Глава 9. Часть 2.
1 июля 2016 г., 14:52
Зайдя в квартиру, первым делом я разделась и пошла в душ. После всех этих побегов, убежищ, и наконец спуска с крыши, хотелось смыть с себя всю пыль. После горячего душа я снова стала, что называется, «как огурчик». И только теперь я начала постепенно осознавать масштаб того, что со мной приключилось. Сама Эмилия Лебедева вдруг встретила друга. Я, конечно, много раз думала о том, что вещи, которых мы очень хотим, обычно приходят к нам уже тогда, когда надежды остается на полмизинца, да и желание потихоньку угасает. Но все равно осознать факт того, что, черт возьми, сегодня произошло со мной, я не могла.
В голову приходили абсолютно разные идеи. От безумного сна до фантастического попадания в параллельный мир. Но только кроме того, что это реальность. Что сегодня действительно вошел в класс еще один новенький, что он, не поддаясь всеобщему очарованию наших «красавиц», обратил внимание на сиротливо обитавшую особь на третьей парте у окна, то бишь, меня, что я, пережившая столько лет без нормального общения с ровесниками, не стала краснеть, смущаться и отнекиваться, а вполне нормально восприняла его попытку подружиться, и что после произошло просто чудо. Иначе это не назовешь. Бесконечные разговоры, тихие смешки, ленивые замечания от учителей и пренебрежительное взгляды от одноклассников, упорно игнорирующих мое существование.
— Слушай, почему они тебя игнорируют? — Задал вопрос Святик, когда мы отсиживались на крыше.
— Давняя история. И очень неприятная, — задвигая показавшийся краешек воспоминаний подальше на задворки памяти, я передернула плечами.
Я действительно никогда не думала о прошлом. Сначала это казалось безумно сложно, а потом появился Саша — верное лекарство от всех недугов. Друг по переписке оказался в одном лице и психологом, и приятным собеседником, и жутким приколистом. Видя на моем лице печаль или недовольство, он неизменно повторял свою любимую фразу: «Сокровище мое. Запомни один раз и до склероза. Если ты будешь…» — а дальше все зависело от ситуации. Кстати, половину колких фразочек я унаследовала именно от Саши. Он знал обо мне многое, но ровно до того момента, до которого я могла себе позволить раскрыться. Он подозревал, что я что-то скрываю, однако после тысячи и одного расспроса пообещал, что когда приедет, то уж тогда я не отверчусь. Я, все же, надеялась, что он шутит. Сам парень был очень открытым и рассказывал мне о всех своих злоключениях, приключениях и даже любовных похождениях. Однажды, в один из редчайших случаев жизни, когда я расплакалась перед другом, говоря с ним по Скайпу, он вдруг признался, что абсолютно не умеет успокаивать девушек, вследствие чего он лишился уже дюжины красавиц. Слезы мои моментально высохли и я провела урок от Эмилии Лебедевой: «Что делать с рыдающей девушкой». Так как мне особо ничего не требовалось, когда я плакала, я сообщила Саше, что достаточно обнимашек, шоколадки и перевода темы на то, что она очень любит. Например, если отвлечь меня от грустных воспоминаний дискуссиями о Гарри Поттере или Скарлетт ОʼХара, то, вполне возможно, что в списке: «Люди, которые мне нравятся», ваше место будет далеко не последним.
Отвлекшись от философских мыслей, я задумалась, чем же мне заняться. С одной стороны, сегодня пятница и как раз время, чтобы заняться подготовкой к встрече с мафией. Они люди серьезные и, что самое главное, организованные и от целей своих не отступают. Только вот одна странность: зачем мафиози понадобилось отбирать какой-то несчастный домик, если они сами могут хоть сотню таких себе построить? Да и вообще, по моим скудным знаниям, добытым в мировой паутине, в наших краях организованная преступность занимается по большей части незаконным оборотом наркотиков, мошенничеством, заказными убийствами, крышеванием… И вымогательством. Но с одной стороны терять дедушке нечего. С другой стороны они запросто могут убить непослушного для достижения своей цели. А заодно всех свидетелей и родственников вплоть до папиной линии маминой бабушки. Эти люди имеют сильную власть и взять их справедливостью нельзя. Самостоятельно оборонятся тоже долго не выйдет, это и козе понятно. Соответственно, действенным способом остается только переманить кого-то важного на нашу сторону или найти компромат. Но и тут проблемка: куда этот компромат деть-то? Ясное дело, что врагам мафиозной «семьи», но где найти врагов посильнее или хоть каких-то врагов? Задача очень непростая, и для того, чтобы выполнить её, надо, прежде всего, встретиться с мафиози лично и не потерпеть фиаско в виде простреленной головы. Для этого надо:
а) чем побольше союзников и свидетелей:
б) иметь хоть какое-то подобие настоящего оружия для крайнего случая обороны;
в) для защиты не помешали бы и бронежилеты, если их возможно найти без милиции;
г) нужно быть магом.
