Лесная темень, Драконий рык

Люси стояла у окна в коридоре второго этажа и смотрела куда-то вдаль, между домов. Ночной воздух был богат ароматами близко расположенного леса: он струился из неплотно прикрытого окна и теребил одежду девушки. Было тихо. Большинство жителей уже спали, а те немногие, кто бодрствовали, либо патрулировали улицы, либо готовились к утренней торговле. Деревья лениво шуршали листьями, где-то стрекотали цикады. Ничего не напоминало о кошмаре, прячущегося во тьме. — Не спится? Хартфилия вздрогнула и обернулась. Саламандер виновато улыбнулся, сообразив, что появился слишком внезапно и напугал её. — Да... Не могу выкинуть из головы произошедшее... Нацу облокотился о стену, помолчал немного, раздумывая, с чего бы начать. — Люси, я хочу тебя о кое-чём предупредить. Заклинательница вопросительно посмотрела на него. — На завтрашнюю охоту идут только маги S-класса. — Что?? Но я тоже хочу сражаться! Я много читала книг о разных существах, в том числе и о химерах, мои знания могут пригодиться... — Нет. Я запрещаю. Люси разозлилась. — Хочешь сказать, моей силы недостаточно, чтобы сражаться?? — И это тоже. — Нацу, я тренировалась с Кадмионом перед отъездом, теперь я сильнее!.. — И что? Наш противник — монстр Зерефа! — Драгнил заговорил чуть громче и строже. — Пусть он и похож на чудовищ из твоих книжек, но на самом деле между ними нет ничего общего!!! Ты остаёшься здесь! — Прекрати меня ни во что не ставить! Я тебе не балласт, я тоже могу драться! Саламандер навис над девушкой мрачной тучей, заставив её непроизвольно отступить на один шаг и упереться спиной в стену. — Ты. Останешься. Здесь. — Нет!! Секунду он смотрел в её глаза, а потом спросил: — Мне тебя связать, чтобы за нами не увязалась? — Прекрати думать обо мне как о ни на что не годной слабачке!!! — Я так не думаю! Люси опустила взгляд. — Тогда что ты обо мне думаешь? Нацу не сдержал приглушённый смешок. — Обещаешь остаться тут? — Нет! — она упрямо вскинула голову. — Я иду с ва... Драгнил крепко ухватил её за подбородок и поцеловал. Люси едва не забыла, как дышать, постепенно тая от странного чувства, распустившегося у неё груди. Этот поцелуй словно перевернул весь её мир, едва не свёл с ума. Прядка волос Саламандра щекотала лоб девушки, его правая рука провела по её щеке, перешла на плечо и легонько сжала его. — Ты никуда не пойдёшь, — обожгло губы Хартфилии горячее дыхание Нацу, — я не сомневаюсь в твоих способностях, но в этой битве у меня не будет времени ещё и тебя защищать. Послушай меня! — потребовал он, увидев, что девушка быстро отошла от поцелуя и опять собирается возразить. — Я не прощу себе, если с тобой что-то случится. Или с городом. Твоя магия больше пригодится здесь, а не на открытом пространстве, поэтому останешься тут... — Ладно, — сдалась она. Драгнил мягко улыбнулся. — Спасибо. Хэппи тоже останется с вами. Саламандер уже давно ушёл, но Люси продолжала также стоять у окна, прижав кончики пальцев к губам. "Я сделаю всё, чтобы ты признался мне в любви, Нацу... Стоп, а он хоть знает, для чего существуют поцелуи и что они значат? — ей на ум тут же пришло недавнее хвастовство Грея, якобы он может соблазнить любую девушку и пытается научить этому Драгнила, — как-то я в этом сомневаюсь... Чёрт, Нацу, с каких пор ты такой непонятный??" *** Грей медленно пришёл в себя. В ушах звенело, голова стала тяжёлой, мысли путались. Открыв глаза, он на секунду подумал, что потерял зрение. Потом из темноты постепенно вырисовалось пятно света из окна находящегося сверху, позади Фулбастера. Проморгавшись, он разглядел каменный пол и стены. И массивную железную дверь напротив. Сердце предательски ёкнуло. Тюремная камера. Грей почувствовал, что его руки подняты вверх, и попробовал резко опустить их, но не смог. Его запястья обхватывали широкие наручники с прокладкой из крепкой жёсткой кожи, цепи от которых были соединены с двумя кольцами в стене, из-за чего руки сильно тянуло вверх и в стороны. Приподняться и встать на колени, чтобы рукам не было так больно и