Глава 19
26 августа 2019 г., 22:41
POV Эмилия
Всё началось с того, что я проснулась в обнимку с Фельмарком. Этим можно и закончить, в принципе. Шучу, дальше все пошло еще интересней.
Резко вернулся мой дядя (о чем мне сообщил Костя), и тут начался кавардак. Только мне удалось засунуть парня в шкаф и выдержать разговор с крестным, как почти сразу он догадался о том, что у меня гости. Ох уж эти лишние вещи в прихожей… Пришлось объяснять дяде, что мой одноклассник зашел меня навестить, хотя в понедельник утром это выглядело максимально странно. Тут неожиданно Фельмарк добровольно пришел на помощь и сам попытался объясниться с моим родственником. А что самое удивительное — они оказались знакомы друг с другом!
Коротко обсудив этот неожиданный факт с одноклассником, я решила попытать удачу и расспросить дядю о Косте и его семье. Тут меня ждал неприятный сюрприз. Мало того, что крестный рассердился из-за того, что я пыталась скрыть гостя… Он даже повысил на меня голос и вообще сказал, чтобы я держалась от одноклассника подальше. В более грубой форме, правда. И ничегошеньки я не узнала.
Я, конечно, не рыдала от несправедливости жизни, но чувствовала себя как-то совсем паршиво. Отношения с дядей Витей рушились, как карточный домик. И снова почти сразу пришел Фельмарк (через окно, дабы не попадаться на глаза), попытался подбодрить, помочь хотя бы морально. И что-то внутри меня перевернулось. Я, наверное, не привыкла к заботе чужих людей, раз меня было так просто подкупить. Но факт остается фактом: мое отношение к Косте изменилось, хоть я и старалась не думать об этом.
А потом я все испортила. Впрочем, у меня это всегда хорошо получалось, но тут… Фельмарк не так меня понял, или я сама себя не так поняла. Я случайно рассказала ему наш первоначальный план по переманиванию на нашу сторону кого-то из мафиозной шайки, а Костя решил, что я его всё это время использовала. Сначала я яростно это отрицала, но когда вышла из комнаты, чтобы немного успокоиться, то взглянула на это всё с другой стороны. А ведь и правда, я вбила себе в голову слова деда о том, что Костя точно предложит свою помощь и воспринимала это уже как должное. Как же эгоистично, черт возьми…
Не зная, что и думать, я заварила чаю на кухне, отыскала шоколадку в одном из шкафчиков и решила попытаться извиниться. Несколько раз прокручивала в голове, что же я скажу и буквально усилием воли заставила себя переступить порог своей комнаты.
— Знаешь, да, прости. Я была не совсем права по отношению к тебе, ведь ты делаешь для меня слишком много, хотя вообще не должен. Спасибо тебе за это и вот… примирительный чай с шоколадом поможет тебе не злиться? — Я неловко улыбнулась, протягивая блюдце с чашкой ароматного напитка и сладостью.
Фельмарк взял, попробовал. Поставил примирительный чай на подоконник. Тишина уже начинала напрягать, но тут…
— Я и не злился, ботаничка. А чай и шоколад очень вкусные, так что я согласен на долгосрочный мир. Можно даже на вечный, — полушутливо произнес парень. От меня не укрылось то, что он приобнял меня за талию, но я всё равно немного расслабилась.
— Даже не знаю, — театрально вздохнула я, — вечный мир с самовлюбленным мажором? Надо подумать.
— Я дам тебе минутку, — лицо Фельмарка вдруг оказалось в опасной близости от моего собственного.
Я понимала, к чему всё идёт, но почему-то совершенно не хотела препятствовать этому. В какой-то момент (казалось, прошла вечность, пока мы смотрели друг другу в глаза) наши губы просто сплелись в поцелуе. Я не думала ни о чем, мозг вообще тогда был отключен. Все переживания и чувства внезапно выплеснулись в этом поцелуе. Здравый рассудок отдыхал где-то на Бали, пока я обнимала Костю за шею, а он нежно гладил мои волосы. Трудно было признаться, но хотелось, чтобы это не заканчивалось. Однако у всего есть свой конец. И когда ты возвращаешься с небес на землю, то тут же осознаешь, что произошло. Мне было страшно смотреть в глаза однокласснику, и поэтому я просто уткнулась носом в его плечо на какое-то время.
— Эми-и, мы будем так стоять вечно? Я-то не против, особенно если подаришь мне ещё один поцелуй.
— Вот ещё! Тут и этот был лишним, — чуть громче положенного воскликнула я и отодвинулась от парня.
— Перестань, я видел, как ты кайфовала, — издевательски отметил Фельмарк.
— Видел? Ну, что ж, запомни хорошенько, ибо больше тебе так не посчастливится, — парировала я, хотя в душе появились серьезные сомнения.
— Бу-бу-бу, хватит быть такой злюкой, уже и пошутить нельзя? — якобы безразлично отмахнулся Костя. Но меня так не проведешь.
— Всё можно, если осторожно. Ну так на чем мы остановились?
— Мы остановились на этом прекрасном поцелуе, не так ли? Я готов продолжить, — съязвил одноклассник, медленно выводя меня из себя.
— А я — нет. Для чего ты вообще сюда пришел? Чтобы соблазнять меня? — хмуро поинтересовалась я, изо всех сил скрывая истинные чувства. Ведь какая-то часть меня даже хотела быть соблазнённой.
— Не могу сказать, что этого не было в моих планах… Но пока моё лицо ещё помнит побои, если честно, так что я решил не спешить с укрощением строптивой ботанки. Такой ответ вас устроит, госпожа Лебедева?
— Вот ведь… Индюк. Я вообще-то имела в виду то, что мы должны были обсуждать всякие мафиозные делишки. — буркнула я.
— Ну обсуждать пока особо нечего. Думаю, после встречи с мамой хоть что-то прояснится. — неожиданно заявил собеседник.
— С мамой? Ты об этом ничего не рассказывал.
— Как и ты о своих родителях и том, почему живешь с дядей.
— О, ну это довольно грустная история. Уверен, что хочешь ее услышать?
— Уверен, что хочу знать о тебе больше.
Я вздохнула поглубже, поняв, что рассказать таки придется. Еще недели две назад едва ли нашелся бы человек, которому я могла бы доверить свои самые сокровенные тайны. Но сейчас мне почему-то даже хотелось поделиться этим с Костей.
— Что же, история не такая уж захватывающая. У меня была прекрасная семья. По крайней мере я так думала. Мы жили не роскошно, но всегда всё было в достатке. Мама с папой никогда не ссорились, у меня было много друзей. До одного дня. Тогда они просто уехали. Ничего не объяснили, даже не подумали взять меня с собой. Только привезли к дяде Вите. А на прощание сказали, что любят меня. Разве это любовь?.. Я пыталась выяснить у дяди Вити, звонила им миллион раз, но они будто испарились. И в конце концов я смирилась. Однажды они приехали ко мне. Пытались снова стать теми родителями, рассказывали о взрослой жизни… Словом, о том, что считали нужным. Но почему-то упустили тот момент, что когда-то ни с того ни с сего исчезли из моей жизни. Я хотела их простить, но не могла. А они даже не пытались объяснить, какого чёрта бросили собственную дочь. А когда они уехали вновь, то вообще почти вычеркнула этих людей из своей жизни. Знали бы они, что я пережила… Когда одноклассники узнали о том, что меня бросили родители, то сначала посмеивались втихую, но когда моя лучшая подруга отвернулась и настроила весь класс против меня, я… сломалась. Это было слишком для одиннадцатилетней девчонки. С тех пор книги стали моими друзьями. Потом я случайно познакомилась с дедушкой Гришей. Он стал моим единственным и лучшим другом, он помог мне отпустить прошлое и жить настоящим, жить сейчас. Поэтому я должна, просто обязана ему помочь. — я замолчала. Наступила пауза, во время которой я машинально развивала последнюю мысль у себя в голове. Но голос Фельмарка меня «разбудил».
