Shadows

Ну, и что на этот раз произошло в этом чокнутом городе? Ни дня не проходит, чтобы не случилась какая-нибудь чертовщина. Мало того, что подростки то пропадают, то оказываются мертвыми, так еще и вышка была оцеплена, являясь местом преступления. Что здесь произошло, Джеки пока не знала. У Бренды тоже не было этой информации. И на этот раз полиции удалось скрыть детали. Сегодня Джеки не особенно хотела вникать во все это. Однако, по возвращении в город она обязательно попытается все выяснить. Конечно, можно было бы спросить у Стайлза. Но девушка и так была у него на примете из-за своего любопытства, поэтому, как ни крути, придется действовать подпольно. Джеки направлялась прочь из города, когда заметила полицейскую машину рядом с оцепленным желтой лентой местом происшествия. Вероятно, кто-то из помощников шерифа был внутри и проводил расследование. Поэтому сейчас, даже если было бы желание, девушка не смогла бы попасть внутрь. Но Джеки нисколько не расстраивалась из-за этого. На сегодня она запретила себе думать о странностях Бикон Хиллс, о последних сумасшедших днях и прочей суете. Сегодня ей удалось уговорить отца отпустить ее в родной город на пару дней, чтобы немного развеяться и повидаться, наконец, с Джессикой. А иначе подруга грозилась в субботу приехать в Калифорнию, а этого допускать было нельзя, учитывая творящееся вокруг безумие. Поэтому сейчас Джеки с легким сердцем выезжала за пределы города, оставляя все тревожные мысли позади. Впереди ждало множество песен и четыре часа пути по Мохаве. Предстоящий день обещал быть хорошим.

***

- Та история, что Тео рассказал мне о библиотеке, - говорит шериф, глядя на сына. – Вот как все случилось. – Стайлз опускает голову и нервно теребит пальцы. Этого разговора нельзя было избежать, и теперь, как бы ему ни было стыдно, придется рассказать все отцу. – Только это случилось не с ним. Стилински-старший уже и так обо всем догадался, так что Стайлзу и не пришлось ничего говорить. Только смириться с тем, что будет дальше, и неуверенно выдохнуть: - Да. - Стайлз, я не смогу защитить тебя, если не буду знать правду. Стайлз не отвечает. Он не может заставить себя посмотреть отцу в глаза и обсудить произошедшее. - Ты правда чувствовал, что не можешь рассказать мне? – спрашивает шериф, и в его голосе слышится то ли сомнение, то ли осуждение. Наверное, обидно от того, что сын не доверился ему. - Я никому не мог сказать, - полушепотом произносит Стайлз, поднимая голову. - Неужели ты думаешь, что я не поверил бы, что это была самозащита? Теперь отец не просто намекает, а открыто говорит, что сын был чертовски не прав, умолчав о произошедшем. - А что, если и не была? – высказывает парень мысль, истерзавшую сознание. – Что, если я скажу, что я хотел его смерти? Он долго думал об этом, и, раз уж карты открыты, то сейчас лучший момент, чтобы сказать все. - Я бы поверил тебе, - спокойно отвечает шериф. – Еще я верю, что хотеть чьей-то смерти и убить кого-то – две очень разные вещи. - Да, но вдруг судья так не подумает? - Тогда пошел этот судья. Стайлз, это была самозащита, - уверенно говорит отец, глядя в глаза сына, и что-то внутри у парня начинает потихоньку оттаивать, - и я бы уничтожил все возможные улики, дабы защитить тебя, если понадобится. – После этих слов в горле Стайлза встает ком. – Я бы спалил весь полицейский участок дотла. Стилински-младший не знает, как реагировать на эти слова. Он и сам готов на все, ради отца, но что-то в грудной клетке так сильно давит, словно бы желая разорвать Стайлза на части. Поэтому парень молчит, пока помогает папе задвинуть полку с телом Донавана. - А как же препятствие закону? – спрашивает парень. – Как же Кира? - С Кирой я допустил ошибку. Видимо, я начинаю с большим пониманием относиться к происходящему, - признается шериф, и Стайлз не верит, что все так просто. - И что? – спрашивает он, немного хмурясь. – Все вот так закончится? - Не для тебя. Проблема сейчас в том, как ты будешь нести это бремя. В охране порядка такое не редкость. Ошибка, что приводит к смерти и напарник умирает. Или его парализует, - объясняет отец, указывая на табличку Донована. – Стайлз, этот факт останется с тобой. И ты часто будешь чувствовать себя как-то не так, пока не перевесишь чашу весов. - Каким образом? – искренне не понимает Стайлз. - Если вместо отнятия жизни, ты сможешь кого-то спасти. Парень поджимает губы и опускает голову. Да, отец знает, о чем говорит, однако Стайлз тоже знает, что они со стаей не раз спасали жизни. Только вот эта мысль никак не облегчает существование в данной ситуации. - Нечто подобное может помочь, хотя и всего на мгновение, - продолжает шериф. – Но настоящая борьба сейчас происходит между твоим сердцем и головой. Твоя голова. Голова считает, что твоим единственным преступлением было желание выжить. А твое сердце… Твое сердце все еще думает, что это было убийство. Так, что думаю… Стоит позволить своему сердцу догнать голову. Вот так просто в нескольких словах отец объяснил то, что происходит со Стайлзом. И не нужно тратить часы на поиски «причины и следствия». Нужно просто не забывать, что рядом есть люди, способные помочь. Нужно просто доверять. - Я чувствую нечто больше вины, - сдавленно признается Стайлз, - знаешь, я чувствую будто… - Сглатывает ком в горле, наскоро стирая убежавшую слезу. – Мне кажется, словно я потерял что-то. И мне кажется, что эту часть себя я не верну. Парень признается, и становится немного легче. И отец смотрит на него с пониманием и долей сожаления. Потому что знает, каково это. - Так и есть, - подтверждает он. Если бы Стайлз не был так эмоционально вымотан, то, наверное, воскликнул «Что?» на всю больницу. Но сейчас у него не было сил удивляться. Он только хмыкнул, как бы принимая слова отца, и немного нервно кивнул. - По крайней мере не до конца, - добавляет шериф, и парень снова переводит на него взгляд. – Но ты вернешь немного больше, если простишь себя, - убеждает он, стараясь сдержать эмоции. Это Стайлз и так знает. Однако все еще не может простить себя. Никогда не простит. Слишком много всего произошло, и у него нет сил оправдаться в собственных глазах, даже если отец на его стороне. - А раз сделать это не так просто, то, может, нужно простить кого-то другого? Кого-то, кому это действительно нужно, - советует отец. - Кого-то вроде Скотта, - понимает Стайлз. И вдруг осознает, что отец полностью прав. Парень и сам уже устал держать в себе эту обиду. Скотт ведь осознал свою ошибку, вернулся, чтобы спасти шерифа. Никто из них не идеален, так что стоит не бросать друг друга, а держаться вместе, выучив этот жизненный урок. «Спасибо, пап» - мысленно произносит Стайлз и крепко обнимает отца, чувствуя, как гора сваливается с плеч.

