Эпизод VIII. Восхождение рыцарей Рен

Первый прыжок на одну из колонн Рей сделала совершенно бездумно и инстинктивно - просто, чтобы увеличить расстояние между собой и неведомой тварью. Гигантских размеров чудище вызывало ужас и полное нежелание попытаться победить его в схватке. Не то, чтобы девушка успела разглядеть неведомое животное полностью, но вида продолговатой, огромной чешуйчатой головы размером с всю Рей и оскаленной пасти с двумя рядами внушительных зубов было вполне достаточно. Она предпочла довериться инстинктам и правилу, которое соблюдали все жители Джакку: если противник больше и опытней, лучше беги, а не пытайся выяснить, кто из вас сильнее. Сохранять трезвый рассудок, слыша утробный рёв, стократно усиливаемый эхом, и находясь спиной к угрозе было практически нереально, но Рей ещё не потеряла ощущение Силы и примерно представляла насколько далеко находится чудище. Массивная туша застряла в проеме и теперь методично разламывала часть стены. Так как девушке хватило ума и реакции отвести световой меч, не задев животное, она надеялась, что, возможно, удастся убраться достаточно далеко незамеченной и добраться до лестницы, прежде чем её разорвут на куски. Стремительно преодолев часть пусти и приземлившись на маленькую овальную колонну с резным, в причудливых завитушках пилястром, девушка бросила быстрый взгляд через плечо, и успела заметить, как монстр высвобождает массивное туловище из внушительного пролома на месте выхода из коридора. Секундная заминка стоила ей драгоценного времени - чудовище совершило немыслимый прыжок, весьма грациозно для своих размеров приземляясь на колоны. Когтистые лапы оставили глубокие борозды на мраморе и раскрошили узорчатое навершие одной из них. Рей невольно отпрянула назад, поскользнулась и чуть не полетела вниз, в черноту пропасти, которая казалась бездонной. К горлу подступила паника, но желание жить было сильнее: быстрым движением прицепив рукоять светового меча к поясу, чтобы освободить руки, Рей прыгнула дальше. Внезапная острая боль пронзила ногу чуть выше щиколотки, равновесие удержать не удалось, и она упала на бок, сильно ударившись левым плечом. Колона, к счастью, оказалась большой, с ровной прямоугольной площадкой сверху. На соседней, удерживаясь тремя лапами и загребая воздух в миллиметрах от ее ног, рычала, капая слюной, громадная тварь. Золотисто-оранжевые глаза с вертикальными щелками зрачков полыхали злобой, хвост качался из стороны в сторону, рассекая воздух. На секунду Рей даже подумала, что именно хвостом ее и задело, но нет - явственный след от когтей на голени и капельки крови на мраморе, за который цеплялась тварь, не оставляли сомнений, что чудище было слишком быстрым и смогло дотянуться огромной лапой. Рей почувствовала тошноту и головокружение от страха. Ощущение безопасности Храма Джедаев стремительно таяло вместе с концентрацией и спокойствием, смываемое болью. Чудовищные, не мигающие глаза с вертикальными прорезями зрачков затягивали ее в глубокий омут отчаяния и тьмы. Время словно растянулось, и они смотрели друг на друга бесконечно долго. Тварь больше не спешила нападать, утробно рыча и выжидая, а Рей пыталась воспользоваться передышкой и успокоиться. Можно было попробовать сразиться, но что-то подсказывало девушке, что даже, если удастся ударить мечом чудовищное животное, название которого она не знала, ей это не сильно поможет. Слишком крупным оно было, а чернеющая пропасть с ненадежными столбиками колонн не давала достаточно пространства для возможной схватки. Целью Рей могла быть только лестница. Девушка осторожно встала, цепко следя за пока неподвижной тушей и содрогаясь от одной лишь мысли, что с ней могут сотворить гигантские, оскаленные клыки. Отстраненно подумала, что даже не может предположить, какой это вид, вряд ли такое животное могло обитать на относительно мирном Лотале. "Может быть, это все видения Силы? Храм Джедаев просто морочит меня, проверяет на прочность?" Но рана на ноге была вполне реальной: Рей чувствовала теплую кровь, понемногу стекающую по лодыжке. Если она не поторопится, то придется иметь дело с ощутимой кровопотерей. Девушка еще раз посмотрела на низко зарычавшее чудовище, и подготовилась прыгать, когда хвост, больше похожий на длинный, гибкий хлыст просвистел в воздухе, не задевая Рей, и обрушился на одну из тонких колонн, что взмывали ввысь, поддерживая свод. Древний, покрытый паутиной трещин камень дрогнул, сверху посыпался песок и мелкое крошево, а в следующее мгновение девушка прыгнула, вовремя успев убраться с того места, куда обрушились обломки колонны. По залу заметалось гулкое эхо, раскатисто и жутко усиливаемое высокими сводами. Из глубины, со дня ущелья, донесся рокот обваливающихся камней. "Чтоб тебя сарлак сожрал", - прошептала Рей, чтобы не запаниковать еще больше, и продолжая прыгать с колонны на колонну, с трудом удерживая равновесие и