Проклятый любить

      — Ник!       Эмили дернулась было к Николасу, но была грубо остановлена охранником, до синяков вцепившийся в ее локоть. Она видела в Нике спасителя, но даже подумать не могла, что он напрямую связан со всеми свалившимися на ее хрупкие плечи проблемами.       — Лукас, ты слишком груб с бедной девушкой, она и так дрожит как осиновый лист, — попыталась вмешаться Влада, но, получив в ответ молчание, оставила свои попытки.       Лукас, которого Влада в шутку прозвала Скалой, был невозмутим и будто вовсе не слышал слов, разнившихся с приказом босса. Не обращая ни на кого внимания, он так же бесцеремонно впихнул Эмили в кабинет хозяина, отчего она жалобно взвизгнула, больно ударившись плечом об дверной косяк.       — Какого черта, Маркус? — усмехнулся Николас, вслед за которым вошла и Влада, бесшумно прикрыв дверь. — Ты вроде искал не девчонку, а ее брата.       — Одно другому не мешает. Тем более посмотри, какая она красотка, — подойдя к сжавшейся Эмили, Маркус ухмыльнулся, разглядывая ее фигуру, скрытую лишь тонкой пижамой, в которой девушку бесцеремонно вырвали прямо из постели. — Да и на личико вышла, — взяв ее за подбородок, он повертел лицо из сторону в сторону, разглядывая его со всех сторон. — Отлично впишется в строй девочек, пока ее братец ушел в небытие.       Звук удара и ругань Маркуса привлекли внимание всех присутствующих в комнате: сидевшая на диване Андреа сочувствующе поморщилась, на лице стоявшей около окна Влады на секунду проскользнуло злорадство, а удивленный Николас присвистнул, наблюдая, как его брат морщится от полученного удара в пах.       — А у девчонки есть яйца, — улыбнулся Ник.       — Да я эту суку сейчас на ремни порежу, — прошипел Маркус, полоснув Эмили убийственным взглядом, отчего она юркнула в противоположный угол кабинета, подальше от Маркуса и поближе к Нику.       — Это все какая-то ошибка, правда? — наконец подала голос Эми, поочередно переводя взгляд на всех в комнате. — Я ведь ничего не сделала вам… Отпустите меня…       — Я бы тоже послушал ответ на этот замечательный вопрос, — ухмыльнулся Ник, протянув Эмили снятый пиджак, в который она спасительно укуталась, избегая взглядов тихо ругающегося Маркуса, который наконец смог выпрямиться, отойти к стоящему минибару и, налив себе виски, выпить его залпом.       — Все делается для тебя, милый, — мягко обратилась к Николасу мать. — Мы так и не смогли найти Тома, а пока его сестра у нас, это будет хоть небольшим, но гарантом, что он будет держать язык за зубами и не побежит к Амиру. Если он, конечно, уже это не сделал. В любом случае, это немного поумерит его пыл и даст нам побольше времени.       — Но ведь Тому просто можно позвонить… Я не знаю, что он сделал, он ведь обычный автомеханик, но… Но я думаю, что все можно уладить, — неуверенно произнесла Эмили, переступив с ноги на ногу и сильнее закутавшись в великоватый пиджак.       — Мы как-нибудь сами разберемся с твоим братом, Эмили, — улыбнувшись, Энди поднялась и подошла к ней, разглядывая ее лицо сверху вниз, а девушка инстинктивно сделала шаг назад, прижавшись спиной к холодной стене. — Не бойся меня и не слушай Маркуса, мы не причиним тебе вреда. Тем более ты спасла жизнь моему старшему сыну, за что я тебе очень благодарна. Но сейчас обстоятельства сложились так, что мы вынуждены были так поступить, парни были грубы с тобой, но ты прости их, кроме силы у них совершенно ничего нет, природа, увы, обделила их мозгами.       — Значит, я могу идти?       — Не сейчас, Эмили, чуть позже, — аккуратно взяв девушку за руку, Энди потянула ее в сторону черного кожаного дивана, на который и усадила, сама устроившись рядом, не отпуская ее руки. — Это и для твоей безопасности тоже. Твой брат общается не с теми людьми и тем самым может навредить тебе. А я не хочу, чтобы пострадала девушка, спасшая Николаса. Вы просто поживете какое-то время с Ником в одном загородном доме, тебе там понравится, там есть абсолютно все для комфортного проживания. А когда все немного уляжется и ни тебе, ни Николасу не будет угрожать опасность, ты сможешь вернуться домой, никто не будет тебя держать.       — Я не совсем понимаю, что сейчас происходит, — после небольшого молчания начала Эмили, — но выбора у меня нет, я правильно понимаю? И лучше сделать все добровольно.       — Мы не враги тебе. Однажды ты поймешь, что это единственно верный выход из ситуации. Ну, а пока тебе придется пожить в уединении.       — А мое мнение кто-нибудь спросил вообще? — усмехнулся Ник, недовольный открывающимися перспективами.       — Милый, не начинай, пожалуйста, ты ведь понимаешь, что в городе тебе не безопасно. А ты все еще хочешь вернуться в Лондон и далеко не в заколоченном гробу.       — И что же это за загадочное место?       — Домик одного моего очень хорошего друга. А теперь вам пора выезжать, пока не встало солнце, надеюсь, мы все поняли друг друга и по дороге не произойдет никаких досадных недоразумений.       От слов матери Маркус лишь усмехнулся, устроившись в своем кресле. Он прекрасно знал, как красиво могла говорить Андреа, а еще он прекрасно знал, что практически каждое сказанное ею слово было откровенной ложью, а добродетельностью совершенно не пахло. Впрочем, его мать вообще была далека от благотворительности, но людям это было знать не обязательно.       В кабинете повисло непривычное молчание, все были погружены в собственные мысли, совершенно не желая делиться ими с окружающими. Первым тишину нарушил Маркус:       — Карета подана, так что выметайтесь из кабинета. Лукас! — крикнул он, и мз открывшейся двери появилась внушительная фигура охранника. — Позаботься обо всем.       — Есть, босс, — кивнул Скала, безмолвно ожидая, когда Николас и Эмили последуют на выход.       — Можно я поеду с ними? — подала голос все время молчавшая около окна Влада.       — Что, прости? — Маркус удивленно посмотрел на жену и поднялся, подойдя к ней вплотную, больно взяв за скулы, отчего она немного поморщилась, но продолжила с неким вызовом смотреть ему в глаза. — Ты берега попутала, родная? Какого черта ты открываешь свой грязный ротик?       — Она права, Маркус, ей действительно стоит поехать, — вздохнула Энди.       — Вы сговорились что ли? — недовольно усмехнулся он, но, помедлив, Владу все же отпустил. — Какого черта ей там делать?       — Эмили там будет куда спокойнее, если рядом будет девушка, а не только твои амбалы. Там ведь не тюрьма, а нормальное общение никогда не повредит. К тому же, Владиславе тоже не помешает свежий воздух, городская суета жутко утомляет.       — Хорошо, — нехотя все же согласился Маркус. — Пусть катится вместе с этими, но если что…       — Все будет в порядке, — выдержав испепеляющий взгляд мужа, Влада улыбнулась, а когда тот отвернулся, благодарно посмотрела на Энди, получив в ответ теплую улыбку.       — А теперь вам действительно пора, хорошо вам добраться.       Около черного входа в клуб их ждал черный тонированный внедорожник, за рулем которого сидел мужчина чуть старше Ника, совершенно не уступавший в телосложении Лукасу, отчего Эмили поморщилась и снова закуталась в пиджак, а безысходность и вовсе убивала.       Лукас устроился на переднем сиденье, сверкая внушительным пистолетом, Ник с Владой устроились возле окон, а миниатюрная Эмили оказалась между ними.       