Я не просил об этом...

Уолт и Джесси снова загружали в трейлер всё необходимое для варки оборудование. Химик не спеша осмотрел царящий там беспорядок: раскиданные повсюду пустые пакеты из-под чипсов, банки из-под содовой, битое стекло и какие-то глянцевые журналы. Он почувствовал раздражение. Сделав глубокий вдох, мужчина повернулся к Джесси. — Давай-ка кое-что проясним, — Уолт указал на то, во что превратилась лаборатория. — Всё это, химия, — моя сфера. Я отвечаю за процесс варки. За пределами лаборатории, на улице, действуешь ты. Когда у нас появятся клиенты, я не хочу ничего о них знать. Я не хочу их видеть, не хочу их слышать, не хочу с ними взаимодействовать никоим образом. Джесси, нахмурившись, осторожно смотрел на Уолта. Тот продолжил: — В этом деле есть ты и я, так вот, я только безмолвная тень. Есть возражения? Джесси смотрел всё так же недружелюбно. — Как скажешь, чувак, — угрюмо ответил он. Уолт устремил на молодого партнёра твёрдый, уверенный взгляд. Он медленно подошёл к Джесси, пересекая узкое пространство трейлера и переступая через разбросанный мусор. Парень поднял голову, его глаза сверкали. Он немного попятился назад. Уолт остановился, приблизил своё лицо к лицу напарника, посмотрел ему в глаза. — И что бы ни случилось, больше никакой крови, — голос мужчины был полон решимости. Он покачал головой, подчёркивая значимость своих слов. — Никакого насилия. Взгляд Джесси был всё таким же мрачным. Он фыркнул. — Конечно, без проблем. Я двумя руками против насилия. В отличие от вас. Уолт не стал озвучивать гневную реплику, вертевшуюся у него на языке. Близость Джесси оказывала на него этот уже знакомый будоражащий эффект, он чувствовал, как его сердце начинает биться быстрее. Внутри тускло освещённого трейлера в голубых глазах Джесси появлялось особое необычное мерцание, как отблески на водной глади. Его волосы цвета карамели были спрятаны под одной из его многочисленных шапочек. На большинстве людей этот предмет одежды выглядел бы ужасно, но на Джесси он подчёркивал его тонкие черты лица: точёный нос и скулы, изящные очертания челюсти, мягкий изгиб губ. Уолт сделал ещё один шаг вперёд и осторожно положил свою ладонь на щёку Джесси, обращая внимание на то, как резко контрастирует его грубая обветренная кожа на фоне бледного лица мальчишки. Джесси отпрыгнул назад. — Прекратите! Уолт улыбнулся. Он быстро притянул Джесси к себе к крепко обнял обеими руками. Джесси сопротивлялся, пытаясь вырваться. — Чувак… Уолт сжал его крепче, удерживая на месте. — Тихо, — сказал он, немного наклоняясь из стороны в сторону, словно укачивая Джесси. Его губы коснулись шеи парня, и он почувствовал, как мальчишка сглотнул. Он больше не дёргался, позволяя Уолту наслаждаться его теплом, близостью тела. — Сейчас я расскажу, как всё будет происходить, — прошептал Уолт. — Мы с тобой уберём весь этот беспорядок. У нас будет безупречная, профессиональная лаборатория, в которой мы возобновим производство нашего продукта. Будем придерживаться чётко установленного графика. И добьёмся блестящего результата. Впоследствии. А после того, как мы закончим работу… Уолт поднял голову и взял обеими руками лицо Джесси. Тот смотрел на него широко открытыми глазами. Мужчина поцеловал его в губы. —После я буду трахать тебя, — тихо сказал Уолт. Он снова поцеловал мальчишку. — Долго и жёстко. Где и когда захочу, — парень откинул голову назад, и бывший учитель поцеловал его шею. — Я заставлю тебя нагнуться над твоим кухонным столом и оттрахаю. Ты будешь плакать и умолять меня об этом. Джесси стоял, не