Дурные привычки и прочие неприятности

      Изображение на экране было черно-белым, размытым и нечетким. Но всякий, кто хоть один час провел в классе зельеварения, узнал бы его без труда. Знакомой стремительной походкой Северус выходил из магазинчика, придерживая пакеты с покупками. Он сделал несколько шагов в сторону дороги и… небольшая темная машина, выскочив колесами на тротуар, влетела прямо в него, с трудом притормозив у самой стены. Северус взлетел, словно под ним взбесилась метла, и рухнул на асфальт. Лента, стягивающая волосы, наверное, разорвалась, и они рассыпались по дороге, чуть не попав под колеса проходящей мимо машины. Кажется, я даже видел кровь, мутное темное пятно на асфальте. Мерлин, может, это все же вино из разбившейся бутылки?! Я ахнул. Выходит, Северус валяется сейчас в обычной маггловской больнице, пока я ищу его по всем аллеям магического мира. — Ты видел, ты видел? — закричала Гермиона, тряся меня за руку. — Видел, — глухо сказал я. Перед моим взглядом стояла картинка: Северус, обмотанный бинтами и цветными проводами, с неестественно заостренным носом, безжизненно лежит на идеально белой простыне. — В полицию надо, узнать где он. — А ты видел? — Да… — единственное, что смог выдавить друг. Гермиона сильно встряхнула меня за плечи и проорала в ухо: — Немедленно вернись и посмотри запись! Рон, тащи его в ванную, окатим холодной водой. — Не надо, — пробормотал я. — И так хреново. — Смотри, — приказала Гермиона, нажимая на кнопку. Я задержал дыхание и взглянул на экран. Из машины выскочила хрупкая фигурка в джинсах и, нагнувшись над Снейпом, зажала рот руками. Замешательство девушки длилось недолго. Придя в себя, она вынула из рукава палочку и сделала быстрое движение. — Дезилюминационное, — четко определил Рон. — Теперь Обливиэйт, — узнала Гермиона следующее движение палочки. Толпа зевак вокруг разошлась по своим делам, словно ничего и не было. Продавец, не тот, которого мы видели сегодня, зябко поеживаясь, вернулся в магазин. Девушка провела пару раз палочкой над Снейпом и, чуть помедлив, подняла его тело в воздух и отлеветировала на заднее сидение машины. Разбросанные пакеты отправились в багажник, машина пару раз дернулась туда-сюда и сорвалась с места. — Выходит, медальон у Снейпа просто выпал, — заметил Рон. — Я откуда-то ее знаю, — задумчиво проговорила Гермиона. — Только вспомнить никак не могу. Спорю на что угодно, у нее рыжие волосы. — Да как вообще по такой картинке можно кого-то узнать? Ну, кроме Снейпа, конечно, — возмутился Рон. Гермиона зло на него покосилась и включила запись еще раз, останавливая каждую секунду. Мы уставились в экран, я старался не смотреть на голову Северуса, лежащую прямо на дороге. — Кажется, у него нога сломана, — прошептал я, разглядывая кадр. Девушка показалась смутно знакомой и мне. — Однажды у «Торнадос» пропал загонщик… — протянул Рон, и Гермиона взорвалась. — Да кому сейчас есть дело до твоего квиддича! Ты можешь думать о чем-то, помимо него? — Есть люди, которые не находят это столь неприятным, — вызывающе заявил Рон. — Вот и прекрасно, — заорала Гермиона, — тебя здесь никто не держит! Иди туда, где твои знания и умения оценят по достоинству! Они сидели на максимальном расстоянии друг от друга и старались не пересекаться даже взглядами, но воздух в комнате уже трещал как расческа, которой чесали мантикору. — Мерлиновы яйца… — я откинулся на диван. Спать хотелось неимоверно, предательская слабость расползалась по телу и высасывала мысли из головы. Я с ужасом представлял, что будет дальше. — Ребята, давайте вы потом поругаетесь, а? Вам действительно следует поговорить. Но только позже. Сейчас мне в самом деле очень нужна помощь. И Северусу тоже. Он больше всех из нас заслуживает помощи, хотя скорее умер бы еще раз, чем ее попросил. Пообещайте мне — оба!