***

«Скотт просит помощи у Малии» «Мейсон разговаривает с Кори в библиотеке»

***

- Это мой ноутбук? – удивленно спрашивает шериф. - Ага, - отвечает Стайлз, не отрываясь от дела. - У тебя есть мой пароль? - У меня есть все твои пароли. Ты знал, что вчера привезли еще одно тело? - Да, - кряхтит отец, поворачиваясь на другой бок, - и надеялся, что ты об этом не узнаешь. А теперь отдай мне мой чертов компьютер. - Подожди, подожди, - отвечает Стайлз, и отворачивается, видя протянутую руку отца. Клацает пальцами по клавиатуре, выискивая необходимую ему информацию. – Мне кажется, нескольких кадров не хватает. Или чего-то не хватает на самой пленке. - Как по мне, так тебе в голове чего-то не хватает, - беззлобно шутит отец, и тянется к сыну. Однако Стайлз, даже не глядя на него, снова отодвигается, строго говоря: - Тебе нужен отдых. Парень проматывает пленку снова и снова, пытаясь рассмотреть огромного зверя, запечатленного на ней. Того самого, который убил техника. Стайлз понимает, что не справится со всем этим один. И у него есть весомый повод помириться со Скоттом.

***

«Подсознание Лидии общается с Мередит» «Хейден разговаривает с Тео в участке»

***

- Пап, все нормально, мне ехать еще часа полтора, - успокоила Джеки. - Может, все-таки, стоило предупредить Джессику, что ты приедешь? - Нет. Я хочу устроить ей сюрприз. Даже если ее не будет дома, ты же знаешь, миссис Нолан примет меня, как родную. - Уж не сомневаюсь, - усмехнулся отец. – Только не забудь сообщить, когда прибудешь на место. Хотя бы СМС пришли. - Обязательно, - ответила Джеки. – А ты что будешь делать? - Мне, вообще-то, нужно в Нью-Джерси. Подписать документы и встретиться с нужными людьми. - Прямо сейчас что ли? – удивилась дочь. - Нет, но, желательно, в ближайшие пару дней. А я не хочу тянуть. Поэтому сейчас поеду в аэропорт. Все равно без тебя дома скучно. - А когда ты вернешься? - Возможно, завтра утром, - ответил Уильям. – Не думаю, что задержусь. - Хорошо. Только будь осторожен, пап. - Хорошо. Привезу тебе магнит на холодильник. Ты тоже аккуратно. И передавай привет всем, кого увидишь. - Хорошо, пап, - ответила Джеки, не совсем понимая, зачем ей магнит из Нью-Джерси, если они скоро туда переедут? – Пока, - все же попрощалась она, решив, что сейчас эти вопросы не столь важны. - Пока, родная, - попрощался Уильям и оборвал разговор. Джеки ткнула пальцем в телефон, чтобы выключить громкую связь. Затем крутанула колесико регулятора громкости в плеере машины, поправила солнечные очки и прибавила газу, мчась по дороге через пустыню и подпевая песне Imagine Dragons – Smoke and Mirrors.

