Абстиненция

— Никаких объятий. — Угу. — И поцелуев. — Хорошо. — И прикосновений. — И не подумал бы. — Лучше даже не смотри лишний раз в мою сторону. — Слушай, ты уверен, что она понимает, что мы… Ну… — Думаю, да, — поежился Освальд, — подкинула мне в сумку пачку презервативов на той неделе. Даже думать не хочу, где она их откопала. — Стыд-то какой, — пробормотал Джеймс, — как мне ей вообще в глаза смотреть? — А ты не смотри, — посоветовал Освальд, оценивая свой внешний вид в отражении, — потом вообще не сможешь разорвать зрительный контакт. Гордон обреченно застонал и уронил голову на руки. — Хорошо, что на этой неделе никого не убили. — В смысле? — шокированно открыл рот Освальд. — В смысле, что мне и без того хватает проблем. Капитан же обещала допустить нас с Харви к расследованию. А подходящих дел нет: либо кражи, либо массовые перестрелки. Она думает, что мы к такому еще не готовы, — Джеймс нахохлился. — Чушь какая. Я ко всему готов. — Ты хоть раз труп видел? — уточнил парень, закидывая в сумку зарядку от телефона. — Нет, — признался Джим. — А ты? — Конечно, и не раз, — пожал тот плечами. — Неприятное зрелище. — А где это?.. — Вспомни, где я работаю, — отмахнулся Освальд и, стряхнув несуществующие пылинки с ботинок, повернулся к Гордону. — Ты уже готов? Проглотив очередные возмущенные комментарии по поводу «Алиби», Джим судорожно кивнул и уставился испуганным взглядом в зеркало. Предстоящий ужин казался ему испытанием, за которое в случае прохождения он получит благословение короля Гертруды и принцессу Освальда впридачу. В случае же провала… Впрочем, зачем об этом думать сейчас? Для этого у него будет целых сорок минут езды в автобусе. Он был непривычно молчалив всю дорогу, глядя в окно и считая оставшиеся до прибытия остановки. Еще семь, у меня есть время настроиться… Еще четыре, все будет хорошо, все будет хорошо… Еще две, тут еще минут десять ехать… Черт. Каждый шаг по направлению к дому Гертруды казался Джиму чем-то приближающим скорую кончину. Освальд, что-то увлеченно рассказывающий всю дорогу, заметил его подавленное состояние и, остановившись, потянул Джима за разросшееся дерево с остатками пожолклых листьев. — Что не так? — в лоб спросил он, взяв руки Гордона в свои. — Я никогда еще не знакомился с чьими-то родителями, — сглотнул тот, стреляя в темный особняк глазами, — это, кгхм, очень ответственный шаг. — …А ты к нему еще не готов? — похолодев, уточнил Кобблпот. — Нет-нет, ты что, — замотал головой Джим, — я просто не уверен, что понравлюсь твоей маме. Освальд незаметно облегченно выдохнул и расплылся в улыбке. — Ты не можешь не понравиться ей. Ты замечательный, — он приподнялся на носки и легко коснулся щеки Джима губами. — Идем, все будет хорошо. Гертруда, видимо, очень уж ждала гостей: она сама спустилась и открыла им дверь, широко улыбаясь. Обняв и поцеловав сына, она благосклонно кивнула побледневшему Джиму и повела их в гостиную, рассказывая о том, что забыла поставить в духовку десерт и теперь придется постоянно отвлекаться, чтобы бегать на кухню и проверять выпечку. — А что на десерт? — решил поинтересоваться Гордон, садясь за стол. — Шарлотка с засахаренными фиалками, — томно улыбнулась женщина. — Тебе обязательно понравится. — На самом деле, это очень вкусно, — заметил Освальд, протягивая матери кружевные салфетки, — популярное блюдо во Франции. — А так как моя бабушка была француженкой, — мечтательно заметила Гертруда, — можно считать, что это блюдо, которое ели наши предки. А у тебя, Джеймс, есть какие-то западноевропейские корни? «Не так уж сложно», — подумалось Гордону. Слово за слово, и вот они уже мирно беседуют, попивая виноградный сок. Так ему казалось вплоть до той секунды, пока Освальд не встал из-за стола. — Я вас оставлю на минутку, — шутливо поклонился он, — пойду посмотрю, как там шарлотка. Проводив парня испуганным взглядом, Джим медленно повернул голову в сторону Гертруды, внимательно его осматривающей. — Как здоровье, миссис Кобблпот? — выдал он, машинально поправляя столовые приборы по обе стороны от тарелки. — Спасибо, здравствую, — ответила она. — Как работа, все нравится? Вспомнив отношение Гертруды к полицейским, он решил немного покривить душой: — Нравится, хотя, конечно, я не во всем согласен с политикой участка. Она закивала, пожалуй, слишком рьяно, а потом, вдруг резко вскочив, выпалила: — Наверное, стоит порезать курочку. Джим, опешив от такой резкой смены темы разговора, лишь кивнул и с опаской наблюдал, как Гертруда схватила нож и вонзила его в куриную грудку. Взблеснуло серебро — и нож черкнул по фарфору, и еще раз, и еще… Джим с ужасом наблюдал, как женщина безжалостно кромсала курицу, буквально потроша ее столовым серебром. — Знаешь, — щебетала тем временем она, — я привыкла, что Оззи постоянно дома. Нож с размаху отрубил куриную ножку, и она мгновенно перекочевала к Джиму в тарелку. — Но я так рада, так рада, что он наконец нашел настоящего друга! — она в конце концов отбросила нож и продолжила разделывать тушку несчастного создания голыми руками. Джим шумно сглотнул и постарался не обращать никакого внимания на ошметки мяса по всему столу. — Когда ему было пять, он дружил с одним мальчиком, Эйвери. Так много про него