Логически помыслив, я поняла, что как раз тут мне пригодятся все мои знакомые, насобиравшиеся со всех кружков. Головорезы с кружка самообороны будут выглядеть внушительно, то же действие произведут знакомые с бокса (нет, туда я не ходила, просто он был по соседству с самообороной и так вышло, что кое с кем познакомилась…). Гитаристы, пианисты и скрипачи могут сыграть не только на инструментах, но и на нервах и станут отличными свидетелями. Ну, а будущие артисты должны помочь с одеждой и экипировкой. На них чуть ли не самая большая надежда.
Я уже собралась звонить знакомым и товарищам, как вдруг дверь квартиры распахнулась и с порога послышалось:
— Эми-и, я дома! Скорее дай мне чистую белую рубашку, которая висит в моем шкафу с самого начала! И галстук, пожалуйста, подбери! Я очень спешу, дорогая. Если можешь, то прогладь еще, пожалуйста! — Голос дяди то стихал, то вновь становился громче в зависимости от его перемещений по квартире.
На моем лице застыло выражение неизмеримого шока и ужаса, так как рубашки-то не было… Я медленно встала, вышла из комнаты и бросив приветственное: «Сейчас, дядь Вить», поплелась в его комнату. Черт, черт, черт! Я ведь специально брала рубашку для Фельмарка в конце шкафа, надеясь, что дядя о ней, если что, не вспомнит. Кто же виноват, что крестный немного еврей в душе и начало у него находится в конце, а конец в начале?
Недовольно фыркнув, я встала перед раскрытым шкафом с одеждой и призадумалась. Дядя у меня не Кристиан Грей с тонной одинаковых рубашек, парадных белых у него всего две, одна из которых сейчас у Костика, чтоб его черт побрал, а вторая в стирке. И что говорить крестному?
Вздохнув, я взяла кремовую рубашку, цвет которой граничил с бледно-кофейным, подобрала к ней более не менее подходящий галстук и отправилась получать «бамбулей» за то, что я дальтоник.
— Милка, ну я же просил белую! — недовольно воскликнул Виктор Валентинович. А я подумала о том, что ненавижу, когда он так сокращает мое имя. Ну я же не шоколадка! И не Людмила. Но спорить сейчас было себе дороже…
— Извини, но на белой я увидела небольшое… э-э пятнышко! Поэтому взяла вот эту, и, кстати, галстук к ней идеально подходит! — я протянула мужчине кремовую рубашку и галстук, темнее на два-три тона самой рубашки, попутно молясь, чтобы отмазка прокатила.
— Ну, ладно. Закинешь тогда в стиральную машинку, хорошо? А то завтра мне ну позарез она нужна будет. — улыбнулся дядя, принимая одежду и отправляясь переодеваться.
Я тоже не сдержала тихого облегченного вздоха. Ух, как я перенервничала. А главное, как бы я объяснила отсутствие части одежды крестному? «Ой, дядь Вить, ко мне тут одноклассник забегал, ну я и одолжила ему рубашку твою, ты ведь не против?» Бред какой-то. Ну, всё, как только родственник уйдет, сразу же позвоню и потребую, чтобы Фельмарк отдал рубашку. Сегодня же!
Однако, дядя таки ушел, а вот номера одноклассника я не знала. Но, в конце концов, не зря же в нашем классе учится главный ботаник школы и по совместительству главный сплетник, а также главный рифмоплет Борис Ладов! Номер этого знают все хотя бы потому, что каждый год он упорно собирает у всех дневники и пишет туда свой номер телефона, причем не только мобильный, но и домашний, а заодно и еще чей-то написать может.
— Алло, Боря? — Поинтересовалась я, едва гудки в трубке сменились запыхавшимся «Алле».
— Естественно. Говори — я помогу. Услуги психолога, специалиста, врача, собутыльника и просто человека. Я слушаю. — Как всегда в своей легкой манере выпалил одноклассник. И как ему удается быть одновременно ботаником и главным весельчаком школы?
— Эм… да. Если что, это Эмилия… — Начала было я, но Бориса было уже не остановить, похоже.
— О, Эмилия! По-моему, мы общаемся впервые за… весь одиннадцатый класс, приблизительно. И что же тебя ко мне привело, радость моя? — Если честно, то Боря выглядел слегка… обкуренным, или обдолбанным даже. Нет, я реально с ним давно не общалась, но я уже и забыла со своим долбанным синдромом интроверта, какой на самом деле Боря экстраверт. Да, я определенно сглупила, позвонив ему. Но уже было поздно класть трубку…
— Надеюсь, ты не слишком удивишься, если я попрошу у тебя номер Фельмарка, правда? — Я с сомнением покосилась на телефонную трубку, однако та продолжала меня игнорировать. Зато через несколько секунд снова раздался голос одноклассника.
