Чей baby?

Гермиона вышла с больничного через сутки. Ей прописали постельный режим до конца недели. И мадам Помфри настояла на том, чтобы в это время она снимала заклинание как можно чаще. Быть может, именно оно усиливало эффект токсикоза. Гермиона с готовностью приняла указ. Но перед тем, как скрыться от всех на пять дней, она решила, что должна сделать одну вещь. Малфой, на счастье, попался на глаза практически сразу же, едва она переступила порог медпункта. Окликнув его, она подошла ближе. — Малфой, я хотела поблагодарить за то, что ты мне помог тогда. Это гораздо значимей, чем таскание книг, — она слабо улыбнулась. — И теперь я искренне надеюсь, что ты перестанешь мозолить мне глаза со своей помощью. — Самые непоследовательные слова благодарности, которые я слышал. — А ты их вообще слышал? — это скорей был не гонор, а праздный интерес. Но Гермиона прикусила себе язык. Малфой же скептично приподнял бровь и произнес: — Было бы неплохо увеличить интервал между благодарностью и оскорблением. Гермиона буркнула: — Я не хотела. Он словно пропустил мимо ушей и сказал: — Нам надо закончить зачетную работу. В понедельник последний день сдачи. — Хорошо. — Встретимся у библиотеки? Нормально? — Меня устраивает, — снисходительно кивает Грейнджер и улыбается. — Тогда в четверг, в четыре? — Меня устраивает, — передразнивает он ее. На этом они расходятся. А на лице у Драко играет безмятежная улыбка, которую он тщетно пытался сдержать.

***

Гермиона поняла, что погорячилась с четвергом. Постельного режима никто не отменял, но она по привычке называла этот день недели, потому что он был наименее завален. Тем не менее, чувствовала она себя прекрасно и не собиралась рушить хрупкое перемирие с Малфоем. Собрав необходимые конспекты и книги, она ушла в библиотеку. Как только началась самая продуктивная часть работы, та самая, когда Гермиона входит в раж, в библиотеку вбегает Джордж Уизли. — Я так и знал, что найду тебя здесь. Собирайся. Гермиона возмущенно изгибает бровь. — С какой стати? — С той, что тебе прописан постельный режим, а ты приперлась пытать счастья в библиотеку во второй раз. Джордж был как никогда серьезен. Она его таким видела от силы раза три, и то, пожалуй, с натяжкой. Малфой смотрел на эту сцену с легкой иронией, поведя бровью, а Уизли явно не шутил. И Грейнджер, которая не терпит указов, пришлось подчиниться, как пятилетней девочке. — Доработаем в другой раз, ладно? Малфой усмехнулся, когда они уходили, а Уизли кинул последний, словно предупреждающий взгляд.

***

Суббота наступила быстро. Вся школа собиралась с Хогсмид, кроме несправедливо обделенных первокурсников и второкурсников. Гермиона же стояла в одном из главных коридоров школы, выжидая кого-то. Кто-то оказался Малфоем, и он явно никуда не собирался. Привычной вальяжной походкой он пересекал коридор. — Малфой, сегодня последняя возможность закончить работу. — Здравствуй, Грейнджер, — протянул он. — Правда, опустим пустые формальности приветствия и справки о делах и здоровье. — Не думаю, что это так важно и тебя волнует. Но знаю, что у нас немного времени. — Мерлиновы панталоны, мне в голову лезут нехорошие мысли после таких слов, — продолжал ехидничать Драко, следуя за шустрой Гермионой по коридору. — Прекрати! Просто у меня заботливые друзья. Слишком. — В этом я солидарен. Библиотека, кстати, в другой стороне. — Мы идем не в библиотеку. Во-первых, там меня сразу же будут искать, как ты понял. А во-вторых, я теперь действительно побаиваюсь ходить туда, пока этих засранцев не поймают. — Эй, я хоть заметки возьму! — он едва поспевал за Грейнджер. — У меня все есть. Пока без остановки болтал, я все переписала, — торопливо ответила Гермиона. — Грейнджер, отдышись, расслабься, за тобой никто не гонится. — Мы пришли. Малфой оглянулся: это был вход в ее башню. Гермиона прытко — особенно, учитывая то, что дама была практически на сносях, — поднялась по лестнице, прошептала пароль и повернулась к Драко в ожидании, когда его величество решит наконец подняться. Он подошел к ней, но тут замотал головой. — Нет, Грейнджер, я не могу. Я не могу переступить этот порог. Нет, никогда, ни за что. — Малфой, прекрати паясничать. Не выводи меня, — процедила Гермиона, отбивая ритм пальцами. Малфой прошел в гостиную. Внутри было уютно, но сдержанно. Хотя он и не ожидал от Грейнджер обилия рюшечек и розового цвета. Все это бы подозрительно напоминало Амбридж, а она скорей будущая МакГонагалл. — Присаживайся. Итак, мы остановились на контрзелье. Вновь полтора часа весьма продуктивной работы. Но когда все было сделано, Гермиона, как всегда это делала, захлопнула учебник и свернула пергамент по-особенному, с чувством переполняющей гордости. Эта привычка осталась с детства. Наступила какая-то неловкая пауза. А Малфой, повертев головой, заметил фортепиано. — Ты играешь? — вставая и подходя к инструменту, спросил Драко. — Да. Меня это успокаивает. А ты? — Ты спрашиваешь у отпрыска аристократов неизвестно в каком поколении. Как ты думаешь? — он усмехнулся, а Гермиона кивнула, понимая, что вопрос был излишним. — Как ты его сюда притащила? — Никто еще не отменял Трансфигурации. — Умно. — Да. И к тому же полезней, чем еще один громоздкий и ненужный шкаф. — Сыграешь? — внезапно спросил он и встретил удивленный взгляд. — Да, я питаю слабость к хорошей музыке. Гермиона перебирала клавиши пальцами, слушая то, что рассказывал Драко. Образовалась такая обволакивающая атмосфера, вбирающая в себя полностью. Все преграды пропали. Но внезапно повисла тишина. Они сидели слишком близко, и что-то необъяснимое тянуло Драко к Гермионе. Но в последний момент он отстранился и встретил неожиданное для себя непонимание. — Боюсь, это лишнее. Думаю, твой Уизли этого не одобрит. — Да при чем тут Рон? — Гермиона, явно разозленная всей ситуацией в общем, встала. — Откуда появились эти глупые слухи, что мы встречаемся? — Я говорю не о рыжем недоразумении. Гермиона обратила на него недоуменный взгляд. — Я об его брате. Джордж Уизли явно не просто заботливый друг.