— что бы ни случилось со мной, вы найдете Снейпа. Даже если я не смогу встать, буду корчиться от боли, потеряю сознание посреди дороги. Только мы можем помочь ему, и только он может помочь мне, если успеет. И… ну, ты в курсе Гермиона, что еще может Снейп. — Мы втроем будем искать его, — успокаивающе сказала Гермиона. — Случись что с тобой, возможно, он и не захочет, чтобы его нашли, да еще и живым. Я горько улыбнулся: — У него гипертрофировано чувство долга и атрофированы остальные. Ты понимаешь, о чем я говорю. Подруга возмутилась и шлепнула меня по руке: — Да как ты можешь заявлять такое! Он же любит тебя, это ясно как белый день. Рон издал булькающий звук. — Я знаю еще кое-кого, о чьей судьбе он печется не меньше, чем о моей, — парировал я, глядя ей в глаза. — Не отвлекаемся! — воскликнула подруга. — Какие идеи по поводу девушки? — Однажды у «Торнадос» пропал загонщик, — с расстановкой повторил Рон. — Прямо накануне решающего матча. Нэйтан Харви, тренер команды, на моих глазах применил поисковое заклинание над обычной маггловской картой. Разновидность Гомункуловых чар. Что-то вроде карты мародеров, только сосредоточенное на конкретный объект. Гермиона скривила ехидную рожицу: — И ты сможешь его повторить? Рон неуверенно кивнул и замялся: — Для заклинания требуется… Ну там.. кусочек кожи, волосы или кровь, слюна… другие жидкости организма. Сейчас в Лиге очень строго со стимулирующими веществами. Даже привлекают маггловских врачей для анализов перед важными играми. Короче, у нас была моча объекта. — Я могу притащить расческу Снейпа, — обрадовался я. — И даже зубную щетку. Возможно, бритву или грязные носки. Гермиона поморщилась. — Вряд ли у меня получится со Снейпом, — честно признался Рон. — Он очень сильный маг. И я уверен, что он защитил себя от поисковых заклинаний. Они не так сложны, как кажутся на первый взгляд. Вот если бы хоть один волосок этой девчонки… — Было! — воскликнула Гермиона, кинувшись пересматривать запись. — Вот здесь, смотри. Мы посмотрели и ничего не увидели. — Ну вот же, вот! Я и Рон дружно помотали головой. Она остановила кадр на том моменте, когда девушка захлопывала крышку багажника вслед за залетевшими туда пакетами. Незнакомка сделала странное, едва уловимое движение пальцами. — Она сломала ноготь, — торжествующе произнесла Гермиона. — И оторвала надломленный край. — Ты предлагаешь нам искать кусочек ногтя на дороге спустя почти двенадцать часов после происшествия? — хмыкнул я. — У тебя есть другие варианты? — поинтересовалась она. — Это не сложнее, чем поиски хоркрукса. — Ноготь подойдет, — радостно отозвался Рон. — Если он, конечно, не искусственный, — ядовито сказала Гермиона, и друг округлил глаза в удивлении. — Кто пойдет? — поинтересовался я. — Ну, давайте, я, — нехотя согласился друг. — Я же вижу, что вам аж зудит поговорить без меня. Уж как-нибудь вспомню простое Акцио. Он аппарировал прямо из комнаты.

***

— Я сварила Амортенцию, — вздохнув, сказала Гермиона. — Просто чтобы понюхать. — С чего ты взяла, что он любит меня? — спросил я. — Раскаленный металл, пергамент, какой-то экзотический цитрус. — Он хочет, а это не одно и то же. — Как такое могло случиться со мной? — Ну почему у меня всегда все происходит через задницу единорога? У стола появился Рон, крепко сжимая кулак. — Вот и поговорили, — усмехнулся я. — Быстро же ты. — Могу еще погулять, — обиженно пропыхтел он. — Но я думал, что мы торопимся. — Хрен тебе. Опять тебя искать? Мне хватило. Гермиона, тащи карту. Она пошарила по необъятным книжным полкам и принесла карту автодорог. Довольно большую карту. Пришлось даже сдвинуть кресло, чтобы развернуть ее на полу. Рон вздохнул и бережно разделил кусочек ногтя на три микроскопических части, затем зажмурился и наморщил лоб. Гермиона, забравшись с ногами на диван, с любопытством взирала, как он коснулся палочкой розового кусочка, лежащего на ладони, и что-то тихо проговорил. — Будем надеяться, что это именно ее ноготь, — шепнула Гермиона мне на ухо. Я скрестил на удачу пальцы. Над ладонью Рона засветился радужными искорками шарик. Подпрыгнул, оттолкнулся от пальцев и медленно поплыл над картой, слегка покачиваясь. Мы затаили дыхание. Шарик полз как улитка, как будто ощупывал