— Это печальная история. Я… должен признать, что был неправ. С самого начала, еще когда наехал на тебя в школе. Я и подумать не мог… Прости меня. — виновато заключил парень.
— Что было, то прошло. Сейчас уже ничего не изменишь. Так что теперь твоя очередь. Что с твоей мамой?
— Хорошо. Я до недавнего времени никогда не видел свою мать. Отец не давал никаких объяснений, и вот недавно (в чем-то благодаря тебе) я осмелился настоять на своем впервые за много лет. И добился встречи с ней. До сих пор не пойму, как он так быстро её организовал. На этой встрече мама передала мне свое письмо, в котором был указан её номер, чтобы я мог позвонить и договориться об еще одной встрече, ведь тогда за нами следили. И вот сейчас я хочу это сделать. Встретиться с ней. Мама, судя по всему, знает довольно много о мафии, и, надеюсь, поможет нам. Как-то так.
— Это он? Твой отец разлучил вас? — негодование внутри меня нарастало.
— Конечно, кто же ещё. Это он во всём виноват, — с горечью ответил Костя.
— Это ужасно. И неправильно. Нельзя разлучать собственного ребёнка с матерью! Ты должен быть с ней. И не прятаться, будто это преступление — общаться с родной мамой.
— Да. Я не хочу возвращаться к отцу, особенно теперь, когда знаю, как он поступил. Я позвоню ей прямо сегодня. Но всё нужно сделать тихо, чтобы никто из папиных людей не засёк меня. А сейчас мне пора идти. Уже вечер, и ты, наверное, не особо хочешь снова объясняться перед дядей утром, — с легким ехидством закончил парень.
— Н-да, это уж точно. Но… ты найдешь где переночевать? — скрывая беспокойство, спросила я.
— За меня не переживай, не пропаду, — ухмыльнулся Костя, надевая пальто.
— Окей, поверю на слово, — убирая с подоконника плед, заключила я и, оборачиваясь, спросила на всякий случай: — Ты ничего не забыл?
— Да вроде как нет, — Фельмарк осмотрелся и подошел к окну. Я хотела отойти, но он вдруг остановил меня. — Постой. Эми, я всё понимаю. Понимаю, как сложно тебе доверять людям, как ты боишься вновь ошибиться. Но дай мне шанс, прошу. Я не мог представить, что всё так выйдет, но… Все мои мысли в последнее время связаны с тобой, и мне по-прежнему трудно признать это, но ты мне нравишься. И это нечто гораздо большее, чем просто симпатия. Я хочу быть с тобой.
Я стояла и слушала… Но, кажется, не всё слышала. В какой-то момент у меня в горле застрял ком. Эмоции не давали мне вымолвить ни слова. Внутри будто боролись две личности.
— Костя… Я… Я не могу. Прости, — прошептала я наконец, пряча взгляд.
— Да. Я понимаю. — в следующий миг холодный ноябрьский воздух повеял мне в лицо, а Фельмарк исчез. Я закрыла окно, даже не увидев, что за ним. Слезы застилали весь кругозор.
Казалось, я сделала правильный, дальновидный выбор, избавив себя от страданий в будущем. «Но почему же так больно сейчас?» — кричало моё сердце. И ответа у меня не было.
Следующие два дня прошли как в тумане. Я пыталась забить мысли чем угодно: книгами, учебниками, фильмами, музыкой и переписками с Сашей. Он уже предвкушал поездку в мой город, а я в свою очередь задумалась над тем, где же отпраздновать день рождения.
18 бывает только раз, надо что-то феерическое и незабываемое! — настаивал Интернет-друг.
опасного решения
— Ради этого стоило пройти путь подбитых глаз и жестких ссор, — пробормотал в итоге одноклассник, когда я немного отошла, чтобы позволить ему раздеться.
— Знаешь, хотелось бы, но не могу не согласиться, — довольно хмыкнула я, вспоминая нашу первую стычку.
— Ладно, я бы хотел проваляться с тобой в кровати весь оставшийся день и посвятить его обнимашкам, но мне надо наконец рассказать все новости.
— Давай, это и правда важно, — я уселась в удобное кресло, Костя — на полюбившуюся ему кровать, и начался час откровений.
— История началась ещё после моего рождения. Меня у мамы забрали и отдавать не собирались, ещё и буквально силой заставили покинуть страну, пригрозив расправой над остальными близкими ей людьми. Она уехала, но не могла и не хотела перечеркнуть прошлую жизнь, поэтому решила отомстить отцу за такой дикий поступок. Ведь на самом деле они любили друг друга и мама была уверена, что у них получится неплохая семья. Но вышло как вышло…
Вот так родилась идея разоблачения мафиозной семьи. Мама была довольно хорошо осведомлена о делах «компании» (наверное, поэтому её попытались нейтрализовать путём отправки на другой континент) и поэтому поскорее записала все факты, которые смогла вспомнить. Конечно, этого оказалось недостаточно для предъявления каких-либо обвинений, но начало было положено.
Вскоре мама поняла, что даже здесь за ней следят папины люди, и поэтому ей пришлось вести двойную игру. С одной стороны это была довольно успешная женщина с хорошей работой, парой-тройкой друзей и даже потенциальным молодым человеком. А с другой это была всё та же (Татьяна Фельмарк), жена мафиози, ополчившаяся на бывшего мужа.
С поиском компромата было туго, а это означало лишь одно: надо возвращаться на родину, чтобы иметь возможность подобраться ближе и к сыну, и к мафии. Добиться соглашения на наши с ней встречи ей не удалось, но зато никто из шайки не догадался о ещё одной причине возвращения мамы домой. Тут она познакомилась с твоими родителями, которые тоже собирали компромат на моего отца. Они объединили усилия и довольно быстро достигли успеха.
— Остановись на минутку. Дай мне… Переварить информацию. То есть, мои родители — детективы. Частные детективы, да?
— Ну вроде того. Насколько я знаю, они берутся только за те дела, где нужна, как говорится, ловкость рук и никакого мошенничества. Точнее, где надо быть тихими и делать всё аккуратно.
— Тогда какого лешего они всю жизнь втирали мне, что они частные предприниматели и у них какой-то семейный бизнес?
— Ну-у, это довольно широкое понятие… А ребёнку легче придумать что-то, чем объяснять суть сложной работы. Думаю, примерно так они рассудили, но сейчас не об этом. Приближался ответственный момент разоблачения, и тут на горизонте появился ещё один враг. Та самая вторая шайка мафиози. Они хотели перехватить материалы на моего отца и использовать в своих целях. Скорее чтобы обогатиться, чем сдать его. Но из-за них всё пошло наперекосяк. Твои родители засветились в самый неподходящий момент и им пришлось срочно сваливать куда подальше, чтобы хоть остаться в живых. Так что скорее всего они не бросили тебя, а защитили, если вдруг побег не удастся.
