Незабываемые каникулы

Гермиона не поверила свои ушам. Забрать? У неё? Нет, этого просто не может быть. Она же ничего не совершала, и, видно, профессор Амбридж просто перепутала её с кем-то. Почему все подозрения пали именно на Гермиону? Разве профессор МакГонагалл не догадывается, что практически все шалости совершаются близнецами? И почему она поверила Амбридж, в её столь глупое утверждение? Вопросов у Гермионы было множество, но она не смогла выдавить из себя ни слова. Руки затряслись, а голос предательски задрожал, как будто Гермиона действительно в чём-то виновата. — Этого просто не может быть, профессор… — Сначала я тоже не поверила в вашу виновность, — грустно улыбнулась Минерва, протягивая руку за значком, который Гермиона судорожно теребила в руках. — Честно говоря, я профессору Амбридж вообще не доверяю, но она предоставила свидетеля, который отчётливо видел, как именно вы подложили ей эти конфеты. — Я ничего не подкладывала, а тем более свидетель… Нет, нет! Вы просто не можете этого сделать! — казалось, что Гермиона прямо сейчас начнёт плакать. Она не могла поверить в случившееся. — Единственное, что вас может спасти, мисс Грейнджер, это то, что вам известно имя того, кто может быть действительно причастен к этому. Да, я понимаю, — МакГонагалл забрала у Гермионы значок и положила перед собой, — бывали «шутки» и похуже, чем небольшое отравление учителя, но всё же вы — староста и поэтому вам просто недопустимо проделывать что-то подобное. — Как вы поверили в мою вину, профессор? Нет, нет, я… — Уже довольно поздно, отправляйтесь к себе в гостиную. Завтра поговорим ещё раз и, может быть, тогда всё разъяснится. Гермиона выбежала из класса. Что за напасть такая? Она, конечно же, могла признаться, что всё совершили ненавистные близнецы, но как она после этого посмотрит в глаза Рону, братьев которого она предала бы? Она никогда не уделяла много внимания общению с Фредом и Джорджем, но если бы она так поступила общение и вовсе прекратилось бы. Размышляя, Гермиона бежала по коридорам Хогвартса, и вдруг на неё накатил приступ гнева. Как она посмотрит им в глаза? Да, почему это её вообще волнует! Как ОНИ будут смотреть на неё? Лишиться значка старосты! Что за позор! Гермиона вбежала в гостиную Гриффиндора, где её дожидались друзья. Она тут же направилась в девчачью спальню, но по пути обернулась на близнецов: — Я вас ненавижу, — прокричала она, вытирая слёзы. Она никогда не плакала на глазах других людей и поэтому уже через несколько секунд девушка свалилась на свою кровать от слабости и бессилия, распластав по всем подушкам свои кудрявые волосы. К счастью, в комнате не оказалось ни одной девочки, ведь все разъехались на эти злосчастные каникулы, и Гермиона могла дать волю слезам. — Почему я? — в это же время в гостиной Гриффиндора спрашивал Фред своего брата, который рукой толкал его в спину. — Мне при всех говорить, почему ТЫ? — разозлился Джордж, толкнув брата со всей силой. Через минуту Фред оказался в спальне, в которой на одной из кроватей лежала Гермиона, уткнувшись в подушку. Девушка не обращала внимания на вошедшего Фреда — ей было уже абсолютно все равно, кто и когда сюда войдёт. Она не стала оборачиваться на него и не стала даже думать о том, как ему удалось пробраться в спальню девочек, ведь, как всем известно, на ступеньки наложено специально заклинание, через которое вряд ли кто-то из мальчиков мог пройти. — Гермиона…, — Фред подошёл к девушке, но та неожиданно вскочила с кровати так, что парень резко отпрянул. — Значок… Старосты… Всё из-за вас! — говорила Гермиона подходя ближе к Фреду и попутно вытирая слёзы. Уже через секунду она била его кулаками по груди, истерично повторяя, — ненавижу, ненавижу, ненавижу! Неожиданно парень откинул девушку и она упала на кровать.  — Успокойся! — неожиданно для себя прокричал Фред, а Гермиона замолчала. — Если ты объяснишь, что произошло, мы обязательно сможем тебе помочь, — он сделал ударение на слове «обязательно», давая понять, что хотел бы загладить свою вину, хотя пока слабо понимал какую-именно. Но девушка не слушала его, отчаянно повторяя слово «ненавижу». Фред тут же вспомнил первые слова Гермионы и, покачав головой, выбежал из комнаты. Гермиона снова уткнулась в подушку, мокрую от слез, и не заметно для самой себя уснула. Ей снилось что-то непонятное, расплывчатое, совершенно не связанное с её образовавшейся проблемой. Что-то мрачное, с кирпичными стенами, готовыми разрушиться каждую секунду. Будь то подвал или какое-то заброшенное здание, в любом случае здесь было совершенно неприятно находится. Едкий запах, пусть даже во сне, заставил Гермиону резко подняться с кровати. Яркое утреннее солнце слепило глаза, и Гермиона зажмурилась, снова упав на кровать. Мокрая подушка напомнила ей о вчерашнем вечере, но плакать ей уже не хотелось. Она вспомнила, как Фред видел её заплаканной, как она била его кулаками и немного поразмыслила над произошедшем. Следовало бы всё немедленно рассказать друзьям. Как ни странно, когда она выбежала в гостиную Гриффиндора, друзья уже ждали её практически в полном составе. — Я вчера, — тут же хотела начать оправдываться Гермиона, как вдруг Рон перебил её. — Твой значок старосты… Нам очень жаль, Гермиона. Но нас интересует пока что не это… «Как не это? И как они узнали о значке… Я так сильно кричала на Фреда?» — подумала Гермиона, а Джинни, будто прочитав её мысли, немного приподнялась с дивана, заглядывая в глаза подруге. — Можно поинтересоваться, что ты вчера сказала Фреду? — Сказала Фреду…, — повторила Гермиона и задумалась. — Он вылетел из комнаты, как сумасшедший, сорвавшийся с цепи, — начал говорить Гарри, а Гермиона осмотрела гостиную. Близнецов в ней не оказалось. — Резко схватил за руку Джорджа, — продолжила Джинни, — и они унеслись прочь из гостиной. — После вчерашнего вечера они тут больше не появлялись, — закончил Рон и тяжело вздохнул. В голове Гермионы всё перемешалось. Ничего не понимая, она медленно присела на кресло и тут же вскочила. — Я… Я не помню, но… Гермиона вспомнила ту книгу, которую читала на протяжении последних дней и почему-то решила, что она сможет ей помочь. Что-то было здесь явно не так и Гермиона это чувствовала. — Может они пошли каким-то образом тебя спасать, если ты рассказала им про значок, — предположила Джинни, поглаживая рукой Живоглота. — Но как… Каким образом они могут меня спасти… Ещё немного логически подумав над всем случившимся, Гермиона ахнула! Она сразу поняла, почему именно книга о всех кабинетах и об их предназначении в прошлом может ей помочь! Она не думала, что близнецы способны что-то такое сделать, чтобы Амбридж действительно сильно разозлилась, но это был единственный вариант на данный момент. Она проверила свою волшебную палочку в заднем кармане джинсов, которые успела надеть ещё перед тем, как придти в гостиную, и выбежала из комнаты, решив пока ничего не объяснять друзьям. Она бежала по ступенькам всё ниже и ниже, заглянула в Большой зал, в котором, как она и предполагала, не оказалось Амбридж, и, наконец, подошла к старой деревянной двери в подземелье. Оттуда не доносилось никаких звуков, хотя там, вероятно, мог кто-то находиться. Именно здесь, если верить той книге, в далёкие древние времена располагалась страшная комната. Дверь была заперта, но при помощи волшебной палочки Гермиона ворвалась в комнату, о которой даже не хотелось бы упоминать. Комнату пыток. Войдя туда, Гермиона опешила, ведь именно этот подвал снился ей: такие же стены, ужасный запах, а с потолка капает что-то непонятное, от чего хочется сбежать и никогда не возвращаться… Этот сон оказался вещим, что ещё более устрашило Гермиону. Но её удивление достигло своего пика, когда девушка увидела, что в дальнем углу комнаты привязанные веревками к стульям сидели… Близнецы.