Тьма двух миров. Императрица Селестия.

Буря разыгралась не на шутку. Ветер нещадно трепал ветви дремучего леса, вода лилась с неба, казалось, сплошным потоком, тучам не видно конца, повсюду сверкают молнии… Вот еще один разряд ударил всего в нескольких десятках метров от молодой белоснежной аликорнши, вздумавшей в столь тревожный час решиться на отчаянный шаг. По рунам пробежали отголоски магического эха от удара молнии. Кобылка съежилась от страха. Дрожащим копытом она нарисовала еще один символ. Поляна вновь озарилась яркой вспышкой молнии, разрезавшей тучи надвое. Мощный поток электричества устремился точно к центру поляны… Но, кобылка лишь прижала уши, чтобы раскат грома не оглушил ее. «Живой» дремучий лес, разыгравшаяся гроза и предстоящий ритуал порождали столько ужаса, что сознание аликорнши отказывалось его воспринимать всерьез, тем более, когда делаешь все правильно. Селина дорисовала последний символ на размываемой дождем почве. Рисунка давно уже не разобрать, но магия помнит каждое движение отчаянной кобылки. Созданная печать засветилась бело-золотистым светом. Кобылка стремительно выбежала из-под защищающих ее от грозы заклинаний и прыгнула в высокую траву, стараясь как можно сильнее слиться с землей. Тем временем опушка леса озарилась вспышкой света невиданной яркости и чистоты, на секунду развеяв тьму вокруг. На выжженной избытками магии земле, стояла внеземной красоты кобылка, сотканная из чистого света. – Что это?! – с нотками гнева произнесла светозарная кобылка. – Что это за место?! Аликорнша застыла от ужаса. До сих пор подобного никто не делал, а также до сих пор никто не слышал, чтобы великие Люмены, духи света гневались на кого-то, кроме Умбр и подобных им созданий тьмы. – Выходи! Кем бы ты ни был! – требовательно произнесла люмен, грозно оглядывая поляну. – Выходи! Я найду тебя рано или поздно! – громогласно добавила кобылка. Селина медленно выпрямилась. Вновь сверкнула яркая вспышка молнии, озарив поляну. Люмен немедленно повернулась к аликорнше. Глаза светозарной кобылки вспыхнули темно-золотистым пламенем. – Это нечестно! – издав дерзкий смешок, произнесла люмен. – Глупенькая кобылка… – А я думала, что это слухи, – неожиданно перебила ее Селина. – Я думала «темного света» не бывает. – Бывает. Он живет в каждом, как ни странно, – с нотками гнева произнесла люмен. – Иначе, среди служителей света не было бы ни единого воздаятеля. – Теперь мне все ясно, – обреченно произнесла Селина, – но я все же… – Попросишь помощи?! – гневно выпалила люмен. – После того… К-как призвала меня как какого-то умбру! Едва люмин договорила, яркая вспышка молнии пронзила небо, а раскат грома был сильным как никогда. Несколько мгновений Селина молчала, пытаясь усмирить вновь поднявшуюся волну страха. – Значит, у меня не остается другого выбора, – дрожащим голосом от предстоящей драки произнесла Селина. – Тебе придется пасть! Люмен засмеялась. – Ты смеешь бросать мне вызов?! – Да! Вы действительно изменились. Ваши обещания пусты, верить вам нельзя. Но я не позволю демикорнам победить! – выпалила Селина. – Судьба всех аликорнов висит на волоске. – Что ж. Попробуй, – усмехнувшись, произнесла люмен, создавая у ног волну света…