— Если честно, я не готова так кардинально менять своё мировоззрение и мнение о родителях… — немного потерянно отреагировала я. Как ни странно, я верила каждому слову Кости, как бы абсурдно это не звучало. — Но мне стало немного легче. Ну, по крайней мере теперь это не выглядит так, будто мама и папа сбежали от меня, как от чумы. Хотя если бы они взяли меня с собой, я была бы им гораздо более благодарна.
— Я понимаю тебя, Эми, но и их тоже надо понять. Разве ты бы не хотела защитить то, что тебе дороже всего, любой ценой? — провокационно спросил парень.
— Ты прав, но я, наверное, слишком эгоистка для этого. Я просто не понимаю, как можно бросить любимого человека ради призрачной вероятности того, что он будет в безопасности, — полувозмущенно ответила я.
— А я даже не задумывался об этом раньше. Но мне тоже трудно представить ситуацию, в которой мне пришлось бы оставить тебя, — задумчиво произнес Фельмарк. Приятно, что наши взгляды на такие вещи совпадают. И неожиданно тепло на душе от осознания того, что любимый человек у Кости ассоциируется со мной.
Я глубоко вздохнула и встала со своего кресла. Во-первых, засидела ногу, а во-вторых, хотела переместиться на свою кровать (читай: ближе к Косте).
— И выходит, теперь родители скрываются где-то далеко, а твой отец хочет им отомстить, да?
— Да, и ты уже поняла, причём тут твой старый друг? — вдруг пораженно воскликнул парень.
— Нет, но… Стоп. Если дедушка Гриша — способ манипуляции, то он — отец моего папы (потому что дедушку с бабушкой по маминой линии я знаю) и… Мой настоящий дед? Этого не может быть… — я сжала виски и бессильно плюхнулась на кровать, не в силах осознать весь объем Правды, свалившийся на меня за этот день.
Костя молча прилёг рядом и обнял меня, но я чувствовала, что он совсем не против продолжить разговор. Просто даёт мне время разложить всё по полочкам. Оказалось, времени нужно было много.
Что чувствует человек, который добегает наконец до финиша? Исполняет свою заветную мечту? Досматривает сериал до конца? Узнает то, к чему стремился, но не был готов?.. Потерянность, легкий шок, опустошенность и немного позитива. По сути новые факты о моей семье должны были меня обрадовать, но чёрт возьми, почему я узнала это от Фельмарка? Не от мамы, папы, дяди и даже не от дедушки, который точно всё знал, но не рассказал. Я даже не знаю теперь, была ли наша с ним встреча случайной.
— Ты не хочешь рассказать мне что-нибудь ещё шокирующее? — спустя какое-то время отозвалась я. Внутри нарастала злость, которую не могли перекрыть даже нежные чувства к Фельмарку. Я понимала, что срываться на нём как минимум глупо, но сдерживаться было всё трудней.
— Послушай, Эми. Я рассказал тебе всё, что сам узнал буквально недавно. Я понимаю: тебе обидно, что это был я, а не кто-то из твоих родных (хотя я надеюсь тоже войти в эту категорию когда-нибудь, между прочим). И я даже пойму, если ты позлишься на меня какое-то время. Просто знай, что я в любом случае тебя не брошу, — Костя чуть сильнее прижал меня к себе и замолчал. Странно, но этот паршивец слишком тонко чувствовал, что именно мне нужно было услышать. Даже закралась мысль о том, что он втайне посещал курсы какого-нибудь известного психолога.
— Ну и как теперь на тебя злиться? — гораздо более мягким голосом полюбопытствовала я. Костя лишь лукаво улыбнулся.
Впрочем, я решила, что есть вещи гораздо приятнее, чем злость на всех и вся, например, обнимашки. А ещё лучше — поцелуи, но на это у меня пока смелости не хватало. Поэтому я, как истинная девушка, ждала этого от Фельмарка, надеясь на то, что он всё ещё считывает мои мысли и желания. Но, кажется, эта способность у него не на постоянной основе.
— Как-будто ничего и не изменилось, да? — вдруг сказала я, ощутив странное чувство дежавю. Ведь мы уже так лежали и раньше на моей не такой уж большой кровати, и я совсем не хотела представлять тогда себя в роли девушки (бывшего) молодого мафиози.
— Да, только ты теперь не так смущаешься, когда обнимаешь меня.
— Вообще-то… Смущаюсь. Но тебе это знать не обязательно, так что забудь, — пробормотала я.
— А-ха-ха, ну перестань, Эми. В этом нет ничего странного. Нечего стесняться того, что ты хочешь меня обнять или поцеловать. Потому что я влюблён в тебя, а ты — в меня. И мы чувствуем одно и то же, я знаю. Просто перестань воспринимать меня как зажравшегося сынка богатого мафиози и жить станет проще, обещаю. — Последнее предложение парень вкрадчиво прошептал мне почти на ушко, от чего небольшая стая мурашек пробежалась по моей коже.
— О боже, заткнись уже, мегамозг ты мой, — я повернула голову и легко коснулась губ парня, прекращая его лекцию по психологии отношений. Костя был совсем не против перейти к практике.
— М-м, мне стоило стать твоим парнем хотя бы ради того, чтобы наблюдать, как с каждым разом ты целуешься всё лучше, — удовлетворённо заключил одноклассник. В этот момент захотелось его удушить.
— Рассказать тебе, какими способами мне хочется сейчас тебя убить? — поинтересовалась я.
— Надеюсь, зацеловать до смерти, — подмигнул он и тут же продолжил: — Я не хотел тебя обидеть, мне просто приятно, что скорее всего у тебя до меня особо не было отношений и именно я буду тем самым первым парнем.
— Зато о тебе такого не скажешь, — буркнула я, задумавшись вдруг: «И правда, сколько же у него было девушек до меня?!»
— Ну, на самом деле у меня были только одни более менее серьезные отношения. Потому что девушки из нашей школы были, скажем так, на пару раз, чтобы развлечься. Я не говорю, что это правильно, но сомневаюсь, что много парней бы устояло перед такой легкой добычей.
— А теперь?.. — задумчиво спросила я.
— Теперь появилась ты. И если честно, мне кажется, что я влюбился по-настоящему впервые. Просто чувства какие-то… другие. Хотя вообще я не планировал строить отношения с кем-либо в ближайшее время. Но знаешь, обычно всё идёт не по плану. Я как-то не думал раньше, что такие «серые мышки» могут быть на самом деле совершенно не скучными людьми.
— О, эта проблема гораздо глобальнее, чем кажется на первый взгляд. Дело в том, что подростки частенько вырастают не такими, какими были в детстве. Но общество воспринимает их только по прошлым поступкам. Если бы нам не пришлось пообщаться поближе, ты бы никогда даже не посмотрел в мою сторону. Просто отличница с книжками, да?
— Нет… Не думаю. Я же сам таким был. Ну, не прямо таким же, но в шкуре изгоя. Но ты только что правильно сказала о том, что нас воспринимают так, как мы с самого начала вели себя. Я был изгоем в старой школе и хотел доказать себе, что могу быть популярным. Крутым. Таким, чтобы все девчонки мечтали встречаться со мной, а парни хотели дружить. Я вырос и хотел заявить о себе, а в старой школе все видели вместо меня тихого мальчика с осанкой бальника.
