Орхидея

      Алина и мама уехали с утра на работу. Проводив их, лег обратно в постель. Будильник, встроенный в спинку кровати, поставил на одиннадцать часов утра. Но не спалось, хоть и пытался уснуть.       В одиннадцать кровать отвечает вибрацией, сгоняя остатки сна. Поднимаюсь и иду в ванную. Наскоро привожу себя в порядок. Затем до завтрака решаю совершить пробежку, иначе за время заточения явно подрастерял форму.       Одеваюсь и иду в ближайший парк, который начинается ровно за частным сектором, в котором живу. Парк утопает в зелени деревьев, создающих приятный полумрак даже в жаркий солнечный день. Разнообразие цветов вдоль дорожек радует глаз яркими красками. Розы, пионы, ароматные сирень и жасмин наполняют воздух сладким благоуханием. По периметру тропинок растут аккуратно подстриженные кустарники и декоративные растения, образуя живописные композиции, идеально подходящие для фона для фотографий или же любования.       Беговая дорожка здесь одна, зато длинная и огибает весь парк по периметру. Она покрыта специальным пружинящим материалом, на котором не скользят ноги, а зимой под ней проходит подогрев, топя снег.       Начинаю бег в самом лучшем расположении духа. Решаю сделать круг, если почувствую усталость, пойду домой. Для первого раза с непривычки будет вполне достаточно. Но сделав первый круг по парку, понимаю, что не устал и решаю продолжить. На втором круге снова замечаю, что никакой боли в ногах и боку не испытываю. Никаких признаков усталости. Даже удивляет.       Пробегаю полностью второй круг вокруг парка. Останавливаюсь, но понимаю, что даже не запыхался! Сердце бьется ровно, усталости не чувствую. Странно! Неужели, я в настолько хорошей форме?       Сомнение заставляет выйти на третий круг, который так же удается легко осилить. И снова не чувствую усталости! Вот теперь уже становится не на шутку тревожно. Больше двух с половиной кругов я не пробегал. На большее не хватало, даже когда считал себя в прекрасной форме. Конечно, мог бы еще кружок осилить, но ленился превозмогать. Решаю пробежать еще круг и… снова его осиливаю! С теми же физическими характеристиками. Снова не запыхался. Вот теперь становится конкретно не по себе.       Встряхнув руками и ногами, попрыгав на месте, решаю взять и пятый круг. Получается снова в том же темпе и так же легко. Снова не запыхиваюсь в процессе. Ничего не болит, усталости не чувствую.       Я что, сделался сильнее? Выносливее? Но как?!       В парке, к счастью, совершал пробежку только я один, поэтому никто не обратил на мои рекорды внимания.       Решаю провести маленький эксперимент, подхожу к старинной чугунной лавочке — здесь самая старая часть парка — и пытаюсь приподнять. Не выходит. Напрягаюсь все мышцы, но только немного отрываю от земли. Потом опускаю. Нытья в мышцах, как обычно бывает от усилий, нет. Но и силачом не сделался. Только стал выносливее. Снова вопрос: «Как?!» Ответа нет и тем тревожнее.       — Ладно, может мне просто показалось. Я давно не совершал пробежек, — говорю про себя, стараясь успокоить. — Мог просто не знать свой предел возможностей, с кем не бывает…       Решаю больше не бегать и пойти домой. Потому что банально жутко. От самого себя. Всю обратную дорогу не покидает ощущение, что чего-то не так. Но оно настолько неуловимо, что не выходи уцепиться и осознать. В итоге сосредотачиваюсь на живописном пейзаже, голубом небе и редких прохожих в будничный день.       Навстречу бежит рыжая собачонка, которую выгуливает на поводке робо-няня на колесиках. Животное внезапно огибает меня по дуге, опасливо коситься и в итоге спешит в сторону забора. Но робот его удерживает и тянет обратно к тропинке. Собака издает сдавленный гав и бежит прочь.       Вспоминаю реакцию своего пса и становится не по себе. Возможно, себя просто накручиваю. Не могу отойти от пережитого и везде вижу странности. Стоит просто расслабиться и ни о чем не думать. Но выходит плохо.       