Всё началось с поджопника или пособие по тому, как (не)влюбиться в первого красавчика школы.

POV Эмилия       Безжалостный снег, танцующий за окном, нещадно бил в стекла большими жемчужными хлопьями. Казалось, это он вместо меня выплескивает всю злость, скопившуюся внутри, смешанную с обидой, разочарованием и страхом. Вот уже час как я вернулась домой. Дядя кричал, бушевал и вообще показывал намного больше эмоций, нежели я. Ну да, как же, любимая примерная падчерица вернулась аж в десять часов вечера. Немыслимо! Вот только мне в кои-то веки было все равно. Я была внутренне опустошена, и в то же время все негативные эмоции продолжали бурлить внутри меня. А еще в голове то и дело прокручивались события минувшего вечера.       После нового открытия в виде Кости Фельмарка-мафиози я с трудом, но взяла себя в руки. Чудовищными усилиями самовнушения я заставила себя забыть о том, что должна бороться против собственного одноклассника, и переключилась на более важные вещи. Я цепко следила за тем, как Ярик заговаривает зубы мафиози, потребовавшему разговора с хозяином дома. Сам старик давно был готов: он натянул на себя чудом раздобытый бронежилет, сверху куртку с капюшоном, который прикрыл еще и шлем, натянутый на голову (признаюсь, это я заставила, так как не сомневалась в наличии оружия у этих бандитов). Но в тот момент, когда он уже решился выйти на «сцену», вернулась я.       Я натянула на себя парик (низкий поклон Ярику, который не иначе как чудом принес к нам в дом чуть ли не половину костюмерной театралки), надела еще и маску какой-то феи, или черт-те кого и сменила свой пуховик на старое пальто деда еще, наверное, шестидесятых годов прошлого века. Зато теперь я, хоть и похожа была на сумасшедшую, зато не похожа на саму себя. Этот маскарад я затеяла с одной единственной целью: не бросать деда одного, а пойти вместе с ним, чего бы это не стоило. Пока Ярослав, широко раскрыв глаза от напряжения, из последних сил увиливал от прямого вопроса мафиози: «Где старик?!», между нами загорелся спор. Григорий с мрачной решимостью уверял меня в том, что я со своей молодой неуемной энергией только помешаю, а я в свою очередь с еще более мрачным лицом утверждала, что сам он не пойдет. Спор грозил перейти в настоящую ссору, и я поспешила на помощь Ярику. Тот с самым несчастным видом уже готов был сдаться на милость безэмоциональному мужчине, и я с радостью поспешила ему на помощь.  — Не волнуйтесь, уважаемый, сейчас хозяин придет! — противным писклявым голосом сообщила я.       Со стороны моих знакомых послышались тихие сдавленные смешки. Это я забыла сообщить, что вдохнула в себя целый шарик с гелием, так, на всякий случай. Но какими усилиями был сделан этот шарик…       В общем, дед понял, что скрываться теперь нет смысла, и в следующий момент на «сцене» появилось новое действующее лицо. Мафиози ожидаемо спросил, что за цирк мы тут устроили. Дед спокойно ответил, что чтит законы и права человека и не может уступить свое единственное жилье каким-то незнакомцам. Ну, то есть, он не только это сказал. Мой верный друг разразился целой тирадой с аргументами в свою пользу. Где-то в середине его речи щеки мафиози медленно, но верно начал покрывать легкий румянец. И я сомневаюсь, что от мороза, усилившегося к вечеру. Но бандиты на то и бандиты, что на такие уловки не поддаются. Мужчина сообщил, что это не последняя наша встреча, и что у них есть и другие способы добиваться своего, если не получается по-хорошему. На этой не очень торжественной ноте встреча окончилась и спустя несколько минут о том, что недавно здесь побывали мафиози, напоминал лишь слабый след от колёс иномарок.       