— И как результат, впечатляет? Кстати, классно, что ты занимаешься бальными танцами. Обожаю это.
— У популярности тоже есть свои минусы. Но в целом… Ты показала мне, что быть собой — лучше, чем стараться быть идеальным и понравиться всем. Это ценный урок.
— Ну хватит меня смущать, Костя-я, — тихонько пробормотала я, пытаясь силой мысли заставить щеки вновь стать белыми.
— Ладненько, прекращаю. Кстати, первая твоя ассоциация, когда я говорю «бальные танцы»? — лукаво спросил парень.
— Вальс, конечно же, — без раздумий ответила я.
— Поздравляю, это был быстрый тест на то, правильно ли я выбрал девушку, и ты его прошла! Ту ту-ру ту-ту! — Фельмарк тихо рассмеялся.
— Я бы тебя защекотала, но мне слишком лень. Поэтому скажи-ка мне первую ассоциацию на слово «книга». — нанесла я ответный удар.
— Ну это слишком жестоко. Я могу обменять ответ на поцелуй?
— Ни-ког-да.
— Ла-адно… Пусть будет детектив. Типа про Шерлока. Это хотя бы интересно, в отличии от тех странных любовных романов у тебя в шкафу.
— Ой, я тебя умоляю. Что странного в том, чтобы помечтать иногда о всяких прекрасных отношениях, которые описывают в книгах?
— Странного ничего, но как минимум впереди тебя ждёт разочарование в реальности в виде периодических ссор, разбросанных по квартире вещей и разного режима сна. Ты, кстати, сова или жаворонок?
— Что-то среднее, но скорее сова.
— А я жаворонок. Я буду вставать раньше и иногда ты можешь из-за этого случайно проснуться не в настроении. Выходит, отношения уже не идеальные, и всё плохо?
— Ну такие мелочи меня особо не волнуют. Гораздо важнее иметь общее мнение по поводу глобальных вещей. Но с чего ты взял, что мы будем когда-то жить вместе?
— Сложно будет строить семью в двух квартирах сразу, не так ли? — на полном серьёзе заявил парень.
— Что-о? Ты издеваешься? — меня откровенно пробивало на смех от его умозаключений.
— Вот увидишь, ты ещё будешь носить кольцо на безымянном пальце от меня.
— Эй, ещё недавно ты называл меня ботаничкой и пытался унизить, — справедливо напомнила я.
— А, это был не я, тот придурок уже наказан.
Костя резко повернулся, так, что наши лица оказались близко-близко. Фоном проскользнула мысль о том, как хорошо, что у меня как раз прошли прыщики на лице. Фоном, потому что гораздо интереснее в тот момент было изучать лицо моего кавалера. Немного уставшие изумрудные глаза, слабая улыбка на четко очерченных губах, морщинка между бровями… Как я не замечала всего этого раньше? Или именно статус девушки заставляет обращать внимание на разные детали?..
Что было понятно совершенно четко в отношениях, так это безграничный доступ к поцелуям и объятиям. Чем мы с успехом и пользовались. Всё-таки насколько важно ощущать это трепетное чувство внутри, когда целуешь человека, зарываешься ладонью в волосы, взлохмачивая их до невозможности и даже просто лежишь рядом.
— Кость, а всё-таки, как твои дела с жильем? Ты планируешь возвращаться домой? — спустя какое-то время спросила я.
— Представь, что сейчас прозвучит барабанная дробь… Я снял небольшую квартиру в соседнем доме! Там довольно уютно, нет твоего дяди и кровать вдвое больше, чем у тебя. — с широкой улыбкой сообщил Фельмарк. Эта новость вызвала у меня двоякие ощущения. С одной стороны мы сможем находиться вместе гораздо чаще, а с другой… Мысли о том, что кто-то узнает о наших отношениях почему-то вызывали во мне дикий страх.
— А твой отец за тобой не следит? Просто если он узнает о нас… — … то ничего хорошего нам ждать не придётся.
— Не беспокойся об этом. Я никому не позволю тебя обидеть. Я постоянно проверяю, следят ли за мной, но даже если кто-то узнает… Поверь, мне всё равно. Неважно как отреагирует мой отец или что подумают обо мне в школе, если ты будешь рядом. И вообще, почему тебе так важно скрывать наши отношения?
— Это сложно объяснить. Просто пообещай, что не будем пока на людях светиться, ладно? Я ценю твои слова, но поверь мне, нам стоит делать вид, что мы по-прежнему друг друга терпеть не можем на людях.
— Ты хоть понимаешь, как это звучит? В школе я посылаю тебя ко всем чертям и говорю, как ты меня бесишь, а спустя несколько часов с замиранием сердца целую, прижав к себе в своей квартире? Или как ты себе это представляешь? — язвительно спросил парень. — Знаешь, пока ты мне всё не объяснишь, я ничего обещать не буду.
Я задумалась. Врать и изворачиваться не хотелось, но и правду говорить, в общем-то, тоже. Потому что если я скажу, что боюсь гнева одноклассниц, это будет выглядеть как-то не комильфо. Да и кроме этого дядя точно будет не в восторге, а если обо мне узнает кто-то из мафиозной компашки отца Фельмарка, то станет известно и о моей связи с дедушкой Гришей. И что-то я сомневаюсь в том, что Костя сможет защитить меня ото всех сразу… Всё-таки он обычный подросток, а не супермен.
— Кость, причин много. Но поверь, это никак не связано с моими чувствами, — попыталась я отвертеться.
— И как долго ты планируешь скрывать наши отношения? — не слишком весело отозвался одноклассник.
— Хотя бы пока мы не решим проблему с дедушкой Гришей, домом у реки и твоим отцом. Что нам вообще теперь делать?
— Не знаю, но думаю, нам стоит с ним поговорить. И связаться с твоими родителями. Моя мама иногда поддерживает с ними связь и обещала всё выяснить. Я тоже поделился с ней той информацией, которую выяснил раньше. Она сказала, что при удачном стечении обстоятельств мы сможем накрыть хотя бы команду моего отца и засадить их надолго. Тогда мы сможем жить спокойно.
— Надеюсь, у нас получится. Знаешь, с понедельника я пойду в школу, войду в обычный ритм жизни и тогда начнём действовать. Первым делом я свяжусь с дедом и расскажу всё, что знаю, а ты узнаешь, что выяснила твоя мама.
— Хорошо, но скажи, ты точно чувствуешь себя уже хорошо? Всё-таки док советовал побыть на больничном дольше…
— Не переживай, Кость. Я слишком засиделась в четырех стенах и если не начну действовать, то меня просто разорвёт от скопившейся энергии, — без тени лукавства сообщила я.
— Ладно, верю. Просто до сих пор вспоминаю, как ты упала в обморок тогда, и становится как-то не по себе. Да, я ещё хотел спросить… Слушай, а каково это… осознавать, что твой друг внезапно оказался твоим родственником? — неожиданно вопросил одноклассник. Я призадумалась.
