Часть 2
14 января 2016 г., 04:32
«Видимо, мои догадки были верны и Итачи действительно не так прост и бесчеловечен. Но кто за всем этим стоит? Не мог же он, будучи хоть сто раз сильнейшим шиноби Конохи, перерезать в одиночку всех обладателей шарингана?
А ведь среди них встречались по-настоящему выдающиеся шиноби… И для чего тогда был весь этот маскарад с ненавистью, побуждениями к мести… Для чего ему была нужна эта маска? Слишком много вопросов, которые так и останутся неразрешенными, если мы не сможем доставить Итачи к Хокаге… Его повреждения намного серьёзнее, чем я предполагал. Но кроме всех ран, нанесённых ему Саске, есть что-то ещё… Видимо, какая-то болезнь… Тёмные круги под глазами, лихорадочный румянец на щеках — он как будто горит изнутри. Необходимо немедленно что-то предпринять, иначе он не протянет и получаса», — Какаши направился к единственному, находившемуся в их команде, шиноби-медику.
— Сакура, помоги ему. Он должен продержаться до Конохи, где мы передадим его в руки АНБУ и Пятой.
— Но, Какаши-сенсей! Информацию ведь прекрасно можно получить и из мёртвого тела! Это даже проще — не нужно будет прибегать к допросам и пыткам… — её прервал серьёзный голос Какаши.
— Сакура, мой приказ не подлежит обсуждению. Даже с тобой! Он требует выполнения, при чём немедленного. Мало того, что он первоклассный шиноби, который станет великолепным защитником деревни. Естественно, после определённой психической обработки Цунаде-сама, которая пройдёт беспрепятственно при его нынешнем состоянии. Ты, кажется, совершенно забыла о том, что он является практически единственным ключом к возвращению Саске в деревню, — невозмутимо заявил сенсей, наблюдая, как стремительно бледнеет Сакура при упоминании имени темноглазого предателя.
— Хай, — безжизненно ответила Сакура.
«Неужели Харуно всё ещё любит Саске? Тогда, что она чувствует к Наруто? Она так на него смотрит, будто бы хочет убить…» — пронеслось в голове Копирующего ниндзя.
Куноичи поспешно принялась за исцеление ран отступника, заметив, насколько они серьёзны и что действительно необходимо было поспешить. Она смотрела как бы сквозь Итачи, не желая узнавать в нем до боли знакомые черты.
«Саске… Воспоминания о тебе причиняют столько боли… Нет, в моём сердце не осталось места для любви к тебе. Но ты всё ещё наш друг. Ты причинил нам с Наруто столько горя… Я всегда восхищалась его выдержкой, он никогда не показывал своих страданий. Человек, который всегда идёт по жизни смеясь… Никто даже не мог представить, как погано у него на душе! Едва ли лучше, чем у тебя, Саске! Чёртов эгоист! Ты никогда не замечал боль окружающих тебя людей. Тебя интересовали лишь собственные страдания, боль, месть… Ты не желал довериться нам, принять помощь, причиняя невообразимые страдания своим друзьям. Коими ты, по твоим собственным словам, нас даже не считаешь.
Но ведь это ложь, всё ложь! Маска холода и безразличия. Саске… я понимала и твою душу. Но, увы… Возможно, ещё есть время всё исправить, но моё сердце больше не пылает при мысли о тебе… друг. Только друг, как и Наруто…» — думала Сакура, продолжая лечить последствия схватки двух братьев, один из которых люто ненавидел и искренне желал смерти второму, а другой…
— Саске, — прохрипел Итачи, — Братишка… кхха… — он закашлялся кровью.
— Что ты несёшь? Какой он тебе "братишка" после всего?! — вспыхнула Сакура, — И откуда опять кровь, я ведь исцелила все раны… — Сакура удивлённо смотрела на приоткрытые губы Итачи, с которых срывались алые капли.
— Ты… он… ничего… Я не успел… кха… Не рассчитал сил, — еле слышно шептал Итачи, тяжело и прерывисто дыша, содрогаясь от нового приступа удушающего кровавого кашля.