После их отъезда никто не поспешил уйти домой или что-то сказать. Все мои знакомые и знакомые знакомых просто молчали и выжидательно смотрели на нашу троицу. Ярик, я и дед. Мы заварили всю эту кашу, и теперь от нас ждали пояснений. Мы их и предоставили. Расписали все как есть, без приукрашиваний или недомолвок. Большинство из присутствующих отнеслись к нашей истории с пониманием, хотя я видела, какой страх таился в этих глазах. Никому не нужны чужие проблемы. Все беспокоятся лишь о себе. И если один раз они готовы были помочь, то на большее нам не следовало рассчитывать. Понемногу все распрощались с нами, пожелав удачи и всего, что говорят в таких случаях. Хотя я сомневаюсь, что они часто попадают в такие ситуации. Я лично еще две недели назад вообще не верила в то, что в наше время существуют подобного рода группировки. Ну двадцать первый век на дворе ведь! Ан нет, бывает и такое. В общем, уже через полчаса мы остались втроем.  — Надо валить отсюда, — внесла я дельное предложение.  — Но тогда зачем мы устраивали весь этот цирк? — возразил дед. — Можно было сразу по-тихому собрать вещи и отправиться восвояси, но теперь… Это просто глупо.  — Угу, конечно. А когда к тебе придут эти лоботрясы и заставят насильно подписать какую-нибудь бумажку о передаче дома — это будет не глупо? Видишь, вся эта орава уже ушла. Да, у нас есть видео, и даже с разных ракурсов, но как это поможет нам? Сомневаюсь, что подкупить полицию нашего города будет для них слишком трудно.  — Ну, это смотря какую полицию. Если судить логически, наш не такой уж маленький городок может вместить себе не одну семью мафиози. Может, их несколько. А значит, у каждой свои люди в полиции. Надо просто знать, куда идти. Враг моего врага — мой друг, знаешь? А мафиозные семьи обычно предпочитают иметь в рукавах козыри друг против друга на всякий пожарный. Я бы на их месте так и поступал, по крайней мере. Кстати, а что там с твоим мини-расследованием? — насмешливо хмыкнул он в конце.  — В общем, ты был прав. Мой одноклассник действительно… в этой шайке… — с отвращением пробормотала я, глядя преимущественно в пол.  — О, чего же ты молчала? Чудесно, просто прекрасно! Пожалуй, самая хорошая новость за этот вечер, — непонятно чему обрадовался дед.  — Что? Ты серьезно? Что хорошего в может быть в том, что со мной в классе учится будущий бандит?! Тот, девизом которого скорее всего будет что-то типа: «Ты можешь достичь добрым словом и пистолетом большего, чем просто добрым словом»?  — Ну чего ты так завелась-то? Ты о парне ничего толком и не знаешь кроме того, что сегодня по какому-то стечению обстоятельств он оказался здесь. Обычно все на самом деле не так, как кажется, так что не спеши пороть горячку.  — Ладно, не буду с тобой спорить… И что ты предлагаешь? — Я обреченно махнула рукой.  — Согласиться. Если я еще хоть что-то смыслю в жизни, он предложит тебе свою помощь. И ты должна засунуть весь свой юношеский максимализм, гордость и упрямство глубоко в за… в общем, очень глубоко, если действительно хочешь мне помочь. Не знаю, что именно он придумает, но точно что-то более толковое, чем мы. Договорились? — Дед выжидающе взглянул на меня.  — А у меня есть варианты? Я постараюсь не разбить ему его прекрасное личико во второй раз при встрече, так уж и быть. Но он сейчас болеет и так скоро в школе не появится… — я растерянно оглядела своих собеседников.  — Ничего страшного, так даже лучше. У него будет время подумать обо всем, а он парень неглупый, это точно. К чему-нибудь, да придет. А пока мы должны придумать что-то, чтобы не подпускать мафию близко ко мне. Есть идеи?  — Ну, мы можем хорошенько смонтировать видео и залить его на YouTube… — начал было Ярик, но дед его перебил.  — Нет, нет. Видео смонтировать надо, и размножить его для вас и для меня, это да. Но в Интернет его запускать мы не будем, потому что просто лишимся нашего пока единственного преимущества. А так эти людишки будут у нас, так сказать, на крючке. Значит, до завтра сделаете полноценный ролик, скинете его на несколько флешек и… приносить сюда не надо. Слишком рискованно. Закопаете под раскидистым дубом около детской площадки, воткнете там палку какую-то, что ли. Я найду. Теперь про связь. Купите несколько сим-карточек, найдите какой-то старый телефон. Будете выходить на связь в людных местах, далеких от ваших домов и школы. После разговора будете оставлять телефон там, где и говорили. Это будет лучшим вариантом, я считаю. Вместе вы справитесь, надеюсь. — Мужчина перевел дыхание.  — Не волнуйтесь, Григорий Яковлевич. Сделаем все в лучшем виде! — Ярик весело подмигнул мне и серьезно посмотрел на дедушку. В сложившейся ситуации он вообще сохранял наибольшее спокойствие, и даже мог веселиться. У меня же в голове творилась полнейшая каша, и я давно оставила попытки разложить все по полочкам.  — До встречи, дедушка. Все будет в порядке. — Я грустно улыбнулась и шагнула к старику, чтобы обняться на прощание. Я понимала, что в ближайшую неделю-две мы не увидимся, и мне действительно было грустно от осознания этого факта. Я и привыкла к дедушке, и очень волновалась за него.  — Ну, все, хватит нюни разводить. Значит, помните. Кроме видео до появления Фельмарка ничего не предпринимаем. — Дед отстранился и по-доброму, как-то даже обнадеживающе улыбнулся мне. На душе стало чуточку теплее и, улыбнувшись ему в ответ, я кивнула и шагнула к Ярику.       Легкий снежок сменился настоящим снегопадом, тяжелые снежные хлопья облепили всю мою одежду и многострадальные ресницы, которые и без того были тяжеленными. Несмотря на гнетущую тишину, в парке было как-то уютно, что ли. Ни ветерка, ни звука. Ровный слой снега медленно покрывал землю и застывал, а мы с Яриком все шли и шли. Ладно, прошли мы не так уж и много, но не суть важно.  — Я провожу тебя, — вдруг раздался голос парня, когда мы были уже почти у выхода из парка.  — Да не стоит, тебе же не по пути… — начала я и замолкла, вспомнив, что еще хотела сказать ему. — Спасибо тебе. — Я остановилась и заглянула другу в глаза. — Я не умею красиво благодарить, но если бы не ты, у меня бы ничего не вышло, это точно. И я сейчас чувствую себя последней сволочью, ведь за то время, что я ушла из театралки, я ни с кем из вас не связывалась, не интересовалась вашей жизнью, делами, вами… А как только мне понадобилась помощь, я тут как тут. Извини меня за это, я действительно некрасиво тогда поступила… — непроизвольно я опустила глаза. Ведь он действительно практически рискует собой ради меня, а я… Что я за человек тогда? Так, неблагодарная мерзавка.  — Вот ведь чертовка, знаешь же, что нравишься мне, и пользуешься этим. — Ярик шутливо пожурил меня и тут же продолжил, посерьезнев: — Ты ведь ушла из театралки не только из-за своих дурацких принципов, да? Из-за меня тоже ведь? Из-за всей этой идиотской ситуации. Я тогда долго думал об этом, и сейчас понимаю, что действительно был полным кретином. Мудаком, которому просто понравилась девушка. И я шел напролом, наивно надеясь, что делаю все правильно… Эми, я клянусь, я больше не тот пустоголовый осел, каким был полтора года назад. И ты мне до сих пор очень нравишься. Я встречал множество других девушек, но каждую из них я непроизвольно сравнивал с тобой, и знаешь... все проигрывали. И я не хочу терять твое доверие во второй раз.       Да, Ярик был тем самым первым, и пока последним «парнем» в моей жизни. Я была глупой шестнадцатилетней девчонкой, которой было и страшно, и интересно одновременно. Но первое все-таки победило, поэтому во время своего первого и, можно считать несостоявшегося, поцелуя, я позорно сбежала, обматерив в придачу своего парня. Мне было ужасно стыдно за тот случай и даже сейчас, несмотря на мороз, я покраснела. А тот факт, что я все еще нравлюсь Ярику, вообще привел в шоковое состояние. Я его очень любила и ценила, но только как друга…  — Ярик, пойми, я ведь тоже изменилась. И сейчас мои взгляды на многие вещи тоже слегка поменялись. Мне очень приятна твоя помощь, но я не могу воспринимать тебя как-то еще, кроме как друга. Я чувствую себя сейчас последней сволочью, но лучше сразу скажу правду. Мы не будем начинать все сначала. Я не из тех людей, которые любят склеивать осколки разбитого, но дело даже не в этом. Просто меня больше не влечет к тебе, не тянет как к парню. Тогда ты был первым, кто обратил на меня внимание, и это играло основную роль в эдаком образе идеального парня. Но я давно сняла все пары розовых очков… надеюсь. Поэтому если ты после этого не захочешь мне помогать дальше, я все пойму, правда. — Я внутренне сжалась, готовясь к какой-нибудь грозной или матерной отповеди, но, видимо, Ярик действительно изменился.  — Эмилька, да забудь ты все, что я тебе наговорил! Да, осел я, сам виноват, что такую девчонку упустил. Но не буду же я отказываться от общения с тобой лишь из-за того, что ты отшила меня в романтическом плане. Тем более, ты меня просто плохо знаешь. О моем обаянии скоро легенды ходить будут, и ты им проникнешься рано или поздно. А если нет, то… что-нибудь в любом случае придумаю, — парень ехидно улыбнулся и подмигнул мне.  — Ярик, ты прекрасен, серьезно, — я по-теплому улыбнулась и подавила в себе желание обнять его. Не нужно еще больше все запутывать.  — Так, а теперь пошли. Я уже слегка замерз, да и ты, мне кажется, тоже.  — Ты прав. Но давай еще разок обсудим, что да как будем делать…

***

      И вот сейчас, лежа безжизненной тряпочкой на кровати и пялясь в потолок, я в кои-то веки решила разобраться во всем, во что влипла. С одной стороны, ничего такого сверхсложного, а с другой какая-то гребанная Санта-Барбара! Выходит, мне нужно заручиться помощью Фельмарка? Да с какой нафиг стати! Этот кретин неблагодарный может только испортить все. Да он попросту может сдать меня своему отцу, или главарю их банды и все. Пиши пропало. Но почему тогда дед даже не задумался об этом? Он же так любит просчитывать все наперед… Эх, сложно быть от природы туповатым человеком. Где бы приобрести некое средство, ускоряющее все мыслительные процессы? Может, хоть тогда я бы смогла успевать за ходом и своих, и чужих мыслей.       Я отрубилась раньше, чем успела подумать о чем-то еще. Правда, и этот факт я поняла только тогда, когда обнаружила, что укрываюсь не одеялом, а пледом, а так же что на мне не ночная рубашка, а мой вчерашний наряд. Благо хоть макияж удосужилась смыть еще вчера, как только вернулась домой. Между прочим, это стоило титанических усилий и одной бутылочки средства для снятия макияжа. Надо сказать, она пылилась у меня уже чуть ли не год и если бы не вчерашний эпичный макияж под кодовым названием «штукатурка», пришлось бы ее выкинуть, так как срок годности уже поджимал.       Поблагодарив небеса за постоянность автоматического будильника и свой чуткий сон (шучу, если бы стая бегемотов ввалилась в мою комнату, я бы не проснулась, а на будильник уже просто рефлекс), я начала собираться. Легкая заторможенность с утра не удивляла ни меня, ни дядю. Ладно, дядя сегодня почему-то спал. Эх, и никто со мной яичницей не поделится. Придется самой что-то варганить по-быстренькому. А что у нас самое быстренькое? Правильно, горячий кофеек и бутерброд. Как хорошо, что я кладу на ЗОЖ большой… неважно, в общем.       Умопомрачительный аромат горячего напитка непостижимым образом заставлял почувствовать себя лучше. Уютнее как-то, что ли. Небольшая кухня сразу становилась роднее и как будто защищала от всех невзгод извне. Вот такое волшебное действие оказывало любимое американо, собственноручно заваренное в джезве. Именно в такие вот одинокие рассветы кофе помогает по-настоящему прийти в чувства. А парочка горячих бутербродов вообще возродила во мне желание жить и что-то делать.       Поэтому с прекрасной песней Lemaitre ft. Jennie A — «Closer» в наушниках я пошла покорять мир, а точнее сугробы. Последних, надо заметить, за ночь намело огромное количество. Но, вознося благодарности качественным сапожкам, я уверенной походкой первопроходца протаптывала тропинку, ведущую к основной дороге кратчайшим путем. Ну не люблю я обходить, не в моих это правилах. Ноги сами несут напрямик, через те самые сугробы. Однако, сегодня леди Удача сопутствовала мне, и я добралась до школы без видимых повреждений.       