— Знаешь, сначала я немного злилась, чувствовала себя обманутой, что ли. Но теперь понимаю, что на самом деле всегда воспринимала его на уровне дедушки, и не важно, родного или нет. Думаю, это как в выражении «Неважно, кто родил, важно, кто воспитал», понимаешь? Нет смысла злиться… Но я хочу узнать, случайно ли мы познакомились, или он с самого начала всё знал.
— Да, я понимаю. Случайности не случайны, хе-хе, — понимающе хмыкнул Фельмарк и тут же спохватился: — Боже, уже вечер. Через полчаса у меня тренировка, надо ехать. Я буду скучать по тебе, даже если мы увидимся меньше, чем через сутки. А мы увидимся, обещаю.
Мы синхронно посмотрели друг на друга и, как в замедленной съемке, приблизились, чтобы поцеловаться. Каждый раз в такой момент внутри всё… словно замирало. Да и вокруг тоже. И я чувствовала себя словно в каком-то фильме, будто бы это происходило не со мной…
— Ну и как мне теперь тебя оставить? — прерывисто прошептал он, едва касаясь моих губ. Мир перед глазами слегка поплыл, так, будто я собственноручно осилила бутылочку игристого.
— Не оставляй… — мало осознавая смысл своих слов, едва слышно ответила я.
— Чёрт побери, ты сводишь меня с ума, — пробормотал Костя, и мы ещё на несколько минут нырнули в океан нежности и… даже страсти.
Когда усилием воли мы всё-таки отпустили друг друга, то ещё с минуту просто молчали, восстанавливая дыхание. А потом Фельмарка пробило на смех. Такой искренний и безудержный, что я сама невольно рассмеялась, хоть и не понимала, почему.
— Ко-остя, что происходит?
— А-ха-ха, да ничего. Просто ты такая взлохмаченная и смешная, я не могу-у, — продолжал он ухахатываться, а потом вдруг резко успокоился и добавил: — А ещё… вспомни, как упорно ты меня динамила ещё недавно, — и он опять залился смехом.
— Зна-аешь, это было абсолютно искренне, честно. Ты долгое время мне не нравился. Всё это высокомерие, самолюбие, наглость… Но когда ты стал проще, человечней, что ли, я и не заметила, как влюбилась, — задумчиво закончила я, падая обратно в объятия Фельмарка. Но тот действительно собирался уходить.
— Я тоже… не знаю, когда это произошло. Но сейчас мне кажется, что по-другому и быть не может. Я чувствую себя рядом с тобой так уютно, по-домашнему, что ли. Даже в родном доме я этого не ощущал, — признался Костя, уже надевая верхнюю одежду и собираясь уходить. Мне тут же жутко захотелось залечь с ним в моей тесной кровати, укрыться пледом и лежать так вечность. И пусть все проблемы подождут. Но реальность, к сожалению, более жестока.
— Мы обустроим тебе твоё новое жилище ещё более уютно, поверь мне. Нам просто пригодится много подушек, пледов и свечек.
— И ты, — с улыбкой добавил парень. Я в ответ тоже невольно улыбнулась и таки смирилась с тем, что Косте придётся уйти.
— Ладно, уже отпускаю тебя, — вздохнула я и тут же прибавила: — Но у меня две просьбы. Во-первых, скинь мне видео твоих танцев. Парни-танцоры — это просто разрыв сердечка. Это прекрасно. Ну и ещё… Знаешь, паркуй свою машину подальше отсюда, ладно? Лучше где-то на рандомных парковках. Так будет безопаснее, правда?
— Умная девушка — тоже разрыв сердечка, честное слово, — лестно отозвался Костя, обнимая меня на прощание. Я решила на этот раз даже не спорить с этим занятным молодым человеком.
— Давай, иди уже, пока я не передумала и пока дядя не застукал нас. Вообще удивляюсь, как он нас ещё не спалил, — недоуменно закончила я.
— Или он очень понимающий дядя, или у него своих дел по горло, — развел руками парень.
— Скорее уж второе, — вздохнула я. Дяде будет сложно всё объяснить…
— Тогда до завтра, Эми, — уже с улицы окликнул меня Фельмарк.
— До завтра, Костя… — ответила я, глядя в сияющие в темноте зелёные глаза. И почему девушки так легко влюбляются?
Без Кости в моей уютной комнате стало странно одиноко. Казалось бы, ещё пару дней назад я гнала от себя мысли, связанные с симпатией к Фельмарку, но… Сердцу не прикажешь, как говорится. А ещё любовь зла, полюбишь и… несостоявшегося мафиози.
На самом деле меня немного пугало то, как стремительно развивались наши взаимоотношения, а с другой стороны что плохого в том, чтобы лежать в обнимочку и периодически целоваться? Тем более, что нечто подобное с нами происходило и ранее.
Теперь всё зависело от Кости. Пусть он и утверждал, что является хорошим парнем, но перечеркнуть предыдущие месяцы его несносного поведения в школе? Это не могло не повлиять на него, даже если Фельмарк искренне считает иначе. Поэтому я решила, что стоит какое-то время последить за его взаимоотношениями с окружающими, да и удостовериться, что он действительно решился на такой серьезный шаг — разрыв с отцом, уход из семейного бизнеса, так сказать.
Остаток вечера прошел спокойно. Я посвятила себя любимому чтению, чего не делала уже давненько. А ещё составила примерный план празднования совершеннолетия. От мысли, что через неделю мне будет восемнадцать, становилось как-то не по себе. Я просто не чувствовала себя такой… взрослой. Хотя, пожалуй, за последнее время многое изменилось. Я уже столкнулась с чем-то серьёзным, а что меня ждало ещё впереди… Буквально с нетерпением я ожидала возвращения в обычную жизнь, чтобы выяснить, наконец, все тайны моей семьи, помочь дедушке Грише, ну и отпраздновать свой восемнадцатый день рождения максимально классно.
И что ты предлагаешь? Поездку в Вегас?
— иронически интересовалась я. Нуу, не настолько феерическое — немного поубавил пыл друг.Может, на каток сходим? Тот, который на речке устраивают. То ещё зрелище
— предложила я единственный «зимний» вариант (ведь для лыж и сноуборда нужны горы, которые в нашем городе днём с огнём не сыщешь). А что, это идея. А кого приглашать будешь?Ты да я — лучшая компания ever
Ты так не шути, подруга. А как же Ярик, Славик и Костик?О, это самое сложное. Ярик питает надежду возобновить отношения столетней давности, точнее, начать заново, но не суть. Славик вообще мутный тип, Костя говорит, что он тоже из мафиозной компашки, только другой. Надо проверить эту инфу, а пока держать его на расстоянии. Ну, а сам Фельмарк… У нас всё… Сложно.
И в чём же заключается вся сложность?Он предложил мне встречаться
И-и-и?Я отказала.
И тут наступила полная тишина. Я тупо пялилась в экран ноута на свои же сообщения, а друг куда-то пропал. Я продолжала прокручивать у себя в голове недавние события и всё больше сомневалась в правильности своего поступка. Когда разум вступает в борьбу с сердцем, всегда так. Внезапный звук сообщения прервал мои мучительные размышления. Так он действительно тебе не нравится?Хуже. Мне кажется, я влюбляюсь.
Тьфу ты, напугала. Ну и дура… Зачем отказываться от своего счастья, как бы банально это не звучало?Потому что оно в итоге принесёт только страдания
С чего вдруг такая уверенность? Ты самая офигенная девчонка из всех, что я встречал. Скорее ты его бросишь, чем он тебяС такими парнями, как он, не бывает ничего хорошего, Саш.
