Абстиненция

Кафе на Кэмпл-стрит не особо радовало глаз, но офицеры проголодались до такой степени, что ни блестящие от жира столы, ни раздраженно швырнувшая меню официантка не заставили бы их уйти. Джим повлек Буллока к дальнему столу в надежде обсудить детали, но Харви тут же спрятался за подклеенным скотчем меню, игнорируя все попытки Гордона поговорить о работе. Наконец, Джим сдался и, сделав заказ, они какое-то время молчали, рассматривая интерьер и здешних посетителей. Еда готовилась до неприличия долго, и как только на столе появились обещанная курица и салат, парни накинулись на нее без раздумий. После такого насыщенного дня даже сыроватая птица и листик вялого салата казались вполне съедобными, и они активно орудовали вилками, наполняя грустно урчащие животы. - Я надеюсь, нас не смогут, как детективов, вызвать посреди субботы на работу, да? – вдруг жалобно поинтересовался Харви, дорезая тупым ножом отбивную. - А хоть бы и так, - пожал плечами Джим, - это же важное дело. - У тебя что, совсем планов на выходные нет? – кинул на друга тяжелый взгляд Буллок, подпирая рукой небритую щеку. Гордон покраснел. - Есть, - тихо отозвался он, чересчур много внимания уделяя пекинской капусте. Ему вдруг стало стыдно: он так увлекся расследованием, что совсем не подумал об Освальде. Из-за работы они и так виделись не так часто, как хотелось бы, а если он еще и будет работать сверхурочно… Об этой стороне новой работы он не подумал. Телефон завибрировал и пришедший от Освальда ответ «и я о тебе» только ухудшил его состояние. - Вот видишь, - все эти душевные метания не укрылись от Буллока, - вместо того, чтобы сводить своего паренька в кино, будешь торчать на работе. - У него тоже работа, - неуверенно отозвался Гордон. - Это ты себя так успокаиваешь? Джим окончательно поник. - Ладно, не кисни. Может, до субботы еще успеем что откопать и никто нас не будет трогать. Есть какие-то предложения с чего начать? Джим многообещающе надулся. - К бумагам нас пока не пустят, там с завтрашнего дня будет работать бригада вместе с этим занудой... - Патриком? - Ага, - Джим сделал большой глоток сока, - а место преступления будет вновь осматривать Гонсалес. Зато я договорился с Эдом, если патологоанатом найдет что-то интересное, то он нам сообщит. - С близкими уже связались? - Не знаю, - нахмурился Джим, - Капитан говорила, что до завтра их должны уведомить. В любом случае с ними нужно поговорить: думаю, их должно было заинтересовать, откуда старик взял такие баснословные деньги. - Если он не наплел им, что выиграл в лотерею или типа того, - скривился Буллок, - стали бы они проверять. - Ну, билет бы попросили хотя бы... Или... - Твоя наивность меня поражает, - хлопнул в ладоши Буллок, - да все нормальные люди, услышав слова «деньги», не задают лишних вопросов! Потому каждый, блядь, в этом сраном городе уверен, что если случилось что-то хорошее, то это он, наконец, получил то, чего заслуживал! Гордон пожал плечами. - Вряд ли семья так будут думать после извещения о смерти старика. - Это да, - согласился Харви, подзывая официантку и заказывая еще яблочный пирог. Грузная афроамериканка смерила его уничижительным взглядом и, пару раз закатив глаза, скрылась за стойкой, подозрительно долго отрезая кусок. Когда десерт оказался перед напарником, Гордон хотел было посоветовать не есть его, но тот уже с удовольствием отправил в рот первый шмат. - Мда-а-а, - протянул Джим, надеясь, что официантка туда хотя бы не плюнула, - в общем, все, что у нас есть — наркотик. Опять-таки, Нигма обещал принести мне распечатку химического анализа порошка. - И что тебе это даст? Тебе его плотность и размер кристаллов не расскажут, откуда он взялся. - Ну, если не они, то кто? - устало пожал плечами Гордон. - Это все, что у нас есть. - Я знаю парочку барыг, - вдруг отозвался Харви. Джим поднял бровь. - Ну а что? – заерзал под его взглядом Буллок. – От травки еще никто не помирал, а мне иногда, нужно, ну… - Расслабиться, - подсказал ему Гордон. - Вот именно! - Да чего ты переживаешь, я все понимаю. И как это поможет делу?  - Если я принесу им образец товара, даю зуб, что они узнают, кто поставщик. Это не какие-то там нарики с дредами, настоящие профессионалы. Ну, вообще-то, у Салли есть дреды, но в общем и целом… - Это невозможно, - перебил его Джим, качая головой, - улики уже в отделе. Выносить их из хранилища – преступление. -Это возможно, - задумчиво сказал Харви, - но ты прав, это преступление. Джим едва не задохнулся. - О чем ты говоришь? Они в хранилище, скорее всего, в сейфе под замком, а доступа туда у нас нет! Если нас поймают — нам задница! Тут уже речь не об отстранении, а об увольнении и даже судебном разбирательстве! Харви поднял руки в примирительном жесте. - Без проблем, брат. Я думал, ты хочешь найти преступников. Потому что я – нет. Мне откровенно плевать. Пускай разгуливают дальше на воле, стреляют в беззащитных старикашек… Повисло неловкое молчание. - Но если бы ты точно знал, что мы выйдем сухими из воды, ты бы пошел на это? Джим уже готовился крикнуть: «конечно, нет», но тут в голове появился резонный вопрос. Вопрос был совершенно неправильным как для хорошего копа, но вполне в духе Джима Гордона, с играющей в заднице жаждой справедливости. И звучал он: «А кому от этих принципов станет лучше?». И неважно, что под принципами имелись ввиду устав полиции и закон США. - Окей,– неожиданно для себя сказал Джим. – И как ты это провернешь? - Ты провернешь, - сладко улыбнулся Буллок. - Я?! - Ага, - Харви удовлетворенно развалился на диване, с насмешкой глядя на напарника, - сегодня прощупаем почву, а завтра приступим.