Наконец я захватила с собой незаконченный рисунок двух лестниц и планировала его сегодня дорисовать. В классе меня ожидал полный оптимизма Славик, причем сидящий за моей же партой. Неудивительно, что около него терлись вездесущие одноклассницы, хотя лица их были слегка мрачноватыми. Не буду даже пытаться угадать, о чем они там беседовали. Фельмарка в комнате не наблюдалось. Закусив губу, чтобы не сильно выдавать свое благостное расположение, я направилась к родной парте. Внезапно пребывание в стенах школы перестало казаться мне таким уж ужасным. Может, все и будет хорошо?  — Привет, — отозвался Слава, краем глаза наблюдая за тем, как быстро ретировались Инна и Инга.       Эти двое лучшие подружки, кстати. Не забыв бросить не меня синхронный злобный, и, как мне даже показалось, угрожающий взгляд, они сели за свои парты и потеряли ко мне всякий интерес. Брови мои непроизвольно приподнялись, однако звонок заставил тут же забыть о незначительном зрительном контакте.  — Привет. Как думаешь, Геннадиевич забыл уже про нашу выходку? — тихо спросила я после обычного приветствия с англичанкой.  — Видел его сегодня, когда в класс шел, но, честно говоря, просто развернулся и пошел в другую сторону. Я ведь не самоубийца. Но, раз он до сих пор не пришел сюда, то, может быть, пронесло… — Тальников пожал плечами и сделал вид, что начал записывать тему урока. Я оказалась более добросовестной и действительно вникла в тему урока. Что-что, а английский я любила больше, чем литературу.       С третьего урока я позорно смылась на ту же географию, взяв со Славика обещание передать учителю, что я ушла не просто так. В принципе, Инна Васильевна полностью доверяла мне самостоятельное изучение всех областей вышеупомянутого урока, и я была предоставлена сама себе, пока географичка проводила уроки. Меня это тоже вполне устраивало, хотя в одиночестве географией я занималась процентов на пятьдесят. Романчик ведь интереснее…

***

      После школы я планировала сразу пойти на встречу с Яриком, но справедливо рассудив, что надо бы сначала оставить вещи дома и подкрепиться, отложила это дело. Стоит отметить, что в кои-то веки любимые наушники и музыка были забыты, а сама я была полностью увлечена своим новым другом. Порой даже проскальзывала коротенькая, незначительная мыслишка о том, что немного слишком увлечена. Однако, я быстро гнала её прочь, потому что… потому что мне просто было хорошо, и я решила в который раз отбросить все сомнения и довериться Славику. У меня ведь так давно не было обычных школьных друзей…  — Ты чего задумчивая такая? — мой спутник прервал затянувшееся молчание.  — Мысли о чем-то там не покидают меня. Я еще не придумала, что сказать, если что, — ответила, даже не задумываясь о том, что говорю.  — Меланхоличное настроение, да?  — Есть такое. — И дальше мы снова пошли молча. Но это молчание не было неловким, нет. Просто вся эта серость поздней осени не толкала на веселые разговоры. И в то же время я понимала, что не чувствую себя так одиноко, как обычно. Это чувство согревало изнутри, не давало скатиться в мыслях и чувствах куда-то в тартарары. Это было то, что нужно.       Дома было как никогда уютно и хорошо. В смысле, настолько хорошо, что хотелось завалиться на кровать и остаться там навсегда. Однако у меня были важные и, к тому же, довольно занятные дела. Мне, как и, наверное, любому подростку на моем месте, было действительно интересно, что получится из нашей затеи. До сих пор я никакой слежки или опасности не чувствовала, но иногда моя наблюдательность дает сбои, так что…       При встрече с Яриком около детской площадки в парке я, что скрывать, чувствовала себя неловко. Но парень сделал вид, что ничего такого между нами вчера не было, и мне пришлось ему подыгрывать. В конце-концов, у нас общее дело. Стоит отметить, что именно на Ярослава легла работа по монтажу нашего мини-компромата. На всякий пожарный, мы удалили друг друга из друзей и подписчиков в соц-сетях, и поудаляли переписки, так что скинуть мне видео он не мог. Мне, конечно, было жутко интересно, что же он сделал, и, к счастью, он дал мне одну из флешек, которую я тут же спрятала.       