неудобно, тоже не получилось: на бёдра надеты плотно прилегающие железные браслеты, соединённые более толстыми цепями с полукольцами, вмурованными в каменные платы пола. Получалось только чуть-чуть подтянуть колени к груди. Цепи натянулись и неприятно лязгнули. Грей, закусив губу, стал пробовать сложить ладони вместе: так он сможет колдовать, а, значит, и сломать цепи льдом. Приложив нечеловеческие усилия, он до последнего надеялся: сейчас получится. Но нет. Не вышло. "Ну, ничего, ночь кончится, я проснусь, и всё будет хорошо", — ледяной маг был уверен, что спит. Он уже успел привыкнуть к своим излишне реалистичным, жутковатым снам. Было ошибкой считать, что череда кошмаров прекратится, ведь один хороший сон явно был чистой случайностью. Тишина. Изредка звякали звенья, когда Грей пытался принять более удобное положение. Наконец, глаза окончательно привыкли к темноте, и он увидел, во что был одет. Чёрные свободные штаны, не стесняющие движений, удобные ботинки на толстой подошве, странный нагрудник, оставлявший полностью открытыми живот и часть спины, что-то наподобие необычного тёмно-серого плаща, не имеющего верхней части и пристёгнутого к ремню штанов, белый тонкий длинный шарф, чёрные изящные наплечники и единственный знакомый предмет — серебряный крестик. Откуда-то ему было известно, что нагрудник полностью нейтрализует магию, основанную на электричестве, шарф выдержит недюжинный вес, а в этих ботинках он будет ступать совершенно бесшумно. Ещё он знал: не хватало кожаных перчаток без пальцев, переходящих в наручи со скрытыми клинками, Арбалета и ножа на бедре. Без оружия было страшно непривычно. Снова зазвенели цепи, когда Грей опустил голову, слегка сгорбившись. Самостоятельно сон оборвать он не сможет, так что остаётся лишь ждать. Пятно света никуда не двигалось. Луны на небе не было: на это указывал слишком тусклый свет. Минуты складывались в часы, и ничего не происходило. Тот, кто сковал и запер Грея в камере, не появлялся. Камни были холодными, почти ледяными, но для закалённого мага это не имело значения. Фулбастер закрыл глаза, пытаясь уснуть. Вдруг это поможет проснуться в реальности?.. Шли минуты в абсолютной тишине... Неуловимо что-то изменилось. Сначала Грей вовсе не обратил внимания, но потом открыл глаза и обеспокоено завертел головой, пытаясь понять, что не так. Запястья жгло огнём. Камни больше не источали холод: они стремительно нагревались. Фулбастеру стало труднее дышать в раскалённом воздухе. Что бы кто ни говорил, но ледяному волшебнику на солнцепёке так же, как и всем остальным людям, не стоит долго находиться. Слишком высокая температура конфликтует с холодом, с магией внутри волшебника. Ничем хорошим это обычно не заканчивается. Грей еле слышно застонал и склонил голову набок, не в силах сделать хоть что-то, чтобы прекратить муки. Жара становилась невыносимой. Пот градом катился с обнажённых участков тела, волосы облепили лицо и шею, появилось нестерпимое желание немедленно стянуть всю одежду и срочно найти прохладное место. Желательно небольшое лесное озерцо с ледяными ключами на дне. Фулбастер изо всех сил дёрнул руками. Цепи издевательски лязгнули и натянулись, но не поддались. Воздух продолжал нагреваться, пол словно превратился в раскалённую сковороду. Грей упёрся подошвами в выступы плит и приподнял ноги, насколько позволяли кандалы, чтобы хоть немного избежать прикосновения к камням. Даже сквозь плотную ткань штанов пол обжигал. Хуже всего было затёкшим обожжённым рукам и спине: отстраниться от горячей стены не представлялось возможным. Он выгнулся, стараясь дотрагиваться до стены доспехом и широким поясом, но не кожей. Тем не менее, руки оставались прижатыми к камням и покрывались серьёзными и крайне болезненными ожогами. "Я больше не выдержу..." — мелькнула паническая мысль. Магия закипела в крови, пытаясь защитить хозяина от жара, но сделала только хуже: разница температур тела и воздуха возросла и принесла лишь новую боль. Края одежды начали тлеть. Фулбастеру всегда было нипочём пламя