***

Страх, отчаяние, безысходность… Эти чувства прочно завладели разумом Селестии. Опасения на счет недавних нападений неизвестными на продовольственные склады уже косвенно подтверждали тот факт, что враг завладел новейшим оружием Эквестрии, но до сего момента тлела надежда, что это не так. «Мегазаклинания» стали настоящим прорывом в методе ведения войны. Они должны были поставить жирную точку в этой затяжной войне, особенно после падения сразу пяти крепостей Иб’Сианя. Всего три недели назад Генерал Страйк лично докладывал о готовящемся штурме «Главного улья». Но теперь ни о каком штурме не могло идти и речи. Никто ни в мире не знал, как бороться с гигантскими огненными шарами размером с небольшую гору. Разведка боем была отбита одним из таких. И это было только начало. Магическое исследование обороны столицы Иб’Сианя показало, что не менее десяти чудовищных «Мегазаклинаний» готовы обрушиться на войска противника, едва тот подойдет ближе. Единственным верным решением стало отступление. А затем практически побежденный враг нанес ответный удар. Сначала взрывы прогремели на двух крупнейших стратегических складах, лишив Эквестрию основного резерва продовольствия. Затем еще несколько взрывов, которые покончили с остатками. Сегодня же атака, пожалуй, поставила точку в этой затяжном конфликте. Донесения все еще приходили, но в целом картина уже ясна: диверсанты чейнджилнгов, которые еще в первые же месяцы войны наводнили Эквестрию, воспользовались наиболее подлой, но эффективной тактикой. Как уже посчитал отдел аналитики, Азган бросил все силы на создание носителей «Мегазаклинаний», в том числе сделав множество маломощных зарядов. Принцип действия был донельзя прост. Любой чейнджлинг перевоплощался в пегаса, брал с собой «носитель» и летел к полю с пшеницей, картошкой… или к саду и сбрасывал его на головы ничего не подозревающих фермеров. Жертв было не много, но огненные из таких носителей практически полностью выжигали все посевы и сады. Атакам также подвергались теплицы. Не брезговали диверсанты и атаками на самих фермеров. Селестия взмахом копыта прервала докладчика. – Хватит. Я поняла. Положение очень скверное, – всеми силами стараясь скрыть нотки страха в голосе, произнесла Селестия. – Каунт Слейн, как много у продовольствия у нас осталось и как скоро ожидать голода? – Императрица, – осторожно начал Каунт, – боюсь… уже. Селестия с ненавистью посмотрела на аналитика. – В-в-в… селах и дерев-внях используют прошлогодние запасы. До весны они проживут. Но в городах… Полиция уже докладывает о беспорядках в магазинах. Полки стремительно пустеют. Население все силами пытается… – Скупить все, что можно, – неожиданно перебил докладчика один из стражей. – Императрица Селестия, я читал о подобной ситуации. Разрешите. – Если вы можете сообщить что-то дельное, – с нотками металла в голосе произнесла Селестия, указывая копытом на место докладчика. К тому времени Каунт успел шустро юркнуть на место. – Спасибо, Императрица, – гордо произнес жеребец, занимая место у трибуны. – В Пранции пару сотен лет назад прошла то ли эпидемия, то ли магическая атака. Доподлинно, увы, неизвестно. Но практически весь урожай, так или иначе, был непригоден к употреблению. Более того, все произошло в августе, когда урожай еще не успели собрать, а новый уже не вырастить. Помощи просить было не у кого. Отношения со всеми странами-соседями были очень напряженными. Спас Мэйн Соворус Четвертый. Он действовал быстро и решительно. По всем селами собрали всю еду, какую смогли найти и спрятали так надежно, насколько сумели. Я поднимал архивы, были отчеты об атаках, но складов было много и все хорошо охранялись. Враг, которого до того момента еще не вычислили не смог нанести сколь значительного ущерба. Выдачу тоже организовали так, чтобы одного пункта хватало на небольшое количество жителей. Тоже были случаи атак на пункты выдачи, но многочисленность оных и хорошая охрана также не позволили врагу нанести значительного ущерба. Также были организованы группы охотников и собирателей. Под неусыпным контролем армии они смогли пополнить запас провизии достаточно, чтобы население продержалось до следующего урожая. Да, были жертвы, хаос, неразбериха, множество преступлений, даже случаи каннибализма, но «Особые меры безопасности», какие, я так и не смог доискаться, судя по отчетам, помогли. А потом «враг» был вычислен и разбит. Какой, опять же, не указано. Селестия ободрительно кивнула, – хороший ход. Я смутно припоминаю, мы так и поступали в давние времена. С тех пор пони не знали голода почти девятьсот лет. – И еще… следует полностью запретить торговлю и бартер на любые съедобные продукты, – добавил лейтенант. Иначе… – Да как ты смеешь! Эквестрия… – не выдержал один из полковников, присутствовавших в тронном зале. – Довольно! – жестко прервала его Селестия. – Эта история в Пранции единственный годный пример, как справлялись со сложившейся ситуацией! Но если кто-то хочет предложить более лучший план, то прошу, – кобылка указала на трибуну, – выскажитесь. – Императрица Селестия, – выступил один из аналитиков, однако к трибуне выйти и заменить лейтенанта не решился, – нам не хватит наших припасов. По предварительным подсчетам, мы не дотянем до лета. Повисла гробовая тишина. – Лейтенант, вы что-то говорили об охоте, – первой нарушила молчание Селестия. Жеребец едва заметно съежился. – Я понимаю, вы еще молоды, но сейчас именно вы владеете информацией как никто другой. Я даю вам шанс. Соберите охотничьи группы и добудьте нам столько продовольствия, сколько сможете. Вам по силам ТАКАЯ задача? Лейтенант на секунду замер, обдумывая решение, – Да, Императрица, я смогу организовать охотничьи группы. Мне потребуются некоторые ресурсы, чтобы уберечь охотников от чейнджлингов. Нужно что-то, что могло бы распознать их. – Вы получите все необходимое. Зеро! За спиной Селестии появился невысокий, крепкий аликорн, облаченный в черный кожаный доспех, полностью закрывавший его от копыт до кончиков ушей. – Лейтенант. Как вас зовут? – Сворд Дэнс, Императрица. – Займись капитаном Свордом