— Какаши-сенсей, что с ним? Это бред? Но температуру я проверяла, вроде не настолько высокая… — она обернулась в сторону Какаши.
— Сакура, возможно с ним было что-то не так ещё до начала боя с Саске. Может, какая-то болезнь… Необходимо будет доставить его прямиком к Хокаге. Уходим! — скомандовал он остальным членам команды, — Шино, ты сможешь заняться доставкой Итачи? — обратился сенсей к Абураме.
— Конечно, смогу я нашего пленника доставить к селения воротам, — ответил Шино, телепатически приказав жукам окутать отступника непроницаемым коконом и лететь в сторону деревни впереди команды.
По прибытии в Коноху Какаши, Сакура и Шино тут же направились в резиденцию Хокаге.
— Цунаде-сама! Мы… — начала отчёт Харуно.
— Знаю, Сакура. Клон Ямато уже рассказал мне об исходе битв. Где Итачи? — невозмутимо прервала ученицу Пятая.
— Он здесь, — Хатаке жестом указал на чёрное облачко роившихся позади Абураме жуков.
— Доставьте его в госпиталь. Я соберу необходимые ингредиенты и приду туда, — Цунаде стала поочерёдно доставать из шкафа ампулы с какими-то эликсирами.
— Но откуда Вы… — Харуно вновь не позволили закончить фразу, на сей раз — неизвестно откуда возникший Ямато.
— Мой клон подробно описал состояние Учиха Итачи и Хокаге-сама сделала вывод, что его болезнь могла быть вызвана медленно действующим ядом, — капитан поклонился Хокаге и покинул кабинет.
— Болезнь? Яд? — Сакура ошарашенно переводила взгляд с Какаши-сенсея на Цунаде.
— Да, Сакура. И если моё предположение подтвердится, то его восстановлением займёшься именно ты, — Хокаге выжидающе смотрела на свою ученицу, готовая услышать в ответ бурный отказ, или просто сильное удивление, но никак не спокойный вопрос, заданный Сакурой.
— Почему я, Цунаде-сама? — на её лице не отразилось и тени недовольства или отвращения, лишь лёгкое недоумение.
— Я считаю, что твои возможности в диагностике и извлечении ядов уже ощутимо превосходят мои. Ступай, Сакура. И остальные тоже. Мне нужно закончить подготовку, — Хокаге жестом указала на дверь. Все посетители поспешно покинули резиденцию, направляясь в больницу.
***
После того, как осмотр Итачи был завершен, Цунаде жестом пригласила Харуно проследовать в её кабинет. — Сакура, теперь он остается под твоим надзором, — начала Хокаге. — Хай, Цунаде-сама. Как я понимаю, яд, скорее всего, был газообразной формы и проник в его лёгкие при вдохе… Но я никак не могу понять, откуда? Никогда раньше не видела таких. Возможно, на какой-то миссии… — начала размышлять Харуно. — Возможно, но этого нам знать не обязательно. Твоя задача заключается в изучении состава яда и извлечении его из тела Итачи. Теперь ты свободна, можешь приступать, — скомандовала Пятая. Сакура неслышно вошла в палату, где лежал Итачи, и подошла к кровати. На неё мутным взглядом смотрел только что очнувшийся преступник. — Что? Где мы находимся? — прошептал Итачи. Харуно оставила его вопрос без ответа и молча приложила прохладную ладонь к его лбу. — У тебя жар. Сейчас я принесу лекарство, — сказала девушка и выскользнула из палаты. «Что сейчас произошло? Это чувство… как будто разряд прошёл по руке, как только я дотронулась до его лба… Нет, это был всего лишь жар! У него поднялась температура, вот и всё!» — уверяла себя Сакура, забирая из кабинета необходимые ей препараты, — «Но что значили его постоянные вопросы о Саске? Итачи что, волновался за него? Когда сам чуть не убил? Как странно…» — думала Харуно вновь открывая дверь в палату. — Он так похож на Саске, — закончив вводить лекарство едва слышно прошептала куноичи, глядя на освещённое серебряным лунным светом лицо мирно спящего Итачи… Она подошла ближе и вновь дотронулась ладонью до лба шиноби. Руку будто бы обожгло