***

- Эй. Стайлз останавливается на пороге комнаты Скотта. Видит, как друг обрабатывает жуткую рану на груди. - Все еще не заживает? – спрашивает он. - Иногда просто нужно больше времени. Стилински кажется, что МакКол имеет ввиду совсем не рану, и это дает надежду, что все окажется не так уж и сложно. – Что ты здесь делаешь? - А… Ты слышал о парне, который был убит на переговорной башне, верно? – спрашивает Стайлз. Скотт только кивает, надевая кофту. - Кажется, я кое-что нашел. - Что? Ты хочешь, чтобы я помог? – неуверенно спрашивает МакКол. Стайлз молчит несколько секунд, понимая, что это тот самый момент, который, отчасти, вернет все на свои места. И нужно просто дать понять Скотту, что они все еще друзья. - Да, ты сам сказал, что можешь найти подсказки, которые я не смогу. МакКол слегка удивленно смотрит на друга, улыбаясь при этом уголками губ, и едва заметно кивает. Наверное, с трудом верит, что Стайлз находится рядом и не пытается проломить им стены. - Вот, посмотри, - говорит Стилински, включая видеозапись на телефоне. – Это видео, как сначала прибыл техник. Ты видишь, как он входит? Затем патрульная Кларк вошла внутрь, - комментирует парень. – Затем что-то огромное и очень быстрое выбегает. И теперь появляется Кларк. В конце концов, тело техника, - продолжает он, выключая видео, - забрано фельдшерами. Стайлз прячет телефон в карман и смотрит на Скотта: привычно нахмуренные брови и сосредоточенный взгляд карих глаз. - Так, что я пропустил? – спрашивает он, всем своим видом выражая, что ничерта не понял. У Стилински даже появляется желание по старой привычке назвать его «дубиной» и спросить, как Скотти выжил эти несколько дней без него? - Два человека заходят, три выходят, - объясняет Стайлз, жестикулируя. – Я все проверил. Никто не входил в здание до прибытия техника. Весь день. Так откуда это очень большое и быстрое «нечто» появляется? На лице МакКола отражается усиленный мыслительный процесс. Еще немного – и Стилински мог бы поклясться, что слышит скрип шестеренок в голове друга. - Есть другой вход, - наконец доходит до него.

***

«Тео уводит Кори из школы»

***

Джеки плавно въехала на подъездную дорожку одного из домов в Хендерсоне. Машины Джессики не было, поэтому девушка не могла знать, дома ли подруга или все еще в школе. Джеки не стала гадать. Просто вытащила дорожную сумку из багажника, закинула ее на плечо и пошла по выложенной плиткой дорожке ко входу. Дверь оказалась открыта, а значит, кто-то из хозяев был дома. Мистер Нолан, скорее всего, был в очередной командировке. А миссис Нолан на очередном приеме у косметолога или парикмахера. Эта женщина жить не может без салонов красоты. Со второго этажа до слуха Джеки донеслись звуки музыки. Кажется, там играла Muse – Starlight. Девушка поднялась наверх и, осторожно приоткрыв дверь комнаты, стала наблюдать за подругой. Джессика сидела на кровати, сложив ноги по-турецки, и, дергая плечами и головой в такт музыке, делала пометки в какой-то книге. Вот она покусала кончик карандаша, задумалась над чем-то, и снова сделала пометку. Девушка была очень сосредоточена на своем занятии, поэтому и не замечала притаившуюся подругу. Джеки не стала больше прятаться, и, резко распахнув дверь, влетела в комнату, сбрасывая сумку и принимая позу а-ля клоун в цирке. В первую же секунду Джессика от испуга шарахнулась к стене, словно дикая кошка, и даже вскрикнула громче орущей на весь дом музыки. Затем резко выдохнула, прикладывая руку к груди и облегченно выдыхая. И только через пару секунд сообразила, кто находится перед ней. Девушка подскочила, широко распахнув светло-голубые глаза, и прямо с кровати бросилась к Джеки на шею, чуть не задушив ту в объятиях. Подруги верещали от радости встречи, перекрикивая музыку. А когда процесс обнимания закончился, Джессика, наконец, выключила систему. - Какого черта ты не сказала, что приедешь?! - Ну, хотела устроить сюрприз, - ответила Джеки. - Господи, Джекс, да ты же меня до усрачки напугала! – возмутилась подруга. - Прости, я не хотела, - преувеличенно скорбно произнесла Джеки. - Совсем совести нет, - беззлобно заключила Джессика. – Есть хочешь? Могу сделать бутерброд, ибо больше в холодильнике ничего нет. - К черту бутерброды, - отмахнулась Джеки. – Давай рассказывай, как ты тут? И подруги начали долгую беседу, стараясь рассказать, что произошло с ними за эти два месяца.

***

- Ты видишь это? – спросил Стайлз, глядя на огромное пятно крови на месте убийства техника. - Я вижу кровь, - констатировал «капитан очевидность». - Смотри, куда она стекает, - подсказывает Стилински, светя фонариком. Скотт начинает понимать, о чем говорит друг. Подходит к стене, присаживаясь на корточки, и старается рассмотреть, что же находится под опрокинутым шкафчиком. Затем берется за него снизу и пытается поднять, но выходит лишь немного сдвинуть его в сторону, да и то с огромными усилиями. Все же ранение дает о себе знать. Скотт снова пытается поднять шкафчик, но тот срывается с рук, с грохотом падая обратно, а МакКол корчится от боли. И Стайлз понимает, что что-то не так. У друга просто не хватает сил, да и рана не затягивается, а это не есть хорошо для оборотня. Скотт снова пытается поднять инвентарь, отдышавшись, но это, опять же, выходит у него плохо, и Стайлз срывается, чтобы помочь другу. Присаживается, хватаясь за шкаф с обратной стороны. Скотти смотрит на него в этот момент с какой-то надеждой и благодарностью. Как будто чувствует, что между ними все почти так же, как и раньше. Стайлз кивает, словно бы отвечая на эту мысль, легко читаемую на лице друга. А затем они общими усилиями все же поднимают тяжелый шкаф. Парни тяжело дышат несколько секунд, а затем оборачиваются и видят дыру в полу, уводящую в подвал. Прутья металлической решетки выломаны, раскрошены и выгнуты в разные стороны. И тот, кто сделал это, обладает огромной силой.