и позаботься об оснащении групп охотников. Нам пора использовать наши наработки в более широком спектре. – Есть, – холодно отозвался жеребец, направляя заклинание телепортации на новоиспеченного капитана. – Следуйте за мной. Яркая магическая вспышка озарила зал. – Теперь займемся не менее серьезной проблемой. Как вы уже знаете на юге империи, а именно в провинциях Хуффланд и Кунар образовалось движение мятежников. Пони недовольны нехваткой продовольствия, недавними поправками в законах и цитирую «Общим направлением в политике». Положение пока не критично, но мои информаторы говорят об обратном. В Хуффингтоне наблюдаются крупные формирования мятежников. Они хорошо вооружены и организованы. Чиновники всецело поддерживают бунт, по слухам, опасаясь расправы, особенно после показательной казни, но доказательств этой самой казни пока нет. Генерал Вазеркс, вашим разведчикам удалось что-нибудь выяснить? Жеребец без тени эмоций вышел к трибуне. – Так точно. Мятежники очень хорошо вооружены. Их возглавляют отставные или уволенные кадровые военные. В основном офицеры. Также очевиден факт хорошего финансирования. Мои разведчики полагают, что мятеж спонсируется крупными компаниями. И еще, резервный склад продовольствия и окрестные посевы Хуффингтона не пострадали. И… – Императрица Селестия, – перебил один из подручных генерала, – срочное донесение, – рог жеребца засиял, – разведка докладывает: улей Торакса уничтожен! Все до единого радужные чейнджлинги мертвы. – Мегазаклинание? – с нотками гнева спросила Селестия. – Нет, причины неизвестны. Какое-то… иное оружие. Все. – Спасибо. Продолжайте генерал, – немного отрешенно произнесла Селестия. – Разведка докладывает, Гелиополис переименован в «Лунную республику». Ее правительство проводит масштабную реорганизацию и перевооружение армии. – Вот ты где спряталась, – едва слышно проговорила Селестия. – Спасибо, генерал. Гласс Флейсер, прошу вас. Министр финансов вышел к трибуне. – Императрица Селестия, прошу отнестись с пониманием. Нам вновь пришлось понизить минимальный оклад труда. Война выжимает из империи все соки. Если что-то срочно не предпринять, то пони скоро будут работать за воздух. Учитывая ситуацию с продовольствием, я прошу всерьез рассмотреть два моих последних предложения, – угрюмо закончил жеребец. – Скверно, – устало обронила Селестия, – но другого выхода у нас нет. Зайдите ко мне сегодня вечером. Все свободны, кроме вас Генерал. – Итак, Императрица, – произнес генерал, когда пони, включая стражу, покинули тронный зал, – у меня всего две теории. Ни одна из них вам не понравиться. Селестия величаво спустилась с трона, кивнув на неприметный столик в углу. Генерал без единого лишнего движения направился к нему и, наплевав на этикет, первым занял одно из кресел. Селестия даже и не пыталась протестовать, а просто напитала магией скрытые руны, способные защитить от любой попытки подслушать разговор. – Две теории, – фыркнула Селестия. – Увы, – развел копытами генерал. – Первая, наименее неприятная: кто-то на высоком посту каким-то чудом нашел лазейку и вынес чертежи «носителя». Такого мы со временем обнаружим и, опять же, со временем, возможно, наши ученые разработают контрмеры. – Этого времени у нас нет! – отрезала Селестия. – Я понимаю, – спокойно продолжил генерал. – Но в этом случае будущие контрмеры окажутся эффективны, если мы вычислим утечку. Хотя, ее наличие крайне маловероятно. Меры безопасности в институте техномагии разработаны так, чтобы даже Кризалис не могла взглянуть на чертежи, а их похищение невозможно даже мной! А потому вторая теория более вероятна. Когда вы повысили меня до генерала, вы предупредили меня, чтобы я всегда учитывал некого Танадаара. – Я рада, что вы не забыли, – удовлетворенно кивнула Селестия. – Но, он не стал бы снабжать врага… Хм… Но это бессмысленно. У него нет армии чтобы… И что ему может дать Азган в обмен на технологию «носителей»? – Королев, – неожиданно для себя произнес генерал, – он мог обменять технологию на армию, которую скоро создаст. – А с ней… – Селестия задумалась. – Генерал, вы рассмотрели другие варианты? – Увы, да. Других вариантов просто нет. Единственный, кроме кражи – зыбкое предположение, что чейджлинги сами смогли изобрести «носители», но тогда Азган неизбежно должен был использовать против нас промежуточные разработки, а не ждать, когда мы сотрем его королевство в порошок. И потом, даже в случае с кражей, потребовалось бы время на создание десятков «носителей». Время, которого у них не оставалось. Мои аналитики считают, что это проделки Дискорда, но вы сами говорили… Селестия поднялась с лежанки и понуро отошла от стола. – Значит, я ошибалась. Он все это время терпеливо наблюдал за нами и искал момента ударить. Как же все… – кобылка со злости пнула попавшийся по пути стул, – достало! – Возможно, и другие невозможные до сегодняшнего дня теории тоже верны, – осторожно предположил генерал, – доклад вашей ученицей о темных магах, своенравность вашей магии, затаившиеся некроманты и даже проблемы Сомбры. Все это, включая якобы нейтралитет Дискорда и Танадаара могут быть звеньями одной цепи. – Дискорд действительно соблюдает нейтралитет, – не оборачиваясь пробормотала Селестия. – А вот Тан… Думаю, возрождение Алганэта его копыт дело. Возможно, он просто кукла Танадаара на троне Сумеречной империи. В любом случае, времени у нас не осталось. Я вынуждена действовать решительно! – Императрица? – непонимающе произнес Везаркс. – Я получила приглашение от Алганэта посетить Кристальный регион. Лично. В том самом смысле. Я собираюсь воспользоваться предложением. Генерал застыл с отвисшей челюстью. – Но!.. Это же!.. – Я все решила, генерал. Сделайте все, что будет необходимо для безопасности империи в мое отсутствие. А я… постараюсь заключить мир и исправить свои ошибки. Надеюсь, Сомбра поймет, что нам больше незачем воевать. Особенно, когда его империя вернется к нему. Вы свободны, генерал. Взгляд Селестии остекленел. Спустя миг тело аватары самостоятельно направилось к покоям. – Да хранит вас свет, – понуро обронил генерал.