огнём. «Плохо, жар не спадает… Что же с ним произошло? Что за яд такой?» — спрашивала себя Сакура, не замечая, как предательски сжимаются кулаки при мысли о том, что Итачи в скором времени может умереть. Она присела на край кровати, приложила щёку и руки к его обнажённой груди… «Что? Где я? Почему жив? Неужели Саске… Нет. Точно нет. Кха… Тогда почему… кха… что?» — Итачи почувствовал, как чьи-то ледяные руки легли на его пылающую грудь, а следом ощутил прикосновение шелковистых волос. Он открыл глаза… — «Что за…?» — шиноби разглядел приникшую к нему девушку. — Где я? И что ты делаешь? — Итачи попытался изобразить подобие ледяного тона, но говорить было слишком тяжело. Девушка вновь не стала отвечать, лишь сильнее прижав ладони, вокруг которых тут же зажглась изумрудная целебная чакра. Шиноби сразу же стало легче дышать, а острая боль в грудной клетке немного притупилась. — Что ты делаешь? — уже чуть более окрепшим голосом произнёс Учиха. — Я немного замедлила действие яда. Теперь тебе необходимо поспать. Мне нужно приготовить противоядие, — спокойно ответила Сакура. — А кто ты такая, что бы указывать мне что делать? Не забывай, с кем разговариваешь… — он осёкся, вспомнив, что передал значительную часть силы своего Мангекё Саске, а на оставшуюся, находясь в подобном состоянии, рассчитывать не приходилось — это могло его добить, — И что ещё за яд? — шиноби совершил безуспешную попытку приподняться и сесть. Харуно лишь презрительно хмыкнула, глядя на то, как обессиленный отступник падает обратно на подушки.***
— Цунаде-сама, — девушка зашла в кабинет. — Сакура. Ты выяснила состав яда? — Хокаге выглядела очень уставшей. По обе стороны от неё высились кипы бумаг. — Да, выяснила. Причиной отравления послужил яд, находящийся в пыльце одного очень редкого цветка. — И как же он, по-твоему, оказался в организме Итачи? — Цунаде была несколько обескуражена ответом ученицы. Наиболее вероятной версией ей, на тот момент, казалась попытка незаметного устранения Итачи Лидером Акацки. Ей не были ясны мотивы, но Хокаге была практически уверена в верности этой гипотезы. — Понятия не имею. Мало того что этот цветок растет очень высоко в горах, для отравления необходимо находиться вблизи большого скопления цветов, что в принципе невозможно из-за их редкости. Либо нужно достаточно глубоко вдохнуть пыльцу, подняв цветок непосредственно к лицу. — Ты уверена, Сакура? Может это всё же какой-то новый вид химического яда? — Хокаге никак не могла поверить в настолько странную версию. — Нет. Только эта пыльца воздействует на лёгкие, не распространяясь дальше. И лишь от неё клетки разрушаются не постоянно, а очень болезненными приступами. При таком отравлении постоянной является лишь боль… Если точно не знать причину, можно никогда не понять, чем вызвана болезнь. Вы смогли определить это лишь благодаря невероятному чутью на яды… — Сакура, ты хоть понимаешь, что означают твои слова?! Учиха Итачи, член печально известной организации Акацки, один из лучших и безжалостнейших шиноби мира, устранивший величайший клан, нюхал цветочки высоко в горах?! Ты в своём уме?! — Хокаге начала терять терпение. Усталость и десять минут назад выпитое ей саке не добавляли трезвости умозаключениям. — Да, Хокаге-сама, я абсолютно уверена! — Сакура была оскорблена заявлением своего сенсея, — Я составила противоядие и если Учиха не получит его в течение ближайшего часа, то не протянет и до завтрашнего утра! — Можешь идти, — растерянно проговорила Цунаде. Она была немного удивлена странным поведением куноичи, ведь та уже несколько недель была подозрительно спокойна. Даже прекратила щедро раздавать Наруто вечные подзатыльники… «Господи! Сколько же она выпила, что бы начать сомневаться в моём знании ядов? Неужели уже забыла о том случае с Канкуро? А ведь даже Чиё-баасама не смогла тогда определить состав… Чиё-баасама…» — в глазах у Сакуры показались слёзы. Она подходила к главному госпиталю Конохи.***
