Birthday present

      Томас никогда не верил в судьбу, вернее, даже особо не задумывался о ней, но в этот раз понял, что от неё, порой, действительно не уйдёшь. Вот о чём он размышлял, сидя на дне катера и аккуратно удерживая Ньюта на коленях, чтобы его бесчувственное тело не подлетало на каждом речном пороге. К счастью или к сожалению, люди, схватившие их, оказались никак не связаны с Крысуном. Точнее, они, конечно, были знакомы с Дженсоном, однако он больше не принадлежал к их организации. Да, наверное, им всё-таки повезло, потому что от этого типа не стоило ожидать ничего хорошего, во всяком случае, Ньюту уж точно. Что касается Авы Пейдж, к которой изначально должен был лежать их путь и к которой их теперь везли (если то, конечно, было правдой), пусть она и была тёмной лошадкой, всё же оставалась надежда, что этот визит не закончится для них плачевно.       В конце концов, отец же не отправил бы их непонятно куда, верно? Хотя в итоге всё пошло не по плану. Томас не знал деталей, но, судя по всему, Крысун не собирался везти их в Денвер. Мужчины, которые управляли катером, на котором он ехал, да и остальные их товарищи, едва не плевались ядом при упоминании Дженсона. Было похоже, что он предал их и собирался доставить Ньюта в совершенно другое место. Больше ни о каких деталях об обеих организациях никто не распространялся. Томас попробовал ненавязчиво расспросить, но получил в ответ лишь угрюмый взгляд.       Впрочем, его не связали и даже покормили каким-то вяленым мясом; от такого, в целом, демократичного обращения с пленниками надежда, что всё будет не так плохо, крепла.       Однако причины для волнения оставались, и одной из них было то, что он не видел своих друзей. Ему сказали, что они, с частью людей, поплыли вперёд, но беспокойство не оставляло его. Более того, охранники тоже становились более нервными с каждым часом, но Томас никак не мог понять почему. Судя по тому, как те то и дело поглядывали на небо, они опасались надвигающейся непогоды. Быть может, эта река становилась слишком бурной во время дождя? С линии горизонта к ним в самом деле плыла большая туча, однако, по мнению Томаса, она была ещё слишком далеко, так что поведение мужчин казалось странноватым. Хотя, быть может, это были простые предосторожности. Всё же они тут не на дружеском рафтинге.       Несмотря на то, что Томас не мог даже наверняка знать, куда их везут, он, неожиданно для себя, расслабился. Быть может, сказалось напряжение последних дней, или неизбежность — что бы с ними не собирались сделать, он точно не сможет это предотвратить. Глупо сопротивляться, когда ты неизвестно где, без вещей, документов и денег, твои похитители вооружены, а у тебя на руках человек, которого ты не сможешь бросить на произвол судьбы, тем более в таком состоянии, даже если потребуется. Но вместо ожидаемой паники от всей этой ситуации ему просто захотелось спать. Или это и была его реакция на стресс? Томас не был силён в психологии, но мерное покачивание лодки и стук волн о борт явно предлагали ему поскорее присоединиться к Ньюту, и только благодаря то и дело возникающим небольшим порогам ему удавалось оставаться в сознании.       Однако на ближайшем пологом участке он всё же позволил себе сползти чуть ниже и удобно устроиться среди каких-то тряпок, крепче перехватив Ньюта.       «Я вздремну минут пятнадцать, не больше. Думаю, после этого мне должно стать легче», — подумал Томас про себя и вновь открыл глаза только тогда, когда солнце уже клонилось к горизонту, а чёрные тучи грозили настигнуть их в ближайшее время.       Первое, на что Томас сразу обратил внимание, — переменившееся настроение между их охранниками. Тот, что сидел у мотора, был всё так же сосредоточен, и на первый взгляд казалось, что единственное, что его интересует — не натолкнётся ли их судно на какой-нибудь подводный камень. Однако его глаза едва заметно исследовали прибрежные кусты, а куртка, несмотря на ветер, была расстёгнута так, чтобы было удобно выхватить пистолет из видневшейся под ней кобуры.       Томас попробовал привстать и размять затёкшее тело, но оба мужчины кинули в его сторону гневные взгляды «не высовывайся», и он не рискнул их ослушаться.       