шевелясь. Его дыхание участилось. Уолт поцеловал его губы и глаза. Снова шёпотом заговорил: — Я поставлю тебя на колени перед собой, и ты возьмёшь мой член в рот. Ты научишься доставлять мне удовольствие, — Уолт почувствовал, как Джесси вздрогнул, и сжал одной рукой челюсть парня. — А если ты рассердишь меня, если ты любым способом будешь раздражать меня, Джесси, я буду… наказывать тебя. Уолт улыбнулся собственным словам, затем углубил поцелуй, проникая языком в рот молодого напарника. Джесси издал тихий приглушённый звук. Толкнул Уолта ладонями в живот. Мужчина поднял голову и посмотрел на бывшего ученика. Тот нахмурился и закрыл глаза. Он выглядел напряжённым. Уолт снова поцеловал его, нежно, словно успокаивая. Мальчишка положил руки ему на талию. — Посмотри на меня, Джесси, — парень отвернулся. Уолт крепче сжал пальцами его челюсть. — Посмотри на меня. Открой глаза, — Джесси неохотно поднял веки. Его взгляд был затуманен, словно он смотрел из-под воды. — Мы с тобой договорились? — спросил Уолт. Джесси молчал. Уолт переместил руку на его шею, слегка поглаживая. Он ещё раз поцеловал молодого напарника. И ещё, нежно и легко касаясь его губ своими. Тихо повторил: — Джесси. Мы договорились? — Да, — нетвёрдым голосом ответил тот. Уолт выдохнул. — Вот и хорошо. Он быстро отпустил парня. — А теперь давай начнём уборку. Здесь всё вверх дном. Где у тебя чистящие средства?

***

Джесси ждал мистера Уайта, чтобы вместе ехать в пустыню варить. Он молча сидел в гостиной, выкуривая одну сигарету за другой. Последние несколько дней прошли в точности так, как говорил мистер Уайт. Во второй половине дня, когда в школе заканчивались уроки, они ехали по безлюдным просёлочным дорогам на трейлере с обновлённой лабораторией, подыскивая место для варки, где ничто не сможет их побеспокоить. Перед приходом бывшего учителя Джесси проводил не один час, собирая всё необходимое, выезжая из города, чтобы забрать упаковки псевдоэфедрина, пополняя запасы. Во время варки мистер Уайт был таким, каким парень его помнил: ворчливым, саркастичным, строгим и требовательным учителем химии, чьи уроки Джесси приходилось терпеть в течение просто невероятно длинного и скучного учебного года. Только теперь Джесси слушал. Каким бы мудаком ни был мистер Уайт, он подходил к делу со всей доскональностью и серьёзностью, этого не отнимешь. Он объяснял Джесси каждый шаг, разбивая процесс варки на мельчайшие, строго определённые детали; настаивал, чтобы парень практиковался сам, следя орлиным взглядом зелёных глаз за каждым движением ученика. Он в мельчайших подробностях описывал, как измерять и поддерживать в течение всего процесса нужную температуру, плотность, даже цвет и прозрачность составляющих, как обеспечить требуемое химическое равновесие. Его голос, постоянно звучащий на заднем фоне, не переставал повторять правила работы в лаборатории: аккуратность, точность, порядок, измерение, перепроверка результатов… Джесси закатывал глаза, огрызался, когда мистер Уайт становился совсем невыносимым, иногда в ярости выбегал из трейлера, чтобы через пару минут продолжить варку, сопротивляясь желанию опрокинуть склянку с чем-нибудь ядовитым на голову бывшему учителю. Но, несмотря ни на что, Джесси слушал. То непередаваемое разочарование, которое он испытал, когда варил сам, его тщетные попытки достигнуть желаемого результата, бездумные и лишённые понимания, — этого больше не было. Теперь Джесси испытывал удовольствие от овладения навыком, чувство того, как знание приходит в его руки, разум, глаза, возрастая экспоненциально с