Нацу, он с лёгкостью переносил любые погодные условия, но этот магический жар, проникающий до костей, который будто плавил мясо и сжигал кожу изнутри — такой пытки ему ещё не приходилось испытывать. Волшебство внутри полыхнуло, Грей потерял от неожиданности над ним контроль и закричал от внезапной волны дикой боли. Местами на ободранной, покрытой свежими ожогами коже образовалась ледяная корка, оставляющая глубокие кровоточащие царапины и ссадины. Лёгкие пылали, каждый новый судорожный вдох приносил всё больше страданий. Боль достигла своего апогея, и Фулбастер, резко оборвав очередной невольный крик, потерял сознание. Очнулся он опять в той же камере. Стало намного светлее: за решёткой окна был разгар дня. Убийственный жар исчез. Грей снова закрыл глаза, не желая смотреть на своё истерзанное чужой магией, обгоревшее тело. Боли не было, и в волшебнике проснулось любопытство. Неужели он теперь лишён возможности что-либо чувствовать? Удивительно, но кожа была цела. Никаких признаков и напоминаний вчерашней пытки. Разве что она стала бледнее, чем обычно. Грей завозился, вновь пытаясь вытянуть руки из наручников, справедливо опасаясь новой экзекуции. Запястья вскоре начали болеть. Больше он ничего не добился. Цепи полыхнули жаром. Фулбастер вздрогнул и стиснул зубы, еле сдерживая проклятия, так и рвущиеся с языка. Камера вновь нагрелась, на этот раз намного быстрее, чем ночью. Жара опять стала почти невыносимой, как вдруг пропала. Уже успевшую согреться кожу обожгло мертвецким холодом. Дыхание вырывалось из груди клубами пара, камни стремительно покрылись инеем, и температура вновь подскочила. Казалось, ещё жарче быть не может, но становилось всё хуже. В воздухе образовалось марево от источающих адское тепло камней, из-за духоты закружилась голова, сухая кожа местами начала обгорать. 'Подчинись мне'. Грей мотнул головой, в надежде избавиться от скрежещущего, причиняющего дополнительную боль, голоса. 'Поклянись, что будешь подчиняться мне, и я освобожу тебя'. — Акнология... — узнал его Фулбастер, — ты ничего не добьёшься... Я не поддамся... 'Так в этом уверен?' Пламя хлынуло из щелей между камнями и жадно набросилось на беззащитного волшебника, будто живой ненасытный многоголовый хищник. 'Поклянись в преданности, — громко рычал голос под оглушительные крики и лязг цепей, — поклянись исполнять мои приказы'. — Да пошёл ты!!! — рявкнул Грей и судорожно глотнул воздуха. Огонь обвился вокруг него, заживо пожирая мага. Фулбастер каким-то чудом смог создать доспех изо льда, оградивший его ненадолго от пламени. В эти секунды без боли он потрясённо отметил, что огонь не причинил ему особого физического вреда. Ожогов было совсем мало, пусть и болезненных. 'Потому что горит твоя душа, глупый человечишка!!!' — захохотал чёрный дракон. Ледяная броня разбилась. 'Сколько же ты продержишься?' Пламя заплясало на груди и обвилось вокруг шеи наподобие ошейника. 'Тебе нужно сказать лишь одну фразу...' — Я никогда её не произнесу, так что не утруждай себя!!! '...повторяй за мной...' Грей откинулся на стену и ещё раз рванул никак не поддающиеся цепи. Лёгкие снова пылали. Со стёртых запястий потекла кровь. '..."Я клянусь в вечной преданности Акнологии, дракону Конца Света, и передаю ему всю власть над собой"...' Фулбастер ответил яростным шквалом ругательств. 'Тогда оставайся здесь, человечишка. Я никуда не спешу'. *** Камера окрасилась в оранжевые тона. Было раннее утро. Грей с трудом открыл глаза. "Что за бесконечный сон... Неужели... неужели это последствия моей бессонницы?.." — пронзила его догадка. Блаженная прохлада. Цепи коротко звякнули, и Фулбастер поморщился от резкого звука. Сколько уже прошло дней? Кандалы неожиданно сильно сдавили бёдра и запястья мага. — Что теперь? — прохрипел Грей. Через тело словно прошла молния, заставив его сначала выгнутся, а затем обессилено повиснуть на цепях. Ассасин коротко выдохнул от боли. 'Нравится? Это будет продолжаться очень долго, пока ты не сломаешься...' Следующий удар током был мощнее. 