***

«Мейсон уговаривает Лиама извиниться перед Скоттом»

***

- Я же знала, что все дело в парне, - с умным видом заявляет Джессика, сидя в изголовье кровати и обнимая подушку. - Не совсем, - оправдывается Джеки. – В смысле, он мне нравится, но я не влюблена в него. - Да, и при этом ты мчишься посреди ночи в больницу к его отцу. - Я просто хотела его поддержать! Джессика недовольно складывает пухлые губы уточкой, говоря таким образом, что не верит ни единому слову подруги. - Что? – вопрошает Джеки, взмахивая руками. – Хорошо, он очень сильно мне нравится. Подруга лишь дергает бровью, по-прежнему ничего не отвечая. - Я в него не влюбилась, - снова повторяет Джеки. – Мы просто… одноклассники. Джессика внезапно начинает подозрительно щуриться. - Мэйсон, ты хочешь сказать, что переспала с ним? – вкрадчиво спрашивает подруга. Девушка ничего не отвечает, лишь с недовольным стоном падает назад, накрывая лицо подушкой. - Так, не смей убегать! Давай рассказывай, какого черта у тебя там происходит? - Дурдом, - едва понятно бурчит Джеки. - Что? – недовольно переспрашивает подруга и сдирает подушку с лица девушки. – Когда это произошло? И почему я не узнала сразу? - Ты же не личный секретарь моей сексуальной жизни? - Я – твое спасение. Кто был рядом, когда ты вляпалась в дерьмо по имени Гейб? - Джессика Нолан, о, моя королева! – театрально воскликнула Джеки. – Ладно, - сдалась она и приняла сидячее положение. – Мы, собственно, и не особо-то общались до недавнего времени. Просто я не обращала на него внимания, а он жил своей жизнью в окружении друзей и… девушки. Джессика присвистнула. - Я его не уводила и не соблазняла! – тут же стала защищаться Джеки. – Просто так вышло. Не у одной меня там талант к расследованиям. Отец Стайлза – шериф Бикон Хиллс, а сын весь пошел него. Вот Стайлз однажды и поймал меня ночью, в мужской раздевалке. И, конечно же, после этого внимательно следил. Спустя несколько дней он снова поймал меня в школе, но мы оба чуть не попались патрульному, поэтому пришлось заскочить в ближайший кабинет. А там было тесно, темно и… - Мне кажется, или ты пропустила большой кусок рассказа? Вот как раз между тем, как он поймал тебя в первый и во второй раз? - Да Боже мой! – всплеснула руками Джеки. – Нечего рассказывать. - Нечего рассказывать? Да вы несколько дней назад и не разговаривали, а тут вдруг переспали! Сомневаюсь я, что на вас так подействовала темнота и теснота! Джеки тяжело вздохнула. Пришлось рассказать подруге всю историю их знакомства со Стайлзом, опуская, конечно же, некоторые детали, в которых девушка еще и сама не была уверена. Джессику больше интересовали темы отношений, нежели детективные истории. - Подожди! – воскликнула подруга через полчаса, и взъерошила белые волосы, едва достающие ей до подбородка. – То есть сначала он на тебя бочки катил, потом как бы стал твоим другом, а потом и вовсе решил сделать тебя своей любовницей? Я правильно поняла? Джеки прикрыла лицо ладонью, не представляя, как же объяснить подруге, что на самом деле происходит между ней и Стайлзом. - Я не его любовница. Это было только один раз, да и то спонтанно вышло. - А, то есть он просто удачно тобой воспользовался? - Нолан, я сейчас придушу тебя, если ты не перестанешь извращать все, что я тебе говорю! - Что? – тут же возмутилась подруга. – Просто я реалистка. А с твоих слов все именно так и выглядит. - Ты можешь понять, что между нами есть эмоции? Я не могу это объяснить, но они есть. Он дорог мне! – наконец, выдала Джеки, и после этих слов в голове что-то щелкнуло. Она сама оказалась в легком шоке от подобного заявления. - Вот с этого и нужно было начинать, - спокойно сказала Джессика спустя несколько секунд. – Я поняла. Тебе срочно нужно развеяться. И, - пригрозила она пальцем, - мы еще должны отметить твое восемнадцатилетние. Я сейчас позвоню Алексу, и он все организует. Джеки улыбнулась, радуясь, что сможет встретиться с еще одним другом. Однако мысли о Стайлзе уже начали беспокоить, настырно жужжа под коркой мозга.