каждой удачной варкой. Это чувство опьяняло, и Джесси ловил себя на том, что он ждёт следующей варки несмотря на тесноту, неудобство и не слишком дружелюбную компанию его партнёра. По поведению мистера Уайта во время их работы никак нельзя было понять, что он смотрит на Джесси не только как на бестолкового молодого напарника, постоянно нуждающегося в подробных объяснениях и резких замечаниях. В его словах и взгляде не было и капли приветливости, да они и не говорили ни о чём, кроме своей текущей работы. Тон мужчины почти всегда был резким, иногда Джесси даже было обидно, хотя изредка он всё же получал короткий кивок одобрения от бывшего учителя. Парень всегда отвечал мистеру Уайту в том же тоне, как будто он всё ещё был школьником, неуправляемым подростком. Но после, когда вся работа была сделана, мистер Уайт менялся. Перемена была настолько резкой и разительной, как будто он становился другим человеком. Чем ближе день подходил к концу, тем больше Джесси начинал напрягаться, с опаской ожидая того, что будет дальше. Мистер Уайт переключит всё своё внимание на Джесси, как только они приедут к нему домой. Он аккуратно уберёт их продукт, затем вернётся к бывшему ученику, резко и страстно поцелует его. Никто и никогда до этого так не целовал Джесси, отдавая ему всё своё внимание. Парень сам не замечал, как сдавался под натиском этих поцелуев, и его губы невольно приоткрывались. И то, как мистер Уайт трогал его… этот опыт тоже был для парня абсолютно новым. Джесси не понаслышке знал, что значит быть желанным. На самом деле это даже было привычно для него. Производить такой эффект на людей иногда бывало удобно. Это могло облегчать жизнь. Но не сейчас. Мистер Уайт вёл себя так, словно он злился на Джесси, почти. Он толкнёт парня к ближайшей стене, возможно, так сильно, что у него перехватит дыхание. Нетерпеливо задерёт его футболку, обнажая кожу под грубыми движениями рук и губ, щипая и кусая его. Возьмёт член Джесси в руку, обвивая пальцами, гладя через джинсы. Мистер Уайт обращался с ним безо всякой нежности. Он, казалось, получал удовольствие, оставляя следы на теле Джесси, заставляя его соски гореть, покрывая кожу тёмно-красными синяками. И парень был совершенно беспомощен под этими грубыми, жёсткими прикосновениями. Он стонал, безвольно прижимаясь к стене, его член становился всё твёрже. Он отдавал бывшему учителю всего себя, подставляя губы, выгибая спину, вжимаясь членом в пах мистера Уайта. Отказываясь полностью от контроля над ситуацией. Передавая его в крепкие руки партнёра. Джесси никогда так не реагировал прежде. Ни на кого. Ярость мистера Уайта словно переключала что-то в его мозгу, пробуждая ту часть, что раньше бездействовала, скрытая и неизвестная до сих пор. И Джесси страстно желал этого, выпрашивая без слов подобное обращение партнёра, распаляя мистера Уайта своим срывающимся голосом, мягкими губами, полным отсутствием сопротивления, несмотря на некоторую неловкость. Мистер Уайт будет мучить Джесси, пока тот не начнёт дрожать всем телом, затем отведёт его в одну из комнат по своему выбору. Заставит парня наклониться над подходящим предметом мебели или толкнёт на кровать. Грубо стянет с него штаны и трусы. Раздвинет ноги Джесси или поставит напарника на колени и войдёт в него сзади, проталкивая член глубоко в его юное тело. Джесси всегда получал удовольствие от этого первого резкого толчка. Когда он делал это сам с кем-то. Когда его член входил в узкую и горячую женскую вагину. Когда его партнёрши стонали и дрожали под ним. И теперь, когда это делали с