Вернувшись домой и скинув кроссовки, только тогда ощущаю подобие спокойствия. Иду завтракать оставшейся с вечера едой. Доедаю остатки — их немного, но мне хватает до ощущения не сытости даже, а удовлетворенности. Ощущения в стиле: «так надо, так правильно».       Включаю робота-пылесоса и настраиваю на уборку помещения. Это единственный робот, которым пользуюсь дома, потому что он действительно удобен. Но не люблю, когда он жужжит под ногами, поэтому решаю оставить его одного, а сам выйти поработать во дворе. Даже, знаю, что делать: стоит привести в порядок цветочные клумбы. Нахожу плотные перчатки в гараже и иду на улицу. Сорняков в клумбах предостаточно, поэтому приступаю к прополке, собирая сорные травы в корзинку.       Внезапно от работы отвлекает звонок в калитку. Уже и забыл его звучание — из родни редко, кто им пользуется, а незваные гости — редкость. Но, видимо, пришел один такой. Сбрасываю на край клумбы перчатки, отряхаю ладони друг о друга и невольно чувствую напряжение. За забором не могу рассмотреть пришедшего. В голову начинают лезть дурные предположения. Появляется желание уйти обратно в дом и запереться. Но день и здравый смысл перебарывают иррациональные страхи.       «Ну, кто может ко мне придти средь бела дня? Разве сосед или прохожий, которому что-то понадобилось».       — Иду! — кричу я и подхожу к калитке. Отпираю и вижу перед собой молодого человека в зеленом деловом костюме и планшетом в руке.       — Здравствуйте, — широко с привкусом дежурности улыбается. — Вы Андрей Виноградов?       — Да. Доброго дня. А кто вы?       — Я Степан Ковсолин, журналист из журнала «Мир на ладони». Недавно искал оригинальную тему для новой статьи и один мой знакомый, он работает в космопорту, рассказал мне о спасении одного мужчины двумя пилотами. Я немного навел справки, узнал ваше имя. А потом прочитал о вас старую заметку, что вы спаслись и с «Изизы», поэтому хотел бы взять у вас интервью. Удача, не отвернувшаяся от вас второй раз — это настоящее чудо! Позволите узнать подробности?       Наверное, на лице было написано, что погрустнел. Но, к счастью, вспоминаю, что о нечто подобном упоминал Доктор, а я обещал дать интервью.       Поэтому киваю:       — Пройдемся в беседку в саду, — хотя «сад» это сильно сказано. Пара тощеньких яблонь, слива и две груши, которые требовали подрезки и ухода.       Провожу гостя в деревянную резную беседку и мы усаживаемся на столик. Парень включает планшет на запись и произносит:       — Вы не против?       — Нет. Только вы могли бы постучаться ко мне на почту, написать заранее, — а потом вспоминаю, что так и не авторизировал себя в видеофоне, принесенном матерью. — А то так неожиданно, я не подготовился.       — Я не буду задавать сложных вопросов. А то, что пришел сам, живу с вами в одном городе. Да и статью мне хочется выложить побыстрее. Уж простите мою поспешность.       — Ничего страшного. Говорите, что хотели бы узнать.       Невольно мелькает подозрение: «А, вдруг, он от Доктора?» Правды говорить ему не собираюсь. Как и обещал, буду придерживаться легенды. Если бы кому на правду и отважился, то это сотрудникам из «Охраны порядка». Но туда идти Доктор мне не велел. А рисковать сейчас точно в мои планы не входит. Только-только вернулся и вкусом свободы не успел насладиться.       Журналист начинает расспрашивать меня осторожно и вполне тактично о случившемся на «Кентавре», о странной аномалии, а моих переживаниях, отношениях с коллегами, почему я решил стать пилотом, о крушении судна и как удалось спастись. Немного вопросов задал и про «Изизу», тема была болезненная и я не особо хотел говорить. Я рассказывал запланированное и заученное. От себя добавлял минимум и так, чтобы не шло вразрез с легендой.       Напоследок Степан спрашивает:       — А вы не видели чего-нибудь странного? Необычного, запоминающегося.       — Гм… То, что я выжил в двух космических катастрофах — наверное, это можно назвать необычным.       — Это просто большая удача. Думаю, на этом все. Спасибо за честные ответы, Андрей! Был рад поговорить с вами.       Отмечаю, что на слове «честные» он сделал акцент вольно или нет, чем снова всколыхнул мои подозрения.       — Взаимно. Пришлете потом мне на почту готовую статью почитать?       — Конечно!       Парень поднимается со скамьи, я следом. Он берет планшет, гасит и сует подмышку.             Провожаю журналиста до калитки, вежливо прощаемся и незваный гость уходит.       Снова появляется мерзкая тревога.       Откуда Степан узнал про меня? От кого? Я так и не набрался смелости спросить. И откуда знает мой адрес? Все настолько подозрительно, что это точно неслучайный визит. Он явно от Доктора, проверял меня — сохраню ли страшную правду от общественности или нет.       К клумбам возвращаться не хочется. Но заставляю себя снова надеть перчатки и заняться прополкой сорняков, чтобы успокоиться. Но не выходит. Мысли снова возвращаются к подозрительному журналисту и Доктору. Будто я в их дворике под наблюдением, а не своем доме.       Не выдерживаю, снимаю перчатки, оставляю на краю клумбы и возвращаюсь в дом. Хочется забраться куда-нибудь от чужих недружелюбных глаз. Скидываю кроссовки, прохожу в гостиную, забираюсь на диван и закрываюсь пледом с головой. Вот так немного легче. Пробую уснуть, но сон не идет. Просто удается расслабиться до практически спокойного состояния.       Наверное, мама и Алина сегодня придут. Надо бы приготовить им ужин.       Будит звонок в домофон. Нехотя выпутываюсь из пледа и сажусь. Несколько секунд удивляюсь, кто может звонить. Затем подхожу и принимаю вызов. Оказывается звонит мать — функция домофона может работать, как телефон, если его номер знает звонящий. А в курсе его только мать. Алине я давал номер своего видеофона и аккаунта в соцсети.       «Ох, надо же его включить и войти в свой аккаунт», — мелькает мысль.       — Привет, мам, — снимаю трубку на сенсорной панели. Громкая связь стоит по-умолчанию.       — Привет, дорогой. Буду через часик и приду не одна. Жди гостей!       — Кого? — настораживаюсь, сразу вспомнив про журналиста.       «Неужели, еще кто-то к матери привязался взять у меня интервью?»       — Даша с мужем приедет. Может, Максиму возьмут. Они были так рады узнать, что ты жив! Чего им не позвонил?       — Извини. Сегодня бы точно позвонил вечером. Просто из головы вылетело.       «А все из-за журналиста. Если бы не он, я бы так не нервничал».       — Ну, чего ты такой рассеянный! Приготовь что-нибудь вкусное. Я закажу что-нибудь по доставке, но с тебя накрытый стол!       — Хорошо, мама. Буду гостеприимным, так что не волнуйся. Дом уже почти прибрал.       — Тогда до вечера, сынок! Я побежала, сделаю заказ.       — До вечера.       Вешаю трубку.       Конечно, буду рад увидеть сестру и Женю. У меня с ними очень теплые отношения. И Максим забавный мальчуган. Шесть лет уже, скоро в школу. Очень сообразителен для своих лет. Порой удивляет меня такими вещами, о которых не слышал. Думаю, что учеба будет даваться ему легко.       Проверяю где находится пара роботов-пылесосов — один для верхнего этажа, второй для нижнего. Оба стоят на своих подставках и подзаряжаются. Ставлю их на режим ожидания, чтобы без моего ведома по полам не ездили. Только раздражают. Решаю протереть пыль только в гостиной и делаю это наскоро: гости скоро придут.       