Просто загадай желание, кретин...

Жизнь и смерть, тьма и свет, добро и зло — вечное противостояние с самого сотворения мира. Но у природы свои законы, и несмотря на всю возню «хороших» и «плохих», для поддержания баланса ни одна из сторон никогда не сможет одержать окончательную победу. Без одного невозможно существование другого, и мне, магическому существу, очень хорошо известно это непреложное правило. Вселенная не выносит дыр и пустот в своём полотне мироздания и старается сразу же их заполнить. Искорени зло в одном месте, и оно обязательно переродится во что-то столь же уродливое, если не хуже, только в другом месте. Для вселенной совсем не принципиально, чем именно заполнять подобные дыры, она барышня сама себе на уме. Поэтому за балансом и следят другие ребятки. Высшие. Знакомо звучит, правда? Да, я возвращаюсь к своим баранам. Тем самым, которые недолюбливают меня и, попутно упиваясь собственным могуществом, всячески портят моё существование. Хотя мои напыщенные недотоварищи тоже не последняя инстанция. По сути, Высшие — лишь смотрители этого мира. В начале всего их назначили справедливо и беспристрастно следить за сохранением равновесия во вселенной. Оттого-то моя ситуация и видится мне такой курьёзной. Ведь именно по милости безрассудных действий этих самых «справедливых и беспристрастных» я и очутился здесь. До сих пор не зная, что задумали Высшие (да и разбираться во всей этой чертовщине в данной ситуации было некогда), я просто задавался вопросом, в курсе ли начальство Высших о творящемся со мной? И если да, то захотят ли они вмешаться и помочь мне или эта больничная палата станет моей личной точкой невозврата? Почему невозврата? Джин не должен желать чьей либо смерти, даже если объективно этот кто-то её заслуживает. Лишь одно тёмное, осознанное намерение убить, рождённое в глубине чистой души, может отдалить Джина от его истинной сущности. Расплата за подобное преступление против собственной природы неминуема. Высшие в таких вопросах беспощадны, никаких вторых шансов, никогда и ни для кого. Да, прямо сейчас я не хотел убивать Тень, понимая, что тем самым на место этой сущности приведу в мир новое зло. Но видя страдания Ангела и его подопечного, представляя, как будут навсегда исковерканы жизни и изранены души друзей Донхёка, если тот погибнет, я осознавал, что у меня просто может не остаться иного выбора, как только уничтожить эту мглистую тварь. А у Высших за такие фокусы лишь одна награда, казнь. Конечно, убийство, это крайняя мера. Я пока ещё не настолько отчаялся, чтобы отрекаться от своей сущности Джина. В моём магическом арсенале есть другие, более мирные способы решения задачи по спасению смертного и небесного создания. Я был полон решимости не отдавать Донхёка этой Тени, чего, к сожалению, не скажешь о моих силах на реализацию задуманного. Но именно для этого я и создал круг. Я посмотрел на ребят, нервно переминающихся с ноги на ногу. Прошло уже несколько минут, как круг замкнулся, и хотя всё это время я был занят на ментальном уровне, для парней пока не происходило ровным счётом ничего из того, что можно было бы физически ощутить или увидеть. Таращась друг на дружку с немым вопросом: «Чувствуете что-нибудь?», они отрицательно покачивали головой и, кусая губы, бросали на меня вопросительные взгляды. Неизвестность выводила их из равновесия. Они чувствовали себя глупо, доверившись мне, но как и было велено, послушно стояли и держались за руки. Все, как один, лелеяли в своих сердцах надежду на то, что только одно это простейшее действие может спасти их друга. Хотел бы я, чтобы всё действительно было так легко, и Донхёк очнулся лишь от того, что мы просто подержались за ручки… Неожиданной волной накатили эмоции. Я знал, что этот яркий истерический всплеск неизбежная побочка от пребывания в новой, такой человечной оболочке, но легче от этого не становилось. У людей не разум правит балом, а чувства. Вот и мне стало невыносимо горько от происходящего. Высшие, как же нелегко быть человеком со всеми его метаниями и