Расси

Передо мной стоял исконно русский богатырь: сажень в плечах, грудь колесом, руки как кувалды, со всех сторон бицепсы, трицепсы и всё, что к этому прилагалось. Такой на одну руку положит, а другой прихлопнет, не оставив и мокрого места, и культуристы ему не соперники. Илюша Муромец во плоти! Лицо доброе, улыбчивое, шея как у быка, волосы светлые, до лопаток, заплетены в несколько косичек, а лоб перевязан кожаным плетёным шнурком. Одет, как и все - в шаровары, но без верха: на груди тяжёлый фартук до колен, видать, Стешик отца прямо из кузни вытащил. - Папа, а это господин Дик, он хочет с тобой познакомиться! - Это можно. Проходите в дом, господин Дик, а ты, сынок, давай, скажи там нашей Мульке, пусть холодного квасу несёт гостю. Ну, правда, из российской глубинки кузнец, не иначе! В его доме я подметил много кованых вещей, в основном это небольшие детали, такие как ножки у мебели, ручки у дверей и шкафов, кочерга, кованная решетка у очага и так по мелочи ещё кое-что. - Вижу, вам мои работы по нраву пришлись? - Очень красиво! Видно руку мастера. - Спасибо, господин Дик. Меня, кстати, Гоффом зовут, и давайте без господинов, кузнец я простой,- предложил Гофф добродушно. - Я тоже не господин, но каждому не объяснишь. - Это верно, люди видят твою красоту, да ещё такую необычную для этих краёв, вот ты для них уже и господин. Я усмехнулся, соглашаясь. - А что касается моей работы, так она не идеальна. Вот мой старший сын Шэрт умением в прадеда пошёл. Любит он искусную и тонкую работу! – гордо сказал любящий отец. – Тебе, если что такое понадобиться, рекомендую к нему обращаться. Я поблагодарил Гоффа, а про себя вмиг смекнул, чем приблизительно озадачу молодого кузнеца. Старшего сына Гоффа дома не оказалось, выяснилось, что он понёс готовую работу очередному заказчику. Что же, в следующий раз познакомимся. Дальше наш разговор прошёл более нейтрально, но видно, что кузнец изо всех сил старается не перейти на разговор о своей любимой работе. Так мы и просидели пару часов, а так как говорить особо было не о чем, я рассказал (не без «помощи» Стешки, конечно) историю с Хорсом. Гофф наградил меня парочкой советов, как избегать мест, подобных харте Хорса, и просил заходить в любое время, если что понадобиться. Я не отказался, и не потому, что действительно собрался просить помощи, а потому, что хотел сблизиться с ним, как с отцом мальчика, и разобраться в проблеме Стешика. В таверну мы со Стешиком вернулись во второй половине дня. Поднимаясь с ним в мою комнату, я позвал мальца, Навку кажется, чтобы он попросил господина Лариуса зайти ко мне и чтобы тот захватил с собой бумагу и карандаш. Стешик в нетерпении метался по комнате, как волчок. Комната, кстати, у меня прекрасная, постель большая и мягкая, резной, вместительный шкаф, на полу тёплый, светло-коричневый ковёр, круглый стол и три стула, но это ещё не всё! Здесь была ванная комната с огромной и удобной лоханью и лавочкой, и я сам мог наливать воду и горячую, и холодную. Но гвоздь программы - санузел, правда, без унитаза, но каменная дыра в полу всё же лучше, чем горшок в харте мошенника. После «тарелки и кружки» это были хоромы. Господин Лариус пришёл быстро, ещё бы, такое дело может выгореть, дураков отказываться нет. - Что же, господа хорошие, - начал я. - Вы желаете знать, каким образом я залезал на поднебесники? – с этими словами я демонстративно взял свою «рабочую» ткань, скрутил в жгут, завязал узлы и продемонстрировал, как мог, сие нехитрое приспособление (изобретение) ошарашенным господам. И, как можно более доходчиво и подробно, описал свои лазанья по дереву. - Босиком?! – опешили мои слушатели. - Согласен, что это не совсем удобно, сказал бы даже дискомфортно, но, как говориться, что имеем… - Это потрясно, господин Дик, на такую верхотуру! И как у вас хватило терпения? – восхитился Стеш. - Захочешь жить, ещё и не такое придумаешь. Как говорят у меня на родине, голь на