Похождения орка-философа

      Круг Жизни медленно катится сквозь серое марево бытия, и ровно так же скучающе Кранк ехал по зелёным равнинам юга, лишь изредка разбавленные лесами да каменистыми холмиками, которые местные крестьяне по душевной наивности величют «горами». Орк, в своё время вдоволь насмотревшийся на величественные хребты гномских гор – да и орочь им мало чем уступали – каждый раз едва подавлял улыбку, которая в его клыкастом исполнении могла быть воспринята как желание вцепиться кому-нибудь в окорок. Проблем Кранку не хотелось, поэтому он сдерживался изо всех сил.       Движение к морю продолжалось, и очередная ночь застала орка буквально за дюжину вёрст до Граковня – крупнейшего города княжества. Так как слабозаселённая степь к тому времени давно уже кончилась, окраины стольного града были усеяны мелкими деревушками да хуторками.       Кранк остановился на том постоялом дворе, где привратник не успел перед ним захлопнуть бревенчатые ворота – увидев приближение чудища, задремавший парень сперва свалился с наблюдательной башенки в стог сена, а уже потом бросился крутить ворот, но к тому времени орочий конь уже перешагивал порог заведения задним копытом. Решив, что коли зелёный уже тут, то не стоит рисковать головой и пытаться вытолкнуть его наружу – уж лучше заработать горсть медных монет, позволив тому переночевать в хлеву. Кранк, безусловно, понимал, что такое место не стоит заплаченных денег, но что поделать – столица! Пускай и мелкого княжества.       Развалившись на кучке соломы, которую с неохотой пожёвывал конь, Кранк глядел в потолок, готовясь отойти ко сну. Он уже видел первые сны, когда чуткий орочий слух различл вдали голоса, в которых без особых усилий угадывались литры хмельного напитка. Схватившись за топор – как знать, быть может, весёлая компания для куража решила попинать орка на ночь глядя – Кранк прильнул к большой щёлке в стене и стал наблюдать.       Трое постояльцев выстроились в шеренгу перед спешившимся всадником и старались всячески его подцепить. Учитывая, что воин носил тяжёлый всезащищающий доспех, а на бузотёрах были кожанки дай Круг хотя бы с металлическими вставками, это поневоле внушало восхищение их безумством.       - Глядите-ка, какой великан к нам пожаловал! – преувеличенно громко огласил средний, оборачиваясь то к правому, то к левому приятелю. – Смотри, не разбей лоб, когда будешь входить внутрь!       Ничем иным как издевательством эти слова не были – гость был как минимум на голову ниже любого из приставших к нему хулиганов.       - Ничего, он привыкший, – всадник пропустил мимо ушей издевательский тон задиры, хотя мог бы смешать его с щебёнкой под ногами – несмотря на рост, воин был чуть ли не в два раза шире в плечах, чем его оппоненты.       Задира, явно ожидавший, что незнакомец вступит с ним в перепалку, притих, не находя в своих закромах остроумия подходящей колкости.       Положение «спас» другой хулиган. Когда незнакомец проходил мимо набравшего в рот забияки, его дружок неожиданно пнул воина под колено.       - Давай мы тебе пособим! – весело засмеялся он, когда гость рухнул в грязь на четвереньки.       Даже у наблюдавшего за непотребством Кранка вскипела выпитая перед отбоем вода, но воин, несмотря на такую подлость, всё же нашёл в себе силы сдержаться.       - Ух ты, золотой «мишка»! – воскликнул он, поднимаясь на ноги и одновременно подбрасывая в воздухе монету, которой до этого Кранк в его руке не видел. – Видать, какой-то купец обронил… Спасибо за щедрость, ребят, без вас бы я ни за что не нашёл!       Неизвестно, от жадности или от наглости рассвирепели задиры, но их вожак оставил все попытки задеть новичка «по-умному», и теперь он перешёл к прямым угрозам и оскорблениям.       - Ах ты сын потаскухи! – подвыпивший хулиган страшно махал руками. – В какой тебя канаве зачали, выродок?! У-у-у, удавить бы тебя, гадину!…       - Вот как? – воин развёл руками. – А я-то думал, что мы уже подружились. Я даже хотел нарисовать твой портрет и повесить его дома, – и добавил после короткой задержки. – Над нужником.       Это было той самой песчинкой, которая, как известно, перевешивает весы. Уязвлённый задира бросился на него с кулаками.       - Ну, сейчас ты у меня огребёшь, козлина тупая!       Следом за ним подтянулись дружки.       Воин поймал кулак нападавшего широкой ладонью. Ухватившись покрепче за пояс, крепыш крутанул забияку в воздухе и бросил лицом в хлюпающую под ногами жижу. Второго подбежавшего он встретил кулаком под дых, а третьего – в челюсть.       - Неплохо-неплохо, парни, – в его голосе так и сквозили ядовитые нотки. – изящности эльфийских танцовщиц вам не переплюнуть, но вот отплясывать в придорожных трактирах… постой, так это вы так дерётесь?!       От его слов хулиганы распалялись ещё больше, бешено размахивая руками и своей поспешностью сводя на нет превосходство в числе. Воин буквально порхал из стороны в сторону, хотя и таскал на себе три пуда железа, раздавая оплеухи направо и налево, и каждый удар стоил обидчикам то выбитых зубов, то разорванной губы, то сплющенного носа.       