ним. Когда в него входили так же, овладевали им. Трахали. Только подумав об этом, Джесси чувствовал, как у него встаёт. Позапрошлым вечером мистер Уайт выбрал кухню, как и обещал. Толкнул напарника вперёд, на стол, дёрнул вниз его джинсы. Играючи шлёпнул его голую ягодицу. Коснулся пальцами ануса, открывая Джесси. Вошёл без дополнительной подготовки одним грубым толчком, упираясь членом в простату, чувствуя, как гладкие стенки плотно обхватывают его. Джесси вскрикнул от этого болезненного, обжигающего чувства, ощущения растянутости и заполненности. Он выгнул спину, прижимаясь к мистеру Уайту, бесстыдно прося большего. И мистер Уайт дал ему это, он трахал его жёстко, одной рукой обхватив парня, и взяв в ладонь его член. Как только пальцы бывшего учителя коснулись его, сжимая и грубо лаская головку, Джесси кончил почти сразу, переполненный непреодолимым сочетанием неловкости и удовольствия. А после, когда парень в изнеможении рухнул на стол, мистер Уайт гладил его нежно и осторожно. Щёки Джесси порозовели, горя от унижения из-за его беспомощности. Из-за несдержанности, которой он отдался всецело здесь и сейчас. Его только что оттрахали, как маленькую сучку. И мистер Уайт улыбался ему, наслаждаясь его смущением. Уёбок. Но это смущение было ничто по сравнению с тем, что произошло прошлым вечером.

***

Мистер Уайт ведёт его в гостиную, держа за локоть. Останавливается рядом с диваном. — На колени. Джесси в недоумении уставился на бывшего учителя. Но тот положил руки ему на плечи, толкая вниз. — Стань на колени, пожалуйста, Джесси. Расстегни мои штаны. Я хочу, чтобы ты взял в рот у меня. Джесси в ужасе поднял на партнёра испуганные глаза. — Мистер Уайт, я не… я не могу этого сделать! — мужчина положил руку ему на затылок, сжал волосы в кулак. Улыбнулся. Джесси в который раз поразился резкости черт его лица — оно казалось каким-то угловатым, с тонким носом и челюстью, словно высеченной из гранита. Его кожа была грубой и обветренной. Хитрая улыбка на мгновение обнажила ряд белых зубов. И как он мог когда-то думать, что мистер Уайт выглядит безобидно? Мужчина наклонился, его голос был грубым, но в нём звучало доверие: — Ты можешь… пришло время научиться. И Джесси, я рассчитываю, что ты сделаешь это хорошо. Постараешься. Потому что, если нет… — он наклонился ближе, поцеловал Джесси в губы. Парень застыл неподвижно на коленях, словно замороженный. Его не отпускало чувство нереальности происходящего. Этого не может быть…, но мистер Уайт ждал. И Джесси снова почувствовал беспомощность, волна удовольствия вытягивала из него все силы, разливаясь по телу. В его воображении вспыхнула картина, парень словно посмотрел на себя глазами мистера Уайта. Он стоит перед напарником на коленях, подняв на него встревоженный взгляд. Едва дыша, не сводя глаз с лица мистера Уайта, Джесси расстегнул его ремень, ширинку, освобождая вставший член. Он был довольно толстым, с красной головкой, основание обрамляли жёсткие волоски. Джесси закрыл глаза и подался вперёд, немного замешкался, коснувшись члена губами. Затем он открыл рот, неуверенно впуская мистера Уайта внутрь, чувствуя, как округлая головка упирается в нёбо. Он начал отстраняться, почувствовав, что вот-вот подавится. Мистер Уайт резко выдохнул, он всё ещё держал руку на затылке парня. Джесси не мог этого сделать. Он отодвигался назад, сопротивляясь, пытаясь контролировать движения, обвивая член мистера Уайта языком, чтобы не дать ему войти глубже, его горло непроизвольно сжималось в ответ на давление. Он умоляюще посмотрел вверх, встречаясь