Не привыкай

…Не знаю, какая по счёту ветка какого-либо раскидистого дерева ударила меня по итак исцарапанному и измазанному грязью лицу, о какую по счёту корягу я в спешке зацепилась и упала, в неизвестно какой раз разбив до крови колени и исцарапав ладони. Эти догонялки не на жизнь, а на смерть мне в конец осточертели. Я пробежала столько, наверное, что даже профессиональный бегун столько не пробежит. Дыхание сбилось, воздуха категорически не хватало, а лёгкие готовы были взорваться. Сердце бешено билось о рёбра, и казалось, вот-вот оно точно их сломает. Глаза окутала очередная пелена солёных слёз, не давая возможности чётко видеть пространство вокруг. Да и вовсе не важно было, куда бежать. Лишь бы эти гнилые твари не поймали тебя и не разорвали тебя на куски, обглодав до костей. На теле красовалось значительное количество кровоточащих царапин, ссадин и ушибов. Багровая кровь мешалась с грязью и пылью. Бежать становилось всё сложней, боль от каждого ранения затрудняла движение. Одежда же просто превратилась в лохмотья: джинсы, футболка и кофта в прямом смысле изрезало ветками. Но разве сейчас это главное? Крик. Истошный крик, полный отчаяния и беспомощности, молящий о помощи. Кто-нибудь, помогите! Я прекрасно понимаю, что никто мне не придёт на помощь. В лесу кроме меня и стада мертвецов никого нет. Я обречена на смерть. Но ведь надежда всегда умирает последней, так? Именно поэтому из последних сил, что у меня остались, я продолжаю бежать. Но силы на исходе, я задыхаюсь, усталость берёт вверх над телом, а надежда с каждой секундой всё отдаляется от меня. Булыжник. Чёртов камень! Из-за накативших вновь слёз картина округа поплыла перед глазами, и я споткнулась и упала лицом в листву и землю. Всё. Это конец. У меня нет больше сил даже подняться, не то что бежать. С каждым моментом они приближались. Я слышала приближающиеся звуки волочащихся по земле ног, голодные рыки, клацанья их гнилых зубов. Солёные холодные слёзы продолжали течь из моих глаз, увлажняя и без того сырую почву. В лесу пахло липой и свежестью вперемешку с горьким запахом гари. Холодный ветер шатал кроны деревьев, срывал с них пёстрые листья, а потом они кружились в вихре. Жаль умирать в такой приятный день такой несуразной смертью. Мертвецы были уже совсем близко. Я слышала их рычание прямо у себя над ухом. Боковым зрением я видела множество тёмных силуэтов. Наконец меня схватили за руку...