Только если они оказываются в руках не тех девушек. Он влюблён в тебя, и в твоих руках направить его в правильное руслоАхахах, ты издеваешься? У меня ведь даже не было никогда отношений нормальных
Но ты хочешь этого. И ты сама в глубине души знаешь, что сможешь.Всё равно уже поздно
. Ничего не поздно. То, что ты сказала «нет» не значит, что Фельмарк резко перестал хотеть с тобой отношений. И если ты с ним встретишься, он будет только счастлив.Почему ты так уверен? Он по-прежнему самовлюбленный мажор-мафиози
Но влюблённый в тебя Я не выдержала и закрыла глаза, представив себя в роли девушки Кости. По сути, наши взаимоотношения и без того никогда не были ни дружескими, ни нейтральными. Но встречаться — что-то совсем иное. Большее. Более значимое. Никто не даст мне гарантии, что потом я не буду рыдать в подушку, собирая себя по осколкам. Ведь если дать себе разрешение довериться однажды, потом уже не сможешь контролировать себя и ситуацию. И всё же… В попытках отвлечься от мыслей о последствиях отношений с Фельмарком я хотела выпить бокальчик винца под чтение истории (так лучше усваивается, честно-честно), но что-то пошло не так. Обо мне вдруг вспомнил Славик. Причем самым неожиданным способом — пришел в мой двор, позвонил и спросил номер квартиры. Мол, навестить хочет. Я задумалась: если захочет, он всё равно узнает, где именно я живу. Но стоит ли пускать его домой? Вдруг ещё жучок какой-нибудь подсунет? С другой стороны будет очень странно, если я его пошлю после того, как мы так подружились. Подумав, я сказала, что дядя не любит гостей, поэтому пустить его к себе я не могу. Но могу пообщаться через окно. Спустя минуту парень уже был почти в моей комнате, а я лишь думала: как не спалиться и вести себя как обычно? — Привет, Слав. Где пропадал? — Привет! Да знаешь, проблемы были… Семейные. А ты как? Что со здоровьем? — Приболела, но уже гораздо лучше себя чувствую. Может, даже в школу пойду в конце недели. — Ну ты молодцом держишься, конечно. Я вот тебе фруктов и вкусняшек принес, держи, — парень протянул пакет с бананами, мандаринами, конфетами и прочими сладостями. Я улыбнулась, но в душе насторожилась: что дальше? — Спасибочки, мне очень приятно. Жаль, не могу пригласить тебя в дом. — Да, понимаю, всякое бывает. А почему ты живешь с дядей, а не с семьей? — Долгая история, если честно. — Ну, надеюсь, они живы? — Надеюсь… — размыто ответила я, следя за реакцией парня. Выглядел он слегка разочарованно. Похоже, таки прав был Фельмарк насчет этого типчика. И снова мне кажется, что где-то меня обманули. Хотя всё проще: я не разбираюсь в людях и точка. Ну, что поделаешь. После провалившейся попытки овладеть какой-нибудь информацией обо мне и моей семье Славик еще пару минут поддерживал видимость активного разговора, но вскоре поспешно ретировался, сославшись на какие-то неотложные дела. И как я раньше на замечала всю странность его поведения? Впрочем, Тальников меня мало волновал. Гораздо больше меня беспокоил дедушка Гриша, которого я не видела, казалось, уже целую вечность. Конечно, Ярик с ним регулярно общается и оповещает меня об их разговорах, но как же не хватает этого спокойного мудрого голоса, который способен решить, кажется, любую проблему, ответить на любой вопрос. Казалось, я уже не дождусь встречи со своим самым верным другом. Кстати говоря, за всё это время дедушку спокойно могли выгнать из его же дома, или ещё чего похуже, но пока что всё спокойно… В чём же тут подвох? Фельмарк покровительствует, или же что-то другое? К сожалению, узнать я не могла, потому что звонить/писать Косте было попросту страшно. Почему-то мысль о личной встрече с одноклассником пугала меня гораздо меньше, чем разговор по телефону или переписка. Хотя, может, дело в том, что вживую я хотела поговорить с ним совсем о другом… На следующий день я проснулась с твёрдым намерением стать, наконец, смелее. Хотя я не думала, что этот обычный с виду четверг станет решающим во многих смыслах. После вкусного завтрака из быстрой гречки и чашки вкуснейшего кофе я решилась пойти к дяде и просить у него разрешения вырваться на часок из дома. Предлог придумала по пути к его комнате. Вообще мы почти не общались в последние дни после той ссоры, и идти на мировую было для меня ещё одним испытанием. — Привет, Вить, можно войти? — после тихого стука я осторожно приоткрыла дверь его домашнего кабинета. — Как будто ты уйдёшь, если я скажу нет. Заходи, — не слишком эмоционально отозвался дядя. — В общем, в последнее время у нас всё пошло как-то не так. Я знаю, что ты желаешь мне только добра и всё делаешь для моего же блага, честно. Но иногда ты забываешь, что меньше, чем через неделю я стану совершеннолетней. То есть, у меня уже есть хоть какие-то мозги и чувство самосохранения. Так вот, я очень ценю твою заботу и извиняюсь за то, что заставляла переживать за меня, просто доверяй мне немного больше, ладно? — мой наполовину продуманный монолог закончился и повис где-то в воздухе. Дядя отвлекся, что уже хорошо. — Я понял тебя. Но это не значит, что твои поступки и скрытность приняты и оправданы. Не спорю, у меня тоже есть свои секреты, но на то есть более чем веские причины. Ладно, Эмилия. Посмотрим, что будет дальше. Что-то ещё? — строгости крёстного можно было позавидовать. В тот момент я бы сказала, что он военный, а не программист. — Э-э… Да. Пожалуйста, отпусти меня на один час, мне очень надо встретиться с подругой. Я одолжила у неё несколько пособий и теперь она требует их обратно в срочном порядке. — Врать и не краснеть, кажется, мой новый талант. — Ты чувствуешь себя лучше? — прищурившись, спросил дядя Витя. — Да, намного. — это, кстати, чистая правда. — Если я засеку время, ты придёшь вовремя? — Без проблем. — Ладно. У тебя один час. — смягчился, наконец, Витя. — Спасибо, я не подведу! — воодушевленно воскликнула я и быстренько удалилась в свою комнату, пока крестный не передумал. Не долго думая, я посмотрела на погоду, потом на свой гардероб и выбрала максимально комфортные и теплые, но в то же время хоть частично симпатичные вещи. Конечно, кроме пуховика Фельмарк всё равно ничего не увидит, но женская натура — она такая… Быстренько глянув на расписание школьных звонков, я подсчитала самое удобное время для того, чтобы выйти из дома и дойти до школы за несколько минут до окончания уроков и таким образом остаться незамеченной. Довольная собой, я выпила чашку обалденно пахнущего чая и отправилась наконец-таки в путь. Когда несколько дней сидишь дома, всегда возникает странное ощущение при выходе на улицу. Такое, будто тебя тут не было давным-давно и ты пропустил что-то важное, даже если из изменений только большее количество людей в шапках. Я ждала Костю у его машины. Так как дядя Витя дал мне всего час, и треть времени уже истекла, ожидание не радовало меня от слова совсем. Ведь наши с ним отношения в последнее время оставляют желать