— О, степень моей удивленности не может определить даже размер Тихого океана, — не слишком ладно начал парень, однако я проигнорировала нескладное сравнение. — Но вынужден тебя опечалить, дражайшая моя одноклассница, телефона Костика я не имею. — Голос в трубке театрально вздохнул, а мои глаза невольно увеличились. Что? Как? Это…
— В смысле, у тебя нет телефона Фельмарка? Это была не слишком удачная шутка, Ладов. Тебе что, так жалко, что ли? — Мой голос стал каким-то неестественным, но я предпочла проигнорировать сей факт.
— Да нет, Лебедева, к сожалению, я серьезно. — Вдруг голос парня из веселого превратился в какой-то коварный и загадочный. — Дело в том, что наш одноклассник каким-то немыслимым способом отказался давать свой номер всем и каждому. Не могу представить, с чем это связано, но, похоже, дозвониться до него может только классная и директор. А просить номер у классной это всё равно что долбиться башкой об асфальт. Теперь понимаешь, как это всё подозрительно? — Борис наконец умолк, давая переваривать мне полученную информацию. Вот и плюс «ботаничества» — ты можешь сколько угодно притворяться обкурившимся актером, но тебе не составит труда стать вдруг серьёзным отнюдь не наигранно. Хотя, чему я удивляюсь? Этот индивид, учащийся в нашем классе, ходит в театралку чуть ли не с пеленок.
— М-да. Ладно, спасибо за столь важную информацию. Пока, Борь. — Я уже собралась положить трубку, но не судьба.
— Как?! — Воскликнул одноклассник, вводя меня в ступор. — И ты даже не скажешь, зачем тебе нужен был номер нашего новенького… э-э старенького?
— С твоим даром к сплетням ты сто раз всё перекрутишь и вся школа будет уже завтра думать обо мне нечто невообразимое. — Я усмехнулась, мысленно строя фантазии о вероятных сплетнях про меня.
— Ну, не пра-а-вда! — Обиженно протянул Борька. — Ничего я не расскажу! — С уверенностью пообещал он.
— Ты сам-то в это веришь? — Фыркнула я, усмехаясь.
— Слабовато. — Сознался парень, тоже, видимо, улыбаясь.
— В общем-то, ничего особенного, просто… — Я в срочном порядке начала думать, чего бы такого наврать, но в голову, как назло, ничего не лезло. Черт. — Просто хотела поинтересоваться, как здоровье… — Блин, что я несу?
— Оу, всё ясно. Наша тихая и скромная недоботаничка наконец-то поддалась очарованию новенького… — Хохотнул отличник. Ну, удружил мозг, спасибо. Теперь мне остается лишь сидеть в окопе и слушать болтовню одноклассников о том, что «Я так и знал/знала, что он ей нравится!», презрительно фыркать и бороться с желанием начать убивать людей.
— Ну, вот, как всегда твой мыслительный процесс опережает скорость ракеты и перекручивает полученную информацию. Могу поспорить, что уже через пять минут какая-нибудь Лида/Наташа/Вика/Ника будут думать, что я тайно встречаюсь с главным красавчиком школы. — Я закатила глаза.
— Окей, спорим на сотку, что я не проболтаюсь? Только с тебя все подробности ваших встреч! — Зажегся Боря. Блин, он что, реально парень? Не, не верится.
— Ладно. Завтра я стану богаче на целую соточку! — Я вздохнула, мимолетно глядя на часы. Чёрт подери, я так ничего не успею! — Борь, у меня еще куча дел, прости, но прощаемся.
— Ладно, до встречи. Готовь денежку, Лебедева. — Я положила трубку, не дожидаясь длинного гудка.
Так, что делать теперь? Окей, попробуем позвонить учительнице.
— Алло, добрый… э-э день, Людмила Александровна! — Радостным голосом начала я. — Не могли бы вы дать мне номер Кости Фельмарка?
— Здравствуй, Лебедева. Как ваши отношения с Фельмарком? Налаживаются? — Проигнорировав мой вопрос, классная задала свой. Ну, что же, потешу её самолюбие.
— Ой, знаете, кажется, мы уже становимся друзьями. Ваше наказание даже пошло нам на пользу, мы стали нормально общаться, и я как раз хотела бы дать ему домашнее задание, объяснить то, что он пропустил! — Выпалила я заранее подготовленную речь. Теперь остается надеяться на благосклонность классной руководительницы.
— Я очень рада, что вы нашли с Костей общий язык, и, так уж и быть, дам тебе его телефон. Только вот я ему утром звонила, а он трубку не взял. Может, лучше дать тебе адрес Фельмарка? Ты сможешь к нему съездить, если что? — Обеспокоенно спросила учительница, шурша, видимо, бумагами на своём столе. Черт. Только мотаться не хватало для полно счастья туда-обратно ради какой-то рубашки. Бли-ин…
— Давайте лучше и номер, и адрес на всякий случай. — Обреченно вздохнула я.
— Записывай тогда. Адрес: улица Номинальная, дом 23. — Возвестила Людмила Александровна. Чаще все её называли Людкой Санной, но лично я бы назвала её помешанной на дружелюбии.