концентрацию из-за боли в раненой ноге. Очередное нападение твари, благодаря Силе она почувствовала и успела сместиться, пропуская массивную тушу мимо себя. Но девушка не ожидала, что та, промахнувшись, не удержится и влетит огромной, чешуйчатой головой в еще одну из поддерживающих колонн. Секунду ничего не происходило: Рей старательно продолжала путь, игнорируя рычание рассерженной твари, и готовясь в любое мгновение вытащить меч, чтобы хоть как-то ее отпугнуть. А потом очередная колонна, на которую приземлилась девушка, дрогнула. Огромный зал будто бы вздохнул - грозным, потусторонним звуком со дна пропасти, куда канули обломки второй колонны. Затем с гулким, ломким треском по величественному своду побежали трещины. "Нет-нет-нет-нет", - прошептала Рей, изо всех сил прыгая к спасительной лестнице. Боль была столь невыносимой, что в какой-то момент она просто перестала чувствовать ступню. С потолка посыпалось каменное крошево из стремительно расширяющихся трещин. Совсем рядом взвизгнула тварь: на нее упал внушительный камень из кладки. Рей обрадовалась было на секунду, но свод в очередной раз дрогнул. Странно, что какие-то две небольшие колонны могли спровоцировать его обвал, но факт оставался фактом: величественный бездонный зал разрушался. До заветной лестницы, выглядящей оплотом надежности, оставалось всего ничего, когда тварь в несколько прыжков обошла Рей по дуге и оказалась прямо перед ней. В миллиметре от отставленной для сохранения равновесия, правой руки, клацнули гигантские зубы. Предвидя следующую атаку, девушка выхватила меч, как раз вовремя, чтобы отсечь длинный хвост, летящий в живот и норовящий сбить с ног. Несмотря на то, что оружие практически не встретило сопротивления, с легкостью перерубая плоть, инерция движения была достаточно сильна: девушка покачнулась, не устояв на травмированной ноге, и, в очередной раз сильно ударившись, упала на спину. Падение выбило воздух из легких, перед глазами от боли и усталости запрыгали черные мушки. Тварь обиженно и зло взревела. А затуманенному сознанию Рей показалось, будто время растянулось и замедлилось. Сквозь пелену боли и отчаянного страха девушка видела, как взбешенное чудовище делает прыжок, который неминуемо должен был закончиться прямо на ней, бессильно распластанной по навершию колоны. Она даже не могла откатиться в сторону - вокруг маленького каменного пятачка зияла пропасть, а сверху падали камни, разрушающихся сводов. Рей на секунду прикрыла глаза, чувствуя обреченность и внезапный странный покой. Ей казалось, что еще немного, и сознание милосердно оставит ее: наверное, сказывалась большая кровопотеря. - Рей! - настойчиво позвал неожиданно мягкий, добрый голос. Таким тоном обычно говорил с ней мастер Скайуокер, показывая что-то, не получающееся сразу. Например, как с помощью Силы манипулировать предметами. И ведь подняла она тогда отвертки. - Рей, дай своему Свету гореть! Сознание путалось, но девушка была уверена, что именно этот голос обещал помочь ей в темном тоннеле. "Зажги свечу, Рей! - мягкость сменилась на приказной тон, - Давай, Рей!" Она распахнула глаза, чтобы увидеть огромный фрагмент потолка, отколовшийся и падающий прямо на нее. Не раздумывая, девушка инстинктивно вскинула руки, словно надеясь защититься, и вдруг к ней разом вернулось ощущение Силы. Каждый маленький камушек Храма Джедаев, каждая трещина на лестнице, на которую она так стремилась попасть - все вокруг вдруг стало таким простым и понятным, податливым. Рей, не прикладывая усилий, резко махнула рукой, отчего-то уверенная, что каменная глыба подчинится движению. Огромный булыжник, покорный ее воле, с силой врезался в жалобно взвизгнувшую тварь, сбивая ту в незавершенном прыжке, и вместе с ней и еще десятком обломков обрушиваясь в черноту провала. Воодушевленная Рей вскочила было на ноги, но лодыжку прострелила адская, сводящая с ума боль, стирающая ощущение легкости, света и всемогущества. По коже заструилась тепля кровь, стекая в мягкий, уже напитавшийся алым сапог. Активированный меч все еще гудел в ее дрожащей руке, но мерный звук был практически не слышен из-за грохота обваливающихся камней. Многие колонны сотрясались и разрушались: следовало поторопиться, чтобы попасть на лестницу. Вернув оружие на пояс, Рей, сжимая зубы, оторвала рукав и кое-как быстро перевязала ногу, практически до онемения стягивая ткань. Прыгала она быстрыми, выверенными движениями, приземляясь на не пострадавшую ногу, сжимая зубы, стараясь не обращать внимания на боль и усталость. Оказавшись на нижней ступени лестницы, девушка позволила себе помедлить, собираясь с остатками сил. Сверху лился теплый, неяркий солнечный свет. Все вокруг рушилось, но сама лестница выглядела надежной и незыблемой. "В спокойствии нет ни страха, ни излишнего гнева – только реальность, очищенная от искажений и помех эмоциональных всплесков. Когда ты спокойна – ты