***

Стайлз и Скотт шли по сырым подвалам, с трудом представляя, что ищут. Ребята знали, что где-то здесь должны были остаться следы пребывания химеры, того ужасного монстра, которого создали Доктора. И за очередным поворотом они наткнулись на видимые в ультрафиолетовом свете пары ртути. Прошли немного вперед, и внезапно увидели надпись на полу. - Что это? – спросил Скотт. - Похоже на латынь. - Посвети. Я сфотографирую. Скотт достает телефон и настраивает камеру. И когда он уже почти готов сделать снимок, что-то колет Стайлза в шею, и парень, как подкошенный, падет на пол, чувствуя действие уже знакомого парализующего яда канимы. - Стайлз, посвети, - говорит Скотт, не замечая еще, что случилось. Трэйси, выпустив когти и оскалив острые клыки, начала нападать на МакКола. Оборотню чудом удалось увернуться от нескольких ее выпадов, когда Стайлз увидел Джоша, испускающего электрические импульсы прямо из ладоней. - Скотт, сзади! – прокричал Стайлз. МакКол снова увернулся, схватил руку Трэйси и вонзил ее когти в грудь Джоша. Затем швырнул девчонку, а парень, парализованный, рухнул прямо напротив Стилински. - Отстой, не так ли? – пошутил Стайлз. В ответ парень лишь слабо дернулся пару раз, пытаясь сопротивляться яду. Скотт, к удивлению Стилински, развернулся, сверкнув красными глазами альфы и обнажив острые клыки. Значит, еще не все потеряно. По подвалу разлетелись отголоски грозного волчьего рыка. И прямо перед Скоттом, словно бы появляясь из стены, материализовался Кори. Парниша неловко мялся на месте, боясь сделать шаг навстречу разъяренному альфе. - Хорошо, - раздался приторно-сладкий голос Тео, а затем и сам парень вышел в коридор. – Может, они и не готовы победить альфу. Скотт неверящим взглядом таращился на Кори и Трэйси, все еще тяжело дыша. - Особенно того, кто может учуять страх, - продолжил Рейкен, строго глядя на Кори. - У него клыки, - почти пропищал парниша в свое оправдание. - Что ты сделал? – спросил МакКол. Трэйси и Кори в это время подняли и утащили Джоша. - Я нашел новых друзей. Не умею я принимать отказы, - сказал Тео, и подошел ближе, глядя на Стайлза. - Эй, Тео! – нехотя поприветствовал тот. - Стайлз. Недоальфа перевел взгляд на надпись, на которой стоял, и, скорчив злобную рожу, топнул ногой так, что пол пошел мелкими трещинами, уничтожая слова. - Вы уйдете отсюда, думая, что вам нужно беспокоиться из-за меня, - залепетал он, обходя Скотта. – Но вы ошибаетесь. Вообще-то мы на одной стороне. - МакКол мотнул головой, видимо, не понимая. Как и Стайлз, в общем-то. – Из-за этого существа… - продолжил Тео, указывая наверх. – Вот о чем нам нужно беспокоиться. Твоей стае и моей. – Стайлз бы высказался по этому поводу, если бы был в более выгодном положении. – Мы вернемся в школу и будем делать вид, что мы нормальные подростки, но ночью мы будем сражаться за наши жизни. - Что это? – не выдержал Стилински. - Это не химера. - Но внутри всего лишь ребенок, - возражает Скотт. – Кто-то вроде нас. - Уже нет, - переубеждает Тео. И если на этот раз он не врет, то это в корне меняет ситуацию.

***

«Хейден и Лиам разговаривают возле ветклиники»

***

Скотт помогает Стайлзу принять сидячее положение, и присаживается рядом на корточки. - Он знал, что значит надпись, а я не могу вспомнить слова, - сожалеет он. - Damnatio Memoriae, - озвучивает Стайлз, и МакКол переводит на него удивленный взгляд. – Означает «проклятье памяти». Мне кажется, что это еще и то, что чтобы Ужасные Доктора ни создали, чем бы эта последняя химера ни была, это не что-то новое. Это что-то старое. Очень старое. - Так что они не создали новое существо, - продолжает мысль Скотт. - Они его возродили.

***

«Крис приходит за помощью к Джерарду»

***

МакКол рисует круг в слое песка на полу. - Нам нужна помощь, - говорит он под тяжелый вздох Стайлза. – Если Тео собирает собственную стаю, значит, нам нужна наша. Мы должны вернуть остальных. - Остальных? – скептически спрашивает Стилински. – Ты имеешь ввиду Киру, которая сейчас сражается со смертоносным духом внутри нее? Малия, которая не разговаривает ни с кем из нас? Лидия, которая застряла в доме Айкена? И Лиама, который чуть тебя не убил? – тараторит он. - Так же известны, как наши лучшие друзья, - не сдается Скотт. О, ну да. Стайлз совсем забыл, что МакКол непрошибаемый, и всегда верит только в хорошее. И даже если стая разбросана в разные стороны и разрознена, он все равно попытается ее собрать. Он же альфа. Это же Скотти. - Ладно. Как? - Одного за другим, - отвечает Скотт и указывает взглядом на начерченный круг. - Ты ведь не заставишь меня это сделать? – надеется Стайлз, внимательно глядя на друга. - Ты же часть стаи, да? Да, Скотти непрошибаем, поэтому нет смысла спорить. Стилински не сомневался в этом. - Ладно, - сдается он. С трудом протягивает едва отошедшую от действия яда руку и заключает нарисованный МакКолом круг в другой, больший. Кивает, глядя на знак ИХ стаи. И дает понять Скотту, что он готов идти. Друг помогает ему подняться, взваливает руку себе на плечо, и они вместе идут прочь из подвала. - Мы должны найти Киру, - говорит Скотт. Стайлз ничего не отвечает, сосредоточенный на том, чтобы передвигать ватными ногами. Но не выдерживает, и, в своей излюбленной манере добавляет: - Я все еще ненавижу этот тату.