— Так, а квартира какая?
— А у него частный дом. А телефон…
***
Спустя полчаса я, одетая в джинсы, свободную футболку и синюю толстовку, пальто и зимние короткие сапожки (да, осень наших краях всё равно что зима), а также с кислой миной на лице выходила из дома. Я трезвонила Фельмарку десять, если не больше, раз, но тот упорно игнорировал существование такой вещи, как звонящий телефон. В конце концов разозлившись, я оделась и отправилась к нему. Интересно, он специально выбрал школу, которая находится за тридевять земель от его собственного дома? Мне до неё на маршрутке ехать минут двадцать минимум, в то время как до школы я в среднем дохожу за пятнадцать минут. Но, во-первых, неизвестно, когда этот засранец придет в школу; во-вторых, не факт, что он не забудет мою рубашку; в-третьих, я не знаю, что буду говорить дяде в следующий раз и это как раз таки большая проблема; а в-четвертых у меня появится небольшая возможность исследовать дом Кости на предмет «а не связан ли он как-то с мафией?» Да, об этом я тоже не забывала. Но, с другой стороны, мы же с Фельмарком абсолютно не ладим — это раз, я жутко стесняюсь — это два, мой внутренний голос вопит о том, что у меня нет инстинкта самосохранения — это три, я скорее провалюсь под землю, чем посмотрю этой сволочи в глаза, вспоминая вчерашний поцелуй — это четыре. Да, я реально интроверт и реально имею чувство смущения, если не сказать СМУЩЕНИЯ. И при любом другом раскладе я бы в жизни сама не пошла к этому гаду домой, но Судьба, как всегда, имеет чувство юмора. Именно об этих плюсах и минусах я думала всё время, пока собиралась и ехала к однокласснику домой. Внутри нарастали абсолютно все виды чувств: напряжение, смущение, презрение и даже страх. Нет, серьезно, а если он таки относится к этой шайке мафиози? Что я буду делать? А если он снова попытается меня поцело… так, нет, это отметаем. Я тогда его поцелую. Ногой. В живот. Но тут, прервав ход моих мыслей, водитель объявил мою остановку и я поспешила выйти, чтобы не поехать дальше. Так, район, вроде бы, знакомый, но несколько смутно. Ненавижу время года, когда рано темнеет. Шанс нарваться на гопников, бомжей, пьяных и маньяков возрастает до небес. Но, слава Богу, идти мне недолго. Максимум, минут пять. Я узнала нужный мне дом сразу. Без запинки, как только увидела этот двухэтажный дом, сразу направилась к нему. В сумерках разглядеть детали было сложно, но я кое-как определила, что дом построен в стиле прованс. Он был светлым, выполнен из различных облицовочных материалов. Особенными были и окна. Окна нижнего этажа опущены почти до уровня пола, они имели красивую и, как мне кажется, практичную конструкцию. Двери, как позже выяснилось, были массивными, но не имели смотрового окошка, которое обычно наблюдается в этом стиле домов. Отвлекшись от созерцания дома, который был действительно внушительным, я позвонила в звонок на воротах. Но никак не ожидала услышать что-то в ответ… — Кто? — Раздался хриплый голос, в котором я едва различила одноклассника. Господи, да он похож на Джигурду! — Э-э, это Эмилия. — После непродолжительной паузы ответила я, справившись с небольшим шоком. Зато теперь шок постиг не меня… — Лебедева? — Прохрипел Фельмарк в ответ и я даже не видя его, почувствовала, что он реально в шоке. — Ну, да. А что мне делать? Трубку не берешь, а рубашку возвращать надо! — Недовольно воскликнула я, снова чувствуя, как румянец приливает к щекам. Черт, почему я не могу спокойно думать о вчерашнем инциденте? — Проходи. — Коротко что-то пикнуло, потом щелкнуло и я смогла с легкостью открыть тяжеленные ворота. Хм, интересно, однако. Подойдя к входной двери я попробовала открыть её и та, как ни странно, тоже легко открылась. Он что, не запирается? Или тут уже кто-то был до меня? Я начала осматривать обширную прихожую, по пути раздеваясь. Да, с гостеприимством у него, как и у меня, не сложилось. В полной тишине и одиночестве я разделась и задумалась. Где, собственно, находится Фельмарк? Однако сначала я решила осмотреться. К моему удивлению, внутри обстановка дома была абсолютно противоположной стилю прованс. Скорее, тут преобладал контемпорари. Во всём: стенах, мебели, текстиле — преобладали холодные цвета. Синий (что мне очень импонировало), разные оттенки серого, коричневый — именно такие чисто «мужские» цвета служили основой интерьера. От всего этого веяло каким-то холодом. Не было домашнего уюта, мягких ковров, камина, красивых картин, которые бы привлекали внимание и заставляли хотеть остаться в этом доме. Картины, если и были, то