***

Пухлая пачка денег отправилась внутрь столешницы. Альтазар недовольно заворчал. Он никогда не любил непредвиденные траты, особенно такие. Конечно, можно было приказать забыть о происшествии или даже убить управляющего и взвалить всю вину на него. Но просто заплатить было гораздо проще, а этот единорог, простак на вид, все уладит с пострадавшими жильцами. Через пару дней соседи снизу забудут скандал за круговоротом дел и забот, Лира протрезвеет и смирится с неожиданными новостями. Альтазар невольно улыбнулся. Приезд Твайлайт с детьми породил настоящий апокалипсис. Любящая жена, естественно кинулась на шею мужу, а потом… Пришлось объяснять Лире, зачем же ее воскресили и солгали. Лира с пониманием отнеслась к тому факту, что ее душа чуть не стала «главным блюдом» для Твайлайт и Альтазара, а также, что нужно было удостовериться в ее безумии, прежде чем пустить под нож. Но оказалось, Лира совершенно здорова, в том числе и разумом и душой, а потому ее решили оставить в живых. Эту информацию кобылка приняла с пониманием. Сильные неизбежно пожирают слабых, даже в столь развитом обществе как у пони. Изменилась только форма поглощения. Однако отпускать любимого в объятья лавандовой конкурентки ей никак не хотелось. Поняв, что сейчас ей Альтазара у Твайлайт не отбить, тем более, что жеребец уже позаботился об отдельной для нее квартире, этажом ниже, но все же «отдельной квартире, кобылка решила отступить в ресторан заливать горе, которое, как уверял официант, было залито смертельной для нормальной кобылки дозой алкоголя. Предчувствуя надвигающуюся бурю, Альтазар на всякий случай отправил Твайлайт с детьми во дворец. И очень вовремя! Лира разрушила иллюзию и расправила крылья. Официант, до этого только читавших в книгах ужасов, на что способны пьяные и убитые горем аликорны побледнел и с тихим писком «мама» залез под стол. Дальнейший катаклизм трудно описать. Утром пришлось многое восстанавливать, благо бригаду отделочников, Альтазар вызвал еще ночью. Разбуженный бригадир немного поворчал, но обещал прибыть вовремя. Сам ресторан, холл, пару лестниц уже ремонтировали. Десяток писем с извинениями Альтазар уже разнес. Управляющий заверял, что все уладит с наиболее оскорбленными поведением разбушевавшейся кобылки. Раненные уже получили качественную медицинскую помощь в лучшей клинике Кристального региона. Оставалось сделать две вещи: Первая проблема сейчас мирно обнимала тазик и мечтала о глотке живительной минералки. Вторая проблема была чуть серьезнее. Оба лейтианских тела как раз во время зарождавшегося апокалипсиса дали сбой. Магические ядра едва не вышли из-под контроля, и чтобы скандал не закончился банальным взрывом, Альтазару пришлось срочно сначала переселить Лиру в ее старое тело, а затем и самому оставить могучее тело лейтианца. Переселяться назад в «костяшку», увешанную доспехами, не хотелось. Благо на случай подобного сбоя было подготовлено тело аликорна. Коротко поблагодарив управляющего, Альтазар направился к Лире.

***

Страдающий тяжелейшим похмельем аликорн – картина жуткая. Оплывшая мордочка, безвольно лежащие крылья, немного выцветшая шерстка от пережитого стресса и изрядной порции алкоголя, который негативно воздействует, в том числе, и на магическое ядро… Но когда похмелье сочетается с полным набором отравления «любовными напитками», а ресторан внизу как раз славился коктейлями из вина и возбуждающего, жертва подобный потрясений выглядит по-настоящему ужасно. Лира желала в центре залы в обнимку с тазом, слава богу, чистым, положив голову в оный предмет. Сильного погрома не наблюдалось, но с первого взгляда ясно, что кобылка под действием возбуждающего усугубленного алкогольным отравлением ползала по всей комнате, стараясь найти то самое место, где можно свернуться клубочком и уснуть, но муки будто ожили и преследовали кобылку повсюду. Альтазар невольно покачал головой. Твайлайт однажды перебрала обоими напитками, но он смог подарить ей покой. И даже тогда кобылке было нелегко. – Не надо так громко топать, – со стоном произнесла Лира. – Плохо? – с толикой осуждения в голосе произнес Альтазар. В ответ Лира простонала нечто нечленораздельное и крепче вцепилась в тазик. – Тебя не заставляли вчера выжирать весь бар, – спокойно ответил жеребец. – А потом еще заливаться «любовными нектарами». На что ты надеялась? Лира с трудом повернула голову. – Вот на это, – ответила кобылка, постучав копытом по тазику. – Мда. Гениально, – фыркнул Альтараз. Лира застонала вновь. – Ну не ори только! – помычала кобылка. – Ладно. Думаю, я позже зайду. – Нет, постой, – Лира переползла, что мордочка в тазике смотрела на жеребца. – Меня почти отпустил «любовный напиток». Напитки… Я собиралась поспать. Скажи, я… много натвори-ла? П-прости меня. – Я все уладил. Ничего страшного не произошло. Лира вновь уткнулась в тазик. – Прости меня, – с трудом проговорила кобылка. – Но… Почему, – Лира впилась злобным взглядом в жеребца. – Почему ты мне соврал?! Почему?! Жеребец лег напротив кобылки. – Я думал, ты не изменилась. Прости, но ты не должна была сбежать. Лира захныкала. – Ненавижу! Ненавижу!!! Я убью ее!!! За все, что она сделала со мной!!! – Кобылка вытерла слезы. – Ты ведь, все еще работаешь на нее?! – Ах, вот ты о ком. Нет. Мы с Твайлайт бежали, едва выдалась такая возможность. Говорят, Селестия долго бесилась… – Так ей и надо, – буркнула Лира, уронив голову в тазик. – Пожалуй, я заду завтра. Тебе что-нибудь нужно? Скажи… – Жеребец, иначе, – Лира с трудом поднялась на ноги, – я от этих зелий… – Я пришлю, – едва заметно попятившись, быстро ответил Альтазар. – И без разговоров. Я не останусь. Альтазар немедля телепортировался. – Мне все равно нужен только один, – прошептала Лира в пустоту.