сомнениями… Но, я ведь справлюсь? Словно почувствовав мою внутреннюю дрожь, Чжунэ ободряюще сжал мою ладонь. Я покосился на него. В ответ эта здоровенная детина подмигнула мне, отчего мне незамедлительно захотелось треснуть его, но руки были заняты. Не пинать же мне его ногой, в самом деле? Словно прочитав мои мысли, Чжунэ гордо ухмыльнулся. Такое неподходящее моменту ребячество с его стороны, но чувствуя эту молчаливую поддержку, я немного выдохнул. Груз ответственности за чужие жизни никуда не делся, но на сердце стало чуточку легче. Я вдохнул поглубже и мысленно оборвал всю свою рефлексию. Что за нюни, Джин? Пора браться за дело! Как только круг замкнулся, я принялся выжидать, чтобы ауры ребят притёрлись друг к дружке (чтобы ускорить процесс, я мягко успокоил их стихии, так и норовящие поконфликтовать между собой). Теперь же, добившись успеха в этом, я перешел к следующему этапу. Начал по крупице тянуть энергию из каждого из них. Очень осторожно, почти ювелирно, так, чтобы не нанести парням серьёзного ущерба. Из их уникальных светящихся частиц я стал плести узор — вязь скрепляющего заклинания, ту особую разновидность, что подвластна лишь Джинам. Вокруг нас образовалась полупрозрачная сфера, и как только Тень заметит её, то сразу же попытается пробиться и разорвать круг, но она всё равно должна будет задержать, невзирая на его личные силы и способности. Сколько я смогу удерживать защиту в нынешнем положении, это уже другой вопрос… Чану удивлённо ойкнул, вскидывая голову: — Г-горячо… — Тихо! — шикнул на него Ханбин, хотя выглядел не менее ошарашенным. Как только я закончил плести узор, наши тела стали единым организмом. Проводником для циркулирующей по кругу энергии. Ауры тихо потрескивали, волосы трепал лёгкий сквозняк, а жжение в ладонях нарастало, постепенно становясь всё более и более ощутимым. — Спокойнее, парни, — напутственный шепотом произнёс Бобби, обращаясь уже ко всем ребятам. — Чжини ведь нас предупреждал, что так будет, верно? Просто нужно немножко потерпеть… — шепот резко оборвался, и, вздрогнув всем телом так, будто его ударило током, Бобби заорал что есть мочи: — Блять! Чжини! Почему так больно-то?! Ханбин фыркнул наблюдая за своим парнем: — Лучше молчи, олух. Нам всем больно, если ты не заметил. Бобби посмотрел на вспотевший лоб Ханбина и сокрушенно вздохнул: — Я просто хотел всех подбодрить… — Знаю, — вымученно улыбнулся лидер, одаривая его своим нежным взглядом. Бобби кивнул и, откинув всё напускное, вновь стал серьёзным. Он сосредоточился на бледном лице Донхёка, и по нашей с ним связи я ощутил острый коктейль из страха и вины. Приглушенно, но до меня долетали отголоски мыслей ребят, и все без исключения почему-то чувствовали свою ответственность за случившееся с другом. Глупые мальчишки, ну что вы могли сделать? Единственный, кто смог бы распознать зло, подобравшееся слишком близко — это я. Но я был слишком занят собой, поглощён прошлым и Кирианом, чтобы обратить внимание на истинную природу недомоганий Донхёка. Это я не досмотрел. Частично вина за произошедшее на мне. Но нельзя позволять себе отвлекаться на это, не сейчас. — Ээ…ребят? — неуверенно протянул Юнхён, всматриваясь мне куда-то за спину. — Кажется наш менеджер очухался… Прислушиваясь к возне позади себя и поняв, что Юнхён прав, я цветасто выругался на смеси древних языков давно почивших цивилизаций. Как же не вовремя здоровяк решил проснуться! И самое главное, ведь не должен был. Рано! — Слушай, а ты не можешь снова провернуть ту штуку? — быстро спросил Чжунэ. — Ну, усыпить его или что ты там сделал до этого? — Нет, в данный момент я занят другим, — расплывчато ответил я, не вдаваясь в подробности о том, что нельзя прерывать цикл связующего заклинания, пока оно не станет полностью стабильным. Мне нужно было всего каких-то несколько минут, чтобы сделать это, и тогда бы я смог утихомирить мужчину не в ущерб кругу. — Что… — раздался хриплый неуверенный голос менеджера. Откашлявшись, мужчина смог подняться на ноги, но пока что его шатало из стороны в