После этого мы совершили главное действо: нашли тот самый дуб, но потом сменили решение закопать флешку вместе с небольшим письмом-сообщением прямо под ним — слишком видное место. Зато рядом был неприметный и очень удобный для нашей цели куст. Я закапывала пресловутую флешку (не руками, а одолженной в песочнице лопаткой, если что), а Ярик следил за тем, чтобы за нами никто не следил. Я старалась быть незаметной, но куст закрывал меня только с одной стороны, так что о скрытности речи не шло. Не представляю, как дед будет это все находить. Я, конечно, оставила знаки в виде кучки листьев и палочек на месте преступления… э-э мини-тайника, но вокруг было одно болото после дождей-снегов, так что место получилось не особо видным. С одной стороны это плюс, а с другой… эх, будь что будет.       Когда я поднялась на ноги, заметила, что оные заметно подрагивают, впрочем, как и руки. Заметил это и мой спутник. Он обхватил мои плечи и силой потащил к скамейке.  — Нет, Ярик, нельзя… Давай в кафе зайдем, но не тут, пожалуйста… — почти прошептала я, и он меня понял.       Каким-то чудом парень почти нес меня на себе, хотя я по-прежнему бездумно перебирала ногами по земле. Моя паранойя давала о себе знать, и мне казалось, что за нами постоянно следят. В какой-то миг я поняла, что скоро так сойду с ума, если не отвлекусь.  — Слушай, нам нужно где-то здесь телефон положить. Есть идеи? — подала я голос, стараясь не оглядываться по сторонам и держаться как обычные люди.  — В кафе работает мой знакомый. Я договорюсь, — тихо ответил он, и я успокоилась. Почти. Какой-то смутный огонек подозрения терзал меня, но мысль еще не до конца сформировалась.  — Ага. Ладно. Нам надо сообщить, что мы выполнили условия. Позвоним?  — В кафе, все в кафе, ладно?  — Как скажешь, — безразлично пожала плечами я.       Кафе оказалось довольно уютным. Странно, но раньше я никогда в нем не бывала. Может, потому что я люблю маленькие тихие кофейни, а может, просто не с кем было зайти. Несмотря на яркий дизайн и свет, помещение располагало к долгим посиделкам так же, как и к быстрому обеденному перекусу или к помпезным праздникам. Людей тут было много, и в кои-то веки меня это обрадовало, а не расстроило. Мы заказали пиццу и чай, и я проскользнула к дамской комнате. К моему облегчению, она находилась около мужской комнаты, так как мы с Яриком договорились тут встретиться. Было бы немного странно, если бы мы пошли в туалет одновременно.  — Привет. — Моего плеча кто-то (конечно же, Ярик) коснулся, и я невольно вздрогнула. — Ты теперь будешь вздрагивать от каждого прикосновения? — иронично поинтересовался он, когда я развернулась.  — Если ты не будешь подкрадываться, как кот, то нет, — недовольно пробурчала я.  — Ничего не могу обещать, — с притворной грустью вздохнул он, разводя руками. Глаза его при этом смеялись, и я невольно тоже улыбнулась уголками губ. Мозг незамедлительно сообщил, что это все очень похоже на флирт, который не привел бы ни к чему хорошему.  — Яр… — протянула я, сократив его имя по максимуму. Я называла его так очень редко, и это означало что-то типа «хватит» или «ты на грани» или что-то еще, но он всегда понимал, что именно.  — Все-все, молчу-молчу, — хмыкнул он, поднимая руки и хитро улыбаясь. Вот гад ведь, а.  — Молчи-молчи, иначе когда-нибудь говорить будет нечем, — я мило улыбнулась, ставя неопределенную точку в этой теме. — Ладно, давай серьезно. Где твой знакомый?  — Хм, как бы тебе объяснить… Я пошутил. Нет никакого знакомого. — Он снова обворожительно улыбнулся, демонстрируя, какой он болван.  — Как мило. И что же ты предлагаешь, друг мой сердечный? — Моя улыбка, скорее всего, напоминала оскал, так как ухмылка друга слегка приугасла. Я немного позлорадствовала. Самую малость, честно.  — Да на самом деле все просто как два пальца об асфальт. Находим где-то здесь укромное местечко и оставляем патефон там до лучших времен, — без обиняков заявил Ярик. Я, если честно, слегка выпала в осадок, так как…  — М-м-м, а тебе не приходило в голову, что а) тут вообще-то нет укромных мест, и б) даже если мы каким-то чудом найдем такое место, то его может найти даже уборщица и выбросить к черту?  — Ой, да брось. Уборщица — не ревизор*, во все закоулки никогда не заглядывает, — беззаботно пожал плечами парень. Иногда я просто поражаюсь его беспечности. — Окей, ладно. Делай, как хочешь, я посмотрю. — я облокотилась на стену и сложила руки на груди в ожидании захватывающего действа а-ля «Ярик не нашел укромного места и сам вырыл незаметную дырочку в деревянном полу». — Смотри и учись, пока я живой, — с гордым видом сообщил друг и огляделся вокруг.       К нашему общему удивлению, он обнаружил, что открыта каморка, где уборщицы хранят свои принадлежности, но решил, что это неподходящий вариант. Тогда мы заметили неприметный, почти сливающийся со стеной, шкаф, находящийся за туалетом. Проведя рукой по его верху, мы с облегчением обнаружили, что на нем трехгодичный слой пыли. Когда бы еще мы могли порадоваться недобросовестности уборщиц. — Ладно, это было не так уж сложно. Давай уже позвоним деду, — пробормотала я в ответ на вопросительный наглый взгляд своего спутника. Он начал довольно скалиться, но телефон мне передал.       После короткого разговора типа, «Все хорошо? Сделали? — Да, а у тебя что?» мы положили старенькую, но верно служащую «Нокию» на шкаф и пошли кушать импровизированный обед.       Нужно отметить, готовили в этом заведении годно. Как ценитель и дегустатор чаев и пицц, с уверенностью могу дать оценку девять из десяти. Один балл украдем и спишем на мою нервозность и в целом не-очень-так настроение. Отобедав, мы решили, что на сегодня наш марш-бросок завершен, и распрощались. Настроение при этом было почему-то прескверным, и исправить его не могла даже любимая музыка в наушниках.

***

      Дальше дни потянулись относительно однообразно. Учеба пошла своим ходом, нас грузили и грузили, вечно напоминая о предстоящих экзаменах. Я даже удосужилась купить несколько сборников для подготовки к ним. Фельмарк в школу не заявлялся, что одновременно и радовало, и настораживало. Зато дружба со Славиком росла, казалось, в геометрической прогрессии. Мы проводили вместе практически все время в школе, за исключением тех моментов, когда я занималась географией и когда Славик ходил покурить. За это я постоянно его ругала, так как ненавижу табачный дым, да и вредно это по всем статьям. Но друг упорно игнорировал мои замечания и делал по-своему. Хорошо хоть что после сигарет заглушал запах жвачкой.       Мне все чаще начало казаться, что я слышу свою фамилию, когда прохожу мимо одноклассниц. Паранойя или я реально успела им насолить? В любом случае, я старалась вести себя осторожней по всем направлениям.       Еще раза два мы встречались с Яриком и делали тайные вылазки в то самое кафе. У дедушки пока все было тихо, что меня очень удивляло, но не могло не радовать. Флешку он забрал без видимых препятствий, и теперь она хранилась в каком-то тайном месте его домика. К счастью, продуктов ему хватало, и он вроде как не скучал. Хотя мне кажется, что не скучать в его положении невозможно. Он ведь совсем один, кроме меня никакой поддержки нет. Я даже не знаю, есть ли у него родственники и где они, потому что он никогда о них не рассказывал. И я твердо решила разузнать все, что о нем не знаю, как только мы решим проблемы с мафией. Тогда уж он точно не сможет отвертеться.       Неделя пролетела совершенно незаметно, хотя обычно поздней осенью кажется, что дни тянутся, как резина. Может, это произошло потому, что мою голову слишком часто посещали самые разнообразные мысли, а может и потому, что я постоянно жила как-будто в затишье перед бурей. В любом случае, так тихо и спокойно будет не всегда. Скоро точно что-то произойдет, и неизвестно, чем это закончится. *«Ревизор» — социальное реалити-шоу о качестве работы заведений сферы обслуживания Украины и других стран. Особенностью программы является съёмка хода ревизий в реальном времени, а также полная неосведомлённость владельцев и работников заведения о предстоящей проверке.