Итачи вновь открыл глаза. За окном тускло светила луна, из-за укрывавших небо плотным ковром грозовых туч не было звёзд. Он почувствовал, как волна боли, исходящая из груди, вновь накрывает его… Сакура подходила к палате. Она надеялась, что Учиха всё ещё спит. В этом случае ей не пришлось бы с ним говорить. Хотя, действительно ли ей этого так не хотелось? Харуно и сама не могла понять… Переступив порог куноичи застыла, глядя на открывшуюся ей картину — Итачи сидел в кровати прижимая руки, по которым ровным потоком текла кровь, к губам и задыхаясь в приступе сильного кашля. «Ну, вот и все… Кажется, это мой предел…кхха… Прости, мой маленький глупый брат, я так и не успел тебе сказать…кх-кх-кха…» — думал Итачи, понимая, что время его смерти неумолимо приближалось. — Вдохни! — резкий голос, прозвучавший прямо над головой, заставил юношу приоткрыть глаза. — Что? — с трудом прохрипел Итачи. В руках девушки была плотно закрытая банка, в которой спиралевидно завивался какой-то ярко-лиловый газ. — Быстро, я сказала! — её глаза угрожающе сверкнули. Отступник наклонился над банкой. — Когда я открою крышку сразу же глубоко вдыхай, понятно? — он еле заметно кивнул. — Хорошо, — она сорвала крышку и поспешно отвернулась. Учиха вдохнул весь газ, находившийся в банке и вновь закашлялся, но крови уже видно не было. — И что это было? — тихо спросил он. Сакура молчала, сидя в кресле, установленном в дальнем углу палаты, — Ты мне объяснишь? — устало добавил он, откидываясь на подушку. — Это было противоядие. А теперь, может ты мне объяснишь, что происходит? — девушка взволнованно взглянула на Итачи. — Я не обязан перед тобой отчитываться, — шиноби закрыл глаза, явно демонстрируя, что разговор продолжать он не намерен. — О, великолепно! — ухмыльнулась Харуно, — В таком случае, думаю, я не обязана приносить тебе вторую дозу противоядия, без которой действие этой очень скоро будет сведено на нет. Сайонара! — девушка грациозно поднялась с кресла и двинулась по направлению к выходу… — Подожди… — прошептал он. — Объясни, как тебе в таком состоянии удалось так сильно потрепать, в принципе, практически убить, Саске? — тихо спросила она, — И что от него понадобилось Мадаре?! — голос девушки сорвался на крик. — Саске…кха-кх… — новый приступ кашля не дал ему договорить. Сакура подошла к кровати и вновь приложила руки к груди Итачи. На этот раз мучившая его боль прошла практически полностью, — Зачем ты это делаешь? — хрипло спросил он. — Приказ Хокаге, — безразличным тоном отозвалась Сакура, возвращаясь в кресло. — Облегчать мою боль? — с грустной улыбкой спросил Итачи. — Спасать твою жизнь, — холодно бросила Сакура, — Что вообще произошло тогда? Из-за чего? Ты не ответишь мне? — она закрыла лицо руками, изо всех сил стараясь не заплакать… — Может быть… — проговорил он, закрывая глаза, — Срок секретности этой миссии истёк ещё вчера. Когда я должен был умереть… — Должен был? — изумилась куноичи. — Не перебивай. Мне и так нелегко говорить… кх-кха… Я уничтожил клан Учиха не по своей воле. Я бы даже сказал, против оной… Это была миссия, возложенная на меня Данзо и старейшинами, как на лучшего среди агентов АНБУ и сильнейшего шиноби клана. Учиха готовили переворот в деревне, после которого Коноха могла подвергнуться нападению со стороны других скрытых деревень. Во избежание войны клан необходимо было ликвидировать. ВЕСЬ клан. В официальной версии Данзо объявил бы о трагической гибели клана Учиха, доблестно