Заблудившаяся в снах

Наскоро проглотив кусок зайчатины с печеным картофелем и запив его кружкой горячего глинтвейна, я почувствовала себя сытой. Однако от десерта удержаться не могла – печеные с корицей яблоки напоминали мне о детстве. И тут же до меня дошло, что именно мы унаследовали этот рецепт от предков. Насытившись, я поднялась со своего места. Алистер кивнул, разрешая мне выйти из-за . - Я вас жду, - улыбнулся он. Поднявшись в свою комнату, я обнаружила там Зору, которая уже готовила мне платье. Я нахмурилась. Идея кататься в длиннющем платье мне здорово не нравилась. Это было ужасно. Сюда бы гораздо удобнее подошли бы . Ну, или бриджи, поправила я себя. Но раз уж пошло такое дело, то и переодеваться мне тоже не хотелось. Поэтому я, несмотря на все ворчание Зоры лишь махнула гребнем по волосам, и спустилась вниз. Алистер уже ждал меня у входа, как и обещал – его лошадь уже нетерпеливо гарцевала под ним. Я улыбнулась. Даже сейчас Алистер был в килте. В моем времени мало кто позволял себе ходить в будни в килте. Я знала, что в Инвернессе последний маркиз Аргайл именно так и ходил – но его обязывало положение – родовой замок маркиза был одним из живых шотландских музеев. Лично мне было это непривычно – жить в доме, по которому целыми днями шатаются посторонние люди. Хотя, попав в Гленстрэ средневековый, я, кажется, понемногу начинала это понимать. Алистер спешился, помогая мне забраться в седло. Кобылка , выбранная им для меня, была небольшой, изящной, яркой рыжей масти. Имя у лошади было соответствующим – ее звали Малышкой. Однако седло, сделанное специально для дам, было неудобным. - Милорд Алистер, - обратилась я к своему спутнику. – Вы не прикажете оседлать лошадь с обычным седлом? - Мужское седло? – его брови удивленно поползли вверх. – Но разве леди не более привычна… - но, видимо, он не был из тех людей, которых нужно было просить более двух раз. Через пятнадцать минут Малышка стояла у крыльца, уже с привычным мне седлом. - И все же, леди Кейтлин, я считаю, что вам будет не очень удобно, - он держал лошадь за поводья. - Уверены, мой лорд? – усмехнулась я. Вскочить на рыженькую лошадку не составило большого труда. Только вот Алистер оказался прав – шерстяная юбка предательски затрещала по швам, когда я перебрасывала ногу через спину лошади, и я невольно позавидовала короткому килту моего спутника. Однако юбка выдержала, а на лице Алистера появилась сдержанная улыбка, когда он наблюдал мои попытки устроиться в седле поудобнее. Юбка ограничивала мою свободу сидеть так, как мне заблагорассудилось, но я подумала, что не стоит ради свободы жертвовать тем немногим, что у меня было. - Едем? – спросила я. Он кивнул, взлетая на спину своего жеребца, и неспешной рысью направился по тропинке, и Малышка послушно потрусила вслед за ним. Ситуация вновь напоминала дежа вю. Я большей частью молчала, а Алистер говорил, все больше и больше напоминая мне нашего с Маргарет нового соседа. Да и внешнее сходство было поразительным. Разве что кожа моего нового знакомого была темнее, а профиль – несколько суровее. Глаза, губы, россыпь веснушек на лице, даже взлохмаченные волосы – на первый взгляд и не отличишь. Все, что Алистер говорил о Гленстрэ, пока мы неспешно ехали вдоль озера Лох Кэтрин, я знала – может быть из-за изучения мной архивов? И о вражде с Колкухунами, которых он через каждый десяток слов поминал недобрым словом, тоже не бывшей в новинку. Меня же интересовали те вещи, те мельчайшие подробности, которых я не знала. - А почему Колкухуны на нас так ополчились? – спросила я. - Видишь ли, - на «ты» мы перешли как-то легко. – Все началось с ерунды, - продолжая говорить, он вдруг остановился, спешился с лошади и помог слезть мне. Руки у него были безумно горячие. – Двое наших проезжали его землями, остановились на постой. Вот они и одолжили барана у хозяина, - он сделал акцент на слово «одолжили», - Колкухун прознал про это, и расправился с ними. Ну и мы конечно в долгу не остались. Отрезали голову и послали в замок. А там была беременная сестрица Колкухуна. - И что? – я смотрела на него в удивлении. Но похоже было, что такие вещи лишь забавляли молодого вождя. - Не знаю. Когда один из моих парней заезжал к ней потом, он так и не нашел ее. Только окровавленные тряпки. - Ее что, убили? - А может, родила и сбежала. – невеселая ухмылка появилась на лице Алистера. – МакГрегоры – парни отчаянные, и нас здесь боятся. Недаром за наши головы по 500 фунтов обещали. И грехи все простить… - он вдруг расхохотался, запрокинув рыжую голову. Словно отвечая, с неба раздался гром. - А … зачем она вообще понадобилась Грегорам? – спросила я, не совсем уверенная, хочу ли я знать ответ. Алистер осклабился. - Парень хотел жениться. - На сестре Колкухуна? На враге? - Ну.. – протянул Алистер. - Кровь в них неплохая. Если ты берешь женщину, то уже неважно, какого она рода… Она теперь принадлежит тебе. По праву меча. И ты будешь о ней заботиться и защищать. - А если она не хочет? - Это бывает весьма редко, - он уклонился от ответа. - А ты… - голос мой вдруг охрип. - Что? - Ты часто пользовался правом меча? Я осмелилась взглянуть на него. Но вопрос его не капли не смутил. Совсем нисколько. - Да, я частенько завоевывал своим мечом… о, ты о женщинах? Теперь настала моя очередь смутиться. - Нет… Конечно же, нет…- он ни слова не сказал о невесте, и я не спрашивала, памятуя слова Зоры об открытой ране в душе Алистера. Говоря, обо всем, мы неспешно добрались до небольшой поляны, окруженной горами. Внизу синела ровная гладь озера Лох Кэтрин. Я тщетно пыталась вспомнить эту поляну в моем времени, но не могла. Что было сейчас на месте той поляны? Почему я не видела этой красоты? Или я просто не замечала ее? Здесь росли дивные цветы, и мне вдруг так захотелось сорвать их. - Можно мне? – спросил я. - Да, - кивнул Алистер. – Ты здесь в безопасности. Не хочешь пойти искупаться? - Ох, нет, - выдохнула я. – У меня нет же купального костюма. А купаться в этом платье… Да и вода наверное еще холодная. - Наверное, - подтвердил Алистер. – Но у меня тоже нет купального костюма… - и он расхохотался. Я мысленно улыбнулась ему. Какой же он все-таки мальчишка! Я слышала, как скрипели мелкие камушки под его ногами. И принялась собирать в букет ярко-красные, кровавые цветы.