по-настоящему сильна", - мягкий голос прозвучал совсем рядом, как если бы говоривший стоял за ее плечом, но вокруг никого не было. На лбу прохладными капельками выступил пот, Рей облизала пересохшие губы, ощущая солоноватый, тошнотворный привкус крови. Руки и ноги дрожали, но она привыкла выживать. Теперь, когда за ней не гналась тварь, а странный голос своеобразно подбадривал, стало спокойно: все, что надо - выбраться, а с этим Рей всегда справлялась превосходно. Превозмогая ноющую боль в ушибленной спине и стараясь как можно меньше опираться на травмированную ногу, Рей упрямо поднималась, все силы расходуя на то, чтобы не потерять равновесия и не упасть от усталости. Гул и грохот нарастали, а от странного зала практически ничего не осталось, кроме потрескавшихся обломков колонн и облаков каменной пыли. Перед глазами плыло, мышцы ныли, но теплый свет на лице давал надежду, что там, в конце лестницы, ступени которой, казалось, уворачивались из-под ее уставших ног, действительно был выход. Рей не помнила, как добралась до верха. Кажется, силы совершенно покинули ее, и она осела на древние каменные плиты, прикрыв глаза от слишком яркого, после полумрака зала, дневного света. Ее щеки овеяло легкое дуновение теплого ветра, напоенного свежими запахами утра, а золотой солнечный луч заиграл в запутанных прядях темных волос. Рей тихо, успокоено вздохнула, ощущая необычайную легкость. Несмотря на раны и боль по всему телу, она чувствовала себя необычайно хорошо: древний Храм Джедаев принял и отпустил ее. Всё получилось, пусть даже Рей и не смогла бы объяснить, что именно. Девушка улыбнулась, подставляя лицо под мягкие, совсем не такие, как на Джакку, лучи. Не открывая глаз, она ощущала всю полноту и красоту окружающего ее мира: она сидела на небольшой плоской площадке величественной пирамиды. Вокруг простирались луга, поросшие высокой золотистой травой, волнами колосящейся под теплым ветром, а вдали, на горизонте, эти бескрайние поля озарялись первыми, еще робкими лучами утреннего солнца, которое делало Лотал прекрасным местом для фермерства в любое время года. Каждой клеточкой своего тела она чувствовала бесконечный поток жизни, незыблемую правильность всего, что происходило. «Нет смерти, Рей, только Великая Сила», - мягко произнес уже знакомый голос. Рей распахнула глаза, жмурясь на солнце, огляделась, но рядом все так же никого не было. - Мастер Скайуокер? – позвала она тихо: так не хотелось разрушать очарование момента. - Рей! – позвал далекий голос, который она не столько услышала, сколько почувствовала в Силе. Она, пошатываясь, поднялась на ноги, чувствуя, как проходит эйфория, и снова возвращаются боль и усталость, и осторожно прошлась по краю площадки. Далеко внизу она увидела Люка, который ждал ее у входа в храм. Там, где они расстались несколько часов назад. «И как мне спуститься? - девушка огляделась в поисках лестницы, - Не возвращаться же назад. Да и некуда там возвращаться». Ей казалось странным, что храм снаружи выглядит совершенно невредимым, как будто все, что происходило, ей привиделось. «Рей, там есть маленькая выступающая площадка, встань на нее» - посоветовал Люк, и девушка окончательно уверилась, что все время в Храме, это не он помогал ей: голоса в Силе звучали совершенно по-разному. Решив разобраться со всем позже, она еще раз, хромая, обошла площадку по периметру и, наконец, заметила ровный полукруглый выступ будто бы приставленный к внешней, покатой стене Храма. Как только она ступила на гладко обработанную плиту, она дернулась и резко ухнула вниз. Сердце Рей сделало кульбит, она даже подумала, что неизбежно разобьется, но своеобразный подъёмник плавно замедлился у земли, и она неожиданно очутилась в объятиях Люка. - Рей, ты цела? – он отстранил ее от себя, но продолжал придерживать за плечи, и на взгляд девушки выглядел слишком встревоженным. Он ведь знал, куда ее отправляет, и что ее ждет. Или нет? Она кивнула, и неосознанно потянулась к мастеру в Силе, чтобы попробовать разобраться в его эмоциях. Скайуокер ощущался, как яркий, пронзительный свет, не согревающий, но позволяющий яснее видеть. И было в нем что-то очень знакомое. Люк, заметив ее сосредоточенное состояние, рассмеялся: - Больше не боишься зажигать свечу от солнца? Рей неожиданно смутилась, как будто ее застукали за подглядываем. Собственно так оно и было. - Я – цела, но там сначала было темно, и эта темнота будто бы засасывала, нашёптывала мне, что я никто… и была жуткая тварь, и все рушилось… - Давай ты расскажешь мне все по дороге, - прервал ее Люк, поддерживая под руку и увлекая за собой к шаттлу, - Надо залечить твои раны и как можно быстрее покинуть Лотал. С Лэндо станется не дождаться нас и улететь на Набу одному. Рей только молча кивнула и, как ребенок впервые увидевший нечто неизведанное, вновь окунулась в бесконечный поток Силы, изучая и познавая мир, заигравший новыми