***

Заехав к маме и ответив на сотню вопросов о себе и на тысячу – о Джиме, Освальд забрал пару рубашек, наскоро перекусил и поехал на обратном автобусе в центр. Он мог остаться сегодня ночевать дома, так как Джим все равно вряд ли появился бы в квартире раньше полуночи. Но Кобблпоту позарез нужен был Интернет, чтобы узнать о предстоящем задании побольше, а Гертруда была против любых сетевых подключений – у нее от них развивалась мигрень. Поэтому Освальд засел в городском Интернет-кафе за одним из стареньких компьютеров и, постоянно сверяясь с бумажкой, сунутой ему Ру, начал поиск. Закончил он поздно, и потом, зевая и потирая глаза, отправился к ним с Джимом домой. Там он спрятал листик поглубже в сумку, разделся и завалился в постель. Утром он решил встать пораньше: хотел поскорее покончить с этим не вовремя свалившимся на него заданием. Его пугала встреча с Виктором, впрочем, в этом не было ничего удивительно: тот всегда смотрел на Освальда очень странно, заставляя того краснеть и отводить взгляд. Кобблпота передернуло и он закутался в одеяло поплотнее. Наконец, он забылся неспокойным сном, а через пару часов почувствовал, как его обнимают сильные руки. Освальд расслаблено улыбнулся, не открывая глаз. - Я думал, у тебя ночная смена, - прошептал ему на ухо Джеймс, забираясь под одеяло. - Угу-у-у, - протянул Освальд, поворачиваясь к любимому, и без запинки выдал заготовленную ложь, - но гостей было мало, и менеджер сказал, что я могу идти домой, а если что, он сам справится. Сказал, чтобы лучше я пришел завтра пораньше. - Ты завтра работаешь? С утра? – возмущенно отозвался Джим, приподнимаясь. - Ничего страшного, главное, чтобы в субботу меня не поставили на смену. Хочу провести день с тобой. А как твое расследование? - Отлично, - зевнул Джеймс, - лучше не бывает. Спи давай. С меня утром завтрак. Освальд улыбнулся и почувствовал себя в безопасности. Завтрашняя встреча уже казалась не такой страшной. __________________________________________________ Абфилькельн - тайная договоренность (жаргон, взято из "Краткого словаря воровского слэнга").