'А ты упрямый'. — У тебя больше дел нет?? Аайй! — Грей тяжело задышал. 'Ты по-любому будешь подчиняться мне. Раньше или позже...' Фулбастер криво усмехнулся, вздрогнув от новой молнии. — Посмотрим, облысевшая ящерица. 'Знаешь, хамство до добра не доводит. Пожалел бы себя хоть чуть-чуть'. Следующий удар был более продолжительным. 'Должно быть, ощущения невероятно яркие. Ты ведь уже ослаблен пламенем...' — Садист... Я же сказал, ты ничего от меня не получишь! И уж тем более подчинение!.. 'Посмотрим'. По краям доспеха засияли маленькие белые символы. Грея снова тряхнуло от удара током, но боли не было. Вокруг его тела образовалось защитное силовое поле. 'Чёрт-те что. Такого доспеха в реальности не существует, — раздался раздражённый голос Акнологии, — отвечай, кто дал его тебе для снов?' — Даже знай я что-либо, всё равно бы не сказал, — Фулбастер с надеждой покосился на свою одежду. 'Всегда можно вернуться к проверенному способу'. Железо медленно начало накаляться. В ту же секунду крестик Грея слабо сверкнул, и волшебник провалился в темноту. *** Страшно было открыть глаза. Казалось, что всё вокруг нереально и, стоит лишь пошевелиться, как приятные ощущения и чувство безопасности исчезнут. И снова появится тюремная камера... Запястья саднило от исчезнувших наручников, на плечах горели ожоги, всё тело болело... Но он продолжал упрямо лежать и надеяться, что пытки не начнутся, наручники не сомкнутся на его руках, раскатистый хохот Акнологии не возвестит о новой волне магического жара... Грей медленно сел на кровати и осмотрелся. Нет, это уже точно не сон. Он был в той комнате, которую выделила мужской половине команды заказчица. Нацу уже куда-то ушёл, а Кано спокойно спал на своей койке, скомкав одеяло и скинув подушку на пол. Фулбастер спрятал лицо в ладонях и глубоко задышал, приходя в себя. В незавидное же положение он попал. С одной стороны — Нацу его действительно покалечит, если Грей возобновит "неделю бодрости", с другой — он не сможет ничего рассказать Саламандру. Ну не в характере ледяного волшебника жаловаться на что-либо! Да и не факт, что Нацу ему поверит. Ему самому не слишком верится в происходящее. Акнология проникает в его сны и пытается... Стоп, не то... Грей нахмурился. Почему сразу Акнология? Он же... видел Делиору... Или нет?.. А что кто-то от него хотел?.. — Вот попал, — пробормотал он, — похоже, мне действительно снятся обычные сны, раз я их почти сразу забываю... Ощущение множества ожогов на теле пропало. Осталось лишь лёгкое жжение в горле, но это он, наверно, просто простудился. Жгло ведь ещё в Магнолии… — Грей! — из-за приоткрывшейся двери высунулась лохматая розовая голова. — Хорош с самим собой разговаривать, нам идти пора! — Иду! — СТОЯТЬ! — зашипел Нацу и сильно сжал дверь, едва не вывернув косяк с куском стены, — ОДЕНЬ ХОТЬ ТРУСЫ, ПРИДУРОК!!!! Всё последующее утро Грей старательно отворачивался от Драгнила. Видно, совестно стало за попытку выскочить в коридор нагишом. *** — Так Кано владеет ещё и гаданием? — удивилась Эрза. — Да, — Нацу уверено шагал по улицам, следуя напутственным указаниям водного мага, — правда, предсказания забирают у него много сил, но зато они всегда сбываются. И кажется мне, что Синица тоже владеет этим волшебством. — Она тебе сказала? — отчего-то удивился Грей. — Нет, интуиция, — Драгнил подозрительно глянул на друга. — А ты знаешь точно? — Эээээ... Мне Змия сказала, думаю, она не ошибается, — смутился Ледяной. — Она видит по особому, для неё не проблема определить магический потенциал... — Извини за бестактность, но, — Титанийская замолчала на пару секунд, подбирая слова, — разве Змия умеет разговаривать? — Умеет. Исключительно зрительными и слуховыми образами и исключительно мысленно, — Фулбастер чуть сдвинул брови и прикрыл глаза, — трудно объяснить. Иногда бывает сложно понять, чего она мне пытается сказать. Хотя, в большинстве случаев я её прекрасно понимаю. — У тебя глаза стали ярко-голубыми и светятся, — будничным тоном сообщил ему Саламандер, — ты бы не общался с потусторонними