***

Вернувшись домой, Альтазар застал весьма пикантную картину. Поскольку дети уже второй час грызли гранит науки, а муж с утра убежал по делам, Твайлайт позволила себе с головой погрузиться в эксперимент с собственным телом. Перевоплотившись в человека, девушка стояла нагишом перед зеркалом, накладывая на тело магические руны. То и дело на теле появлялся прозрачный причудливый наряд, сотканный из чистой магии. Пару секунд Твайлайт любовалась своим творением, затем создавала нечто новое. – Ого! А я ведь велел не проказничать, – вожделенно глядя на девушку, произнес Альтазар. Твайлайт пронзительно вскрикнула и инстинктивно юркнула за зеркало. – Ну-у-у… я тут, – девушка перевоплотилась в кобылку, – ничего особенного, – покраснев оборонила Твайлайт. – Да-да, кому ты рассказываешь. Твайлайт покраснела еще больше. – Похоже, тебе придется меня наказать, – обольстительно произнесла кобылка, – опять… – Придется. Однако, – Альтазар отодвинул магией зеркало и оценивающе оглядел кобылку, – провинилась ты будучи человеком. А это значит, – жеребец окутал себя заклинанием, преобразив себя в статного мужчину не обремененного одеждой, – наказывать тебя придется в теле женщины. Твайлайт застенчиво отступила за зеркало и преобразилась в женщину. – Как пожелаешь, мой господин, – застенчиво подмигнув из-за зеркала, произнесла Твайлайт.

***

Альтазар направил легкий поток прохладного воздуха на обнаженную спину возлюбленной. Твайлайт игриво улыбнулась и спряталась от магического бриза под одеялом. Мягко, как кошка, девушка скользнула в объятья Альтазара. – Это было на редкость чудесно, – прошептала девушка и страстно поцеловала мужчину. Руки мужчины заскользили по телу девушки, явно намекая на продолжение. Несколько мгновений Твайлайт отвечала, полностью отдавшись ласкам, но очень скоро ловко выскользнула из объятий любимого. – Ну-у-у, – недовольно потянул Альтазар, – а все так хорошо начиналось. – Еще всего, – Твайлайт мельком взглянула на часы, – час дня! – воскликнула девушка, немедленно вскакивая с кровати и перевоплощаясь в аликорна. – Мне надо быть в Шрауздане через десять минут! Альтазар довольно потянулся, выгибаясь всем телом, – а ты не забыла тот факт, что ты императрица и, в целом, можешь отменить, перенести встречу. Граангорн подождет, поймет и простит. Путь только попробует не простить! Только подумай… – Уже подумала, – с толикой осуждения в голосе бросила Твайлайт, надевая регалии, – мне предстоит куча дел, которые я и так откладывала, а в четыре мы с детьми идем в кино. – Твайлайт посерьезнела, – только не заработайся! Мы почти две недели не виделись из-за твоих экспериментов с новыми телами, проведи этот день с детьми. Альтазар не без сожаления сполз с кровати, перевоплощаясь в жеребца. – Но вечером, когда наши маленькие разбойники и разбойницы… – А в восемь я встречаюсь с Эпплджэк, – виновато перебила Твайлайт. – Нам, девочкам, пора многое обсудить и… прояснить кое-что. Да и остальные… – Ладно. Я понял, – буркнул Альтазар. Твайлайт неожиданно крепко поцеловала жеребца, – но к полуночи я вся твоя. – Ага, я вот так сразу поверил, что ты так просто выберешься из клубка зме… то есть подруги тебя так просто отпус… ай! За ухо кусаться не честно! – Еще как честно! – игриво парировала Твайлайт, заодно щелкнув телекинезом по крупу жеребца и заодно телепортировалась, прежде чем, жеребец смог чем-то ответить. – Ох, ну я тебе ночью устрою, – едва не замурлыкав от удовольствия, произнес Альтазар. Наспех причесавшись, вернее, еще больше взлохматив гриву магией, жеребец направился в прихожую. Мелодичный звон заставил вздрогнуть мага. – «Как вовремя! Ни минуты свободного времени», – недовольно подумал жеребец, отвечая, – войдите. Дверь, повинуясь приказу, распахнулась. – И почему я не удивлен? – без тени эмоций произнес Денис, так же без тени эмоций и, не дожидаясь приглашения, зайдя внутрь. Пару секунд Альтазар медлил, затем, не шелохнувшись, захлопнул магией дверь. – Ну, привет, – улыбнувшись, произнес Альтазар. – Как тебе мое жилище? Проходи сразу в зал. – Роскошно, красиво и ожидаемо, – кивнув в знак согласия, ответил Денис. – Все же мы давненько дружим. Хотя, многое поменялось, но… – жеребец мимолетно, но придирчиво огляделся, – похоже, ты ни сколько не изменился, – чуть повеселев, даже с нотками облегчения в голосе продолжил Денис. – Я забегаю вперед, но думается, Сумеречная империя получила достойного императора. Я прав? – Зависит от точки зрения – гордо ответил Альтазар. – Там пришлось кое-что… эм-м-м… подправить. Пару голов с плеч убрать. – Но ведь все в итоге согласились, – с иронией добавил Денис. – Но, я тут не за тем. У нас серьезная проблема, которая требует немедленного решения, – мгновенно посерьезнев, произнес жеребец. – Твой ученый, которого ты поставил следить за реактором… как бы помягче, несколько некомпетентен. Альтазар замер в нелепой позе. – В каком смысле? Агре... – В прямом! И на полном серьезе. Я говорил, чтобы он мне оставил допуск на время, пока я ему по всем правилам передам реактор, но тот даже не хотел слушать. Просто вызвал Гаратара и выдворил меня. Кстати, Гаратар что-то там возразил, но Агрефолл ничего не хотел слушать и все мнил себя великим ученым. Короче меня выдворили. А уже сегодня я узнаю, что этот неуч едва не расплавил второй заборный колодец! Это происшествие не повлияло на работу «ядра», но еще позавчера все работало как часы пока… – И ты еще здесь? – недоуменно произнес Альтазар. – Быстро к реактору! Считай, доступ у тебя есть, а Агрефолла нет. Как исправишь, сообщи. – Жеребец создал заклинание магической связи. – Гаратар! Что с реактором, докладывай немедленно! – Император, простите меня. Мне следовало… – Выгони Агрефолла! И предоставь полный доступ… Характерное завывание сигнала тревоги Шрауздана беспощадно ворвалось в сознание Альтазара, едва не разрушив магическую связь с драконидом. Перед глазами Альтазара предстало сердце станции. Кристаллическое ядро, содержащее колоссальное количество энергии и нападавших. Двое высоких гуманоидов старательно крепили прямо на защитное поле небольшой объект размером с ладонь человека. Повсюду лежали трупы убитых ученых, операторов, охранников. Картина резко сменилась. Перед глазами предстал план станции и несколько овальных красных точек, обозначавших порталы. – Мой повелитель? – ожидая приказа, спросил Гаратар. – Предоставь доступ Денису и его команде ученых. Арестуй Агрефолла и проследи, чтобы никто из нашей команды ученых не покинул город. Усиль охрану реактора и Кристального сердца. Шраузадн атакован. И, возможно, это не совпадение. Исполняй! Альтазар резко оборвал связь.