красками. Теперь она действительно верила, что сможет стать джедаем. *** По Дэмерон нервно одернул причудливый шейный платок, сколотый булавкой, на кончике которой влажно поблескивал маленький, гладко обкатанный синий камушек. Ситхи бы побрали эти придворные расшаркивания и маскарад, но безопасность доверенного лица стоила всех мучений: если Первому Ордену станет известно, что главный Советник нынешней королевы Набу поддерживает подпольное Сопротивление, то они останутся без большей части поставок продовольствия. Дэмерон еще раз бросил мрачный взгляд в тусклое зеркало душевой космопорта Тида. В этой обстановке он выглядел, как случайно забредший не туда вельможа с Корусканта. Зализанные назад черные, вечно растрепанные кудри, черный же, по последней набуанской моде сшитый фрак, белоснежный, слишком жесткий на взгляд пилота, воротничок и этот нелепый платок. Спасибо хоть наряд без дурацких нагромождений геометрических фигур из ткани, которые были в моде у женщин, да и мужчин Набу последнее столетие. Всю одежду им передала их связная - шустрая, беспечная на первый взгляд девушка со светлым ежиком коротко стриженных волос, практически всегда скрытых под причудливыми головными уборами. Она была в воздушных, светло-персиковых одеждах, как у всех младших фрейлин королевы, которые придавали кукольную нежность бледному, с острыми чертами лицу. По знал её еще угловатым, хмурым подростком, которого Сопротивление забрало из приюта с оккупированной Первым Орденом планеты во время освободительной миссии. Звали ее Аранией, и это было единственным, что оставили ей родители, бросившие ребенка еще в младенчестве. По плану, она должна была провести Дэмерона во дворец под видом своего воздыхателя: на праздник, фрейлинам разрешалось приглашать родственников или кого-то из друзей. Роль ловеласа ему было играть не впервой, но именно сегодня он почему-то нервничал. Ко всему прочему пилот волновался за Финна, присутствие которого на переговорах было невозможным, во-первых, из-за прикрытия, во-вторых, товарищем тот был надежным, а вот выдержки бывшему штурмовику не хватало, да и прямолинейности было слишком много. А это совершенно не те качества, которые ценились при дворе. Обычно спину По прикрывал кто-то из его эскадрильи, либо он сам был прикрытием для генерала Органы, когда ее присутствие требовалось на Набу, а сейчас немаловажная миссия предстояла Финну. По провел рукой по волосам, словно бы собираясь с мыслями, поморщился от липковатого ощущения геля, которыми они были прилизаны, и брезгливо сполоснув руки над щербатой раковиной, не таясь, вышел из душевой. В это время здесь было безлюдно и можно было не опасаться слежки: пилоты транспортных кораблей, если и заглядывали сюда, то значительно позже. Большинство грузовых рейсов приходили после заката, чтобы успеть доставить продукцию в многочисленные магазины и лавки к утру. Как и тяжелые транспортные корабли для перевозок сырья, которые в дни праздника покидали космопорт только по ночам из-за сильно увеличившегося потока пассажирских шаттлов. На По мало кто обратил внимание, когда он вошёл в ангар, где Финн следил за дозаправкой крестокрылов: разношерстной публики в самом космопорте хватало, в том числе и высокопоставленных чиновников, которые тоже уже были одеты к празднику. Мало ли, какие причуды могут быть у богачей. Покупка корабля прямо в космопорте - не такая уж редкость. В просторном ангаре терпко пахло машинным маслом, озоном, паленым пластиком и резиной - с детства знакомые запахи, которые всегда дарили По ощущение безопасности. Он быстрым уверенным шагом прошёл к Финну, поскрипывая новыми лакированными ботинками из тонкой кожи. Увидев друга, тот присвистнул и расплылся в улыбке: - Ты посмотри, какая важная шишка к нам пожаловала! Чем могу служить, сэ-эр? По фыркнул, показным жестом снимая несуществующую соринку с белоснежной манжеты, на которой в тон булавки поблескивали запонки, и понизив голос сказал: - Я воспользуюсь городской транспортной службой, чтобы добраться до парка. От туда - во дворец. В идеале, мы должны все решить до наступления сумерек. Ужин закончится до салюта, и я смогу незаметно уйти. Жди меня в это время в сквере на центральной площади. - Коммутатор и бластер у тебя? - Финн с сомнением оглядел идеально сидящий на пилоте фрак: не было похоже, что хоть какое-то оружие удалось под ним спрятать. - Я взял вибронож и маленький парализатор. - Парализатор? Что за девчачье оружие? Какой от него толк? - Я отдам его дворцовой охране. Все шишки ходят с такими. Единственное оружие, которое они когда-либо держали в руках, - По на секунду нахмурившись, непринужденно похлопал рукой по фюзеляжу крестокрыла, обошёл его, словно разглядывая. - Что ты?..