глазами с партнёром. Мужчина отпустил его. Отстранился, застёгивая штаны и ремень. Джесси тут же облегчённо опустился на пятки. В конце концов мистер Уайт решил сделать паузу. Бывший учитель рывком поднял его на ноги. Несколько мгновений он держал парня перед собой, пристально глядя на него и словно обдумывая что-то. Затем, не выпуская Джесси из рук, мистер Уайт сел на диван. Потянув молодого напарника за собой, он перевернул его, укладывая к себе на колени. Ошеломлённый, Джесси попытался подняться. Мистер Уайт положил руку ему на шею, больно сжимая пальцами и удерживая на месте. — Не дёргайся, — он положил вторую руку на задницу Джесси. — Я сейчас немного разогрею тебя. Он что шутит? — Мистер Уайт, этого я не буду делать! — запротестовал Джесси. Он снова попытался встать. — О нет, будешь, — пальцы сильнее сжали шею парня, заставив его вздрогнуть. — Лежи спокойно! — прикрикнул на него мистер Уайт. — Или, — голос мужчины снова стал тише, — я могу связать тебя и выпороть ремнём. Джесси замер, шокированный происходящим. Мистер Уайт продолжил: — Это именно то, что тебе нужно. Несколько шлепков помогут проще посмотреть на вещи, вот увидишь. Джесси снова начал сопротивляться, но вдруг остановился. Он успокоился и теперь лежал неподвижно на коленях мистера Уайта. Чувствовал под собой крепкие бёдра, принимающие на себя весь его вес. Он снова представил, как выглядит со стороны, как подставляет задницу, послушно ожидая, что его отшлёпают. Почувствовал, что его член зажат между ним и мистером Уайтом. У него стояло так, что было даже немного больно. Это происходит на самом деле. Мистер Уайт собирается сделать это с ним. Бывший учитель стянул с Джесси его мешковатые джинсы и трусы. Положил ладонь на талию парня, удерживая от лишних движений. Тут же вторая ладонь с силой шлёпнула его по голой заднице. Джесси словно почувствовал укол сотни мелких иголок. Он втянул воздух сквозь зубы. Мистер Уайт шлёпал его довольно ощутимо, одну ягодицу, потом другую, его рука обжигала резкими, быстрыми ударами. Задница Джесси начинала болеть. Несмотря на все усилия лежать спокойно, он ёрзал на коленях мистера Уайта, его член неудобно тёрся о ткань штанов мужчины. Мистер Уайт продолжал шлёпать его, очень сильно. Джесси извивался, его задница горела, член стал настолько чувствительным, что парню казалось, что он вот-вот кончит. Поняв, что теряет контроль над собой, он начал хриплым голосом умолять: — Пожалуйста… хватит. Мистер Уайт… Боже… хватит… Бывший учитель резко отпустил его. Он поднялся и снова толкнул Джесси на колени. Взял его руки и положил себе на талию. — Ещё раз, — его голос звучал резко и жёстко. Неровно дыша, стараясь прийти в себя побыстрее, Джесси начал возиться с пряжкой ремня мистера Уайта, расстегнул его штаны. Спустил их вниз. Он быстро наклонился вперёд и взял член мистера Уайта в рот как можно глубже. Снова подался назад. Руки мужчины сжимали волосы Джесси, направляя его. Парень плотнее сомкнул губы и стал быстро скользить вверх и вниз, прижимая язык, двигаясь вперёд и назад. Он наклонился, стоя на коленях, полностью сосредоточившись на процессе. Глаза его были закрыты. Мистер Уайт начал тяжело дышать и толкаться в рот Джесси. Парень принялся сосать активнее, ещё плотнее сжимая член губами и языком. Он почувствовал, как мистер Уайт слегка дёрнулся и кончил ему в рот, крепко удерживая на месте голову Джесси. Он протолкнул член дальше в горло, заставляя парня проглотить. Что Джесси и сделал, не без труда, про себя осыпая партнёра потоком мата. Но в то же время парень взял в руку свой