каждый квадрат карты, начиная с левого нижнего. Я подхватил со стола карандаш и вгрызся в него зубами, чтобы не заорать от нетерпения. Кажется, шарик стал двигаться чуточку быстрее. Где-то над Оксфордширом, он замер, вспыхнул пурпурным светом и шлепнулся на бумагу, оставляя вместо себя жирный красный крест. — Кроудсфилд, — прочел Рон. — Она там. Нужна подробная карта местности, чтобы повторить. — Глазам не верю, — пробормотала Гермиона. — У него получилось. А я даже никогда не пробовала. — Определи координаты для аппарации, Герм, — попросил я, и подруга склонилась над картой. Автозаправка на дороге, ведущей в Кроудсфилд, подходила отлично. По крайней мере, там можно было купить карту городка. Наскоро трансфигурировав куртку в палатку, Рон склонился над картой, повторяя поиск. Шарик оставил метку на четвертом доме по Вишневой улице. — Есть! — завопил я, бросаясь на шею другу. Он смущенно отступил на шаг назад. — Пока еще только девушка. Если это она, — охладила мой пыл Гермиона. — Пошли. Сверяясь с картой, мы добрались до аккуратного коттеджа, выкрашенного в веселый небесно-голубой цвет. Очень уместно в такую погоду. Настоящее небо разглядеть сквозь завесу темных туч было невозможно. У дорожки стояла знакомая машина. Тоже ярко-голубая. Я рванулся было к крыльцу, но Рон предусмотрительно сжал мое плечо. — Может, стоит сначала подумать, что делать? — Да что там думать! — закричал я, и Гермиона шикнула. — Входим и разбираемся по месту. — Ты должен надеть мантию, чтобы иметь возможность обшарить дом. И если девчонка показалась знакомой, где гарантия, что она не узнает нас, когда мы заявимся? — Рон прав, — неожиданно сказала Гермиона. — Как думаешь, дом маггловский? — Похоже на то. — Значит и методы маггловские, — подруга отвернулась, прикрыв лицо руками, потом провела палочкой вдоль одежды, трансфигурировав куртку и джинсы в подобие полицейской формы. Порывшись в карманах, превратила проездной билет в полицейский жетон, а затем заплела волосы в косу. — Странно выглядишь, — прокомментировал Рон. Черты лица Гермионы едва заметно изменились: нос вытянулся и расширился, глаза из карих превратились в серые, скулы стали выше, а губы тоньше. На подбородке появилась крупная родинка. — Мне тяжело долго поддерживать метаморфные изменения. Нет времени практиковаться, да и незачем. А что вы так смотрите? Мне Тонкс когда-то показала, как можно изменять внешность не будучи метаморфом. Сложно, но возможно. Идемте скорее. Я накинул мантию. — А как же я, — растерянно проговорил Рон. — Сооруди себе капюшон и не снимай его. Твою заросшую рожу и мама родная не признает, — бросила через плечо Гермиона. — Кстати, тебе совершенно не идет. Быстро поднявшись на крыльцо, она постучала в дверь. Первые секунды я ошалело хлопал глазами, рассматривая красивую рыжеволосую и зеленоглазую девушку, возникшую на пороге. — Сержант МакАдамс, транспортная полиция, — представилась Гермиона, махнув подобием жетона. — Это ваша машина, мисс? Девушка испуганно кивнула. — Мы пройдем в дом, — решительно сказала "сержант", оттесняя девушку плечом. — Владелец машины разыскивается за совершение происшествия с возможным летальным исходом. Как ваше имя, мисс? — Агата Экланд, — открыла рот девушка и мой шок почти прошел. Голос был совершенно не похож. Если бы она молчала, я бы поклялся, что передо мной стоит моя мама. Такая, какой я знал ее по фотографиям и чужим воспоминаниям. — Фух, — выдохнула Гермиона, опускаясь на диван. — Нет смысла прятаться, Гарри. Агата нам и так все расскажет. Правда же, Агата? — вкрадчиво спросила подруга, принимая свой обычный вид. — Ты же помнишь меня? — Нет! — воскликнула девушка и неожиданно выбросила вперед руку с палочкой. Гермиона не успела уклониться от Ступефая. Рон быстро сориентировался, и Инкарцеро связало девушку по рукам и ногам, пока я помогал Гермионе. — Ты хоть понимаешь, что ты сделала? — спросил я, снимая мантию. — Конечно, понимаю! — закричала она. — Продолжай! — сурово, словно настоящий полицейский, приказала Гермиона.