Мастером приготовления пищи себя не считаю, поэтому решаю воспользоваться кухонными манипуляторами. Подготавливаю кастрюли. Затем выбираю рецепты в базе робота, проверяю наличие нужных продуктов. Значительной части не хватает. На самом деле экран на холодильнике сообщает об этом раньше: кухонный робот связан с бытовой техникой на кухне. Но я привык полагаться на себя в вопросах продовольствия и всегда перепроверяю машины. Холодильник не ошибается и кухонный робот делает запрос на совершении доставки со склада магазина нужных продуктов. Пишет итоговую цену на всплывающей голографической панели от разных торговых сетей. Остается только выбрать лучший вариант. Если бы денег на счете не было вовсе, то можно было бы совершить заказ бесплатно с продуктового склада продовольственной помощи — их два или три в округе, точно не помню. Но для этого должен быть пройден порог на счете в минимальную сумму, а у меня пока денег достаточно.       Делаю заказ продуктов, который обещают доставить через двадцать минут.       Пока сервирую стол, ставлю перемываться в посудомоечную машину чашки и тарелки, которые могли запылиться в мое отсутствие. Раздается звонок в домофон и иду открывать прибывшему дрону с коробкой продуктов. Так как тороплюсь, просто принимаю заказ и не делаю никакой оценки качеством доставки. Хотя, стоило бы из чувства такта. Но будь это человек, я бы отнесся со всей вежливостью. Но к роботам, даже андроидам, не могу относиться, как к людям. И чувствую себя из-за этого «белой вороной» в обществе, где симпатия к робототехнике доходит до очеловечивания, что я консервативно про себя осуждаю. Считаю, что ни один, даже самый продвинутый искусственный разум не может заменить человека.       Закрываю входную дверь, запираю замок, не смотря на то, что гости скоро придут и раньше бы так не сделал. Снова ощущаю себя другим.       Иду на кухню и расставляю ингредиенты в специальных чашах перед кухонным роботом. Душа к нему не лежит, но пользуюсь сейчас, потому что банально сам так быстро не приготовлю. Выбираю нужные рецепты и запускаю программу. Плита включается автоматически. Робот начинает занимается стряпней, а я в это время расставляю посуду на столе, благо она уже успела помыться и частично высохнуть. На Алину тоже рассчитываю, думаю, она придет.       Затем приходиться поискать по кухне тканевые салфетки с узорами. Но нахожу на одной из полок и укладываю на стол для каждого гостя.       Решаю позвонить Алине и уточнить приедет ли она, поэтому сажусь на стул на кухне, беру подаренный матерью видеофон и авторизируюсь. Проверяю оплату счетов связи, приходиться оплатить. Оказывается, что на банковском счете у меня еще вполне неплохая сумма на первое время — думал меньше, нет привычки следить за финансами. Затем вхожу в соцсеть, вижу, что у меня довольно много непрочитанных сообщений, но решаю разобраться с ними после. Друзей по переписке у меня мало, большинство сообщений от ботов — приглашения на выставки, мастер-классы, предложение товаров, услуг и т.п. Кое-что может быть интересным, но явно уже устарело по времени.       Нахожу Алину в списке контактов и делаю звонок.       — Привет! Соскучился? — отвечает практически тут же.       — Привет. Да. Хотел узнать, приедешь сегодня?       — Да, после работы.       — Ко мне приедет сестра с семьей. Посидишь с нами за столом?       — С удовольствием. Значит могу смело пропускать обед. Твоя мама будет?       — Думаю, тоже приедет. Хотят устроить праздник в честь моего возвращения.       — Да, эту радость нужно отметить! Целую, до встречи!       — Целую, — отвечаю и завершаю звонок.       На последок решаю наскоро принять душ. Поднимаюсь наверх в ванную комнату. Здесь удобная душевая кабинка. Параметры настроены уже на меня. Раздеваюсь, захожу, задвигаю дверцу. Вода включается автоматически. Приятная, теплая… Внезапно накатывает острое ощущение, что снова стою в душевой в проклятой палате. Вдруг снова все начинаю видеть черно-белым, глаза будто заливает не вода, а странная пелена. Пугаюсь и часто моргаю, протираю веки. Через несколько секунд зрение снова становится цветным и привычным.       «Опять этот приступ. Думал, что прошло», — мысль пугает.       