член, стремясь получить наконец разрядку от ставшего невыносимым напряжения. Почти сразу он ощутил приближение собственного оргазма. Джесси в изнеможении лежал на полу гостиной. Чувство стыда накрывало его своими горячими волнами. Он крепко зажмурился, пытаясь стереть из памяти всё произошедшее только что. Мистер Уайт ставит его на колени. Шлёпает его по заднице. Кончает ему в рот. И Джесси подчиняется, позволяет делать это с собой. Мистер Уайт нарочно хотел унизить его. В этом было всё дело. И им обоим это нравилось. Более чем. Он не сдвинется с этого места никогда. Ему хотелось, чтобы мистер Уайт свалил. Спустя мгновение Джесси почувствовал, как напарник переворачивает его. Снова надевает на него джинсы, аккуратно поправляет одежду. Касается пальцами его губ, вытирая их. Джесси по-прежнему не открывал глаз. Мистер Уайт поцеловал его. — Ты получил то, что было тебе нужно, — низкий, полный удовлетворения голос. — Со временем ты и сам сможешь определять этот момент. Будешь просить, чтобы я тебя отшлёпал, также как будешь просить, чтобы я тебя оттрахал. Джесси открыл глаза. Лицо мистера Уайта было совсем близко, его зелёные глаза поблёскивали от удовольствия. — Пошёл нахуй, ёбаный больной мудозвон! — прошипел Джесси. Мистер Уайт усмехнулся. Ещё раз поцеловал Джесси. — Увидимся завтра, — сказал он.

***

Вспоминая всё это, Джесси почувствовал, как краска снова приливает к его щекам. Что на него нашло, когда он делал всё это? Мистер Уайт играл с ним, как с игрушкой. А Джесси позволял ему и даже хуже, ждал с нетерпением того момента, когда они смогут побыть вместе, во время варки и после. Его дни делились на две части: серые, неопределённые, бессмысленные часы, проведённые в одиночку и яркие, насыщенные — с мистером Уайтом. Все остальные люди, разговоры, взаимодействия перестали на данный момент его интересовать. Единственным предметом для размышлений с тех пор, как мистер Уайт вернулся в его жизнь стал… мистер Уайт. Джесси услышал, как машина бывшего учителя подъехала к его дому. Мужчина как всегда торопился, чтобы побыстрее отправиться варить. Но Джесси не спешил вставать с места. Он слышал шаги напарника за дверью, затем резкий стук. — Джесси! Нам пора ехать, — ещё стук, на этот раз сильнее. — Джесси! — мистер Уайт попробовал повернуть ручку (какая неожиданность), нетерпеливо дёргая за неё. Снова постучал. — Джесси! Джесси стиснул зубы и открыл дверь. Мистер Уайт смотрел на него, словно просверливая насквозь. Джесси смотрел в ответ. — Почему ты не готов? — спросил мистер Уайт. — Разве я прошу слишком многого, когда говорю тебе не терять времени? У нас его и так мало. — Я никуда не поеду с вами сегодня, — сказал Джесси. — Что? Почему? Что с тобой, ты заболел? Джесси снова уселся на диван. Поднёс сигарету к губам, сделал затяжку. — Мистер Уайт, помните, вы сказали, что совершили ошибку, что не должны были приходить сюда? Мужчина слегка замешкался. Он стоял рядом, сверху вниз глядя на Джесси, спрятав руки в карманы ветровки. — Помню. — Тогда… что вы здесь делаете? Вы передумали или ещё что-то? Несколько секунд мистер Уайт молчал. Затем вздохнул. — Ещё что-то, я полагаю. — И что, блядь, это значит? Мистер Уайт сел рядом с Джесси. Положил руки на колени. — Почему ты спрашиваешь об этом сейчас? Джесси поднял глаза на лицо мистера Уайта. Мужчина не смотрел на него, повернувшись к напарнику в профиль. — Это… то, что между нами происходит… то, что мы с вами делаем… Это пугает меня, мистер Уайт. Я чувствую себя не совсем хорошо из-за этого. — Чувствуешь себя… «не совсем