Дурные привычки и прочие неприятности

Убежище Флетчера почти не отличалось от комнаты, в которой я нашел Рона. Разве что было почище и попросторней, да и мебели было побольше. Только дверь номера на втором этаже мрачной гостиницы была замаскирована не хуже, чем проход в Тайную комнату. Рону потребовалось не меньше пяти минут, чтобы вымерить шагами длинный коридор и, остановившись напротив пустой стены, прошептать слова пароля. Стена стала чуть шире, явив нашим глазам перекошенную дверь. — Мунди, открывай, старый хрыч, есть дело, — забарабанил в дверь Рон. Я, понаблюдав за отсутствием результатов, присоединился. Из соседних номеров начали высовываться любопытствующие. — Мунди, я вынесу дверь к хренам фестраловым, — завывал Рон. — У меня информация, которая стоит целого состояния. Мелодия из щелчков и позвякиваний железок возвестила, что аргумент был услышан. — Прошу, — посторонился Рон. — Постарайся не зашибить. Мне с ним еще дела вести. Я вытащил палочку и, не церемонясь, запустил Петрификус в образовавшуюся щель. — Салют, Флетчер, — поприветствовал я старого знакомого, лежащего у порога в задранной сорочке и ночном колпаке. — Помнишь меня? Еще бы не помнил. Сейчас я сниму заклятье, и ты ответишь мне на пару вопросов. Но прежде хочу тебя предупредить. Возможно ты не в курсе, но дом на Гримаулд теперь принадлежит семейству Малфоев. Будет весьма забавно наблюдать, как Люциус кинется искать сотни драгоценных артефактов, канувших неизвестно куда. Не исключено, некто, скажем я, припомнит, кто принял непосредственное участие в их исчезновении. Мундунгус едва заметно дернул правым глазом. — Да, история может получиться малоприятная, — заметил я, обращаясь к Рону. — Еще бы, — согласно закивал он. — Я сам только сегодня узнал об этом. Я прошептал Финиту, не убирая направленной на Флетчера палочки. — Я понял, понял, — быстро забормотал хитрый тип, отползая к стене. — Но тебе ведь не это нужно. — Прав, как всегда, — ответил я, опять обращаясь к Рону. — Мунди, ты Снейпа сегодня видел? — задал Рон вопрос. — Сегодня я видел только бесхвостого единорога. Во сне, — буркнул Флетчер, поднимаясь и ехидненько глядя на нас. — Снейпа я видел вчера. — Во всех подробностях постарайся. И, клянусь, мы ни слова не скажем Малфоям. Видимо, обмен показался ему адекватным, потому что Мундунгус затараторил: — У меня был для него заказ. Хорошие деньги, редкое зелье. Почти никакого криминала. Я свел его с заказчиком. Всё. — Всё? Боггарта тебе под подушку, Флетчер! Что за зелье, кто заказчик? Где они встречались? Стервец пожевал губами, явно прикидывая, что с ним сделает Снейп, если узнает, и что способен сделать я, если оставить меня в неведении. — Ну же, — поторопил его я, поигрывая палочкой. Он тяжело вздохнул и начал говорить: — Зелье — оборотное с продленным действием. — Никогда о таком не слышал, — удивился Рон. Мундунгус смерил его презрительным взглядом. — А заказчик? — Пожелал остаться неизвестным. Пожелала. Она была в маске. О-о-очень привлекательная особа, — закатил глаза он, — такая сладкая, как пирожки моей покойной бабушки. Просто принцесса. Наверное, настоящая леди, одни перчатки не меньше дюжины галлеонов стоят. Они встречались этим вечером. Должно быть, Снейп решил взять с нее расчет не деньгами, — сально хихикнул Флетчер. — Я попытался, но бедному торговцу больше везет в игре, чем в любви. Рон заржал, а Флетчер обиженно отвернулся. — Это всё, что ты знаешь о ней? — уточнил я. Мундунгус замялся. — Как она тебя нашла? — Мое имя достаточно известно среди людей, которым требуется помощь, — гордо выпрямился он. — Чую, что-то ты от меня скрываешь, — пошел я напролом. — Рон, давай-ка сюда Веритасерум. Рон слегка опешил, но полез по карманам куртки, будто в поисках зелья. — Ладно, ладно, — замахал руками Флетчер. — Какие секреты у меня могут быть от старых друзей? Ну оставил я кое-что себе на память. Но только как напоминание об удивительной леди. Чтобы умиляться и предаваться грезам о ее неземной красоте. Он полез в груду вещей и вытащил бархатный мешочек, видимо, служивший кошельком. От ткани исходил тонкий запах жасмина. Я осмотрел вещицу и обнаружил на подкладке вышитый вензель. — Оставь себе, — протянул я кошелек обратно. — Пошли, Рон. Мы покинули комнату, оставив Флетчера с зажатым в кулаке сувениром. — Нам придется искать самую необъятную задницу и самые большие сиськи магического мира, — фыркал Рон, едва поспевая за мной. — У Мунди весьма своеобразные представления о женской красоте. — Я знаю, кто заказчик. Однажды видел такой вензель. Буква М в окружении трех птичек, с привязанными к лапкам струящимися лентами, красовалась на платке Миллисенты Балстроуд, выпавшем из рукава ее мантии. Пройди хоть тысяча лет, ни одна мелочь того вечера в кабинете Амбридж и последовавшей за ним ночи не сотрется из моей памяти. — Ну ясно, зачем ей понадобилась оборотка-продленка, — продолжал смеяться Рон. — Пока неясно, где ее искать, — протянул я. — Разве что в Хогвартс смотаться за списками учеников. — Зачем в Хогвартс? — удивился Рон. — Ее отец — владелец магазина «Колониальные товары Гаста». Возле Гринготтса, там еще кукла в витрине пляшет как живая. Семья живет прямо над магазином. Над Диагон аллеей светало, и я почувствовал легкую дурноту. Время утекало сквозь пальцы. И еще неизвестно, сколько я смогу продержаться без зелья.

