра сказала это так, словно была не уверена в своих словах. — Ага, — согласился я. — Помните, ни при каких обстоятельствах не расходимся, держитесь меня. Кстати, Джерад, возьми, — Либра протянула мальчишке изображения инадфлоции и фиттонии, — это растения, которые нам нужны, скажешь, если увидишь. Понял? Джерад согласно кивнул и засунул рисунки в походную сумку. После чего Астра уверенно шагнула вперёд, мы последовали за ней. Как только я ступил на порог Глухого леса, атмосфера загадочного, гадкого безмолвия захватила меня целиком. Громкие звуки тут перестали существовать, крики животных стихли. В беспросветном полумраке островок тёмно-зелёного мха на камне превратился в чёрную дыру. Плетёная «крыша» над головой угрожающе провисла, из-за чего у меня постепенно начиналась клаустрофобия, казалось, что навес вот-вот рухнет. Привет. Чей-то шёпот заставил меня обернуться. Пусто. Никого. Звук незнакомого голоса затерялся в лёгком чирикании птиц. Никто из нашей процессии не показал виду, Джерад и Астра продолжали невозмутимо шагать рядом со мной. Похоже, это слышал только я, что меня настораживало, Глухой лес пугал меня всё больше. Ты меня слышишь? Поговори со мной! Снова. Я до хруста в шее помотал головой, желая отогнать наваждение, но эхо не испарилось. Ты не хочешь? Я знаю, что ты меня слышишь! Настойчивый голос звучал всё громче, стучал по ушам, постепенно из шёпота превращаясь в крик. От страха сбилось дыхание и сердечный ритм. Я серьёзно забеспокоился, что сейчас это существо выглянет из-за дерева и погонится за мной. Ну же! Поговори со мной, Стэн! Я так долго ждала… — Заткнись!!! — я не выдержал и крикнул на Шёпот что было сил. Дыхание порывисто вырывалось из груди, но я почувствовал, что голос замолчал. Лишь через некоторое время я заметил, что мои попутчики внимательно смотрят за мной со смесью удивления и осторожности. — Эй, Ветрогон, с тобой это… всё нормально? — даже Джерад всерьёз забеспокоился, что для него странно. Немного успокоившись, я ему ответил: — Я слышу какой-то голос. Это прозвучало ещё безумней, чем я предполагал. Только Астра искренне посмеялась надо мной, мы в недоумении уставились на неё. — Что вы так на меня смотрите? Это нормально, Стэн. Для этого места. Тут многие такое испытывают, — от слов либры стало легче. Значит я не сумасшедший. — А почему? — Кто его знает, — Астра неопределённо пожала плечами, — Глухой лес — явление необъяснимое. — С этими словами она развернулась и пошла дальше. Казалось, что чем дальше мы продвигались, тем темнее становилось. Единственными источниками света стали крохотные отверстия в навесе и, как ни странно, тот надоедливый Шёпот. Он частенько подсказывал расположение коряг и камней, что позволяло мне меньше оступаться, но у этой помощи была и обратная сторона: Шёпот любил привирать. Волки скоро будут здесь. Я застыл на месте. — Джерад, готовься, — предупредила Астра, — волки приближаются. — Поразительно острый слух либры работал не хуже Шёпота. Джерад приказал нам спрятаться за его спиной. Я предвкушал что-то интересное, способности мальчишки для меня до сих пор оставались загадкой. Все в один голос твердили, что без них в Глухом лесу не выжить, но на деле я ни разу не видел их в действии. Послышался топот лап. Джерад начал действовать: над его ладонью один за другим появлялись маленькие светящиеся оранжевым шарики, он выстроил их наподобие сетки перед собой. В лицо мне повеяло жаром. Лава! Ну, надо же! Как необычно… Действительно, так оно и оказалось. Что ж, это, безусловно, сильный дар, но даже представить страшно, насколько опасный. Я видел сосредоточенное лицо Джерада, смуглая кожа отливала бронзовым в тусклом свете лавовых сфер. Теперь ясно, почему он всегда такой загорелый. Появились волки. Их оскаленные морды остановились в нескольких футах от нас. Хищники были такие отощавшие, со скомканной шерстью, поблекшими глазами… Они вызывали у меня, разве что, жалость. Один из волков отделился от стаи и начал медленно к нам приближаться, но тут же ретировался назад: обжёгся. Но выждав немного, прыгнул в сторону, оказавшись рядом с незащищённым лавовой сеткой участком. Хитрый волчара уже напружинил лапы, чтобы набросится, но Джерад оказался быстрее: один из светящихся шариков стремительно полетел навстречу хищнику, тот сорвался и пустился наутёк. — Что? Горячо? — усмехнулся Джерад, направляя огненный снаряд на взбесившееся животное. Он будто играл с ним. Волки решили с нами не связываться, стая повернула назад. — Жалко их, — я посмотрел вслед удаляющимся волкам. — Ага, лучше б они тебя сожрали, — мальчуган хладнокровно поправил бинты на руках, даже не взглянув на меня. Лавовая сетка исчезла. — Так… — деловито потерев