сторону. Дезориентированный, он хватался за спинку аскетичного больничного кресла. — Что происходит? Я спал? И… — тут видимо он наконец-то рассмотрел наше странное занятие. — Какого чёрта вы делаете?! Парни уставились на меня в ожидании инструкций. Я выругался повторно, но уже про себя. — Не позволяйте ему дотронуться до меня или до вас, иначе он может пострадать, — постарался я сказать максимально спокойно. Но на это как-то не повелись. — И как же ты прикажешь нам это сделать?! — раздраженно прошипел Юнхён. — Заболтать его не получится. Взгляни на нас, мы же выглядим, как чёртовы сектанты! Ещё и руки у всех заняты… Чану перебил его быстро затараторив: — Всё, он идёт-идёт-идёт! — Хён, пожалуйста, не горячись и выслушай нас всех, — начал говорить Ханбин своим особым лидерским тоном, интересно переплетая занудные нотки вместе со стальными. — Всё это выглядит странно, но если ты позволишь объяснить… Лидер возложил на себя миссию переговорщика, но для этого уже было слишком поздно. Полностью восстановив равновесие и получив обратно контроль над своим телом, мужчина сразу же (что было вполне ожидаемо) ринулся ко мне. — Не знаю откуда ты такой взялся, парень, но на этом всё! — как-то чересчур агрессивно заявил здоровяк, зависая где-то сзади над моей макушкой. — Ты больше не подойдешь к ребятам! Это ясно? Давай-ка на выход! Я попытался увернуться, но массивная ладонь всё же легла мне на плечо, припечатывая своим весом. Если бы я стоял к менеджеру лицом, то, наверное, увидел бы недоумение в его глазах. Ведь стоило ему коснуться меня, как в палате воцарился настоящий хаос. Ребята, напуганные моими предостережениями, принялись истерично кричать практически одновременно. Гомон из голосов слился в одну единую истеричную тарабарщину, но я всё же смог вычленить несколько фраз: — Хён, нет! — Не трогай его! — Отпусти Чжинхвана! Чёрт, ты не понимаешь! Секунда. Вторая. Ничего не происходило и на мгновение стало тихо. Ребята так же быстро умолкли, как и начали вопить. Чуть расслабившись, они принялись бросать на меня обвиняющие взгляды. Все, кроме Чану. Младший вообще зажмурил глаза, как только все принялись орать что есть мочи и пока что не рисковал их открывать. Правильно, Чану, ещё ничего не закончилось. Рвануть могло в любой момент, поэтому я замер и дышал через раз. — Что за чёрт, Чжини? — первым немой сцены не выдержал Бобби. — Ты же сказал, что наш менеджер может пострадать… — Заткнись и не шевелись, — процедил я настолько зло, что он вздрогнул и обижено поджал губы. — Шутки закончились, а до вас всё не доходит. — Вот именно! — подхватил менеджер со смешком. — Поиграли со мной и хватит! Клянусь, парни, если это всё скрытая камера, то я вам такое расписание составлю в отместку, что вы даже дух перевести не сможете! Мужчина с силой сжал моё плечо и потянул на себя. Энергия круга резко всколыхнулась. Так дракон приподнимает голову и, раздувая ноздри, принюхивается к тому, что посмело его потревожить… — СТОП! — заорал я первое, что пришло в голову. На удивление это сработало. Менеджер остановился, но руку не убрал. Упрямый здоровяк! Я постарался объяснить: — Круг не позволит причинить вред тем, кто внутри, но вы снаружи, понимаете? Если вы, менеджер-ним попробуете увести меня, ничего не получится. Вас либо убьёт, либо… Естественно он мне не поверил. — Парень, да ты реально бредишь! Мужчина снова рванул меня на себя. Энергия от этого действия вновь разбушевалась, и мои ладони обожгло с новой силой. Ребята в свою очередь принялись поголовно морщиться и шипеть от боли. — Хён, вызови охрану! — вдруг попросил Чжунэ. — Охрану? — удивлённо переспросил менеджер. — Да, — Чжунэ нервно облизал губы и принялся на его взгляд виртуозно врать. Выходило неуклюже, но он действительно старался усыпить бдительность мужчины и заставить того уйти из палаты. — Хён, ты прав, этот парень реально на всю голову отбитый! Знаешь, мы ведь правда всего лишь хотели подшутить, но похоже Чжинхван действительно верит во всё, что говорит. Приведи охрану, и, может, тогда до него