***

Шрауздан – гигантский город-лаборатория ушедшей в века расы аликорнов. Десятки ярусов, уходящие вниз, глубоко под землю, недвусмысленно намекали о его величии и значимости в былые времена. Даже сейчас, когда Шрауздан стал центром управления немного немало половины планеты, Альтазар использовал лишь четверть помещений, и то, по большей части, использовались каюты и казармы в качестве дома для созданных созданий, стражи и гайзуров, а также складские помещения, которые, по мнению Дискорда, заполнялись ненужным хламом. Едва Альтазар появился перед входом, коим служила неприметная дверь, ведущая в «блок транспортировки» или попросту телепорт, однако способный послужить и обычным лифтом, на него напали десятки ледяных элементалей. Грозные, высокие трехногие существа, напоминающие гигантского шимпанзе. Когтистые руки, увенчанные острыми как бритва когтями с невероятной скоростью приближались к жеребцу, не забывая то и дело прыгать из стороны в сторону, дабы не попасть под разрушительное заклинание. Альтазар не стал мешкать. Когда первое из двух десятков трехметровое чудище приблизилось к жеребцу, он просто телепортировался прямо к двери в «блок» и активировал механизм защиты. Турели у входа были уже уничтожены, но хитроумная защита была рассчитана на подобный случай. Система выдвинула еще две турели, стреляющие мощными магическими снарядами. Альтазар беспристрастно шагнул в вежливо открывшуюся дверь. Когда оная закрылась, ледяные твари были уже уничтожены. Жеребец без тени эмоций вдавил кнопку «пуск». Огромный зал, служивший подобием гостиной, городской площадью, большим залом для конференций и, в прошлом, распределяющим пунктом телепортации встретил жеребца ожесточенным боем, который уже начал перерастать в кровавую баню. Пол, стены и даже потолок были изрядно забрызганы кровью. Кое-где со светильником свисали кишки и изорванные клочья куски мяса. Пол был залит водой уничтоженных ледяных элементалей, что делало общую картину еще более кровавой. А тем временем бой продолжался и не собирался утихать. Демоны, дракониды, гайзуры, зебры и ламы отчаянно бились с ледяными элементалями, уродливыми безкожими монстрами, казалось, сшитыми из кусков мяса и, неожиданно, людьми, облаченными в латные доспехи. Последние казались наиболее сильными. Они умело разили мечом и магией, предпочитая школу магии льда и некромантию. К обеим сторонам постоянно прибывали подкрепления. Трезво поразмыслив, Альтазар решил не ввязываться в бой. Жеребец быстро нашел себе укрытие и влился в местную магическую систему связи. Доклады один за другим буквально посыпались в голову жеребца. Дела, на удивление, были не столь плачевны. Массированная атака удивительно стойких ледяных и мясных созданий увенчалась успехом, но уже вскоре захлебнулась. Нападающие успели захватить только два холла из двенадцати и уже сейчас постепенно сдавали позиции. Доступ к реакторному залу и центру управления противник получил лишь на пару минут, а потому реактор остался цел. Твайлайт в безопасности, сидит в недрах комплекса и даже передает «привет». Жеребец приободрился и, послав послание Твайлайт в ответ, влился в бой. Кровь, вода, осколки льда и уничтоженная аппаратура, все смешалось в омерзительную массу в бесконечных лабиринтах Шрауздана. Ожесточенный бой в «транспортном зале» перешел в узкие коридоры, где защитники станции чувствовали себя куда увереннее, нежели в открытом транспортном узле. Гайзуры то и дело открывали теневые колодцы в темных уголках комнат, лабораторий и кают и атаковали противника с тыла, а могучие дракониды легко расправлялись с неповоротливыми ледяными големами в узких для последних проходах. Но атакующие и не собирались сдаваться. Обе стороны сражались с переменным успехом. Природа големов брала свое. Они бесстрашно жертвовали собой, лишь бы нанести смертельный удар и зачастую с очередным уничтоженным ледяным или мясным чудищем погибал кто-то из могучих драконидов. Даже когда Альтазар переселился в тело, специально созданное для тяжелых боев. Могучий покрытый тяжелыми латами из прочнейших материалов скелет, которую чужда боль, усталость и милосердие, безжалостно прорубал путь к четвертому транспортному узлу. Врагам, казалось, нет числа, но Альтазару было плевать. Умелые выпады, контрудары, заклинания и вовремя активированные защитные турели, которые скрывались в недрах стен, собирали щедрую мрачную жатву, но все равно враги продолжали наступать. И это стало роковой ошибкой. Альтазар позволил себе остановиться только тогда, когда заклинание связи ворвалось в его сознание, едва не заглушив все вокруг. Отбившись от очередного голема, Альтазар отступил от напирающей волны врагов. Последние, к слову, начали напирать еще сильнее, будто стремясь как можно быстрее умереть. Скелет огляделся. Сквозь хруст ломающегося льда и звуки разрываемой послышалось завывание сирены. Альтазар послал импульс по связи, «непонимаю». Внезапно сиротливое мяуканье сирены стало тяжелым, грузным, нагнетающим опасность. Все вокруг внезапно показалось каким-то неправильным. Город, который служил домом без малого десять лет, неожиданно стал… Альтазар на секунду задумался: где-то на задворках сознания мелькнул образ извергающегося вулкана, а он сам как раз стоит неподалеку от жерла. Прогнав видение Альтазар разбил очередного голема, который, подобно камикадзе, шел в атаку на несокрушимого врага. – «КАМИКАДЗЕ! ДА ОНИ ЖЕ ЖЕРТВУЮ СОБОЙ, ЧТОБЫ ОТВЛЕЧЬ МЕНЯ!» Боевой раж моментально улетучился, когда завывание серены стали еще более тяжелыми и грузными, перерастающими в гул. В памяти скелета всплыло, что такое предупреждение могло быть только в одном случае: если городу грозило тотальное и практически неминуемое уничтожение. Наотмашь отбившись от очередного голема, Альтазар попытался телепортироваться. Безуспешно. Окутав себя магией, Император что есть силы побежал вперед, вскоре оставив големов далеко позади. Коридоры, залитые водой и кровью, залы и просторные развилки сменяли друг друга, будто в калейдоскопе на столь бешеной скорости. Пару раз он налетал на обломки оборудования или почти целого голема, но защита держалась. Кое-где попадались раненые, один из драконидов даже пытался встать, но сигнал тревоги «нулевого уровня» гнал лича вперед. Неизвестно