защитивших Коноху от внезапно напавшей армии вражеских шиноби, а также о предотвратившем вторжение этих шиноби Учиха Итачи, возвращавшемся с миссии в другой стране и не успевшем прийти на помощь своему клану. Но, тем не менее, защитившем родную деревню. Меня ждало признание и слава героя… Но я не смог этого сделать, — шиноби опустил голову, закрывая глаза. — Что ты не смог сделать, а? Ты ведь уничтожил их! Весь клан! — она уже не могла сдерживать слёзы, катившиеся по щекам и казавшиеся серебряными в лунном свете. — Действительно весь? — устало отозвался Итачи. — С-саске? — Харуно не хотелось верить его словам… Шиноби кивнул. — Саске. У меня не поднялась рука на моего маленького глупого брата… Вместо того что бы убить, я дал ему цель. Ненависть ко мне должна была постоянно сопровождать другие его чувства, помогая стать сильнее. Но я ошибся… — Сакура взглянула на часы, резко вскочила с кресла и покинула палату. «Саске, Итачи… Боже, за что мне всё это?!» — думала она, направляясь в лабораторию. Когда куноичи вернулась в палату, Итачи сидел, отрешённо глядя в окно. — Вот, возьми, — она передала ему вторую банку с лиловым газом, — Больше противоядие тебе не потребуется. Я сообщу Хокаге-сама и она лично займётся твоим лечением, — сказала она, выходя за дверь. Девушка направилась прямиком в кабинет Хокаге. — Цунаде-сама, Учиха получил противоядие. Его жизнь вне опасности, но для полного восстановления необходимо интенсивное лечение, — начала Сакура. — Хорошо. Вот ты им и займёшься, — пробормотала Хокаге, не отрываясь от чтения очередного отчёта. — Эм… Цунаде-сама… Я хотела бы попросить разрешения передать дальнейшее лечение Итачи Вам… — она опустила взгляд. — Но почему? Он уже успел что-то натворить?! — Хокаге начала угрожающе закатывать рукава. — Нет, он ничего мне не сделал, но… — Сакура рассказала всё, что только что услышала от Учиха. — Вот значит как… — Цунаде задумалась, — Можешь идти, я сама им займусь. — Аригато, Хокаге-сама, — куноичи пулей выскочила из кабинета. «Я не могу. Это слишком больно…» — она стрелой летела к парку, в котором оставила своё сердце три года назад…***
Цунаде решила заглянуть в госпиталь Конохи и убедиться — то, о чём рассказала ей Сакура действительно происходило. «Наконец я снова увидел ту девушку… Она приходила в мои сны так часто, придавая сил бороться с мучительной болью, когда я уже был готов отступиться и умереть… И вот, она опять спасает мне жизнь. Сколько же печали таят в себе её изумрудные глаза, что заставляет её так страдать? Или кто… Ксо!» — изо всех оставшихся сил Итачи ударил по стоявшей рядом с кроватью тумбочке кулаком, разбив его в кровь. Хокаге неторопливо зашла в палату Учиха и прислонилась спиной к стене. — Итачи… — она вздохнула. — Я смотрю, та девочка уже всё вам рассказала, — он еле заметно улыбнулся. — Это правда? — тихо спросила Цунаде. Учиха кивнул, — Я догадывалась о чём-то подобном, но не думала, что всё обернётся именно так… Прости, Итачи. — В случившемся нет вашей вины, Цунаде. Вернуть жизнь павшему клану невозможно. И я совсем не уверен, что не принял бы того же решения вновь, если бы мне удалось вернуться в тот день. Но я надеюсь, что спасение души последнего из Учиха всё ещё в моих силах, — грустно произнёс Итачи. — Последнего? — Хокаге с недоумением взглянула на юношу. — Я перестал считать себя частью клана в момент, когда мне пришлось стать его палачом. А где сейчас та девушка? — Итачи поднял глаза на Пятую. — На долю Сакуры выпали нелёгкие испытания, — Цунаде опустила голову, — Пожалуй, им с Наруто сейчас приходится хуже всех. Они с трудом пережили предательство дорогого для них человека, уже в который раз… — Так где она? — повторил он. — Я не