- начал Финн. - Кивай и жестикулируй, расскажи мне что-нибудь, - По приподнял брови будто бы удивляясь чему-то. - Что? - За нами наблюдают, - практически не разжимая губ, ответил По. - Не оборачивайся. Это могут быть просто сотрудники космопорта, а может кто-то из Первого Ордена. Но вон тот молодчик у цистерн мне совершенно не нравится. Они бок обок обошли крестокрыл. Со стороны могло показаться, что рафинированный богач интересуется кораблем и задаёт вопросы пилоту. По держался непринужденно. И во фраке, в котором многие бы выглядели нелепо, чувствовал себя, казалось, так же уверенно, как и в лётном комбинезоне. - Захвати бластер, - Дэмерон повернулся спиной к входу, и теперь его лицо выдавало тревогу, - и будь осторожен. Если все пройдёт гладко, то мы получим транспортный корабль с продовольствием, на него же погрузим наши крестокрылы и улетим уже завтра утром. - Удачи, дружище, - Финн остановил себя, чтобы не похлопать Дэмерона по плечу: было бы странно, если техник панибратски общался с щеголеватым представителем высшего общества, - гель на твоих волосах выглядит отвратно, так что не надейся, что девушка и правда на тебя клюнет. По усмехнулся своей фирменной усмешкой и вышел из ангара вальяжной походкой, не оглядываясь. Если бы Финн встретил его в таком виде, то поверил бы, что перед ним аристократ. Оставалось надеяться, что, возможные шпионы из Первого Ордена, подумают так же. Дэмерон встретившись с Аранией, как и было оговорено, в дворцовом саду, словно стал другим человеком. Роль состоятельного ловеласа графа Аквилама из дома Волантис с планеты Серенно, расположенной в секторе Д'Астан Внешнего Кольца, ему было играть не впервой, и он развлекался почти так же, как когда выписывал особенно сложные фигуры пилотажа на своем крестокрыле. Пост охраны дворца их пара преодолела, постоянно целуясь и, кажется, именно этим ужасно раздражая угрюмых дворцовых стражников. Арания хихикала и, как дикий плющ, цеплялась за По. На его взгляд даже слишком. Он не имел ничего против легкой интрижки, но даже после разговора с Финном его не покидало тревожное чувство. Ему казалось, что кто-то постоянно смотрит ему в спину. Интуиции Дэмерон привык доверять. Чутьё всегда спасало лучшего пилота Сопротивления в непредвиденных ситуациях. Но сейчас вроде бы все шло спокойно. К тому же сложно было представить, что на мирной Набу, да еще и в столичном Тиде может случиться что-то плохое. Чтобы отвлечься от мрачных мыслей и окончательно доконать охранников, По притянул к себе Аранию и, проведя по нежной персиковой коже носом линию от маленькой ушной раковины, украшенной жемчужной капелькой, до хрупкой ключицы, влажно поцеловал девушку в шею. Она тихо выдохнула, покрываясь мурашками, как не без самодовольства отметил По, и, шутливо смеясь, высвободилась из объятий. - О, Граф, как Вам не стыдно, на нас же смотрят! - Вы закончили? – вместо ответа девушке с ленцой поинтересовался По у охранников, всем своим видом изображая недовольство задержкой. - Да-да, - торопливо ответил краснеющий юноша-охранник явно из новеньких, робко поглядывающий на дородного гунгана – коменданта, как помнил Дэмерон по прошлому визиту, - вот, можете забрать. По постарался не высказать удивления от того, что ему вернули парализатор. - Времена сейчас не спокойные, а во дворце вы никому не сможете навредить безнаказанно, - верно истолковав его замешательство, полепетал юнец. Тучный гунган только мрачно уставился в мониторы, где транслировались записи камер слежения. - Я думаю мы найдём ему более мирное применение, - подмигнув Арании, игриво сказал По, за талию увлекая девушку в сторону резной арки, служившей проходом на величественную лестницу, - не так ли, милая? Кажется, на этих словах юнец выронил сканирующей устройство, а к По, наконец, вернулось спокойствие: все шло по плану. Как только они свернули, и охрана больше не могла видеть парочку, Арания в очередной раз грациозно высвободилась из объятий По, и, сбросив с лица беспечное выражение, деловито сказала: - Сейчас у её величества время аудиенций. С дружественным визитом прибыл сенатор Перфидус, но он не будет помехой вашей беседы с советником. - Я думал, что удастся переговорить с советником с глазу на глаз, - нахмурился По, присутствие чужих могло помешать. - Все договоренности уже достигнуты. Эта поставка была оговорена ещё с Генералом Органой, - понизив голос и едва шевеля губами, выдохнула Арания, нежно улыбаясь: они, как раз проходили мимо очередного блока камер слежения, - все, что необходимо - определиться со временем и объемами следующей. Нынешнюю уже ничто не сможет отметить. Насколько я знаю, транспортник готов к вылету - только и ждёт лучшего пилота. Она прижалась к нему всем телом и нежно поцеловала, хотя в этом уголке дворца прикрытие было вовсе не обязательно. Дэмерон с легким оттенком довольства решил, что если все пройдёт удачно, он вполне может позволить себе приятно провести ночь. *** Финализатор величественно пересекал просторы Галактики, затмевая свет звезды на одной из небольших необитаемых планет дальних рубежей: флагман вывели из гиперпространства для получения свежих данных и координации с остальным флотом Первого Ордена. Впереди был последний гиперпрыжок, который должен был привести корабль в максимально близкую точку от Корусканта. На саму планету будет отправлен только небольшой шаттл с сенатором, пленницей и охраной. Генерал Хакс мрачно созерцал проплывающие созвездия, стоя на капитанском мостике и ожидая капитана Фазму для дачи последних указаний перед операцией. - Генерал, - полностью скрытая броней фигура приблизилась четким, практически строевым шагом. Хакс последнее время отмечал перемены в поведении капитана. Она всегда была безупречным исполнителем и отличным командиром, но появившиеся после разрушения Старкиллера слишком фанатичное следование уставу и чрезмерная педантичность в выполнении приказов, заставляли генерала задуматься: так обычно вели себе те, кому было, что скрывать или, кого мучила совесть. Можно было списать все тревожные знаки на шок от гибели базы, но после дезертирства FN-2187 генерал стал больше внимания уделять странному поведению подчиненных. - Капитан Фазма, - голос Хакса был ровен и сух, смотрел он безразлично, но цепко - по прибытию на Корускант, вы будете сопровождать генерала Органу в здание Сената. Воспользуетесь внутренним переходом от космопорта, дополнительная шумиха нам не нужна. Карты и позывные получите непосредственно перед приземлением. - Есть, генерал, - отсалютовала Фазма, - сколько человек я могу взять в сопровождение? - Без сопровождения, - отрезал Хакс, недовольно покосившись на слишком громко переговаривающихся диспетчеров, - Сноук послушал магистра Рен, который сумел его убедить в ненадежности наших штурмовиков. Мы не можем быть уверены в их преданности. Хакс на секунду замолк, дожидаясь пока мимо торопливо пройдет техник со стопкой датападов. Недостаточно быстро и расторопно, на взгляд генерала, взвинченного недавним разговором с лидером Сноуком. Во время последнего сеанса связи Кайло, как назло, был на одной из своих секретных миссий, о целях которой знал только сам магистр да лидер, и Хаксу пришлось отдуваться за двоих. Признаваться в этом было неприятно даже самому себе, но ему не хватало безучастной тени магистра Рен, маячившей на периферии бокового зрения и перетягивающей часть внимания Сноука на себя. - И еще, капитан, - Хакс сделал маленький шаг в сторону закованной в броню женщины и сказал, понизив голос, - генерал Органа не должна вернуться на Финализатор. В идеале она не должна сойти с челнока в космопорте на обратном пути. Думаю, сердечный приступ или любой другой несчастный случай в ее возрасте будет выглядеть вполне правдоподобно. - Вас поняла, генерал, - ровно ответила Фазма, в который раз благодарная, что броня и шлем, надежно скрывают ее эмоции от глаз руководства. Она в отличие от Хакса радовалась, что Кайло Рена не было на корабле. И очень надеялась, что он никогда не узнает о только что прозвучавшем приказе генерала Первого Ордена. Внутреннее чутье ей подсказывало, что в противоположном случае, он не ограничится привычной вспышкой гнева с уничтожением оборудования. Если бы кто-то попросил капитана Фазму объяснить почему, она бы, не раздумывая, ответила, что Кайло Рен просто не любит делиться своими игрушками. И уж точно умолчала бы о том, что неуязвимый, не читаемый магистр Рен первый раз на ее памяти избегает возможности пытать пленника. *** На целую неделю столица Набу - Тид, гостеприимно принимала самых разнообразных существ со всех концов Галактики. Времена были неспокойные, с усилением Первого Порядка системы вновь балансировали на грани войны, которая после уничтожения Хосниан грозила перейти из холодного противостояния в активную фазу. Тем не менее, королева Набу приняла решение отмечать день независимости - чисто формальный праздник, с еще большим размахом, чем прежде. Давно ставший данью традициям, праздник и так собирал в столице планеты представителей едва ли не всех рас - все происходящее было своеобразной вечеринкой перед прениями Корускантского Сената. Недовольные шептались, что это пир во время чумы. Но большая часть граждан поддерживали решение королевы и наслаждались празднествами, которые для состоятельных набуанцев проводились в многочисленных дворцах и виллах, а для простых жителей, торговцев, пилотов и прочих пришлых с других планет прямо на улицах Тида. Рей не успевала вертеть головой, чтобы рассмотреть все происходящее вокруг, и жалела, что они приземлились в космопорте Тида в ранних сумерках: город сиял огнями, многие здания были красиво подсвечены, но все равно было сложно представить, как столица Набу выглядит при дневном свете. А она ведь никогда не бывала в крупных городах. Теплый вечер окутывал загадочные, величественные в закатных лучах ротонды, высокие шпили богатых домов и праздные толпы гуляк. На центральной площади было еще более шумно: на одном конце играл что-то