простые по форме и содержанию, выполнены в одном стиле и цвете. Зато было много места, можно было почувствовать себя свободно и не бояться потанцевать в той или иной комнате. Мебель была характерна своей прямолинейностью линий и сглаженными формами. Выглядело это всё просто, но в то же время элегантно и дорого. Однако, мне бы не хотелось тут жить. Вдруг из глубины дома послышался громкий кашель, заставив меня невольно вздрогнуть. Да, тишина этого места даже пугала. Ориентируясь на свой слух, я побрела в поисках лестницы на второй этаж, так как кашель послышался именно оттуда. Искать пришлось недолго: прошла лишь один небольшой коридорчик, и белая лестница предстала моему взору. Она имела всего один заворот в сторону при подъеме и мне очень импонировала. Оказавшись на втором этаже, я увидела двери в шесть комнат и слегка растерялась. — Костя? Ты где? — Не особо громко выкрикнула я. Впрочем, ответ мне и не потребовался — секунду спустя дом содрогнулся от нового приступа кашля. Я, конечно, гипертрофирую, но суть остается та же. Я уверенно направилась к второй справа двери, открыла её и замерла. Увидеть Фельмарка без обычного идеального вида было настолько неожиданно, что я невольно впала в ступор. Я совсем не задумывалась о том, как он будет выглядеть, когда я приду. Скорее, я думала о том, как не покраснеть и снова не броситься на него с кулаками. И вот этот момент настал, а я, как идиотка, стою и пытаюсь словить отвисшую челюсть. Без всего этого шика, понтов и помпезности Фельмарк выглядит как обычный болеющий парень. Волосы в беспорядке, сам он красный какой-то (видимо, температура), одежда домашняя абсолютно не супер крутая. Мда… — Привет. Где рубашка, говоришь? — Были мои первые слова. Овации для эгоистки Эмилии: вместо того, что поинтересоваться здоровьем человека, как культурная девушка, я сразу приступила к делу. Эх, не выйдет из меня дипломата. — Привет, я удивлен, что ты в кои-то веки спокойно говоришь. — Хмыкнул одноклассник, скрипя, как старая, забытая временем телега. С голосом ему реально не повезло. Так, а почему вместо галереи лекарств на тумбочке стоит какая-то Богом забытая упаковка таблеток и… всё! Реально всё! Да кто же так лечится? — Слушай, а где твои лекарства? — Относительно спокойно спросила я. — Вон, на тумбочке лежат. — Пожал плечами ничего не подозревающий парень. — Это шутка такая неудачная, да? Где сиропы, капли, батареи таблеток, уколы в конце концов? Чем ты вообще болеешь, а? — Немножко взорвалась я. Ненавижу смотреть, как болеют люди. И неважно даже, кто это. Заболел — лечись, а не фигней страдай. — Не знаю. Вчера заболел, отец обещал доктора вызвать, но перепутал и ко мне пришел программист, мать его. Вот минут десять назад ушел, так как в болезнях не разбирается. Оставил таблетки какие-то, которые в аптечке нашел… — Парень снова начал заходиться в приступе кашля. Я внутренне содрогнулась, так как знаю, какие это мучения. Увидев на другом конце кровати открытый ноутбук, я стрелой рванула туда и начала быстро искать в Интернете как отличить бронхит от пневмонии. Гугл радостно выдал мне такую информацию. Для бронхита характерны: — незначительное повышение температуры тела; — общее ухудшение самочувствия; — сухой раздражающий кашель. А вот у воспаления легких несколько другие симптомы: — высокая температура (выше 38.5 С); — боль в груди; — затрудненность дыхания; — частота сердечных сокращений выше 100 ударов в минуту; — дыхание учащенное (более 24 вдохов в минуту); Трезво помыслив, я начала задавать Фельмарку вопросы. — Костя, у тебя есть боль в груди? — Серьезно спросила я, наполовину обернувшись к парню. Температуру надо выяснить, дыхание явно учащенное, да и само оно дается однокласснику не так просто. Признаки налицо… Однако, парень посмотрел на меня как на идиотку. Но видя, что я абсолютно серьёзна, нехотя признался: — Есть немного. — Видя, как стремительно темнеет мое лицо, Костя нахмурился. — Что такое? — Какая температура? — Жестко спросила я. Как можно заболеть воспалением легких и… проигнорировать его? Это же просто верх идиотизма! — Да откуда я знаю? — Взвился парень и снова закашлялся. Увидев на столе аптечку, я встала с кровати и начала в ней рыться в поисках градусника. Боже, и почему я веду себя как дома? А, тут же никто лечиться не собирается… — Окей, тогда меряй. — Я наконец нашла градусник и протянула его недоумевавшему парню. Действительно, пришла к нему домой ботаничка, которая его каждый раз норовит подбить, и тут вдруг такая забота. Да что уж говорить, я сама от себя слегка