хорошо», — медленно повторил мистер Уайт. — Я не понимаю тебя, Джесси. У меня было впечатление, что ты чувствовал себя… достаточно хорошо. Я что-то истолковал неправильно? — он посмотрел на Джесси. — Я не это имел в виду. — Тогда что? — Господи, да вы прекрасно знаете, что я имел в виду! Вы передо мной извинялись. Говорили, что совершили ошибку. Что не должны были этого делать. Вас тогда как ветром отсюда выдуло. А потом, через пару дней, вы вернулись! Как будто и не говорили мне всего этого. А потом вы… потом мы… — Джесси выдохнул. И попробовал начать сначала. — Мистер Уайт, я не могу это просто взять и принять. Это слишком ненормально для меня. Мистер Уайт молчал. Джесси повысил голос: — Вы собираетесь сказать что-нибудь? В ваших действиях вообще есть логика? Снова тишина в ответ. Мистер Уайт уткнулся взглядом в свои колени. В конце концов он нерешительным голосом заговорил: — Джесси… ты знаешь, что я женат. Парень посмотрел на него. — Э, да… я видел вашу жену… помните? Когда она пришла ко мне домой и грозилась сдать меня вашему свояку из ОБН? Обвиняла меня в том, что я продаю вам траву? Такое тяжело забыть. — Всё верно. Ты её видел. Высокая, блондинка… великолепная женщина, — голос мистера Уайта стал непривычно мягким. — Знаешь, когда мы со Скайлер только поженились, я чувствовал себя самым счастливым человеком на свете… С ней я словно мог покорить весь мир. И она очень любила меня. И любит сейчас. Она беременна, как ты мог заметить, — добавил мистер Уайт. Джесси продолжал смотреть на него. Приподнял брови. — И…? Мистер Уайт продолжил. — …И на протяжение всех этих лет я чувствовал, что всё меньше и меньше заслуживаю её любовь. Что я разочаровывал её. Подводил её. А это… — голос мистера Уайта слегка дрогнул. — Это просто сломит её. Это совершенно, полностью сломит её, если она узнает о тебе, о том… что происходит между нами, как ты выразился. Я окончательно предал её, предал её доверие… — он сделал паузу. — Положа руку на сердце, если бы я знал, что это случится, я никогда бы не стал предлагать тебе… — …Шантажировать… Мистер Уайт проигнорировал его реплику. — …варить мет со мной. Ты думаешь, что тебе тяжело это принять. Но, поверь, какие бы… внутренние противоречия, какое бы… беспокойство ты ни испытывал, умножь всё это на два, чтобы представить, что происходит со мной. Тишина ненадолго повисла в воздухе. — Но, Джесси… — в голосе мистера Уайта появились мрачные нотки. — Теперь, когда мы всё это начали… я не могу остановиться. Я смотрю на тебя, прикасаюсь к тебе, твоей коже, губам, и я… хочу тебя. Хочу, чтобы… чтобы ты был моим. Ты мне нужен… и я не благодарю тебя за это. Джесси. Я не просил о том, чтобы хотеть тебя так, как я тебя хочу. Но теперь, когда мы начали, я… не могу остановиться. И, Джесси… Мистер Уайт снова сделал паузу. Посмотрел парню в глаза. Его голос выровнялся, словно он говорил что-то разумеющееся само собой. — …ты тоже этого не остановишь. Мужчина наклонился и поцеловал Джесси в шею. — Ты теперь мой, — прошептал он. Джесси замер. Слова мистера Уайта свалились на него подобно тому, как камни падают в тихую воду, пронеслись беспокойной рябью через всё его тело. Он закрыл глаза, полностью отдаваясь ощущению тёплых губ на своей коже. Мистер Уайт встал, взял его за руки, поднимая с дивана. — Идём наверх. — Я думал, вы торопитесь ехать, — робко сказал Джесси. — Поедем завтра, — мистер Уайт поцеловал его. Затем ненадолго остановился, кашлянул. Джесси удивлённо смотрел на него. Бывший учитель взял его за локоть, подтолкнул вперёд. Его голос стал жёстче. — Идём.