В воздухе витало напряжение, и Томас, поддавшись атмосфере попробовал так же услышать что-либо подозрительное, но ему пришлось быстро оставить эту идею, потому что опыта по наблюдению в таких ситуациях у него не было никакого. Затем он попытался разбудить всё ещё спящего Ньюта, но его состояние не изменилось за это время. Зато, заметив его манипуляции, один из мужчин кинул ему флягу воды и приличный кусок вяленого мяса, сказав заняться делом, раз уж ему не сидится.       Зашипела рация.       Мужчина, сидящий на корме, бросил кому-то с той стороны несколько слов на непонятном Томасу языке, а затем смачно выругался. Второй посмотрел на него и спросил что-то на том же наречии. Видимо, чтобы Томас не понял сути их разговора, но, хоть тот и был не в силах разобрать их слов, он мог прочитать хоть что-нибудь на их лицах. И эти обеспокоенно-раздражённые выражения призрачно намекали на то, что их планы, скорей всего, несколько нарушились. Воспользовавшись тем, что мужчины заняты обсуждением полученной информации, Томас разодрал мясо на две части и одну на всякий случай спрятал под одежду, во внутренний карман куртки, а вторую быстро съел и до дна осушил флягу. Мужчины замолчали; один из них уделил внимание мотору, и через две минуты он заработал бодрее, усерднее толкая лодку вперёд.       — Я могу узнать, что происходит? — Томас решил попытать удачу.       Мужчины угрюмо покосились на него, а затем один коротко бросил что-то на том же неизвестном языке, после чего другой поморщился, но всё же ответил:       — Из-за того, что мы потратили время на глупую погоню за вами, часть наших людей вместе с вашими товарищами ушла намного дальше.       — Проще говоря, мы отстали?       Ему никто не ответил.       Томас сделал вид, что полностью удовлетворён полученной информацией, но и ребёнку было бы понятно, что эти люди сильно не договаривают, а этот момент обнажили только ради того, чтобы он успокоился и больше не мешал работать.       Становилось темнее, а река вновь забурлила. Томас приметил, что остальные судна, что сопровождали их, подплыли значительно ниже, и теперь все они общались больше едва заметными в сумерках знаками, чем речью. Лодку затрясло, но продлилось это недолго. Тот, что управлял ей, оценивающе окинул взглядом Томаса, после чего шепнул ему залечь как можно глубже на дно и крепче держать Ньюта, потому что скоро их будет метать по порогам.       Томас поспешил исполнить приказ.       Лежа на дне, он слушал плески воды, тарахтение двигателя и мирное сопение Ньюта и думал о том, что произойдёт дальше. С одной стороны, казалось кощунством нарушать такую идиллию, ведь кроме перечисленных, не раздражающих звуков, тишину ничто не тревожило, но с другой, мало ли какую бурю предвещало это затишье.       Лодку сильно зашатало, и Томас порадовался, что догадался зацепиться ногами за какой-то выступ под скамейкой. А пороги постепенно становились всё более бурными. Люди, захватившие их, больше не разговаривали, а в случае чего — ограничивались короткими окликами, видимо, управление транспортом в таких условиях не допускало другой коммуникации. Томас видел, что кто-то зажёг и погасил фонарь, и его свет на секунду прорезал черноту. Хотя пока что было не сильно темно. Луна и звёзды давали достаточно света, чтобы видеть очертания близких предметов, но Томаса несколько пугала мгла, что грозилась наступить, когда чёрная туча закроет небо над ними.       И среди всего этого вдруг раздалось тихое:       — Томми?       Томасу показалось, что он подпрыгнул выше лодки, но, конечно, на самом деле он всего лишь вздрогнул и шёпотом переспросил:       — Ньют?       Он попытался рассмотреть в темноте лицо Ньюта. Оно всё ещё было словно застывшим, но он уже явно пытался открыть глаза.       — Я… не могу… — пожаловался Ньют спустя полминуты. — Томми, ты же Томми?       — Да, Ньют, это я. Видимо, действие того вещества, что вкололи тебе, ещё не закончилось. Мы…       — Я знаю, — шумно выдохнул Ньют, перебив его. — Я понимал происходящее вокруг, но не мог пошевелиться.       Томас на автомате крепче обнял его, едва холодные мурашки пробежали по спине, стоило ему подумать о том, что чувствовал Ньют, не имея возможности ничего сделать.       — Теперь всё будет в порядке… Я надеюсь, — шепотом продолжил Ньют. — Я знаю, это глупо, но я не чувствую исходящей от этих людей опасности.       Томас подумал, что Ньют очень наивный, но ему и самому хотелось верить в это, а потому…       — Да, я тоже хочу верить, что теперь всё будет в порядке.       И словно в насмешку над ними, в воздухе что-то просвистело и кто-то с криком свалился в воду.       Человек, что сидел на носу их лодки, мгновенно выхватил пистолет и несколько раз выстрелил в сторону предполагаемой атаки, после чего взревел двигатель, и лодка несколько раз резко вильнула, впечатывая Томаса и Ньюта то в один борт, то в другой.       Томас постарался ухватить за что-нибудь — лодка беспорядочно понеслась по порогам, подкидывая их на каждом камне. Боясь, что они перевернутся, он ухватился за борт, что бы в случае чего хотя бы попытаться оттолкнуться от него, но, кажется, мужчины знали свою работу, и пока что они даже не захватили воды. На очередном подъёме Томас успел краем глаза уловить перестрелку, быстро остававшуюся позади. Люди, что окружали их, стреляли в кого-то, одновременно выстроив лодки так, чтобы между ними было сложнее проплыть.       — Пригнись! — крикнули на Томаса мужчины, и ему пришлось залечь обратно на дно.       — Что будем делать? — спросил один из них — Томас не понял кто; видимо, держать тайну в такой ситуации для них было уже бессмысленно.       — Нам нужно нагнать остальных! — последние звуки потонули в шуме воды.       Томас попробовал просто вжаться в днище, чтобы стать как можно дальше от этого бардака, но это было невозможно.       — Ньют? — тихо позвал он, чтобы хоть как-то отвлечься от леденеющих от паники рук.       Ньют чуть дёрнулся, а затем ответил:       — Я начинаю чувствовать своё тело. Надеюсь, оно хоть немного отойдёт до того, как они нас настигнут. Не хочу быть ещё большей обузой.       — Ньют, они знают, что делать, всё будет хорошо, — разумеется, Томас и сам не верил в свои слова.       Губы Ньюта исказились усмешкой, но он ничего не ответил.       — Чёрт! — послышалось от кого-то из мужчин. — Они в воздухе!       Томас посмотрел в небо, но не смог ничего увидеть: туча уже практически перекрыла весь свет, но где-то вдалеке будто бы послышался гул приближающегося вертолёта. В небе вспыхнули прожекторы, и Томас увидел его практически над самой кромкой леса. Он разворачивался боком, дверь, кажется, была открыта, а это значит, что там наверняка уже сидел снайпер. Даже в таком шуме отчётливо прогремели несколько выстрелов, и оба мужчины мешками вывалились за борт. Томас почувствовал, как Ньют сильнее прижался к нему, а в следующее мгновение лодка, потерявшая управление, закрутилась в водных потоках. Томасу показалось, что Ньют дёрнулся в сторону двигателя, и он сильнее прижал его к себе, не давая даже пошевелиться. Такие действия помогут им только словить пулю. Прожектор нашёл их судно, подпрыгивающее на порогах и, казалось, вот-вот готовое разбиться вдребезги, и вертолёт направился к ним.       Томас сначала не поверил своим глазам — мало ли что померещится во тьме и движении, — но когда лодка выровнялась на небольшом участке пути, на секунду он словно столкнулся взглядом с одним из пилотов — Дженсоном.       Этот говнюк всё-таки нашёл их.       — Томми… — кажется, Ньют тоже заметил их. — Нам некуда бежать, да?       Томас не смог ответить ему.       — Не хочу к ним, не хочу обратно туда, Томас, я начинаю вспоминать, частично… — Ньют вдруг затараторил, а потом резко замолчал и, вздохнув, сказал: — Знаешь, Томми, несмотря ни на что, это была интересная и даже несколько весёлая для меня поездка. У меня никогда не было приключений. Наверное, я не забуду об этом до конца жизни. Хоть, кажется, он наступит достаточно скоро.       — О чём ты, Ньют? — Томас вздрогнул от проникновенного голоса, которым заговорил парень в самом конце.       Он не ответил. Только сильнее вжался в Томаса, будто это могло их спасти.       — Знаешь, Томми, ты неплохой… — сказал он, подумав.       Конец фразы потонул в шуме стремительно приближающегося вертолёта, а за борт лодки зацепилось что-то вроде абордажной кошки.