***

– Крис, очнись, Крис! – ещё в дрёме я чувствовала, как меня трясут за руку. – Не-е-ет! – громко закричала я. Резко распахнув глаза, я так же резко поднялась в сидячее положение. У меня сразу потемнело в глазах, закружилась голова. Я схватилась за неё ладонями и зажмурилась. Спустя минуту я вновь открыла глаза и стала судорожно оглядываться. Сейчас я не была в лесу, никто за мной не гнался. Я находилась в своей машине, рядом сидела Энни и как-то встревоженно смотрела на меня. Похоже, это был всего лишь сон, страшный сон. Я облегчённо вздохнула, прикрыв веки. – Сестрёнка, что случилось? – взволнованно спросила Энни. – Почему ты кричала во сне? – Кошмар. Просто кошмар приснился, – повторила я уже более уверенно. – А что тебе снилось? – не унималась сестра. – Ничего особенного, – отрезала я, – ерунда. Не бери в голову, – улыбнулась я. – Энни, а где родители? – Они на улице, болтают с родителя Брит. – Ясно. Я прогуляюсь, – сказала я и открыла дверцу автомобиля. Меня моментально ослепил солнечный свет. От неожиданности я зажмурилась. Похоже, уже полдень. Сколько же я спала? Посидев ещё какое-то время в салоне, привыкая к яркому освещению, я поднялась с бархатного сиденья и встала. Мда, сон в машине даёт о себе знать. У меня затекли мышцы почти всего тела, поэтому я решила потянуться. Лодыжка уже не так сильно болела, но при ходьбе напоминала о себе. Я решила направиться в сторону города, чтобы узнать, как обстоят дела сегодня. По пути я встретила родителей. Они как всегда что-то бурно обсуждали, поэтому мы просто перекинулись приветствиями и строгим наказом мамы далеко не уходить. Прибытие в задуманное место не доставило мне никакой радости. Вчерашняя картина представилась и сегодня: всё тот же город, только без людей. Он, подобно цветам, увядал на глазах. Пожар охватил уже большие территории, чем вчера. Самое странное, что как таковым пламенем ничего не полыхало, но здания и дома окутывала пелена едкого дыма. Выстрелы утихли. Последнее заставило насторожиться. Либо всех сожрали мертвецы, либо всё закончилось. Я склонялась всё же к первому. – Я так и знал, что найду тебя здесь, – послышалось со спины. Я обернулась. – Доброе утро, Карл, – улыбнулась я и помахала ему рукой в знак приветствия. – Какое утро, уже день, – засмеялся мальчишка, – меньше спать надо. – Нужно спать, пока есть шанс, – ляпнула я. По спине пробежал холодок, и мне сразу вспомнился сон. – Ну почему ты всегда такой пессимист? – с неподдельным удивлением спросил Карл. – Прости. Просто сон вспомнила и… эх, не бери в голову. – Что за сон? – вопросительно уставился на меня собеседник. – Да так, кошмар. – Кошмар? Мне вот тоже часто снятся кошмары. Вот сегодня, например, мне приснилось… Карл не успел договорить. Кто-то окликнул его. Мы вдвоём обернулись на оклик. К нам направлялась женщина с тёмными волнистыми волосами. Когда она подошла ближе, я смогла рассмотреть её внешность. – Карл, я же просила тебя не уходить далеко. Мы с Шейном волновались за тебя, – твёрдо сказала она. Вскоре она заметила и меня. – Карл, я смотрю, ты нашёл себе нового друга, – женщина сменила суровость на улыбку, – может, познакомишь нас? – Да, мам. Это моя новая подруга. Её зовут Крис. Крис, это моя мама, Лори. – Здравствуйте, миссис Лори, – поздоровалась я и улыбнулась. – Здравствуй, Крис, – ответной улыбкой одарила меня женщина. – Вот вы где. А то я вас уже обыскался. – К нашей троице подошёл черноволосый мужчина, – Карл, ну ты как всегда, мы же просили тебя. Ты же знаешь, что… – опять мне уделили внимание. Сперва мужчина внимательно разглядывал меня, а потом, слегка усмехнувшись, сказал: – Карл, я смотрю, ты себе подружку нашёл? Я моментально залилась румянцем и кротко глянула на мальчишку. Тот тоже слегка покраснел. Вот что бесит во всех взрослых, так это то, что все они создают такие неудобные ситуации. – Шейн, прекрати, – Лори слегка толкнула мужчину в локоть, как-то лукаво улыбнувшись. – И как же зовут вашу новую подругу, молодой человек? – подмигнул Карлу Шейн. – Крис, – неуверенно ответил Карл. – Карл, не хотел бы прерывать ваш разговор, но нам с твоей мамой нужна помощь. – Мне показалось, что мужчина произнёс эти слова даже с какой-то ноткой печали, – машина барахлит. Пойдём, поможешь поддержать капот. Не маме же это делать? – и мужчина направился обратно, туда, откуда пришёл, а за ним следом и Лори. Мы простояли в тишине минуты три, наблюдая за удаляющимися силуэтами. Разговор возобновил Карл. – Эх, прости мою маму и Шейна. Они как сказанут что-нибудь глупое, – будто бы это он минуту назад заставил нас обоих краснеть, извинялся мальчишка. – Да ничего. У меня такие же родаки, – ответила я весело, показывая всем видом, что всё нормально. – Слушай, Крис, я сегодня утром прогуливался по лесу и неподалёку отсюда, в глубине леса, нашёл красивое лесное озеро. Я могу его тебе показать. – Я согласна. – Хорошо, – улыбнулся Карл, – тогда встретимся здесь через часа три. До встречи, – помахал мне рукой мальчишка и ушёл, оставив меня в одиночестве…