Дорога прошла в полной тишине, Ник прикрыл глаза, откинувшись на сиденье: небо заволокли грозовые тучи и не так давно зажившая рана начала предательски ныть. Эмили тоже молчала, пытаясь уследить, куда же ее везут, но безрезультатно. Яркие огни ночного Чикаго вскоре оказались далеко позади, а черные нависающие деревья не освещал даже бледный диск луны. Они ехали долго, а пейзаж за окном совершенно не менялся. Лишь непроглядная темнота и никакого намека на жилые дома. Эмили вздохнула, понимая, что смысла бежать не было. Она бы скорее заблудилась в лесу, чем нашла спасение, ведь после очередного поворота исчезли даже встречные машины, а дорога стала значительно хуже.       Когда машина наконец остановилась, на улице разыгралась настоящая буря: раскаты грома оглушали, а дождь лил словно из ведра. Вспышка молнии отразилась на водной глади озера и осветила небольшой двухэтажный домик, расположившийся в ста метрах от озера. И хоть машина была припаркована практически у самого крыльца, а до самого домика добирались бегом, все изрядно промокли, когда оказались в просторной гостиной, освещенной мягким светом напольных светильников.       — Не номер люкс в пятизвездочном отеле, но не дурно, — усмехнулся Николас, пройдясь по комнате, разглядывая массивную мебель в стиле охотничьих домиков.       — Я бы хотела принять ванную, я очень замерзла, — произнесла Эмили, едва ли не дрожа от холода.       — Тогда пойдем поищем, где здесь спальни, — улыбнулась Влада и взяла Эми за руку, потянув ее к лестнице, ведущей на второй этаж. — А завтра Лукас привезет нам вещи.       — Да, мэм, — отозвался Лукас.       — Как ты поняла, я Влада, — продолжила девушка, ведя Эми на второй этаж. — Устроим небольшой девичник, надеюсь, здесь есть хорошее вино, нам нужно расслабиться.       Голос Влады стих, ответ Эмили Ник также не смог разобрать. Он плюхнулся на диван, достав из кармана джинс одноразовый телефон, любезно предоставленный Энди. Вот только увиденное на экране его крайне разочаровало.       — В этой дыре даже связи нет? — недовольно усмехнулся Ник, взглянув на Лукаса.       — Чтобы вас могли вычислить? Это место удалено от всех вышек связи.       — Что это вообще за место?       — Обычный дом в лесу, к которому ведет только одна дорога, за которой круглосуточно следят. О нем никто не знает, но даже если и узнают, не доберутся. В худшем случае всегда можно уйти в лес, там даже с собаками не найдут.       — А дом-то и правда самый обычный, — ухмыльнулся Николас. — Выпить то тут есть что? А то я свихнусь раньше.       — Весь алкоголь на кухне, — усмехнулся Лукас. — Что-нибудь еще надо?       — Что может быть нужно кроме бутылки виски?       Бессонная суматошная ночь давала о себе знать. Ник чувствовал, как последние силы покидают его, а ноющая боль лишь усиливалась. Его бесило состояние после болезни, он чувствовал себя дряхлым беспомощным дедом, а хуже и придумать было нельзя.       Второй этаж, куда отправился Ник в поисках спальни, был похож на первый все тем же стилем охотничьего домика. За тяжелой дубовой дверью расположилась спальня с широкой кроватью, огромным шкафом и креслом возле небольшого деревянного столика. Интерьер завершала мягкая шкура под ногами, невероятно приятная на ощупь.       Стоя под струями теплого душа, Николас обдумывал сложившуюся ситуацию, и казалось, что хуже и быть уже ничего не могло. Быть добровольным заложником вдали от цивилизации, без средств связи и возможности связаться с внешним миром, было последним, чего ему хотелось, но он отчетливо понимал, что так правильно. И это безумно бесило.       