рассказывал, почти всегда гулял с ним у нас в саду. Она замолчала, мечтательно уставившись в окно. — И что с ним произошло? — осторожно поинтересовался Гордон. — О, мой нерадивый муженек решил достроить дом, и от сада не осталось и следа… А я так любила бродить босиком по мокрой от росы траве. — Я имел в виду, что произошло с тем мальчиком, Эйвери. — А, да ничего. Он был воображаемым. К семи годам Освальд это перерос. Поплакал, конечно, немного, но это ничего. Оззи вообще тяжело переживает расставания. Помню, когда мой муж… — Я уже вытащил шарлотку, выглядит она просто… Мама! Освальд появился в комнате и с непроницаемым лицом уставился на разделанную курицу. — Мама, — терпеливо повторил он, — почему ты не подождала меня? Резать курицу всегда было моей заботой. — Птенчик, не злись. Я не хотела, чтобы офицер сидел голодный, — она подмигнула Джиму. — Иди помой руки, и сядем за стол, — мягко попросил Освальд, открывая ей дверь в коридор. Она необычайно кротко кивнула, будто пристыженная девочка, и скрылась, держа ладони перед собой. Парень вздохнул с облегчением и повернулся к Джиму. — Ты как, держишься? Джеймсу хотелось поумолять не оставлять его больше наедине с миссис Кобблпот, но, собрав всю волю в кулак, он слабо улыбнулся и просипел нечто вроде «все отлично». — Надеюсь, она еще не пустилась в байки о моем детстве? — скривился Освальд, накладывая Джиму овощного салата. — Помни, что почти все это — полная чушь. — И про Эйвери? — вырвалось у Джима, но он тотчас пожалел о вопросе. Взгляд у Освальда стал стеклянным. — Нет, это тот небольшой процент правды, имеющийся в ее россказнях, — выдавил он и поспешно опустил взгляд. Гертруда вплыла в комнату, что-то восторженно вещая. Казалось, она свой разговор не прерывала еще с ванной комнаты, и отсутствие собеседника ей ничуть не мешало. Пока Освальд усаживал мать за стол и уговаривал наложить хоть немного еды, Джим думал о маленьком черноволосом мальчике, который жил в странном доме со странной мамой и с которым поэтому никто не хотел играть. И мальчику так одиноко, что он решил придумать себе друга, который всегда рад составить ему компанию. Отчего-то захотелось прижать Освальда к себе и шептать, что теперь ему ничего придумывать не придется, ведь Джеймс и его чувства — совершенно точно настоящие. — Джим, — окликнул его Кобблпот, — ты еще с нами? — О, прошу прощения, — мотнул головой Гордон, — я задумался. — Какой-то он отрешенный, — поделилась с сыном Гертруда, складывая салфетку в треугольник. — Он в порядке? — В порядке, — обиженно отозвался Джеймс и, имитируя бурную деятельность, наложил себе двойную порцию какого-то салата, — аппетитно, а что это? — Финики, корнишоны и кусочки тунца, — засветилась Гертруда, — наш семейный рецепт! Там еще есть ингредиент-сюрприз, и никто, хи-хи, не знает моего маленького секрета. Освальд едва заметно покачал головой, перехватив растерянный взгляд друга. — Очень жаль, но у меня жуткая реакция на финики. — Аллергия? — со знанием дела спросила Гертруда и, протянув руку, сочувствующе погладила Джеймса по предплечью. — Да, — вполне правдоподобно выдохнул тот, сокрушенно глядя на салат. — В последний раз ел финики классе в восьмом. После того, как провалялся пару дней в больнице, больше к ним не притрагиваюсь. — Ах, как я тебя понимаю. У Оззи в школе была аллергия на шоколад… Остаток ужина прошел вполне сносно. Гертруда рассказывала об Освальде, своем увлечении фотографией, лошадиными скачками, неудачником-мужем и, как ни странно, снова об Освальде. Когда Джим почувствовал, что желудок у него полный и удовлетворенно урчит, он раскинулся в кресле и даже начал получать какое-то удовольствие от неспешной беседы. Лишь когда за окном начало темнеть и Освальд намекнул матери, что им пора, он снова ощутил нарастающее беспокойство. У него сложилось впечатление, что Гертруда обязательно вынесет какой-нибудь вердикт, и он боялся, как бы она не разочаровалась в выборе сына. Они с Освальдом помогли убрать со стола, привели комнату в благопристойный вид и, продолжая неспешно беседовать, спустились в прихожую. На прощание Джеймс с как можно более расслабленной улыбкой выдавил: — Спасибо за вечер, миссис Кобблпот. Все было очень вкусно, и мне было приятно с Вами пообщаться. Она уставилась на него немигающим взглядом. Гордон чувствовал, как по виску катится капелька липкого пота. — Ох ты негодник, ну, иди сюда! — вдруг взвизгнула она и кинулась обнимать Джима. — В конце концов, я всегда говорила, что не родилась еще женщина, достойная моего сына! Неловко прижав ее к себе, Гордон боялся сделать лишнее движение или что-то сказать. Он просто ждал, пока она его отпустит, и он сможет поехать с Освальдом домой, а там выпить чаю. Желательно, успокаивающего нервы. Когда они вышли на улицу, Гертруда стояла на пороге и махала им платочком до тех пор, пока они не скрылись за поворотом на автобусную остановку. — Ну, — Освальд едва сдерживался, чтобы не рассмеяться, — считай, что благословение от моей матери ты получил. Джим вздохнул с облегчением. Кажется, это испытание он прошел. ___________________________________________________________________________ Аффилиация — стремление к сближению с людьми, желание войти в то или иное сообщество.