напевное и лиричное маленький оркестр, на другом, с явной целью быть громче, с завидным энтузиазмом разогревался джаз-банд. Люк, впрочем, шел спокойно, ни разу ни с кем не столкнувшись и не сбившись с шага. Капюшон почти полностью скрывал его лицо, и даже Рей чуть было не потеряла его пару раз в толпе, так он был не заметен. После Храма Джедаев, она проспала весь недолгий перелет на Набу, облепленная бакта-пластырями, которые любезно предоставил из личных запасов Лэндо. Глубокая царапина на ноге зажила не до конца, но ходить Рей могла, не хромая, и упросила Люка пойти посмотреть город, пока Лэндо отправился на встречу со связным. Ей казалось, что она до краев полна Силой, которая делает ее совершенно цельной и необычайно счастливой. Она с легкостью считывала легкие, радостные эмоции тех, кто был на площади. Казалось, что все вокруг окутывает сияющий, теплый поток. - Рей, - несмотря на гвалт, царящий вокруг, она смогла уловить в голосе мастера Скайуокера укоризненные нотки, - постарайся чуть менее эмоционально реагировать на происходящее. Ты должна ощущать покой. - Но здесь так чудесно! - она улыбнулась широкой улыбкой, понимая, что большая часть ощущаемой эйфории принадлежит не ей, а всем тем, кто наводняет площадь в ожидании скорого салюта в честь первого дня праздников. - Рей, - тон Люка стал серьезнее, хотя в голосе все еще звучала привычная мягкость, - ты слишком привлекаешь внимание. - Но тут все радуются и празд… - Тех, кто чувствителен к Силе, - коротко, понизив голос, оборвал ее Скайуокер, - Я понимаю, что ты чувствуешь себя необычайно сильной после Храма, но ты должна сдерживать себя… Позже я научу тебя скрываться в Силе. Но сейчас ты слишком заметна, и можешь привлечь внимание даже того, кто находится на другом конце Галактики. Не названные имена Кайло Рена и Сноука вызвали у Рей озноб, несмотря на теплый вечер. Как же многого она еще не знает. И кажется, в очередной раз разочаровала мастера Скайуокера, хотя он никогда и не показывал своего разочарования. Просто ровным и мягким голосом указывал на ошибки, и помогал разобраться. Ей хотелось как-то оправдаться, объяснить, что ей так нравится городская суета, музыка, счастливые люди вокруг, потому что для них она - самая обычная. Не мусорщица, достойная только презрения, не будущий джедай, на которого все надеются. На шумной площади Тида она была просто Рей - обычной девушкой, что радуется празднику и не думает о том, что желающий подчинить всю Галактику Сноук и магистр Рен могут следить за ней и за ее друзьями. Её жизнь никогда не была беспечной, но сейчас свалилось слишком много всего, и хотелось хотя бы на несколько минут забыть о всех тревожащих мыслях. Рей вздохнула и решила, что не будет оправдываться, никогда этого не делала, не стоило и начинать: - Простите, мастер, - тихо прошептала она вместо всех доводов, коря себя за излишнюю эмоциональность. - Извиняться не за что, просто будь немного сдержаннее. - Да, мастер, - кивнула Рей, неожиданно испытывая жгучее желание оказаться, как можно дальше от шумной толпы. - Предлагаю поужинать, пока нас не затоптали, - резко меняя тему, Люк поманил ее за собой, - если мне не изменяет память, здесь было весьма уютное и не претенциозное местечко. И, действительно, маленькое, очень домашнее кафе, так непохожее на шумные кантины Джакку, где Рей доводилось бывать, оказалось чудесной локацией для ожидания Лэндо. Большая часть гостей предпочла наслаждаться вечером на открытой террасе, выходящей на зеленый газон сквера, что граничил с площадью, поэтому внутри оказалось совсем немного народу, и Люк с Рей, не обратив на себя никакого внимания, заняли круглый столик рядом с окном. *** Все, кому когда-либо удалось побывать в Варыкино, с восхищением вспоминали величественное родовое гнездо клана Наберри. Расположенный на берегу безмятежного озера красивый особняк, выстроенный в свойственном Набу архитектурном стиле, горделиво блестел в закатном солнце золоченым куполом центральной ротонды и острыми шпилями многочисленных башенок. Розовые отблески уходящего дня подчеркивали кремовый цвет редкого мрамора массивных колонн, и оживляли фигуры на драгоценных изразцах, украшающих открытую галерею с прекрасным видом на водную гладь. Всегда тихая и прохладная даже в самые знойные летние дни она служила местом неспешных завтраков и вечернего чая аристократов, наслаждавшихся уединением и покоем после тяжелых прений в Сенате или бесконечно долгих официальных приемов и ассамблей. Однако последние годы здесь все чаще раздавался лязг оружия и гневные окрики, а прекрасный, некогда отполированный до зеркального блеска мрамор изуродовали следы, оставленные световым мечом. Вот и сейчас в галерее ожесточенно рубились шестеро. Все босые, одетые только в свободные, черные штаны, узко перехваченные у щиколоток, вооруженные тренировочными мечами из дюрастали. Со стороны могло показаться, что