От мыслей его отвлек тихий стук в дверь, и, выключив воду и обмотав вокруг бедер полотенце, Николас ее открыл. На пороге стояла Эмили все в той же пижамке.       — К тебе можно? — она тут же отвела взгляд от его обнаженного влажного торса и едва не покраснела, закусив губу.       — Проходи, — Ник ухмыльнулся и шире открыл дверь, пропуская девушку в комнату.       — Объясни мне, что происходит, Ник? — она посмотрела ему в глаза и, помедлив, устроилась в тяжелом кресле.       — Незапланированный отпуск на природе, — хмыкнул он в ответ.       — Не паясничай, — вздохнула Эми. — После того, как ты оказался на пороге моего дома, у меня все пошло наперекосяк. Сначала полиция и странные парни с восточной внешностью, потом Том стал себя вести странно, а потом ко мне вломились какие-то амбалы и вытащили меня прямо из постели. Мне страшно, Ник.       — Не бойся, — помедлив, Николас подошел к Эмили и, присев перед ней, взял ее за руки и посмотрел в глаза. — Я должен тебе спасенную жизнь. И я тебе этот долг отдам, не люблю кому-то что-то торчать. Так что расслабься и получай удовольствие от природы, когда ты еще просто так отдохнешь.       — Я начинаю жалеть, что тогда спасла тебя, — после продолжительно взгляда глаза в глаза, Эмили вздохнула и отвела взгляд. — Пойду спать. Это была худшая ночь в моей жизни.       — Твой брат все равно бы тебя втянул рано или поздно в такое дерьмо, — Ник поднялся следом за Эмили, не сводя с нее глаз.       — Ты ничего не знаешь обо мне и моем брате, — полоснув его взглядом, Эмили вышла из спальни, хлопнув дверью.       Идти за ней не было смысла. И стоило Нику коснуться головой подушки, он тут же уснул, не обращая внимания на неутихающую грозу.

***

      Эмили не спалось. В голове крутилось слишком много мыслей, а еще был чертов гром, от которого она каждый раз непроизвольно вздрагивала. И жутко хотелось пить.       Ступая босыми ступнями по холодному полу, она наощупь брела по лишь изредка освещаемым вспышками молнии незнакомым коридорам, наконец оказавшись в более-менее знакомой гостиной, из которой шла лишь единственная дверь. И дверь эта наверняка вела на кухню. С такими мыслями Эмили толкнула ее, и правда оказавшись в большой кухне.       — Тоже не спится? — Эми едва не взвизгнула от неожиданности, когда возле окна заметила силуэт и небольшой огонек. — Прости, я не хотела тебя напугать. Выключатель рядом с тобой.       Нащупав заветный выключатель, Эми щелкнула его, и комнату осветил мягкий свет. Она не ошиблась: возле окна, на подоконнике, действительно сидела уставшая Влада с тлеющей тонкой сигаретой.       — Я за водой пришла, — пожала плечами Эми. — А ты чего не спишь?       — Наслаждаюсь одиночеством. После встречи с Кроуфордами жизнь идет через одно место. Впрочем, ты уже на себе это почувствовала, — Влада усмехнулась и затушила в пепельнице сигарету.       — Это точно.       — Только не влюбись в него.       — Прости? — Эмили удивленно посмотрела на девушку.       — Не влюбись в Николаса, это плохо для тебя кончится, поверь мне.       — С чего ты вообще взяла, что я должна его полюбить? — Эми непонимающе нахмурилась.       — Я видела, как ты на него смотришь, Эмили. Беги от него подальше, как только сможешь убежать.       — Ты ошибаешься, Влада.       — Мне очень хочется в это верить, — улыбнулась она и слезла с подоконника. — Спокойной ночи. Хотя скорее спокойного утра.       Влада покинула кухню, оставив Эмили в недоумении. Ведь Эми была твердо уверена, что все сказанное было полнейшим бредом. Но мысли не давали ей покоя, из-за чего она и вовсе забыла, зачем пришла на кухню.