в шоке. Но с другой стороны, заболел Фельмарк как раз таки по моей вине, потому меня гложет неведомое доселе чувство вины. Надо же его как-то искоренять, хоть бы и попыткой вылечить этого дебила. Пока одноклассник мерил температуру, я занялась поиском в Интернете способов вылечить пневмонию. Нет, я, конечно, болела воспалением легких, но, во-первых, это было сто лет назад, а во-вторых я не думаю, что Фельмарк очень чтит уколы. — Что? — подозрительно спросил Костя, когда я бросила на него задумчивый взгляд, раздумывая об уколах. — Да ничего. Думаю вот, умеешь ты себе делать уколы или нет? — Знали бы вы, как сложно мне было удержаться от хохота… — В смысле? — с неподдельным ужасом прохрипел одноклассник. — А что ты думал? Пневмония лечится только уколами. — назидательно сказала я. — Ты издеваешься? — парень заподозрил неладное. — Есть немного. — спокойно созналась я. — Блин, Лебедева, говори нормально! А то фиг поймешь… — приступ кашля — когда ты серьёзно, а когда — нет. — зло бросил индюк напыщенный. Вот бывают же люди, которые не меняются даже когда лежат с высоченной температурой, жутким кашлем и вообще в состоянии «не фонтан», но всё равно упорно пытаются быть крутыми и делать вид, что им абсолютно хорошо. — Градусник вытаскивай и давай мне. — строго приказала я и снова приступила к изучению информации. Может, мне в мед поступить? Да не, меня же в дрожь бросает, когда вижу покромсанных людей. А без этого там никак… На градуснике миролюбиво значилось 39.2°. Чудесно, просто прекрасно! И где вы видите у Фельмарка в зубах жаропонижающие? — Они вроде бы в аптечке есть. — тихо ответил болезный. Раз тихо, значит задатки инстинкта самосохранения присутствуют. Так, стоп. Я что, вслух это сказала? Ладно. — Ладно. — я встала и отправилась на поиски хоть каких-то лекарств. В аптечке их оказалось довольно много, а жаропонижающих таблеток целых три упаковки. У одних срок годности закончился пять лет назад, у других — три года назад, а у последних — год назад. Видимо, отец вспоминает о существовании сына с периодичностью в два года. — Извини, но какой смысл пить просроченные лекарства? Ты давай лежи, вон, можешь почитать, как лечиться надо, а я в аптеку схожу, тут она через метров пятьдесят от дома. Хотя насчет этого ты еще вчера сам мог догадаться, или сегодня. Но, видимо, из умных мыслей у тебя мозг выделяет только ничего. — Я дернула ручку двери из комнаты и вышла, борясь с желанием больше сюда не возвращаться. Но нет, гребаное чувство долга. Если бы я тоже заболела, я бы так не парилась, но леди Удача иногда ко мне слишком благосклонна. Захватив с собой самый большой нож из кухни, так как паранойя меня не покидала никогда (а с ножом и поспокойней как-то), я выбралась из дома. На улице уже совсем стемнело и я еле разбирала дорогу, благо, надпись «Аптека», рядом с которой красовалось «Здоровое питание», светилась ярким зеленым светом. К счастью, по пути длиною в пять-семь минут гопники мне не попались, маньяки так вообще наверное стороной обходили, а на всех остальных мне было плевать. Но паранойя на то и паранойя, чтобы носить капюшон и брать с собой огромный кухонный нож. — Здравствуйте. Мне нужны жаропонижающие таблетки и еще подскажите, какие есть лекарства от пневмонии? Человек болеет второй день и совсем не лечится, а врач так и не пришел. — не особо надеясь на благосклонность аптекарши, оторванной о очередного пасьянса «Косынки», проговорила я. — Ой, как же так? А сколько ему лет? — поинтересовалась дородная женщина в годах. Так, надо как-то побыстрее все это провернуть, а то эта тетушка совсем заскучала без покупателей и рада первому пришедшему. — Семнадцать… Может, уже восемнадцать исполнилось, я не уверена. Мы с ним в одном классе учимся. — нервно произнесла я. — Тогда если это второй день, я бы посоветовала пенициллин с клавулановой кислотой, «Амоксилав» например, макролиды «Рулид», «Ровамицин», или цефалоспорины 1-й генерации «Цефазолин», «Цуфалексин». Даже не знаю, что вам посоветовать. — доверительно сообщила аптекарша. Из всего перечисленного я была знакома лишь с двумя названиями, что и поспешила сообщить. — Так, расскажите тогда, что лучше — «Ровамицин» или «Цефазолин»? — Ну, макролиды — высоко эффективны. Применяют в комплексной терапии тяжелых инфекций, резистентности к другим лекарствам, а цефалоспорины выбираются благодаря широкому антимикробному действию. Но если сопутствующих болезней нет, я бы посоветовала обратиться к врачу и посоветоваться с ним. Возможно, сделать анализы для определения бактерий, ведь вы