пятеро успешно атакуют мужчину в центре, но он с легкость парировал удары, не пытаясь перейти в наступление. Все происходящее неискушенному наблюдателю могло показаться хорошо спланированной постановкой: так слаженны были движения, каждый нанесенный удар блокировался, каждый шаг, взмах руки плавно перетекали из позиции в позицию. Кайло откровенно скучал: он не мог отключиться и не предвосхищать все маневры других рыцарей Рен с помощью Силы, к тому же они достаточно часто тренировались вместе, чтобы выучить все уловки друг друга наизусть. Он один прекрасно мог справится с пятью сильными и выносливыми противниками даже без светового меча и не прибегая ни к каким уловкам Силы, кроме тех, что стали неотъемлемой и практически неосознанной частью его существования. "Как предсказуемо", - подумал Кайло, легко парируя два удара и отклоняясь от третьего, летевшего в бок. Кожа влажно блестела от выступившего пота, черные пряди волос завивались ненавистными колечками и липли ко лбу. Он мог не скрывать свое лицо от рыцарей: это был вопрос доверия и своеобразного партнерства. Хотя каждый из них знал, что если кто-то из них даст слабину, другой с безразличием вонзит нож ему в спину. Несмотря на жестокие удары и быстрый темп схватки, мысли Кайло текли лениво и размерено. Привычная тренировка не будила гнев, не давала ему слиться с Темной Стороной, почувствовать всю мощь и силу, что могли быть ему подвластны. Кайло приходилось сдерживать порыв вломиться в голову противникам, вызывая боль и вязкий, душный страх, что так приятно ощущался в Силе. Рыцари Рен были его соратниками, помощниками и к тому же пешками Сноука, что делали за лидера всю грязную работу. Кайло все чаще задавался вопросом: не потому ли он все еще чувствует ненавистную искру света? Может быть - это вовсе не его вина, а Сноука, что сделал его магистром, вынужденным в некоторой степени заботиться о своих рыцарях, если это слово в принципе было применимо к их холодным партнерским отношениям? Ведь не может быть у истинного последователя Темной Стороны товарищей. Тех, кого нельзя ранить просто для развлечения, нельзя списать со счетов. Но Сноук был очень недоволен, когда Кайло, поддавшись злости, удушил одного из рыцарей Силой. Тот вернулся из разведки без каких-либо данных даже о примерном местонахождении Скайуокера. После того случая, лидер подсунул ему эту тощую девчонку-наемницу, прошелестев что-то с издевкой про страсть, которая будет теперь ему более доступна. Кайло пожалел даже, что она не умерла во время ритуала, надо было дождаться пока она истечет кровью: вот, что могло бы его порадовать, дать почувствовать Темную Сторону. Женщины в рядах Рен еще не было, и остальные рыцари казалось, были заинтригованы, но не Кайло. Сейчас его волновала только одна женщина во всей галактике. Даже не женщина - девчонка, подобная яркой искре, что будила в нем такие ненависть и гнев, как никто другой. Желание скорой смерти Скайуокера меркло на фоне жгучей необходимости заполучить мусорщицу, загасить ее свет любой ценой, утопить в Темной Стороне. А от бывшего мастера ему было нужно только одно – древний голокрон, который когда-то уже открылся в его руках, заставив нахмуриться всегда безмятежно-спокойного и доброжелательного Люка. Кайло вынырнул из мыслей, в последнюю секунду уходя от удара, который на излете задел предплечье. Металл скользнул по влажной коже, практически не причинив боли. Магистр неуловимым движением сделал подсечку и повалил одного из рыцарей на пол, наступая на запястье босой ступней и вынуждая выпустить оружие из руки. Тот зло сверкнул глазами: Рен почувствовал приятное, хоть и слабое ощущение ненависти. Он смаковал эти эмоции, когда неожиданно чуть ли не физически ощутил, как колыхнулась Сила: словно где-то бросили камень, пустивший круги по доселе спокойной водной глади. Не прерывая поединка, он прикрыл глаза, погружаясь в слабое ощущение боли в плече, чтобы сконцентрироваться и найти источник возмущения. На краткое мгновение ему показалось, что взорвалась сверхновая: его омыло теплой, искрящейся волной Света – пронзительно-яркого, но не обжигающего. Так иногда, в моменты особенно глубокой медитации ощущался в Силе Люк. Гораздо слабее, но похоже – Лея Органа. Совсем недалеко кто-то не просто робко просил Силу помочь и наставить, а легко и с какой-то непосредственностью черпал чистый свет, сияя все ярче и ярче. Кайло распахнул глаза, с мрачным восторгом и дрожью ощущая столь долгожданную волну гнева и злости. Небрежным движением руки он раскидал рыцарей. - Магистр Рен, Вы обещали не использовать сегодня Силу! – в голосе сразу же поднявшегося на ноги рыцаря звучало недовольство. - Тренировка окончена, мы идем в город. Немедленно, - бросил Кайло, стремительно покидая галерею. Сияние в Силе угасало, сжимаясь до маленькой, робкой, практически неразличимой искры, но Кайло уже знал, что мусорщица находится на Набу.