лучшего, так что каждая минута на счету. Легкий снег плавно оседал на машину одноклассника, и она постепенно начала сливаться со всем вокруг. Когда я уже начала замерзать, послышался школьный звонок. Я слегка поморщилась от ненавистного звука, но подумала, что учиться осталось всего ничего, и настроение поднялось. Я стала в более укромное место, чтобы меня никто не видел, так как это было бы как минимум странно. Костя почему-то не спешил. У меня даже закралась мысль о том, что его вообще не было в школе, но тут он появился на горизонте. Причем вместе с Ангелиночкой. Я бы даже начала нервничать, если бы так чётко не помнила слова Фельмарка о том, что он чувствует ко мне. Если это был не блеф, конечно. Тем временем парочка приблизилась к машине, а я максимально вдавилась в какую-то стену. — Так что, Костичка, поедем к тебе сегодня? Я уже простила тебя, не волнуйся. Ты такой напряженный в последнее время, тебе определенно надо расслабиться, — сладким голоском заверяла одноклассница. Аж противно, честное слово. — Ангелина, я же раньше говорил, что ничего не будет у нас. Поверь, с тех пор мало что поменялось. Ты красивая, привлекательная, но не для меня. Лучше обрати внимание на Тальникова, мне кажется, он по тебе сохнет, — устало произнес мафиози. Кажется, уже не в первый раз. — Достал, козел. Вы с Тальниковым на пару увязались за уродливой ботаничкой, а она вас во все дыры имела. Катись к ней, мудак! — шпильки девушки громко и как-то обиженно застучали по асфальту. Впрочем, ничего нового. Переборов кое-как свой дикий страх, я вышла на свет. Точнее, на глаза однокласснику, хотя пока он стоял спиной ко мне и искал ключи от машины, кажется. — Привет… — слишком тихо произнесла я, но он всё равно меня услышал и обернулся. — Эми, что ты здесь делаешь? Что-то случилось? — Нет, всё нормально. Точнее… — я умолкла, подходя ближе и подбирая правильные слова, потому что всё, что я готовила раньше, как-то забылось. — Я не могу так. Неправильно было отказывать тебе, потому что ты прав. Но и соглашаться было тоже неправильно, понимаешь?.. — Не очень, если честно. Но если ты здесь, я могу повторить свой вопрос… — я как-то оказалась между машиной и телом Фельмарка, и бежать уже было некуда. Сомнения в моей душе никуда не делись, но решение было принято уже давно. — Не стóит. Просто скажи мне, что я об этом не пожалею, — наши взгляды встретились. Я видела отражение своих глаз в этой знакомой зеленой бездне. И постепенно я начинала верить, что этого не случится. Что я не буду рыдать в подушку спустя два-три месяца. — Никогда. Слышишь? Никогда я не позволю тебе страдать из-за меня. Ну, а если это всё-таки случится… Напомни мне, что я полный идиот, ладно? — Это всегда пожалуйста. — я неловко улыбнулась. Ситуация в целом становилась слишком неловкой. — Так я могу пригласить тебя на наше первое свидание? — Что ж, попробуй. Но сначала подвези, пожалуйста, домой. У меня осталось десять минут, чтобы дядя не растерзал меня. — Так почему стоим? Залетай! — Костя галантно открыл мне дверцу машины, и я наконец оказалась в тепле. Спустя несколько минут мы уже ехали по дороге, а на фоне играла «Tell me who». Если закрыть глаза, то казалось, что я в каком-то клипе или даже фильме. — Just tell me who… — невольно подпела я, как тут песня сменилась на какой-то низкосортный репчик. И такое иногда слушаю, но как по мне, это больше тусовочная музыка. А в холодное время года в машине хочется чего-то более атмосферного. — Мне показалось, или ты подпевала той попсовой фигне? — Это не фигня, а божественная музыка, вообще-то. О вкусах не спорят… -… О вкусах кричат, ага. Ну да ладно, это не так важно. — Вообще-то важно, но ты полюбишь эту музыку. Просто ты ещё не слышал «свою» песню. В любом стиле можно найти песню, которая придется тебе по душе. — Допустим, я тебе поверил. И когда у нас будет вечер музыки? — уже более заинтересованно спросил мой новоиспеченный кавалер. Боже, он действительно мой парень. Как я до этого докатилась? — Когда-нибудь будет, — вздохнула я. — Но сейчас есть дела поважнее. Ты знаешь, Славик недавно объявился. — Тальников? Я тебе уже говорил, что он тот ещё урод? — Да, что-то такое припоминаю, но доказательств пока что-то нет. Тем не менее, ведёт он себя действительно странно. — Хм, вот тебе такой факт: он закончил школу ещё несколько лет назад. Я вспомнил его, потому что он учился со мной в старой школе и закончил её, когда я был в классе восьмом. Кстати, он был в компании элиты. Так что он у тебя делал, говоришь? — Да так, зашёл поговорить. Делал вид, что беспокоится и всё такое. Довольно странно, конечно, учитывая, что меня нет в школе довольно давно. Пытался выудить какую-то информацию о моей семье, родителях и т.д., но я делала вид, что ничего не знаю или не понимаю. Он расстроился и по-быстрому свалил. — Так-с, что нам это даёт? Похоже, в твоей семье действительно не всё так просто. — Ну, как и в твоей. Что там с твоей встречей с мамой? — Ну, если честно, это разговор не на пять минут. Но если коротко, то она многие годы следила за мной и папой, и в то же время мой отец следил за ней… Короче, только я был не при делах. И твои родители принимали самое серьёзное участие в этой драме. — Кажется, ты теперь знаешь о них больше, чем я. — Я бы им не понравился… Как и твоему дяде, это теперь тоже прояснилось. — Он запретил мне общаться с тобой, а я согласилась стать твоей девушкой, хотя раньше мы с дядей жили душа в душу. Так что тебе придётся завоевывать не только моё доверие. — С этим уж как-нибудь разберёмся… Мы приехали, Эми, и у тебя осталось две минуты. — О-о, спасибо огромное. Может, хоть сейчас мы с ним обойдемся без ссор. — Надеюсь, это не про меня? — А-ха-ха, расслабься, не в этот раз. Слушай, Кость, я пока пойду в дом, а ты проверь, пожалуйста, моё окно и всё там вокруг на наличие жучков, ладно? Как-то неспокойно после паломничества Тальникова. — Конечно. Молодец, что подумала об этом. Я вышла из машины и направилась к подъезду. Пунктуальность, в целом, не мой конёк, но сегодня я пришла прямо очень вовремя. Наконец я увидела на лице у крёстного искреннюю улыбку и проблески доверия, которого в последнее время так не хватало. И в честь того, что в наших с дядей взаимоотношениях настал негласный мир, он решил объявить день семьи и завалиться вместе смотреть фильмы, как в старые добрые времена. Моя слабая попытка отказаться, сославшись на подготовку к экзаменам, не прокатила, но я и не была против провести несколько часов с моим самым близким на тот момент родственником. Выбор пал на что-то лёгкое и доброе: «Полночь в Париже». Только вот Костю пришлось отправить домой (кстати, вопрос о том, где он сейчас живёт, засел у меня в голове, но спросить я не успела). Следующие пару часов прошли в очень уютной атмосфере и подействовали, казалось, лучше любых лекарств. Кроме того, что влюбилась в Париж (хотя и раньше мечтала там побывать, как