Тревога снова усиливается. Домываюсь наскоро, хотя есть странное желание остаться под струями воды дольше, но перебарываю себя и покидаю кабинку. Вытираюсь махровым оранжевым полотенцем. Иду в комнату и нахожу в шкафу чистую голубую рубашку с рисунком в виде пальмовых листьев, серые трусы и белые летние штаны с черным узором вдоль бедра. Облачаюсь и отмечаю у зеркала в дверце шкафа, что выгляжу нарядно. Присматриваюсь к глазам, но ничего странного не вижу и почти успокаиваюсь.       Слышу, как на первом этаже раздаются голоса. Догадываюсь, что пришла мама, да не одна. Немного волнуюсь перед встречей с родней. Но это приятное волнение. Выхожу их комнаты и спускаюсь по лестнице в холл.       Первой меня замечает Даша — русоволосая симпатичная женщина с зелеными глазами и в нежно-розовой блузке с и черных бриджах — тут же идет навстречу и заключает в объятия, как только схожу со ступенек.       — Как рада видеть тебя живым и на первый взгляд здоровым! — говорит двоюродная сестренка. — Здравствуй, пропащая душа.       — Теперь больше не пропащая. Здравствуй, Даша, — отвечаю на объятия. — Тоже очень рад тебя и твою семью.       Женя снимает ботинки и подходит ближе. Сразу замечаю, что он располнел с нашей последней встречи. На нем зеленая футболка с изображением парящего механического дракона и зеленые шорты в красный ромбик. Он всегда, когда не в форме охранника порядка, предпочитает яркий гардероб. Мужчина улыбается. Как всегда, гладкий подбородок и немного взлохмаченные черные волосы. Тоже не могу удержаться от улыбки.       Когда Даша отстраняется, ее муж протягивает для рукопожатия руку. Пожимаю. Его ладонь мягкая и теплая. Эдакое приветствие по-старинке, которым уже мало кто пользуется. Но мне нравится этот налет «ретро».       — Хорошо выглядишь! — произносит Женя. — Замечательно, что к нам вернулся! Расскажешь, как прошло твое очередное космическое приключение?       — Конечно, расскажу! — обещаю, понимая, что не в силах рассказать родным страшную правду, даже, если бы захотел. Не вправе делиться ужасом, портить их идиллию, уютный мир, в котором они живут. Самому сейчас сложно поверить, что пережитое мной реальность. Проще принять, как плохой сон, который рассеивается с рассветом. К тому же Доктор велел молчать. Так что мое молчание будет лучше для всех. Осталось только принять это, вот в чем есть сложность.       — Дядя Андрей! — подбегает ко мне Максимка и обнимает за бедра, утыкается лбом в живот. — Привет!       В отличие от отца мальчик немного похудел и даже вытянулся, как видел его в последний раз. Чужие дети быстро растут, не зря говорят так. На Максимке клетчатая рубашка с цветными аэролетами и желтые шорты.       — Привет, — треплю племянника по темноволосой голове. — Я тоже рад тебя видеть, проказник. Как подготовка к школе?       — Еще немного осталось! Я стану астронавтом, как ты!       Хочется сказать, что профессия опасная и на Земле спокойнее, но язык не поворачивается убить ту радость и свет в глазах ребенка, которые вспыхивают при виде пейзажей и тайн космоса. Когда-то это тоже меня влекло. Становится горько, но не подаю вида.       — Когда вырастешь, — добавляю, надеясь, что беды настоящего будут устранены к его будущему. Что космическая среда лет за десять… самоочиститься от монстров? Мерзкий скепсис сводит на нет надежду. Рядом с Маскимкой на миг чувствую себя трусом и становится противно от себя.       — Андрей, накрыл стол? — спрашивает мама. — Мой заказ доехал?       — Угощения приготовлены, а вот посылка от тебя не дошла, — сообщаю.       — Полчаса назад должна была прибыть! — сетует мама. — Что такое…       — Сейчас же час-пик, — напоминает Даша. — Заказов, должно быть, много.       — Ох, ну может быть, — заканчивает мама.       Снова раздается звонок домофона. Уже решаю, что это Алина и иду открывать, но оказывается прибыл дрон-доставщик, который вручает коробку с заказом. Принимаю и вручаю матери, которая тут же подбегает.       — Как хорошо! Наконец-то, — отвечает она и благодарит дрона, будто это живое существо, а потом обращается ко мне. — Отнеси на кухню, там угощения к чаю.       — Пойдемте к столу, — приглашаю собравшихся.       Когда гости рассаживаются за стол, как гостеприимный хозяин, накладываю всем еду, что вполне вкусно приготовил кухонный робот. Затем слышу звонок домофона и иду встречать Алину. Не ошибаюсь и это она. Девушка сегодня в изумрудного цвета блестящем платье и в ее волосах вижу зеленые пряди.       — Привет! Ты неотразима, как всегда! — отмечаю ее смену имиджа.       Она чмокает меня в щеку и благодарит.       — Пойдем к столу, проголодалась, небось, — закрываю входную дверь и по новой привычке запираю.       — Перекусить была бы рада, к томе же такой аромат. Ты как себя чувствуешь?       — В целом неплохо, но еще не совсем в свое тарелке, если честно.       — Ох, Андрейка. Может тебе пройти курс психологической помощи? Я знаю живого психолога. Ее очень хвалят.       — Благодарю, но пока не нужно. Думаю, смогу справиться сам.       — Хорошо, если так. Но ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью.       — Спасибо Алина, ты моя лучшая подруга. И не только.       Сейчас бы стоило поцеловать девушку, но сдерживаю себя из-за правил Доктора, поворачиваюсь и зову ее с собой на кухню.       Даша и Женя рады видеть Алину, как и моя мать. Все улыбаются, приветствую ее. Я накладываю ей и себе порцию еды, а потом сажусь со всеми за стол.       Разговор сначала переходит на меня и снова вынужден пересказывать легенду, которую сочинил Доктор. Приходиться делать усилие, чтобы выглядеть естественно. Не раз повторяю, что мне тяжело это вспоминать и родня встречает с пониманием, поддерживают и жалеют. А так же погибших товарищей и парней с дежурного крейсера. А мне больно внутри, что лгу, что обрываю нити спасения тем пленникам, которые, возможно, до сих пор живы. Чувствую себя предателем. С трудом удается справиться с эмоциями, чтобы выказывать радость и дружелюбие собравшимся. Вскоре от меня отстают с расспросами и беседа переходит на события, которые я пропустил за время вынужденных странствий по космосу.       Евгений снова начинает рассказывать забавные дела с работы, вызывая смех у присутствующих. Даша рассказывает, какие успехи делает ее сын, а потом показывает с голографона фото своих картин, которые она нарисовала за время моего отсутствия. Особенно живо у нее выходят глаза в портретах людей. Даже меня нарисовала, чем неимоверно растрогала. Прислала мне на почту копии, чтобы я мог любоваться ее творчеством, когда захочу.       Затем разговор заходит о тете Наташе - сестре моей мамы и матери Даши, которая еще до моей пропажи отправилась работать на Марс геологом, про ее успехи, как впечатлили виды красной планеты Максима, что тут же принялся их рисовать. Красивые фото с Марса прилагались к беседе. Ну и тете Наташе уже успели написать сообщение, что я нашелся. Теперь буду ждать ее видеосообщения на почту.       Алина шутит, поддерживала беседу, но о себе говорит мало. Я больше слушаю и лишь задаю наводящие вопросы.       В итоге все вкусно поели, напились чая с фруктовыми пирожными и конфетами в виде разноцветных планет. Особенно в поедании сладостей преуспел Максимка, а вот Женя съел только одну конфету, видно было, что он пытается себя ограничивать. Невольно ему сочувсвую. Сам же снова наелся быстро, но продолжаю понемногу трапезу, чтобы не выделяться на общем фоне.       На приятные мгновения посиделок с родней удалось на некоторое время внутренне расслабиться, ощутить себя в безопасности, будто все, как раньше. Но что-то фоном все равно подтачивает меня изнутри. Какая-то странность, что-то, словно было не так и неправильно. Неуловимое неприятное чувство, от которого всю беседу приходилось отвлекаться, заталкивать его глубже в себя, не обращать внимания, стараться вести себя так, как раньше. В целом это вполне получилось.