знаю. Пару минут назад Сакура пришла ко мне и попросила заняться твоим дальнейшим восстановлением, а затем пулей выскочила из кабинета. Я думаю, она боится, что ты сможешь причинить ей боль ещё сильнее той, что ей приходится испытывать сейчас… — Цунаде с трудом удавалось сдерживать слезы. — Аригато, Цунаде-сама, — прошептал Итачи вслед уходящей Хокаге. «Да что же это такое? За что?!» — куноичи бессильно опустилась на колени посреди улицы, благо уже стояла ночь и случайные прохожие не спешили выходить из своих уютных домов, — «Почему? Почему я не могу просто быть счастливой? Даже Наруто удалось немного приглушить боль в своём сердце, у него теперь есть Хината…» — слёзы горьким потоком полились из глаз, — «А теперь ещё Итачи… Ну зачем?! Мало того, что он месяц снился мне почти каждую ночь. Больной и усталый… он так печально смотрел на меня, что хотелось заплакать…» — она вскочила на ноги и побежала в сторону парка.***
Итачи с трудом поднялся с постели и подошёл к открытому окну. «Саске… кха… мой маленький глупый брат, сможешь ли ты простить меня?» — думал он, глядя из окна вниз… Вдруг Учиха заметил проносящуюся мимо больницы розоволосую девушку, — «Мда… Похоже, скоро на этой койке будет лежать кое-кто другой», — подумал шиноби, переводя взгляд с лёгкого короткого топа девушки на раскачивающиеся от сильного ветра верхушки деревьев парка, куда та так торопилась. Учиха огляделся в поисках того, что можно было бы накинуть на её плечи и его взгляд упал на висящий на спинке кресла плащ Акацки, — «Вот это должно подойти», — он взял в руки плащ и вывернул его чёрной стороной наверх, — «Так… Чакры должно хватить на перемещение в парк, а то пешком я туда уж точно не дойду», — печально усмехнулся он, растворяясь в облачке серого дыма. — «Кха… ксо, еле получилось!» — он появился у входа в парк, — «А вот и она…» — Ты заболеешь, если будешь так сидеть, — Учиха пытался сохранять голос твёрдым, но это ему не совсем удавалось, — Кха-кх… — Тебе еще нельзя вставать! Зачем ты пришёл? — Харуно изумлённо уставилась на склонившегося над ней Итачи. — Я увидел, как ты несёшься сюда и решил, что девушке не стоит гулять одной в столь поздний час и в таком… кха-кх-кх, — новый приступ кашля не дал ему договорить, Учиха пошатнулся. — Бака! — Сакура встала и силой усадила Итачи на скамейку, — Ну просто настоящий идиот! — не унималась Харуно, садясь рядом с шиноби и прикладывая руки, охваченные лечебной чакрой, к его груди. — Аригато, — слабо произнёс он, сжимая её руки в своих, — Скажи, почему ты убежала? — А вот это совсем не твоё дело, — Сакура поспешно отняла руки, — Тебе нужно обратно в больницу, идём! — она уже встала со скамейки… — Подожди! — Итачи заставил девушку сесть обратно, — Это ведь из-за меня, так? И из-за Саске… — Что? Откуда ты… Цунаде-сама тебе рассказала?! — Сакура уже начинала закипать от злости. — Нет, я и сам догадался. Ты ведь любила моего брата, не так ли? — с грустной улыбкой спросил он. — Вот именно — любиЛА. Теперь уже это не имеет никакого значения, я больше не люблю его. Саске уничтожил… растоптал моё сердце на этом самом месте, ровно три года назад… — из её глаз вновь полились слёзы. Итачи приобнял Харуно за плечи. Девушка не стала противиться… — Всё в этой жизни имеет свое значение… Ведь в том, что он не ответил тебе, виноват только я. Из-за моей ошибки… — Сакура перебила его, утерев слёзы. — Ты не виноват. Каждый сам выбирает в жизни путь, по которому будет двигаться вперёд. Саске принял тот, что указал ему ты, хотя мог найти и свой… Ведь мы пытались помочь, вытащить его из этой бездны одиночества. Пытались показать, что не только ненависть может придавать сил, что месть не может быть смыслом жизни. После её