и большинство девушек, думаю), я осознала для себя кое-что важное: мы можем любить какое-то время в прошлом и мечтать там оказаться, но жить нужно сегодняшним днём. Просто потому, что лучшие вещи случаются с нами в настоящем. Главное — не упустить их в погоне за будущим или воспоминаниях о прошлом. Жаль, что чаще всего мы слишком поздно понимаем (, если это вообще происходит), что родились именно в этом временном отрезке не просто так. Несмотря на новые мысли в моей голове, настроение уверенно застыло на отметке «волшебно», теплый чай с имбирными пряниками грел душу и желудок, а отношения с дядей снова вернулись к домашне-доверительным. Он сказал, что снова увидел во мне ту самую родную племяшку Эмильку. Не уверена, что до конца поняла, чтó он имел в виду, но было приятно. Мне было разрешено пойти в школу тогда, когда я сама буду готова и праздновать совершеннолетие так, как я захочу. После этой новости крёстному пришлось терпеть порцию самых искренних и сильных обнимашек, но надеюсь, он их тоже любит так, как я. Когда я уже думала, что вечер закончился (ведь сами знаете, глубокой осенью-зимой темнеет рано и кажется, что ночь наступила ещё часов в восемь), завязалась переписка с Фельмарком. Я решила удостовериться, что он не обиделся, когда я мягко отправила его куда-нибудь и заодно узнать ситуацию с его отцом и жильем. Я заподозрила неладное ещё тогда, когда он довольно долго не отвечал на моё сообщение. А когда он попытался перевести тему, то мои подозрения даже сформировались в слова. «Только не говори, что живёшь в машине» «Да нет, я не настолько мазохист. Ночую в хостеле неподалёку и подыскиваю небольшую квартиру в аренду. Уже почти нашёл. Думаю, ты удивишься» «Считай, уже удивлена. Ладно, но ты ведь не сможешь жить в съемной квартире вечность?» «Ну, потом поступлю, получу общежитие…» «Это, конечно, не разговор для сети, но ты уже определился с поступлением? Хочешь уехать отсюда, или всё же нет?..» «Конечно, у меня есть кое-какие мысли, но вариантов несколько, и я хочу узнать, что собираешься делать ты, потому что отношения на расстоянии меня не устраивают» «Приятно слышать. Или видеть, не знаю. Давай тогда поговорим об этом завтра, ладно? И заодно про дела мафиозные, да и семейные тоже. Ты, кстати, нашел что-то сегодня тут у меня? " «Да, твоя интуиция не подвела. Я заеду после школы и всё расскажу, ладно?» «Конечно, только позвони сначала.» «Без проблем, до завтра, Эми» Я закрыла ноут и мечтательно зажмурилась. Не думать о Фельмарке оказалось довольно сложно. В принципе, я и раньше частенько о нём вспоминала, но больше в контексте того, что он мафиози и его семья хочет навредить дедушке Грише. Сейчас же мысли колебались от «хочу обнимашек с ним» до «девчонки в школе меня убьют, когда догадаются» и «дяде будет нереально объяснить всё это». Любой выбор означает готовность принять последствия, какими бы они ни были: будь то разъяренные одноклассницы или законные нежные поцелуи до дрожи в коленках. Я свой выбор сделала и жалеть о нём пока не собираюсь. Хотя перцовый баллончик носить всё-таки стоит, мало ли. На часах было всего десять часов вечера. Обычно в это время я брала интересную книжку и полностью погружалась в ту или иную историю. Сейчас же мне пришлось перебороть себя и взять тесты по английскому, потому что экзамены не за горами. Оказалось, что это не так уж скучно. Особенно по сравнению с историей. Сотня тестов далась мне довольно легко, на второй я уже подустала и перешла к статистике — моему любимому делу при подготовке к экзаменам. Я высчитала процент правильных ответов, потом определила темы, с которыми у меня самые большие проблемы, исходя из неправильно решённых заданий и даже прописала себе график занятий по этим топикам. И только когда я закрыла книгу и блокнот, почувствовала, что реально устала. Но день всё равно был прожит довольно продуктивно, что не могло не радовать. (Вообще-то, меня больше грела мысль о том, что Фельмарк теперь мой парень, только главное, чтобы он об этом не узнал. А то опять станет заносчивым придурком). Утром я проснулась с какой-то невероятной легкостью в душе и очень хорошим настроением. Даже не видя себя со стороны, я знала, что почти светилась от счастья. А это бывало со мной не так-то часто. У меня даже появилось настроение привести свою комнату в идеальный порядок и приготовить что-нибудь вкусненькое. Дядя тоже заметил перемены в моём настроении, но, кажется, списал их на наше с ним перемирие. А может, просто решил пока не задавать лишних вопросов. Тем временем я в процессе уборки насобирала кучу ненужных вещей, бумажек, с которыми раньше было как-то жалко расставаться. Сейчас же я чётко понимала, что это всё мне не пригодится, так что комната стала гораздо чище. А ещё я таки занялась готовкой. Сделала вкусные шоколадные кексы. Вообще-то это должен был быть фондан, но что-то пошло не так. Впрочем, получилось вкусно, так что я не расстроилась. Время прошло очень быстро, особенно учитывая тот факт, что встала я примерно в десять утра. Ну, а что, надо наслаждаться возможностью поспать, пока она ещё есть. В школу, кстати, решила пойти с понедельника. Когда впервые задумалась о ней, поняла, что даже забыла, какой сейчас день недели. Оказалось, пятница. В один прекрасный момент я вдруг поняла, что уже жду Фельмарка, даже с лёгким нетерпением, хотя уроки ещё даже не закончились. Но Костя, будто почувствовав что-то, написал пару сообщений о всяких школьных событиях. Славик не появлялся, некоторые учителя интересуются, куда я пропала, Боря спрашивал, как у меня дела. Последнее особенно удивило. Ну, Борис… Чуйка у него на всякие особенные события, что ли? Впрочем, с ним ещё успеем поболтать. Не успела я как следует полистать ленту скучных новостей в поисках чего-то стоящего, как телефон напомнил о своём существовании противной мелодией. Надо наконец её поменять. — Привет, я приехал. Можно заходить нормально, или по-старинке через окно? — Прости, Кость, но придётся через окно. И вообще нам лучше пока не распространяться о… нас. — Та-ак, придержи эту мысль и продолжим, когда я залезу к тебе в комнату, — связь ненадолго прервалась. Ненадолго, потому что спустя несколько секунд знакомая голова в шапке появилась в оконном проеме. Я быстро сбегала за тряпкой и постелила её под окном, чтобы Фельмарк мог оставить там свою обувь и не загрязнять мою идеально чистую комнату. Также я вспомнила о возможном нежелательном госте в виде дяди и тихонько заперла дверь в комнату, а в это время Костя наконец проник в мою уютную комнатку. — Привет, ну иди наконец ко мне, — полушепотом позвал меня Фельмарк ещё до того, как разделся. — Привет, — невольно улыбнулась я на все тридцать два и приблизилась к парню. Моему парню. Дальше были обнимашки, потом немного обнимашек, а в конце ещё обнимашки. Ладно, ладно, поцелуи тоже присутствовали. Не могу отрицать очевидных преимуществ своего