Наконец, воин, схватив последнего стоящего на ногах хулигана за грудки, раскрутился и бросил его к товарищам.       - Вам, ребята, стоит поработать над коммуникацией. Толку-то от численного перевеса, если вы не умеете в командную работу? Не говоря уже о том, что не стоит кидаться на первого встречного, – сказал гость уже более серьёзным тоном, глядя, как его оппоненты с трудом поднимаются на ноги. – Давайте-ка сядем вместе и… Э, э, э, вы чего это делаете?!       Обозлённые неудачей хулиганы похватались за мечи.       Ситуация сложилась прескверная. С одной стороны, воин был с ног до головы закован в железо, с другой – его меч так и остался висеть притороченным к седлу. Будь он големом, возможно, он бы и сумел забороть троих мечников одними кулаками, но големом он не был.       Вожак сделал рубящий выпад, стремясь уязвить тяжёлого воина в бесшлемную голову. Незнакомец отшатнулся и тут же подставил плечо под удар его дружка. С противным лязгом меч скользнул по наплечнику и взмыл куда-то вверх. Воспользовавшись вражеской заминкой, воин пнул забияку в живот. Ещё он хотел было добавить кулаком в ухо, но не успел – уже приближались остальные.       Трое хулиганов гоняли безоружного воина по всему дворику. Незнакомец то и дело порывался к своей лошади, но всякий раз между ним и животным вырастал очередной бандит, взмахом меча отгоняя воина назад, каждый раз – на полшажка дальше прежнего.       Отступив в очередной раз, незнакомец налетел спиной на забор. Хулиганы выстроились полукругом и изготовили мечи для единого колющего выпада. Тут-то Кранк понял, что медлить больше нельзя.       Кранк пинком выбил дверь сарая, привлекая к себе внимание бандитов. Те, видимо, и правда, ничего не знали о командной работе, иначе хотя бы один не спускал с загнанного воина глаз. Но бандиты обернулись на шум все вместе, разом, упустив противника из виду. А тот уже мчался к седлу, на котором висели ножны с внушающим уважение мечом.       Преждче, чем хулиганы сообразили, что к чему, Кранк напал. Бандит пытался парировать удар тяжёлой секиры, подставив под неё меч, но только сломал себе запястье и, с воем рухнув на колени, отполз в сторону.       Второй оказался умнее, он увернулся от удара и сделал размашистый выпад. Кранк нырнул под клинок и, завертевшись, подсёк обухом топора ногу противника. Тот стоял в крепкой стойке, поэтому удар не свалил его, а развернул. К сожалению, мокрая грязь оказалась ненадёжной опорой: ступня поехала, и бандит с размаху уселся на шпагат, заливая воплем всю округу.       Вожак остался на сладкое. Занеся меч, он бросился на Кранка, но орк даже не стал марать об него топор: выпустив оружие, зелёный притянул противника за грудки, саданул его лбом по носу и, схватив за шкирку, впечатал в забор. Секунду или две бандит стоял в ступоре, затем начал медленно сползать по бревенчатому частоколу, пока не уткнулся ничком в землю.       И только сейчас к месту короткой стычки подбежал бронированный воин с мечом наголо.       - Эй, – возмутился он, тяжело дыша. – мог бы и мне одного оставить!       - Мог бы,– согласился Кранк, вразвалочку направляясь к воткнутому в землю топору. – А мог бы и всех.       - Нет, ты не думай… ох, мой дурацкий язык! В общем, спасибо за помощь. Кранк как раз наклонился за топором, когда заметил, что хулиган-заводила уже стоял на ногах с занесённым над головой ножиком. Орк хотел было предупредить незнакомца, но понял, что не успеет. Не успеет он набрать в лёгкие воздух, а лезвие уже рассечёт ему голову.       Кранк только выдавливал из себя первые звуки, когда всё закончилось. Первым движением воин, не оборачиваясь, схватил бандита за руку, запустив свободную руку за спину. Вторым – выхватил из ножен здоровенный кинжал и, развернувшись вокруг вражеского запястья в танцевальном движении, всадил его нападавшему в бок.       Хулиган замер на полувдохе. Какое-кто время он судорожно ловил губами воздух, словно выброшенная на берег рыба, выгибаясь, будто пытался посмотреть на свою рану через забор. Затем, продолжая движение, он завалился на спину и больше не двигался.       Кранк стоял, как вкопанный, опешивши, да и самого воина внезапное убийство удивило не меньше. Немая сцена длилась до тех пор, пока голос не подал бандит со сломанным запястьем.       - У… – заикнулся он. – убили… Потом он закричал, но голос его был настолько слабым и тихим, что крик вышел неубедительным. Решив не позорить себя комариным писком, бандит бросился внутрь питейной, собирать подмогу.       Понимая, какие последствия их ждут, Кранк и незнакомый воин бросились к своим лошадям. Пока орк выводил своего коня из сарая, незнакомец отворял ворота. Они поровнялись тогда, когда на улицу вывалилась вооружённая кто чем толпа.       - Тикаем, – шепнул воин, и они помчались по дороге во весь опор.