исполнения всегда наступает мучительная пустота… Но он не желал слушать! Никого! И предал всех — свою деревню, людей, которые его любили, своего лучшего друга, который живёт надеждой вернуть, спасти этого идиота! Но я больше не могу. Не могу любить его… это было слишком больно, — куноичи закрыла глаза и уткнулась в плечо Итачи, — А теперь скажи, зачем тебе понадобился тот цветок? — Цветок? — Учиха с удивлением заглянул в зелёные глаза куноичи, в которых всё ещё блестели слёзы. — Цветок, из-за которого произошло отравление два месяца назад. Вспомни, откуда ты его взял! — Харуно встретилась взглядом с Итачи. — Да… Четыре года назад, в годовщину дня, когда я поднял оружие против собственной семьи, я обнаружил пещеру. Из неё открывался волшебный вид, Страна Огня как на ладони — пещера находилась очень высоко. И вот, два месяца назад, в тот самый день, я снова пришёл в ту пещеру. В самой глубине я заметил цветок такой красоты, что смотрел не отрываясь долгое время. Затем мне захотелось ощутить его аромат. Он оказался столь прекрасен, что с ним не смогли бы сравниться никакие благовония. А через неделю начались приступы… — Да, симптомы полностью подтверждают моё заключение. Отравление пыльцой цветка Нэрико. Если бы я не составила те противоядия, ты умер бы этой ночью. Хм… Нэрико распускается лишь раз в году и цветёт всего неделю, в конце которой его пыльца становится настолько ядовитой, что вдохнувший её погибает не позднее, чем через два месяца… — Значит мне повезло, что вы нашли меня именно вчера, — Итачи поёжился. На нём была надета всего лишь тонкая футболка, — Ты спасла мне жизнь… Снова, — последнее слово он произнёс очень тихо, чтобы девушке не удалось его услышать. — Тебе нельзя тут сидеть, слишком холодно! Хоть я и дала тебе противоядие, от воспаления лёгких оно уж точно не спасёт, — Сакура начала подниматься. — Стой. Я не хочу сейчас уходить, — он только сильнее обнял её, — Прошу, останься со мной… — Остаться? С тобой? Но… — Сакура почувствовала, как земля начинает уходить у неё из-под ног. — Ты спасаешь меня уже не в первый раз, — неожиданные слова Итачи заставили девушку вздрогнуть. — Что ты имеешь ввиду? — её ярко-зелёные глаза расширились от удивления. — Ты ведь снилась мне, спасая от боли и одиночества. — Я снилась? Это ты снился мне. Печальный и усталый… Я не была уверена кто ты, но чувствовала твою боль и мне становилось очень горько, — Харуно опустила голову. — В такие моменты боль отступала, я чувствовал твоё присутствие так явно, будто бы ты находилась где-то совсем рядом, очень близко… Я чувствовал твоё тепло, уже тогда, — Учиха притянул девушку к себе и крепко обняв заглянул в глаза. «Он так похож на Саске… Но его взгляд, он совсем иной. В нём нет ни льда, ни презрения, ни жестокости. Только мягкий свет и… тепло, понимание…» — Сакура почувствовала, что начинает тонуть в его бездонных, как прекрасный ночной океан, чёрных глазах. «Её глаза… Сколько же страданий пришлось пережить этой, совсем ещё юной, куноичи. Неужели всё из-за моего глупого маленького брата? Как он мог… ненависть должна была придавать сил в бою, помогать идти вперёд, заставлять выжить! А не поглощать все присущие человеку чувства, несущие в себе истинный смысл существования. Я совершил ошибку, за которую никогда не смогу себя простить, но в первую очередь я ошибся в тебе, брат! Сакура, Наруто… я не в праве просить прощения у вас за всю ту боль, что вам пришлось перенести по моей вине», — он нежно обнял девушку, зарываясь лицом в её волосы. — Это не твоя вина, — как будто услышав его мысли, шепнула куноичи и обняла в ответ, — Нам нужно возвращаться, — она мягко высвободилась из объятия, встала и протянула руку Итачи, — Идём.