выдумки хитра. - Это всё верно, господин Дик, но… - хартщик замялся, - надолго вас не хватит. Вы просто не выдержите залезать так каждый день или даже через день, да ещё так высоко! До спада плодов осталось два месяца, а вдруг вы сорвётесь! Мне кажется, эта затея слишком опасна, не хочу рисковать вашей жизнью, пусть и ради поднебесников! - Именно поэтому у меня есть идея! – слушают? ОК! – Я знаю верный способ, как можно за один день общипать не один поднебесник, и с минимумом усилий! В вопрошающем изумлении мои слушатели ждали продолжения. - Господин Лариус, Стеш мне рассказал, что поднебесники неприкосновенны и любой вред, нанесённый им, карается по закону! - Это так, господин Дик, что правда, то правда. - А что, если приспособление не повредит дереву? Вы согласитесь на пай в таком деле? - Если вы знаете нечто подобное, я обеими руками только за! - Тогда должен предупредить, что без брата Стешика нам не обойтись, – две пары глаз смотрели на меня. Стеш, ясно дело, с радостью, а господин Лариус с недопониманием. – Сегодня я узнал от его отца, что Шэрт мастер тонкой и кропотливой работы, а это именно то, что нам и нужно! - Я весь во внимании, – деловито изрёк хартщик, а ребёнок прямо горел от нетерпения быть посвящённым во что–то серьёзное. - Я закажу ему когти, - начал я сразу с главного. - И, прежде чем услышу от вас возражения, спешу уверить, господа, что это только название устрашающее, на самом же деле, в них не будет ничего опасного для поднебесников. Ничего колющего или режущего. Сейчас я нарисую вам приблизительную схему. Мы расселись вокруг стола и, сделав первые наброски, я объяснил, что и куда надевать и как с этим залезать на дерево. Господин Лариус удовлетворённо кивал, выспрашивая всё до мельчайших подробностей, в то время как Стешик выдавал восторженные охи и ахи на подобии: здорово! классно! и ничего себе! - На моей родине это изобретение как раз для таких целей и придумали, но там растут простые деревья, которые не страшно покарябать. Я же хочу попробовать это изобретение сделать безопасным для поднебесников. Под конец моей рекламной лекции, господин Лариус кисло нахмурился. Помолчал, глядя на меня, как будь–то что–то решая, и как «обрадует» меня очередным уроком этого мира! - Индивидуальность этих когтей не подлежит моему сомнению потому, как о подобном я никогда не слышал, но это и настораживает! Почему? Вы сами сказали, что у вас на родине такие когти уже есть, а раз так, то поверьте, об этом быстро узнают власти. Как вы объясните закону наличие у вас этих приспособлений, если где–то есть хозяин, который имеет на них все права? Это воровство! Пару секунд этот человек дал мне переварить услышанное, а потом продолжил: - Не хочу обвинять вас в чём–то незаконном, но появились вы в нашем городе в весьма необычном виде, из пустыни и с кучей плодов поднебесника, которые сами же и сорвали. Но при этом вы ничего не знаете о нашем городе! Согласитесь, это странно. Очень многие в городе вас заметили и, если утром я ещё мало что знал о вас, то после вашего заселения в моей харте, о вас говорят и говорят. Одна только поимка бандитов чего стоит. Всех интересует, кто вы и из какого рода. Ваша внешность - как у господина, но одеваетесь вы как простой человек. В Солме вы только второй день, но уже умудрились обрасти славой! Так скажите мне, господин Дик, где же это место, которое вы называете родиной? Вы должны понять, что нарушать закон я не хочу и не буду, но если всё это как–то объяснимо, вам лучше рассказать здесь и сейчас, кто Вы и откуда, или мы тихо и мирно разойдёмся. Вот и приплыли тапочки к дивану! Стеш смотрит на меня с надеждой, впрочем, как и господин Лариус, хотя и старается этого не показывать. Рассказать правду? Если поверят – хорошо, а если нет? Мне стало интересно, а психушки у них есть? Ладно, была не была, лучше рассказать сейчас всё господину Лариусу и Стешику, чем законникам. На ковёр к Ишинаду? Не-е-е!