руки, сказала Астра. — Надеюсь, волки нас больше не побеспокоят, пора вспомнить о нашей цели. Если мне не изменяет память, инадфлоция в прошлый раз росла во-он там, — она указала пальцем куда-то влево. А память-то изменяет! Ей-богу, Стэн, скажи ей. — Астра, мне кажется это не там… — Ах, да! Точно… Откуда ты узнал? — спросила она с долей возмущения в голосе. — Интуиция. Брехун. Чтоб ты без меня делал. — Почему мы стоим на месте? Пора идти. Джерад! — либра недоумевающе огляделась. Ответа не последовало. — Джерад! — на этот раз крикнул я. В близлежащих кустах что-то зашуршало. Мы переглянулись и ринулись на звук, но раздвинув заросли, никого не обнаружили. — Он исчез…- я был поражён этим. Сначала человек был, мгновение, и его нет. Но Астра меня уже не слушала. — Инадфлоция! Смотри, Стэн! Я её нашла! — Эй! Джерад пропал! — я изумлённо смотрел за действиями Астры: она вела себя так, будто случившееся — в порядке вещей. — Да, ладно тебе! С этим парнем ничего не случится, он сам в состоянии за себя постоять. — А почему он не сказал, куда уходит? — Видимо срочные дела. — Либра склонила голову и добавила: — Тем более, сейчас день, а это значит, что инадфлоция может исчезнуть, стоит нам только отвернуться, а вернётся она только рано утром! Тебе так хочется ждать? — Ладно, поверю на слово, — я нехотя согласился. — Странное это растение… — Это уж точно! — подтвердила либра. — Зато очень здорово им красить волосы. — Так это не твой натуральный цвет?! — меня как будто окатили ледяной водой. — Ты такой смешной! Дай мешок, пожалуйста, — Астра взяла у меня из рук холщёвый мешок и начала собирать в него какие-то отростки с инадфлоции, продолжая говорить, — Только не говори, что я похожа на альбиноса. — Нет, конечно. Но зачем перекрасилась? — Надоело быть брюнеткой. — Брюнетка значит… Столько девушек в мире мечтают, а ты взяла и всё закрасила! — я улыбнулся Астре. Мне было абсолютно неважно какой у неё цвет волос. — Ну…зна-ешь… ли… — она с усилием потянула на себя отросток, но тот всё никак не хотел поддаваться. — Можешь его подрезать? — попросила она, по-прежнему пытаясь его оторвать. — А то как-то туго идёт! И тут меня осенило. Я вспомнил, что я забыл… Это нож! Он остался лежать под кроватью. — Извини, нечем… — я виновато потупил взгляд. — Ну я же просила-а-а-а-а! — Вдруг этот несчастный отросток оторвался, и Астра полетела прямо на дерево позади неё. Она сжала зубы от боли, а в нос мне ударил запах нашатырного спирта. — С тобой всё в порядке? — осведомился я и подал либре руку, она приняла помощь и поднялась с земли. — И чем это пахнет? — я сморщился от резкого запаха. — Кровь. Обычная либрианская кровь, я локоть немного поцарапала, — Астра как-то странно вытянула руку от себя. — Дай посмотреть, возможно, рану нужно будет обработать. — Я уже потянулся к её руке, но либра резко её одёрнула. — Нет!!! — её отказ гулким эхом раскатился по лесу, но продолжила Астра уже в спокойном ключе, — Не надо. Наша кровь хуже всякой кислоты, прожигает что угодно, кроме нас самих. Так что аккуратней. Либры далеко не такие, как люди. — Хм… Ладно. Кусты в очередной раз издали шелестящий звук. Беги!!! — Бежим! — перевёл я для Астры и, схватив её за здоровую руку, потянул за собой. Правда, далеко убежать мы не успели, так как тенью из куста оказался Джерад. — Вы куда скаканули? Это ж я! — И где ты пропадал? Мы за тебя волновались! — Я фиттонию вашу нашёл! — он потряс своей сумкой, доверху набитой резными листьями. — Но… — начал было я. Смешно получилось, правда? Глупый Стэнли. Идиотский Шёпот!

***

Наша группа вернулась назад только поздно вечером, мы много времени потратили на привал, да и шли медленно из-за усталости (беготня по Глухому лесу жутко изматывала). В свою хижину я вошёл уже на подкашивающихся ногах и тут же плюхнулся на кровать. Полежав там немного перед тем, как уснуть, я вспомнил о забытом ноже. Завтра надо отдать его Вэллу. Нырнув рукой под кровать, я извлёк его на свет и положил на ладонь. Лезвие сверкнуло в лунном свете, и только сейчас я заметил, как постарался рыжий, натачивая нож. Я неосторожно сжал его в руке, и остриё пронзило кожу. Зашипев от боли, я отбросил предмет на пол. По ладони стекала тёмно-бардовая струйка, цвет показался мне странным, хотя может быть это из-за освещения. Когда боль утихла, я наклонился, чтобы поднять нож. Но то, что я увидел, повергло меня в шок: лезвие с одной стороны уменьшилось, словно его кто-то на продолжительное время оставил ржаветь, а потом сломал. Я не мог поверить своим глазам и понимал, что это безумие, занеся сжатый кулак над ножом, я капнул на него немного крови. Бардовая капля поглотила металл и исчезла сама, на память оставив небольшую дыру в лезвии…