силами на людях. Со стороны смотрится довольно странно. И глупо, с магической точки зрения. Грей спрятал руки в карманы, удерживаясь от соблазна всё время смотреть на мир глазами Змии. Эта странная способность оказывала влияние не только на зрение, но и на слух: он начинал слышать дыхание всех людей вокруг, биение их сердец, шуршание аур и ещё много чего. Неописуемое чувство. *** Тихий свист. Ответное уханье. Нацу прижался спиной к скале и задышал глубоко и ровно. Сердце забилось медленнее, и в такт его биению Саламандер начал плести заклинание. Пространство вокруг загустело, звуки и краски мира потускнели, а перед глазами вспыхнули магические линии Астрала. Никогда ещё ему не приходилось создавать настолько сложное заклинание с таким количеством условий и особенностей. Поэтому он полностью сосредоточился на работе, не обращая внимания на происходящее вокруг. Издалека донёсся знакомый рёв. Где-то в лесу появился недавний знакомый — химера. Эрза взяла в руки копьё Жрицы Первородных, которое до этого было прислонено к дереву. Оружие отозвалось мелодичным гулом, наконечник заискрился серыми разрядами. Один удар, один шанс. Титанийская провела пальцем по рунам Древнего языка на рукояти и на секунду закрыла глаза. Перехватив копьё поудобнее, она замерла в тени, полностью готовая и собранная для единственной атаки. Прыжок, короткая перебежка, пригнуться, пропуская над собой длинные острые когти, раскрошившие стволы деревьев в щепки, снова бежать, петляя пьяным зайцем по лесу. Химера душераздирающе завыла, вновь не успев схватить надоедливого человека и убить. Грей не удержался и показал ей язык, разозлив ещё сильнее. Тренировки не прошли даром: после долгого забега с препятствиями он почти не устал. Осталось совсем немного… Солнечный свет резанул по глазам, деревья расступились, и Фулбастер вылетел на открытое пространство. Впереди была слегка холмистая степь, начинавшаяся сразу за скалами и обрывом. Последний рывок – и он скатился вниз по откосу, миновав заготовленную ловушку. Химера выскочила из леса и принюхалась. Злые глаза нетерпеливо блестели: зверь понимал, что на такой местности долго скрываться не получиться, и вскоре дичь сама появиться. Грей нашёл под ногами сухую ветку и с громким хрустом разломал её. Стоило химере обрадовано рвануться на звук, как земля под её ногами вздрогнула и вспыхнула множеством рун и линий. Нити, сплетённые с помощью Совершенного и Древнего волшебства, разом оплели лапы химеры. Чудовище рванулось, магия затрещала, но выдержала. Серая вспышка, и вульж прошил химеру насквозь, раздирая её тело разрядами молний и разрушая ауру по очереди срабатывающими рунами. Химера издала приглушённый свист и рухнула на землю. Грей высунулся из своего укрытия и выстрелил из Арбалета специально заготовленным для химеры болтом. Серебряный болт наполовину вошёл в голову чудовища и мощный разряд чистой магии льда потряс умирающее существо, не оставив ему возможности регенерировать. — Получилось, — с нескрываемым облегчением констатировал Нацу. — Да, — кивнула Эрза, с хрюпом вытаскивая оружие из мёртвой химеры, — всё благодаря Грею. — Эй, я же толком ничего и не сделал… Саламандер фыркнул. — А кто её выследил и заманил сюда? Кто, рискуя шкурой, по лесу бегал? — Ты бы справился с этой задачей не хуже. — Не думаю, чтобы ты смог приморозить химеру достаточно крепко, чтобы Эрза максимально точно могла кинуть копьё. — Сомневаешься в моих способностях? — Нет, просто твоё дело – бегать, а моё – заниматься делом. — Я не вызывался бегать! — И что? Зато поставил рекорд бега от монстров… Небось от страха, да? — Ну-ну, мне это говорит тот, кто всё это время отсиживался под прикрытием двух ментальных щитов и скал? — Я занимался делом! — Я, прикинь, тоже! — Прекратили оба! — не выдержала Эрза, — вы когда-нибудь перестанете ругаться без конца? — Он первый начал! — Я??? Ящерица, у тебя амнезия. Или старческий маразм? — Нарываешься, Отмороженный?? Титанийская схватила Нацу за шкирку. — Что за детский сад! Саламандер пробормотал что-то