***

— Нет времени на развлечения, Рон. Пока мы бежали к магазину, я выслушал целых три сногсшибательных плана по проникновению в спальню Миллисенты и способам вытащить из нее информацию. Я не питал симпатии к этой особе и в другой ситуации от души повеселился бы. Но сейчас, стоя у закрытого магазина, я с трудом переводил дыхание и ощущал знакомую слабость в коленках. — Снейп дает мне зелья, без них к сегодняшнему вечеру я превращусь во флоббер-червя, попавшего под копыто громамонта. И тогда уже Снейпа никто не будет искать. Ты же не будешь? Он пожал плечами. В витрине «Колониальных товаров Гаста» извивалась в танце живота кукла в прозрачном наряде, напоминавшая любую из сестричек Патил. — Сейчас быстренько зашвырну Инсендио поближе к спальням, они все повыскакивают на улицу. Пока шум да гам, оттащим толстуху в темный уголок и расспросим. Я поднял палочку, прицеливаясь. — Совсем мозги растерял, — зашикал Рон, крепко хватая меня за запястье. — Магазин вспыхнет как свечка. Там дерево, масла пахучие всякие, ткани полно. Они только полгода как открылись после войны. Еще кредит за ремонт не отдали, наверняка. Я смутился. Миллисента, конечно, не райский цветок, но, я не хотел доставлять ее семье столько проблем. — Есть еще предложения? — вопросительно посмотрел я на друга. Он сморщил лоб, огляделся, и, вывернув из мостовой небольшой булыжник, с размаху запустил его сквозь витринное стекло прямо в лоб танцующему манекену. Сигнальные чары взвыли, кукла судорожно дернулась и плюхнулась на задницу. Рон потянул меня за угол. На пороге, зевая и потирая глаза, появился высокий грузный мужчина в зеленой пижаме. — Путь свободен, — шепнул Рон. Я быстро натянул мантию и нырнул в дом. С Миллисентой все прошло на удивление просто: еще один Петрификус, пара правильных фраз и даже моих навыков легилименции хватило, чтобы увидеть ее воспоминания о вчерашней встрече со Снейпом. Для страховки я напоследок осчастливил ее Обливиэйтом. Если не получилось идеально, то посчитает, что ей приснился дурной сон. Она повернулась на бок и, положив руки под щеку, причмокнула губами. Я уложился в несколько минут. Ее отец все еще возился с механической куклой. — Всё плохо, — мрачно констатировал я, стягивая мантию. — Они виделись в простом маггловском баре. Снейп узнал ее даже под обороткой. Кстати, если тебя интересует, она была той еще красоткой. Он отказал ей, прочел небольшую лекцию об опасности запрещенных зелий и, не попрощавшись, вышел. Это все, что она помнит. Она аппарировала прямо из женского туалета. — Жеваный бладжер, выходит Балстроуд здесь ни при чем. — Непревзойденная интуиция! — съязвил я, и Рон опасливо на меня покосился. — Мы ничего не узнаем, если будем топтаться здесь. Я окинул друга взглядом и решил, что нас не загребут ранним утром в полицию за сходство с бездомными попрошайками. Зацепив его за руку, я аппарировал к бару из воспоминаний Миллисенты.