***

- Привет, крошка! – орет Алекс, открыв дверь, и сгребает в охапку Джеки. Кружит девушку в воздухе, радостно смеясь, пока она обзывает его «верзилой» и требует немедленно поставить на место. – Я чертовски по тебе соскучился! - И я по тебе! – отвечает Джеки, когда ее, наконец, отпускают. - Заходи, - приглашает парень, пропуская ее и Джессику в дом. – Мы тебя уже заждались. - Кто это «мы»? – удивляется Джеки, проходя в гостиную, и в этот момент изо всех уголков дома к ней с радостными криками сбегаются бывшие одноклассники и те люди, с которыми она просто неплохо общалась, когда жила в Хендерсоне. Девушка с трудом верит, что у нее здесь так много знакомых. Человек двадцать пять, не меньше, сейчас выкрикивали слова поздравления в честь прошедшего совершеннолетия, и просто радовались встрече с подругой. Джеки показала друзьям большой палец, благодаря за организованную вечеринку. Джессика довольно улыбнулась в ответ, а Алекс потер ладони, предвкушая веселье. И не прогадал. Уже через несколько часов весь дом стоял на ушах. Пара человек успело надраться в стельку за это время. В том числе и хозяин дома. Он, правда, пока еще держался на ногах и пытался хоть как-то следить за тем, чтобы никто ничего не разбил. К удивлению Джеки, Харрис и Джессика мило сюсюкались, сидя на самом верху лестницы. Внимание девушки привлекло то, что парень, обычно довольной скромный и даже стеснительный, гладил оголенную коленку Джесс, а та, в свою очередь, пьяно улыбалась ему. Джеки никак не могла понять, мерещится ей это, или все происходит на самом деле. Но не успела она хорошенько обдумать эту мысль, как сладкая парочка сплелась в весьма страстном поцелуе, отчего у Джеки едва челюсть на пол не упала. Несколько секунд она фокусировала хмельной взгляд на этой картине, и, когда убедилась, что это правда, едва не начала истерично хохотать от радости. Рядом с ней Алекс наблюдал тоже самое, открыв рот от удивления. Джеки, будучи довольно пьяной и веселой, хлопнула друга по плечу, слегка подтянула и без того короткое платье выше и, не беспокоясь о мнении гостей, запрыгнула Алексу на спину, обвив ногами его талию. Туфли девушки уже давно валялись где-то под лестницей, а ткань темно-синего платья, на удачу, была стрейчевой. Одной рукой Джекс обвила шею друга, а второй, взъершив его светлые, слегка с рыжеватым оттенком волосы, стала размахивать в воздухе в такт музыке, бьющей по ушам. Ребята прошлись так по всей гостиной под веселые возгласы и одобрительные кивки, а затем Джеки крикнула на ухо Алексу, чтобы тот двигался в направлении выхода во внутренний двор. Через минуту они оказались на улице, тяжело дыша, смеясь и держась за стену. - Я думала, мне это привиделось! – заплетающимся языком воскликнула Джеки. - Да я же тоже это видел, - еле выговорил Алекс, безуспешно пытаясь подкурить. Джекс отобрала у него сигарету, понимая, что после этого он рухнет спать прямо здесь. - Что?.. – непонимающе уставился парень на подругу. - Да ты пьян в стельку! Куда тебе курить? Плохо же будет… - А ты переживаешь за меня… - скорчив довольную физиономию, заключил он. - Еще бы, - фыркнула Джеки. – Крен влево! – тут же добавила она, чувствуя, как начинает заваливаться, однако Алекс вовремя подставил плечо, обнимая подругу за талию. - Какого черта ты уехала? – недовольно бурчит он. - Так нужно было. - А то, что я скучаю, тебя не волнует? – деловито произносит парень, глядя на девушку сверху вниз. - И я скучаю. Но это жииииизнь, - отвечает девушка, разводя ладошки в стороны, и в следующий момент Алекс уже по-хозяйски целует ее, словно делал это каждый день. Крепче прижимает к себе, запуская пальцы в шоколадные кудри. Первые секунды Джеки не понимает, что происходит, но потом отвечает на поцелуй, впрочем, тут же его прерывая. - Ну-ну-ну, - шуточно грозит она пальчиком другу. – Пошли в дом, у меня ноги замерзли, - врет она, и, развернувшись, словно генерал жестом руки призывает Алексу следовать за ней. Парень наигранно-обреченно вздыхает, делая скорбную мордашку, и послушно идет за подругой в дом.