сколько оставалось и что случилось, а главное, что должно произойти с городом. Поминутно пытаясь телепортироваться или хотя бы создать магическую связь, которая тоже ни с того ни с сего упорно отказывалась работать, Альтазар со всех ног бежал к залу управления, где можно было и эвакуироваться, и, если это еще возможно, предотвратить катастрофу. На следующей развилке мощный удар пробил магическую защиту вместе с доспехом и сбил лича с ног, пребольно, что удивило еще больше, ударило о стену. Альтазар с трудом поднял голову. Сознание отчаянно цеплялось за реальность, дабы не провалиться в пустоту, все тело, что опять же удивительно, ныло от нестерпимой боли, взгляд отказывался фокусироваться на черной размытой фигуре высокого Аликорна. – А за тобой пришлось побегать, – самодовольно произнесла фигура с нотками властности в голосе, – я ожидал тебя встретить раньше, но, – незнакомец чуть ли не гарцуя, подошел ближе, – ты оказался быстрее. Что это за заклинание? Расскажешь, пока у тебя есть такая возможность? – Пошел ты, – с трудом прохрипел Альтазар, – кем бы ты там ни был. – Ах да, я и забыл. Тебе же больно, – не скрывая издевки в голосе, произнес незнакомец. – Это же ведь немного больно, но не время об этом. Разглядеть, что именно взял магией Аликорн, не представлялось возможным, а потому, превозмогая чудовищную боль, Альтазар окутал себя магией и на скорости врезался в жеребца, сбив последнего с ног. Заклинание «ускорения» протащило почти потерявшего сознание лич еще добрых пятьдесят метров, и только потом позволило без сил упасть на пол. За спиной раздался приглушенный взрыв и отзвук рушащейся конструкции. Выяснять, что это было и что там сломалось, не было ни времени, ни желания. Промедлив еще секунду, Лич собрал остатки своей воли и с новыми силами ринулся вперед. На этот раз приступ боли был куда слабее, но заклинание «ускорение» удалось создать только со второй попытки. За спиной прогремел второй взрыв, но более отчетливо. Альтазар облегченно вздохнул, плевать что физиология тела не позволяла.: осознавать что взрывы за спиной – это отчаянная пальба, а не начало уничтожения города было… За мыслями лич не заметил, как впереди показалась массивная раздвижная дверь, за которым скрывался вход в центр управления. Мысль – «Мда, кто бы мог подумать, что «Ускорение» стоит практиковать, чтобы потом двери и столбы по пути не собирать своим лицо» – Альтазар обдумывал уже на полу. Внезапно прогремевший у самого уха взрыв подкинул в воздух лича. Чертыхнувшись про себя, Альтазар дождался приземления, как оказалось в лифт. Дверь, которую он протаранил несколько секунд назад, была почему-то открыта. Не теряя больше ни секунды на удивление, а также попытки завязать бой аликорну с оружием, которое без помощи магии света каким-то чудом причиняет личу боль, Альтазар отдал команду «телепортации». К счастью, внутренняя сеть перемещения до сих пор работала, игнорируя наложенное заклинание «блокировки». Через секунду лич стоял в центре управления. Крики, хаос, паника… Все это команда операторов и ученых умудрялась проделывать сидя в креслах у постов. Кто-то ловко орудовал пальцами, кто-то управлялся копытами с манипулятором-шаром, но судя по окрикам «безнадежно», которые повторялись все чаще и чаще, катастрофы было уже не избежать. Альтазар перевел взгляд на огромный экран в половину стены. Небольшая комната была усеяна всевозможными кристаллами. Создавалось впечатление, будто, камера стояла в какой-то пещере, но нет. Кристаллы росли на гладком полу активной зоны, сливаясь в единый причудливый кристалл, сияющий алыми и желтыми оттенками. Между самыми крошечными кристаллами то и дело вспыхивали молнии, проходя через черную сферу по центру комнаты. Все было, как и в прошлый раз, когда Альтазар впервые увидел реактор за одним исключением. Воздух в комнате заметно дрожал, что могло означать только одно: температура давно зашкаливала, а молний становилось все больше и больше, и постепенно кристаллы начали разрушаться, высвобождая колоссальное количество энергии. – Насколько все плохо? – громко спросил Альтазар. – Сколько у нас времени? – Минуты две. Потом реакция выйдет из-под контроля. Спасти город не удастся, – ответил один из операторов-гайзуров. – Телепорт готов, – холодным голосом ответила голограмма седого аликорна. – Я готов к процедуре затопления, чтобы избежать взрыва. – Тогда начинайте, – чуть помедлив, с горечью в голосе произнес Альтазар. Все операторы и ученые тут же исчезли. – Все жители, до последнего эвакуированы. И помните, Альтазар, – с грустью в голосе произнес аликорн. – потеря Шаурздана серьезна. Дискорду придется задержаться. Он просил передать: «Не отдавайте ЕМУ планету». Прощайте. Мир в одно мгновение изменился. Перед глазами лича предстали серые стены бункера, расположенного далеко от умирающего города. Альтазар огляделся. Вокруг никого. – «Оно и к лучшему», – подумал лич, магией включая одинокий монитор на стене. На экране появилось изображение горы, густо покрытой ельником. Выше лес редел, оставляя место голым скалам, а в последствие и снегу. Пик украшала роскошная снежная шапка. Несколько секунд ничего не происходило. Пожар вспыхнул неожиданно, объяв сразу весь лес адским огнем. Снежная шапка стремительно таяла, обрушивая потоки воды в адский котел, где она мгновенно испарялась на раскрасневшемся камне. Гора дрогнула и начала проваливаться сама в себя. Пар и дым затмили все. Умная система переключила изображение в инфракрасный спектр. Альтазар молча наблюдал, как гора плавиться, подобно мороженому в раскаленной духовке. Расплавленный камень растекался адской волне, поглощая все на своем пути. Реки бушующей магмы волнами захлестывали соседние горы. Благо места были безлюдны. Вскоре вместо горы осталось бушующее озеро расплавленного камня. Затем где-то в его недрах что-то взорвалось. Гигантские капли магмы взмыли в ввысь на километровую высоту. Альтазар на миг задумался о немыслимом пожаре, который должен вот-вот разыграться, но на сотни километров вокруг не было ни единой живой души. Тем временем озеро немного успокоилось. Магма чуть остыла, образовав плотины в узких проходах. Дым начал рассеваться, явив миру огромное озеро магмы, которое не остынет еще очень долго.