***

— И что ты намеревался здесь найти? — Рон, подпрыгивая от холода, хлопал себя по бокам и наблюдал, как я мечусь туда-сюда у двери в закрытый бар. — Говорят, крапы неплохо находят пропавших по запаху. — Еще два слова и по твоему трупному запаху тебя отыщет даже безносый ёж. Я нагнулся еще ниже, у бордюра над самой дорогой. — Слушай! Рон послушно опустился на колени рядом и сосредоточенно умолк. — Музыка какая-то, что ли. — Я думал, у меня глюк, — честно признался я, вытянул ладонь над решеткой сливного люка и скомандовал: — Акцио, медальон Снейпа! Медальон с розочкой с трудом протискивался сквозь решетку, цепляясь раскрытой крышкой. Я помог ему дрожащей рукой, и тягучая мелодия громко зазвучала на утренней улице. — Он был здесь, Рон! С ним что-то здесь случилось, прямо здесь! Он не оставил бы медальон просто так. Я захлопнул крышечку, чтобы голос певицы не терзал душу, вызывая воспоминания. И без них тошно. Я беспомощно оглядывался по сторонам, в надежде понять, куда испарился отсюда Снейп. — Камера слежения, — заорал я, тыча пальцем в небольшой, похожий на голодного птенца, аппарат. Он висел как раз над входом в продуктовый магазинчик, через две двери от бара. «Круглосуточно» — гласили неоновые буквы. — Рон, ты хоть что-то понимаешь в маггловских компьютерах? — Не больше, чем в древнеегипетских иероглифах, — признался друг. — Та же херня, — взлохматил я волосы. — Гермиона... — обреченно вздохнули мы оба, понимая, что больше обратиться не к кому. Мгновенье спустя мы остервенело давили кнопку ее домофона. Медальон Снейпа обжигал ладонь. Я накинул цепочку на шею и бережно опустил его за ворот. — Какого хрена! — послышался из окна спальни недовольный голос подруги. Мы хором промычали что-то невнятное. Гермиона быстро оценила ситуацию. Рон в моей компании, после всего, что произошло, не стал бы ломиться в ее дверь, не будь случившееся из ряда вон выходящим. — В двух словах, — недовольно буркнула она, открывая двери. Судя по угрюмому молчанию Рона, два слова следовало сказать мне. — Hedera helix. Она, побледнев, кивнула и кинулась одеваться, на ходу срывая с себя безразмерную футболку. Вот за что я ценю Гермиону, так это за потрясающее умение делать выводы из минимума информации. — А что со Снейпом? — взволнованно спросила она, натягивая куртку и не отрывая глаз от моего лица. — Пропал. Точно знаю, что не по своей воле. Надеюсь, что ты поможешь узнать подробности. Мы выскочили на крыльцо и, взявшись за руки, вновь оказались перед тем самым баром. Не помню, чтобы когда-либо я аппарировал столько раз за день. Рон грыз губы, возбужденно хлопал глазами, но не проронил за это время ни слова. — Вот там камера слежения, — показал я пальцем. — Снейп исчез отсюда. Можешь как-то просмотреть запись? Мантия у меня с собой. Гермиона задумалась, крутанулась на месте и исчезла. — Что за… — успел воскликнуть Рон, и она вновь появилась перед нами. — Мне проще будет скопировать файл и просмотреть дома, — непонятно объяснила она, демонстрируя прозрачную квадратную коробочку. — В котором часу это было? — Около шести вечера. — Хорошо, — кивнула подруга. — Хотя камера вряд ли смогла зафиксировать магические проявления. — Ну хоть что-то, пожалуйста… — протянул я. Должно быть на моем лице была написана крайняя степень отчаяния, раз подруга даже и не подумала возражать. — Вы оба, дезилюминационное заклинание, быстро, — скомандовала Гермиона, вернувшись из магазина с пакетиком леденцов. — Делайте что хотите, но заставьте продавца выйти из-за кассы. Чем дальше, тем лучше. Я дам знак, когда закончу. Мы кивнули и дружно пробормотали заклинание. Гермиона оценивающе оглядела результат и накинула мантию. В магазин мы вошли, тесно прижавшись друг к другу.