***

Джеки с трудом стаскивает с себя платье и кидает его куда-то в сторону шкафа. Хочет напомнить подруге, что и ей не мешало бы раздеться, однако Джессика уже сладко сопит в подушку, и любые попытки ее поднять будут бесполезны, а, возможно, и вовсе опасны для жизни. Поэтому Джеки просто плюхается на другую сторону кровати, с удовольствием вытягивая уставшие ноги. Девушки вернулись домой на такси, хотя Алекс почти слезно умолял их остаться. Джессика отказалась, аргументируя это тем, что утром она вполне может проснуться не с подругой, а с Харрисом, что в ее планы пока что не входило. Джеки, конечно же, сказала, что не оставит подругу одну. Но, на самом деле, она просто прекрасно понимала, что после произошедшего им с Алексом лучше не оставаться в одном помещении, пока они оба не протрезвеют. Случившееся, в сущности, ничего не меняло между ними. Алекс остаток вечеринки вел себя так, словно ничего и не было. И, как вариант, вообще не вспомнит ничего на утро. А если ему и напомнят, то он скажет, что это все виноваты целующиеся пары… «-…Пары, создавшие мир. Мы рассмотрим несколько примеров, - говорит Стайлз, разворачивается, берет мел и пишет что-то на доске. – Для начала Абзу и Тиамат в шумерской мифологии. Абзу, или по-другому Энгурра, это мировой океан подземных пресных вод, который окружает землю, - поясняет он и снова разворачивается лицом к аудитории. – А Тиамат – это океан-хаос соленых вод. Так вот согласно шумеро-аккадскому космогоническому эпосу «Энума Элиш», о котором говорил мистер Кавиш, воды этих океанов смешались. И так был создан мир. - Мистер Стилински, - раздается женский голос, - но каким образом эти Боги, или природные стихии, оказались в одном эпосе, если Абзу относится к шумеро-аккадской мифологии, а Тиамат к шумеро-вавилонской. Что позволило им объединиться? Стайлз улыбается, предвкушая великолепную беседу, однако не успевает ответить, так как раздается звонок, завершающий занятие. Но никто не спешит сворачивать конспекты. Все студенты послушно ждут, пока преподаватель попрощается с ними. - А это, видимо, придется выяснить на следующей лекции. Всем удачного вечера и выходных. Только после этого люди начинают собирать вещи и потихоньку выходит из аудитории. Джеки стоит возле входа, наблюдая все это через открытую дверь. Она откровенно любуется мужем, который выглядит очень красиво в серой рубашке в мелкую клетку, зауженных брюках и классических туфлях на шнуровке. Девушка ждет, пока почти все студенты выйдут из аудитории, и только потом тихонько подходит к мужу, что-то раскладывающему на преподавательском столе. - Добрый день, миссис Стилински, - здоровается одна из учениц. - Привет, Лаура, - отвечает Джеки, поднимая руку в приветственном жесте. Эта девочка всегда здоровается с Джеки, когда та приходит к мужу на работу. - О! – восклицает Стайлз, замечая жену возле своего стола. – Я ждал тебя немного позже, - говорит он, собирая некоторые листы в стопку. - Я просто не смогла больше ждать, - взволнованно говорит Джеки. - Ждать чего? – подозрительно спрашивает Стайлз, отрываясь от своего занятия. Джеки молча подходит к мужу, достает из сумки небольшой белый конверт и кладет его на стол, сверкая глазами от предвкушения предстоящей сцены. Стайлз прищуривается, берет конверт и вытаскивает оттуда черно-белый снимок узи. - Вот эта маленькая точечька – наш малыш, - шепчет Джеки, тыча пальчиком в снимок. Ее муж какое-то время не моргая смотрит в распечатку. Затем переводит счастливый взгляд на жену и усмехается, словно бы находясь на грани приятного безумия. Он крепко обнимает Джеки, тяжело дыша от радости. - Я люблю тебя, - сдавленно шепчет он, целуя девушку в висок. Обхватывает лицо ладонями и целует прямо в губы со всей любовью, на которую способен. Сейчас ему все равно, видят ли его студенты, другие преподаватели или даже сам ректор. Так же, как и не волнует это его жену. Все, что сейчас важно, это новая жизнь под сердцем Джеки. - Мы должны рассказать отцу, - напоминает Джеки. - Да хоть целому миру! – смеется Стайлз. - Ну, наконец-то! – восклицает Уильям. – Мы с Джоном уже заждались этой новости. Поздравляю, родные мои. Отец Джеки обнимает одновременно и дочь, и зятя. - Давайте хотя бы чаем это дело отметим! – предлагает он и проводит гостей на кухню. Уильям засыпает детей вопросами о возможном имени ребенка, предполагает, в какой садик и какую школу ему лучше пойти, и настаивает, что ребятам нужно переехать в квартиру побольше. - Папа, наш ребенок – это всего лишь маленькая точка пока. До школы еще очень далеко. - Знаешь, вот так всегда кажется, - возражает отец. – Когда ты родилась, я тоже думал, что мы еще не скоро отправим тебя в школу. Но, веришь, не успел и глазом моргнуть, как уже сидел на вручении аттестатов в Бикон Хиллс. Время летит очень быстро. - Мой отец тоже до сих пор не может поверить, что я вырос. Все смотрит на мое обручальное кольцо и спрашивает, правда это, или ему мерещится, - подтверждает Стайлз. - Вы ему еще не сообщили? – интересуется Уильям. - Нет, пап. Ты первый, - отвечает Джеки. - Тогда вы должны сегодня же ему позвонить. - Такие новости нужно сообщать лично. Поэтому отец скоро будет здесь, - не соглашается Стайлз. Через полчаса на пороге появляется Джон Стилински. - Надеюсь, я проделал такой путь не ради чашки чая? – шутит он, обнимая Уильямя. - Привет, пап! - Стайлз хлопает отца по плечу. Джеки целует свекра