***

Примерно через три часа я подошла к назначенному месту. Карл уже ждал меня, пиная камешки ботинком. Заметив мою приближающуюся персону, он отвлёкся от своего столь интересного занятия и поздоровался со мной. – Ну, идём. После мы свернули с дороги в сторону леса. Первые десять минут мы наблюдали множество палаток, сливавшихся с пейзажем леса, людей, разводивших костры. По их виду была видна большая разница между жизнью со всеми удобствами и жизнью без них: взъерошенные волосы, мятая, местами испачканная в грязи одежда, уставшие лица. Признаться честно, я и Карл далеко от них не ушли. На моей футболке до сих пор остались капельки запёкшейся крови того мертвеца со школы. Бр-р-р, как вспомнишь, невольно вздрагиваешь плечами. Лес не меняется: всё те одинаковые высокие деревья, пушистые листьями кустарниками, высокая и низкая трава задевает ноги. Запахи различных растений переплетаются в один, при вдохе в лёгких ощущается свежесть воздуха. «Всё как во сне», – пронеслось у меня в голове. Опять этот холодок по спине. Я презрительно оглянулась по сторонам. Никого, кроме Карла, который вопросительно посмотрел на меня. – Ох, уж эти кошмары, – негромко промолвила я. – Ты мне так и не рассказала, что за кошмар. – Опять мертвецы, – без интереса ответила я. – Когда кошмары только сны, это ерунда. Но когда кошмары воплощаются в реальную жизнь… – Карл запнулся. – Один уже воплощается… – с горечью и страхом сказала я. – Мой уже воплотился, – печально проговорил Карл. – Какой, если не секрет? Было видно, что Карлу неприятно об это говорить. Он сразу изменился в лице, нахмурив брови и опустив взгляд. Вновь повисло молчание. – Эм… ну, ладно, – я постаралась сменить тему, – как долго нам ещё идти? – Мы пришли, – сухо ответил мальчишка. Всё, что я сказала, это было что-то, типа: «У-у-у!» Перед глазами предстало чудесное зрелище: на низких берегах озера огромными зелёными колосьями, словно ковёр, расстелилась трава. Голубое небо, яркие золотые лучи солнца отражались на прозрачной глади воды, как в зеркале. Уходящее вдаль озеро постепенно сливалось с зеленеющим лесом. До ушей доносились дивные крики, нежели пение, различных птиц. – Карл, это… это правда красивое место! – восхищённо всплеснула я руками. – Ага, – спокойно ответил он. – В следующий раз покажу его родным. – Я когда-то был в похожем месте, с мамой и папой… – на последнем слове Карл заметно погрустнел. – Карл, – осторожно произнесла я, – что-то не так? Ты странно ведёшь себя. – Нет, всё в порядке, – натянуто улыбнулся он. – Я же вижу, что нет. Расскажи мне, и тебе не будет так грустно, – упрашивала я его. – Нет, правда, всё хорошо, – таким же натянутым ободряющим тоном ответил он. – Карл, ну я же вижу. – Я действительно хотела узнать, в чём дело и помочь мальчишке. – Крис, просто… – я всё же уломала его. – Мы не ценим то, что имеем. Откладываем всё важное на потом. Но потом может не наступить… – тяжело проговорил он, – знаешь, как обидно и больно, когда у тебя забирают самое дорогое в твоей жизни… самого дорого тебе человека… И тут меня осенило. Отец. Что-то плохое произошло с его отцом. Как же я сразу не поняла. Ещё тогда, на дороге, когда я познакомилась с его матерью и … – Карл, а Шейн… он… – Он не мой отец. Мой папа погиб... в него стреляли… – голос Карла дрогнул. – Я узнал об этом, когда вышел из школы. Я был рад, ведь получил хорошую оценку в тот день, и мне не терпелось рассказать об этом маме… но когда она подошла ко мне… я заметил, что на ней не было лица. В стороне стоял с таким же лицом Шейн и сочувственно поглядывал на меня. Мама сказала, что мой папа лежит в коме. У меня тогда чуть земля не ушла из-под ног… Я жутко испугался. Я боялся, что никогда его не увижу. Я заплакал… – тут его голос вновь предательски дрогнул, – но теперь… я его не увижу никогда. Молчание. – Карл, мне жаль. Правда, я сочувствую тебе, – с жалостью, которой только могла, робко произнесла я. – Всё будет хорошо, слышишь? Это не конец. У тебя есть мама, которая любит тебя. Да, это очень тяжело, но жизнь продолжается. Нужно идти вперёд, не останавливаясь. Особенно в такое время… – Я мягко похлопала его по плечу. Он всё так же без малейшей заинтересованности пялился в сырую землю. Я даже представить не могу, что он сейчас испытывает. Мне было очень стыдно из-за того, что я буквально вынудила его вспомнить и рассказать свои переживания. Но где-то в глубине души я была рада в какой-то степени, что он доверился мне. Спустя мгновения он медленно поднял взгляд и посмотрел мне в глаза. Его глаза были немного покрасневшие, наполнены слезами, но он не заплакал. Я ожидала его реакции. – Карл, прости… я не знала… – Спасибо, Крис, – как можно уверенней старался говорить Карл, – я рад, что рассказал об этом кому-то. – Не за что, Карл. Мы ещё долго просидели там и болтали обо всём. Не важно, что мы знали друг друга всего лишь два дня. За эти два дня, а точнее, всего за эти проведённые часы вместе, мы узнали друг о друге всё. Вернулись мы к родным, когда уже темнело. Скажу честно, от родителей мне и Карлу влетело хорошенько. Но сегодня я познакомилась с ещё одним человеком, с Софией, подругой Карла. Итог дня: плюс два новых друга. Но, как оказалось, это был последний день нормальной жизни…