***

Рон от души повеселился, разыгрывая перед ошалевшим продавцом представление с участием замороженной куриной тушки и пары бананов. Толстая птица выделывала довольно неприличные штучки в дальнем углу магазина, куда метнулся нескладный парень с покрасневшими от бессонной ночи глазами. Еще бы не метнулся, ведь я так удачно подцепил банку с маринованными сливами, стоящую на одной из верхних полок. Продавец, почти наш ровесник, хватал ртом воздух и нервно одергивал свитер, а я грыз губы, стараясь не рассмеяться. Напоследок ледяная тушка подлетела к самому лицу парня и аккуратно ткнула его в самый кончик носа негнущимся крылом. Парень дернулся и с криком отпрыгнул в сторону, отмахиваясь от курицы, словно от гигантской мухи. За курицей в атаку последовали несколько покатившихся по полу жестяных банок, и Рон уже начал было примериваться к полкам с водой, планируя, очевидно, устроить холодный душ. Я вспомнил сцену из одного фильма, схватил с полки бутылку с томатным соусом и медленно вывел на полу «Спасайся!». Продавец посмотрел на надпись расширяющимися от ужаса глазами, неловко рванулся, поскользнувшись на раздавленной сливе, и кинулся в сторону служебной двери. Я услышал звук снимаемой трубки и щелчки телефонных кнопок. Примерившись, я запустил в дверь тяжелой пластиковой бутылкой, она распахнулась, и парень сполз по стенке с трубкой в руках. И тут же Рон начал бомбардировку апельсинами. Надо отдать должное его меткости и человеколюбию — он ни разу не попал, аккуратно обстреливая голову перепуганного продавца по контуру. Но тот тоже не ждал покорно своей участи, и несколько особо угрожающих его лицу цитрусовых отбить все-таки успел. — Здесь кто-то есть? — послышался звонкий голос Гермионы. Парень храбро вскочил и рванул в сторону кассы. — Простите, я случайно не оставила здесь перчатки? — поинтересовалась Гермиона. Он только и смог отрицательно мотнуть головой. — Должно быть, потеряла по дороге, — вздохнула подруга. Я незаметно положил на стойку несколько купюр. «Можно было бы прихватить что-то на завтрак», — подумал я и вышел вслед за друзьями. Отойдя подальше, мы аппарировали прямо в гостиную подруги. — Попробую что-то с этим сделать, — сказала Гермиона, когда экран монитора зажегся. — Не стойте над душой. Мы с Роном предпочли удалиться на кухню. Я тяжело опустился на стул, прислушиваясь, как Гермиона ругается и громко шепчет нечто, похожее на незнакомые заклинания. Я думал только о Северусе, о нем, только о нем, изо всех сил стараясь не задремать или не разреветься. — Рон, не давай мне заснуть, — попросил я. — Так не сиди, делай что-нибудь, — посоветовал он. — Кофе свари, например. — Да сколько она может возиться, — проворчал я, услышав, замысловатое ругательство из комнаты. Пока я совершал привычные манипуляции с водой, огнем и буроватым порошком, Гермиона успела тихо поговорить с кем-то по телефону. — Бинго! — услышали мы ее возглас спустя несколько минут. — Что там? — проорал я, не отходя от плиты. — Смотрю, — ответила она. Я наполнил чашки, Рон перехватил тяжелый поднос у меня из рук. И хорошо. Потому что именно в этот момент Гермиона прокричала: — Снейп! Я мигом оказался рядом с ней на диване.