в щеку. – Ты еще помнишь, как обращаться с маленькими детьми? - Стайлз, что за вопросы? – не понимает Джон, однако через несколько секунд до него начинает доходить смысл происходящего. – Вы… Неужели? – выдыхает он. - Да, папа. Ты скоро станешь дедушкой, - улыбается его сын, и мужчины обмениваются новой порцией счастливых объятий, а Джеки подставляет щеки для поцелуев. Стилински-младшие пьют только чай, и едят сладкое и фрукты. А вот Джон и Уильям неплохо налегают на виски, давно припрятанный отцом Джеки как раз на этот случай. В итоге вечер заканчивается пьяными песнями счастливых будущих дедушек, из-за которых, кажется, соседи могли бы вызвать полицию. - Джон мой гость. И он останется здесь, - настаивает Уильям. – Тем более ваша квартира совсем маленькая. Так что это не обсуждается. – Последнее слово он выговаривает с трудом. - Хорошо, пап. Тебе тоже пора. Ложись спать. И больше никаких песен, - предупреждает дочь. - Есть, мэм, - шутит отец. Стайлз и Джеки выходят за дверь и идут к машине, тихонько хихикая. Они давно не видели своих отцов такими счастливыми. Джеки с удовольствием наблюдает за струйками воды, сбегающими по телу мужа. Девушка касается груди Стайлза подушечками пальцев, проводит чуть ниже, к солнечному сплетению, обводит едва выступающие кубики пресса. Ее муж следит за собой, стараясь поддерживать форму, чтобы «не раздобреть от готовки жены». - Мы же собирались просто принять душ, - напоминает Стайлз. - Я знаю, - отвечает Джеки, все еще рассматривая его тело. – Но завтра выходной. Поэтому сегодня нам некуда спешить. Джеки целует мужа, обхватывая руками сильные плечи. В душе и без того жарко, но тело девушки еще сильнее нагревается от растекающегося по венам желания. Обнаженный Стайлз слишком соблазнителен, чтобы от него отказаться. - Мне кажется, или здесь стало жарковато? - с коварной улыбкой шутит он. - Тс-с-с. Джеки прикрывает глаза, поворачивается, облокачиваясь спиной о грудь мужа, и подставляет шею для поцелуя, который незамедлительно следует. Мягкие губы властно скользят по влажной коже, заставляя девушку делать частые вдохи. Крепкие мужские руки уверенно блуждают по плоскому животу, нежно обводя окружность пупка, и медленно пробираясь ниже. Джеки резко выдыхает. - Тс-с-с, - на этот раз просит Стайлз. Второй рукой накрывает ладонь жены с тыльной стороны, слегка переплетая пальцы, и упирается в стену, сильно прижимая. Осторожно прихватывает зубами кожу на шее девушки, а затем медленно входит, прикрыв глаза, и заставляя Джеки издать короткий стон. Начинает размеренно и уверенно двигаться, обвив талию жены рукой. Они теряют счет времени, пока душевая кабина заполняется рваными вдохами и стонами. Джеки уже упирается второй рукой в стену, скребя ногтями по гладкой плитке. Стайлз движется все быстрее с каждой минутой, прижимая жену к себе как можно сильнее. Девушка слышит его хриплое дыхание над ухом, иногда срывающееся на низкие стоны, подается немного назад, крепче прижимаясь к мужу спиной. Чувствует, как движения становятся все более резкими, крепко жмурится, закусывая губу. Стайлз делает еще несколько сильных толчков, надрывно стонет, почти рычит в шею Джеки. Девушка чувствует, как по телу мужа одна за одной проходят волны удовольствия, и только потом его тело начинает потихоньку расслабляться. Джеки медленно выпрямляется, поворачиваясь к мужу, и крепко прижимается к груди, обвив обеими руками его талию. В ответ Стайлз обнимает жену за плечи, все еще тяжело дыша, гладит по влажным волосам, целуя в висок. - У меня ноги трясутся, - через какое-то время говорит девушка и издает слегка истеричный смешок. - Я понесу тебя на руках, - отвечает парень. – Хоть на край земли. Стайлз осторожно опускает Джеки на кровать. Разматывает полотенце и ложится рядом. Теперь уже Стайлз любуется телом жены. Проводит рукой по небольшой упругой груди и пока еще плоскому животу. Осторожно целует пупок. - Мы тебя любим, слышишь? – тихо говорит он, обжигая живот Джеки горячим дыханием. – И не важно, мальчик ты, или девочка. Ты все равно самый счастливый малыш на планете. От этих слов сердце девушки начинает биться быстрее. Она понимает, что любит мужа так сильно, что от этого хочется плакать. То, что у них, не объяснить словами. И иногда кажется, что этого счастья слишком много для одного человека. Еще немного – и Джеки взорвется от эмоций как сверхновая. Но у нее есть Стайлз. У нее есть любящий муж, который делит с ней каждую минуту их счастья. А теперь у них еще будет и ребенок. Он будет плодом их любви: безграничной, всеобъемлющей и неповторимой. Они будут настоящей семьей. Стайлз громко чмокает Джеки в пупок, и она начинает смеяться. - Щекотно! Парень подползает выше, и целует жену в губы. - А так? – спрашивает он. - В самый раз, - отвечает она. Обнимает мужа и тянет в сторону. Стайлз послушно перекатывается на спину и принимает сидячее положение, помогая Джеки устроиться поудобней сверху. Девушка обнимает лицо мужа руками, глядя в родные карие глаза, и целует в губы так, словно бы не видела его целую вечность. - Если бы ты только знал, как сильно я тебя люблю, - говорит она. Стайлз ничего не отвечает. Лишь прикрывает глаза и тянется к жене за новым поцелуем. Они только что занимались любовью, но хотят еще. Им, кажется, всегда будет мало…» Сон постепенно начал рассеиваться, и все приятные ощущения стали сменяться первыми признаками сильнейшего похмелья.