***

Магический экран беззвучно, погас поглотив огненное озеро, вместе с клубами дыма и падающим пеплом. Белоснежная аликорнша отвела взгляд с опустевшего места. Она знала о Шрауздане. Именно там она впервые познакомилась с Дискордом, увидела его настоящий облик в минуту его слабости. Последнюю за полторы с лишним тысячи лет. А потом… Болезненные воспоминания нахлынули на кобылку. Правительницу могущественной империи, но все еще кобылку, которой хочется побыть любимой и защищенной. Селестия с трудом заставила себя подняться с мягкой пелены из крошечных магических шариков и вернуться на бесконечную тропу. Островок, на котором сидела Императрица, медленно перетекал назад, сливаясь с дорожкой, уступив место бесконечной пустоте космоса. Селестия шумно вздохнула. Это был ее мир, но он, как и остальные «Аркохи» все видов и форм, принадлежал Эквестрии. Здесь не спрятаться, не убежать от насущных проблем. Однажды придется выйти и принять суровую действительность. Злобный смешок прокатился по бесконечной пустоте космоса. – «Ты знаешь! Знаешь, что я смотрела! И… ты ответишь за это!» Селестия усилила защиту своего мира, надежно отгородившись от пришельца. Больше никто ее не тревожил, возможно, даже и не пытался. Аликорнша болезненно скривилась. Он ее дождется и даже даст время свыкнуться с потерей, но, потом, все равно заявиться. Селестия силой заставила себя не думать ни о Танадааре, ни о грядущем. Просто остаться тут. Прошла минута, за не другая… Постепенно разум кобылки просветлел, очистился, стал ровным, словно гладь океана. Один за другим Селестия формировала образы ее учеников. В прошлом их было не в пример больше. Десятки жеребцов и кобылок появлялись по краям тропы. – «Почему?! Почему я не решилась тогда?! Мне вас так не хватает…» Селестия разрыдалась. Живые фотографии медленно поплыли мимо кобылки. Все, все они давно мертвы. Но практически все ее ученики прожили счастливую жизнь. Даже те, кому не посчастливилось уйти рано, оставляли письма. Вайт Лейнс, милая белоснежная единорожка, так напоминала Селестии ее саму в детстве. Она умирала долго и мучительно на ее копытах. И даже тогда она говорила, что поступила бы также, дай ей возможность сделать выбор заново. А ей было всего шестнадцать. Селестия налила ее фотографию магией света. – Я не прощу Вайт. Он ответит за то, что сделал с тобой. – Вы же знаете, что вам нельзя, – как всегда ответила на мгновение ожившая Вайт. Селестия отвернулась. Это были последние слова самой милой, храброй и чуточку наивной кобылки. Боль пронзила душу аликоршни. Фотографий после Вайт оставалось немного. После нее было всего шесть учениц. Селестия напитала магией фото Сансет. – Вы же знаете, какова цена, – произнесла ожившая на миг Сансет. Селестия понуро опустила голову. Она слишком хорошо знала о цене. – Нет! Ты меня не остановишь! Теперь ты точно меня не остановишь! И я знаю, что я буду делать! – в гневе прокричала Селестия.