можете купить одно лекарство, а понадобится абсолютно другое. — мы с фармацевтом вместе вздохнули. Я и сама знала, что групп антибиотиков очень много и фиг поймешь, какие именно бактерии шастают у тебя в легких. Но ведь леди Удача сопутствует мне пока, так может, положиться на собственный опыт? — Ладно, давайте попробуем «Цефазолин». Я сама им пользовалась, так что надеюсь, поможет. — я потянулась за кошельком. Хоть бы денег хватило… Я буду очень не против, если Фельмарк мне потом их возместит. — Вам в уколах или таблетках? — поинтересовалась женщина. Я вспомнила реакцию Фельмарка и уже хотела сказать в уколах, но решила пока пощадить парня. — Давайте в таблетках. — Я снова вздохнула, так как уколы подействовали бы наверняка быстрее…***
Выйдя из аптеки, я с недовольной мордашкой поплелась обратно к Фельмарку. Таблетки, вот ведь, подорожали нешуточно. И зачем я это делаю? Трачу деньги, оказываю благотворительность, помогаю… Всю дорогу себя об этом спрашивала. Нет, серьёзно, после всего случившегося за эту неделю лечить Фельмарка решила бы только умалишенная. Этот гад ведь и «спасибо» не скажет, не то чтобы как-то рассыпаться в благодарностях, преподнести мне что-то… ну, то, о чем бы я мечтала. Какой-нибудь супер дорогой романчик, например. Или поездку в теплые края, о которой я мечтаю не первый год. Ха-ха, смешно. Хоть к дому Фельмарка идти и недолго, но идти нужно по темной улице, а потом через такой же темный двор перейти на соседнюю улицу и войти в ворота. А во дворе, как всегда, стайка хамоватых парней, для которых неважно, кто идет, если это не какая-нибудь баба Зина. Так что нож я предельно честно держала в руке, готовая в любой момент начать махать им перед лицом обидчика. Хотя если их много, не факт, что справлюсь. Эх, надо было побольше смотреть Джеки-Чана раньше, хоть знала бы, как махать ножом… — Эй, пацан, огоньку не найдется? — вполне ожидаемо услышала я. Эх, темное пальто и капюшон делают свое дело. Я уже парень. А из огонька у меня только телефон с фонариком. Будучи девушкой разумной, я решила не вступать в переговоры, а с криком побежала вперед. М-да, мне еще метров пятьсот… — Алле, ты че, девка? — донеслось мне в спину. Парни настойчивые, однако. Господи, никогда сюда больше не приеду. Какое счастье, что у меня не такой ужасный район. Честно сказать, с ножом мне было не так уж и страшно, но вот эти ушлепки количеством в три человека все равно внушали некоторое волнение. Наконец-то я добежала до этих уже знакомых ворот. Когда я уходила, то специально не закрыла их, а поставила между створками кирпич, найденный рядом на дороге. Теперь мне это очень пригодилось. Залетев во двор дома, я буквально хлопнула этими воротами и наклонилась вперед, уперев ладони в колени. Я всегда так пытаюсь отдышаться. Уже раздеваясь во второй раз, я твердо решила, что на обратном пути пойду в обход по более длинному, но зато более безопасному пути. Такие гонки во второй раз я не переживу. Итак на полном ходу вступила в лужу, обляпав всю обувь, чуть не упала, поскользнувшись на болоте и еле затормозила у ворот. Захватив антибиотики и жаропонижающие таблетки, я направилась к однокласснику в комнату. Во всем доме было подозрительно тихо, как и в прошлый раз, и мне это не нравилось. У меня дома всегда есть хоть какой-то, но шум. Разговоры дяди по телефону, музыка, иногда звуки готовки на кухне, шум воды, да все, что угодно, хоть тиканье часов. А тут — полная тишина. Просто мертвенная. Бр-р, ужас. Никакого уюта. — Привет, болезный. — сообщила я о своем приходе, вваливаясь в комнату Фельмарка. Тот мирно лежал и изучал что-то в ноутбуке, хотя по состоянию было видно, что глазенки его слипались, да и вообще самочувствие — не фонтан. — Привет, ботаничка. — откликнулся Костя и немного покашлял. Так, ясно. Режим «Я вредный и крутой мачо» активирован. — А ты поменьше обзывай и лучше скажи спасибо. Я принесла тебе лекарств, и даже не уколов, а таблеток. — фыркнула я, бросая ему на кровать пакетик с таблетками. — Вода есть? — Да, кувшин на столе. — Разглядывая свой спасительный набор, ответил одноклассник. — Прекрасно, значит, пьешь таблетки два раза в день пять дней. Потом нужно еще купить. Попросишь кого-нибудь. Жаропонижающие только когда температура выше 38.5°. Завтра же вызови нормального доктора, ибо воспаление легких не лечится наобум Лазаря. Нужно выяснить, какие в тебе обитают бактерии, а потом уж лекарства назначать. То, что я тебе купила, может и не подойти, но мне когда-то помогло. В общем, лечись. А я пошла. — на протяжении всей своей речи