невразумительное, вывернулся из руки Алой и отвернулся. Грей втихомолку ухмыльнулся, пока друг не видит. Раздался звук, будто что-то разбилось. Тело химеры стремительно обращалось в пепел: целым остался только белоснежный скелет, смотревшийся так, словно уже пролежал здесь пару веков. В грудине было идеально круглое отверстие, а на земле валялись осколки сине-коричневого шарика. Над остатками шара медленно клубился чёрный туман. — Это ещё что? — пробормотала Эрза, поднимая копьё. — Не подходите, — предупредил Нацу, вытаскивая меч и делая пару острожных шагов в сторону скелета. Неожиданно пустые глазницы химеры засветились, и она распахнула пасть, выдыхая поток серого воздуха. Чёрный туман исчез, и из осколков молниеносно вырвалась чёрная стрела. Среагировать не успел никто. Грей покачнулся и упал на колени, прижимая руку к груди и кашляя. Там, куда вонзилась стрела, на белом плаще появились чёрные разводы. — Грей! — Драгнил обхватил его за плечи, не дав повалиться на траву. — Ты меня слышишь?? — Вытащи её… — прохрипел тот. Чёрно-белое оперение задрожало в такт его дыханию. — Сейчас, — Нацу помог ледяному магу лечь на бок, — Эрза, у тебя есть что-нибудь мелкое и острое? Титанийская молча вызвала из своего подпространства остро заточенный маленький кинжал, почти игрушечный. — Потерпи, будет больно… Фулбастер кивнул и сжал зубы. Глазницы химеры в последний раз злорадно сверкнули и погасли. *** — Думаю, это было что-то вроде стрелы Мести, — задумчиво предположил Нацу. — В смысле? — Грей поморщился. Говорить и дышать всё ещё было сложно: рана благодаря Саламандру затянулась, но внутри горело огнём. — Если бы охотник был один, он бы поплатился за свою победу жизнью. Нам повезло, что отправились втроём, — пояснил Драгнил. — Знаете, я была уверена, что не вкладывала в бросок всю магическую энергию, — слегка нахмурилась Эрза, — но ощущение такое, будто истратила почти всё. — Неудивительно. Химера тянула из всего вокруг магическую силу. В прошлый раз она была голодна и у неё не хватало сил, чтобы создать заклинание Поглощения, поэтому Люси, Кано и Хэппи не пострадали, но сегодня они могли погибнуть просто находясь поблизости. — Тогда почему жители ещё живы? — недоумевал Фулбастер. — Если она забирает магию, значит, не было нужды скрываться от охотников, убивать, используя когти и так далее. — Возможно, она насыщалась силой, а потом уходила куда-то отдавать эту силу и тратить на что-то. Потом возвращалась за новыми порциями. Я не знаю. Эй, погоди, ты уверен, что сам сможешь идти? Нацу отпустил руку Ледяного и приготовился подхватить его, в случае чего. — Да, — Грей покачнулся, но устоял. — Забираем награду и уходим? — спросила Эрза. — Больше всё равно ничего не узнаем. Поэтому – да. *** — Я уже знаю, — опередила волшебников Синица. — Мне рассказали птицы, а они услышали от леса. — Круто, — оценил Хэппи, продолжая порхать вокруг Саламандра: соскучился за полдня. — Что ж, насчёт вашей награды… Я бы хотела кое-что уточнить. В Заказе этого не написано, но я собиралась кроме денег ещё отплатить вам предсказанием. — Предсказанием? — не понял Нацу. — Это как? — Я вижу несколько путей, по которым может пойти человек. В моих силах показать вам один из них, самый вероятный на данный момент, — старейшина уселась за стол, — если решите узнать, завтра перед уходом я проведу таинство. — Я не хочу знать своё будущее, — тут же отказался Кано, — я и сам немного его вижу, мне достаточно. — Хорошо. А вы? — Синица посмотрела на остальных. — Я тоже не хочу, — Хэппи смущённо замялся, — это будет нечестно по отношению к Шарли… — А мне интересно, — заявил Нацу с хитрой ухмылкой. — Мне тоже интересно, — Люси немного нервничала, находясь с Саламандром в одной комнате. Грей пожал плечами. Эрза задумалась. — Нацу Драгнил, Грей Фулбастер, Эрза Алая и Люси Хартфилия, — Синица внимательно посмотрела в лица стоящих перед ней волшебников, — помните, будущее не всегда может оказаться радужным. Подумайте ещё, а завтра утром дайте мне точный ответ: готовы вы или нет.