я успела дать Косте воды, сложить рубашку, найденную на стуле, в свою сумку и встать у выхода из комнаты. — И кстати, я потратила на эти лекарства все имеющиеся у меня денежки, так что от «спасибо» не откажусь, и от возмещения тоже, когда выздоровеешь. Ариведерчи. — махнув на прощание рукой, я вышла из комнаты. — Спасибо… — донеслось до меня, прежде чем я закрыла дверь в комнату парня. Интересно, где его родители и почему они его не лечат? Возвращаясь домой, я предусмотрительно пошла в обход к остановке, так как, во-первых, нож пришлось оставить там, где я его взяла, а во-вторых, так спокойнее в любом случае, хоть и дольше на пару минут. К моему счастью, маршрутка не заставила себя ждать, да еще и свободное место нашлось. Можно сказать, сиди, Эмилька, и думай о том, какие глупости ты за последнее время совершила. Начнем с того, что дом Фельмарка я так и не изучила — времени не было. Но из того, что я увидела, можно сказать, что семья определенно не из обычных. Даже различие во внешнем и внутреннем дизайне дома — зачем это? Хозяева не смогли договориться или тут что-то другое? В общем, вопросов становится все больше, а ответов нету ни на один из них. Дома меня ожидали расспросы от дяди о том, «где и с кем ты пропадала, Эми?» и мои невнятные ответы насчет того, что я была у подружки и мы смотрели фильм. Крестный, как всегда, был весь в работе, а потому хмыкнув «Ладно, понятно» отпустил меня восвояси. Я же быстренько отправилась звонить по поводу помощи от знакомых с кружков, пока еще не стало совсем поздно. — Привет, Ярик, это Эмилия. Помнишь меня? — С надеждой спросила я друга с театралки. — Ой, Милка, тебя разве забудешь? Как жизнь, чего хотела? — Добродушно отозвался Ярослав. — Жизнь нормально, ничего интересного в принципе. Ну, ладно, к делу так к делу. Мне нужна твоя помощь. Вы сейчас что-то ставите? — Было немного неудобно просить о помощи друга, которого не видела полгода, а то и больше, но выхода нет. У меня еще таких звонков впереди ого-го. — Хм, ставим мы и малышня. Они что-то про Снежную Королеву, а мы какую-то неведомую хрень, смахивающую на боевик. — О, то, что надо. Что у вас там с костюмами, можешь на вечерок одолжить? И заодно атрибутику какую-нибудь боевую… — Та-ак, и что же ты замыслила, а? Ты хоть понимаешь, что просишь нечто нереальное? — Будущий артист многозначительно хмыкнул, а я возвела очи к потолку. Мм, какой красивый… — Но ты сможешь? И заодно надо чем побольше массовки. — Я мысленно сжала кулачки, надеясь, что моя невозможная затея сработает. — Пф, ты еще спрашиваешь. — В телефоне послышался хлопок в ладоши а-ля «приступаем к делу».***
— Прийти и построить из себя злобную гору мышц? Да запросто, крошка, что-то еще? — Ну, можешь еще позвать всех таких же силачей как ты. — Я возликовала. Пока что все шло по плану. — Без проблем.***
— А зачем мы тебе будем нужны? — Всегда подозрительный Юра не отступал от желания выяснить, на кой-фиг он мне сдался. Эх… — Ну, скажем так, мне нужно дать отпор одним хамам, а вы послужите внушением, что нас много. Не бойся, там будут боксеры, а вы просто постоите со злобным лицом. — Так наша группа вроде как для количества? И все? — Да-да, именно. Позовешь всех наших? — Ладно, я попробую…***
Закончила я обзванивать знакомых ближе к десяти вечера. Как оказалось, дело это абсолютно непростое и очень неблагодарное. Ты им звонишь, тратишь время и силы на уговоры, а у них одни и те же отмазки. Тот занят, эта болеет, кто-то вообще не в городе… Лишь немногие отозвались положительно к моей просьбе и даже с азартом, но и на том спасибо. Может, позову еще нашего новенького и совсем круто будет. Главное — выглядеть внушающе. Все остальное решим по ходу дела. Оставшийся вечер я провела довольно интересно — решила приготовить что-нибудь новенькое и, выискав в Интернете простенький, но интересный рецепт тортика, приступила к делу. Сначала выходила какая-то непонятная и даже устрашающая смесь, но после выпечки выглядело это очень даже. А когда я испробовала еще и новый рецепт крема, переслоила торт, полила его глазурью и выждала полчасика, то решила, что могу идти на «Мастер-Шеф»*. Вот и крестный оценил, скушал почти половину, не оглянувшись, и сказал, что в жизни ему очень повезло. А я просто ела и смотрела какой-то странный сериальчик, пока плавно не начала проваливаться в сон. Эх, завтра суббота, можно и выспаться наконец-то! *«Мастер-Шеф» — талант-шоу, в котором состязаются между собой кулинары страны за денежный приз и возможность учиться в престижной французской кулинарной школе.