дойдёт… — Ну-ну, — отозвался менеджер. — Он сумасшедший, а вы здоровенные детины всего лишь жертвы, так выходит? Ещё скажи, что руки вам всем клеем намазали, вон как прихватило. В общем, хорошая попытка, Чжунэ, хотя и неудачная. — Он снова сосредоточился на мне: — Давай, топай… На этот раз менеджер рванул меня с такой силой, что потянул за собой и остальных ребят. Равновесие нарушилось, и, пока я пытался его восстановить, энергия круга вырвалась наружу. Дракон определился с целью, расценив менеджера как угрозу. Круг захотел уничтожить мужчину. Пытаясь спасти этого идиота, я взбрыкнул и, резко откидывая голову назад, особо не разбирая куда именно попаду, что есть мочи ударил менеджера. Взвыв от неожиданности, тот наконец-то выпустил меня из рук и рухнул на колени. — Ах ты, сволочь мелкая! — тяжело выдохнул он, при этом упрямо вцепляясь уже в мои ноги. Дьявол! А ведь почти получилось… — Теперь, я этого так не оставлю. Все опять что-то кричали, я уже не пытался анализировать речь, просто беспомощно посмотрел на Чжунэ. Не знаю, чего я ждал, и на что рассчитывал. Решение нужно было принимать мне и как можно скорее. Если не разорвать круг прямо сейчас, то менеджер может стать его невинной жертвой, но если я его разорву, то у Донхёка вообще не останется шансов на спасение… Чжунэ вдруг кивнул мне и снова, как до этого крепко сжал ладонь. И что это должно означать? — Хён, — позвал он менеджера. — Это для твоей же безопасности, правда… — Что ты несёшь? — спросил мужчина закипая от ярости, а вот до меня кажется стало доходить что именно собрался сделать Чжунэ. — Хён, знай, что мне очень жаль, хорошо? — виновато произнёс Чжунэ. Свет в палате мигнул. Энергия зациркулировала по нашим телам быстрее, вот-вот должен случится крупный выброс. — Давай! — взмолился я. — Сейчас, Чжунэ, ну же! Одновременно с моими словами круг полыхнул красным заревом и в менеджера полетели три ярких молнии. Но Чжунэ успел сделать внушительный замах ногой и первым ударить мужчину тем самым оттолкнув его к стене. Смертоносные столпы искр вместо тела менеджера пронзили пустоту и далее уже выжгли в деревянном покрытии внушительные дыры. — Я… — Чжунэ сглотнул, пялясь на неподвижного менеджера, чья голова не совсем удачно вписалась в стену. — Я убил его? Я поспешил успокоить: — Нет, максимум у него сотрясение… Всё будет нормально. Он кивнул, хотя рука слегка подрагивала, поэтому я на мгновение её сжал: — Ты спас его, Чжунэ. В этот раз он кивнул увереннее, чему я был рад. Пока ребята переводили дыхание и воцарилась тишина, Чану наконец-то решился открыть глаза. Осмотрев побитого менеджера, который был без сознания, дымящиеся дырки в полу, а затем и своих ошалелых друзей, младший из присутствующих громогласно выдал: — Ну нихуя себе вы тут устроили! Лидер, обычно морщившийся от ругательств в исполнении Чану, на этот раз не придал им никакого значения. Ребята принялись нервно фыркать над реакцией макнэ, и постепенно это переросло в облегчённый хохот. — Было страшно, — очень тихо сказал мне Юнхён, стоящий рядом. Когда я повернул к нему голову, он кашлянул: — Если честно, то я собирался отпустить руку, потому что не доверял тебе. — А сейчас доверяешь? Юнхён улыбнулся: — Ну если только чуть-чуть. Я слабо улыбнулся в ответ, но улыбка не задержалась надолго. Что-то было не так. Я прислушался к своим ощущениям. — Тень, — прошептал я. — Что? — не понял Юнхён. Я признался: — Мы с вами не единственные, кто находится в этой палате. — Я уже ничему не удивляюсь, — пробормотал Юнхён. — Это та хрень, что напала на Донхёка? — На его Ангела Хранителя, — поправил я и задрал голову. — Они прямо над Донхёком. — Вот, я же говорил! — воскликнул Бобби. — Чжини с самого начала не сводил взгляда с потолка, теперь ясно, в чём дело. — И что ты видишь? — осторожно спросил Ханбин. — Ну то есть что эта штука делает в данный момент? — Сущность остаётся на прежнем месте, — ответил я, всматриваясь в длинные мглистые щупальца, что окутывали тело Ангела стальной хваткой. — В этом и заключается главная нестыковка. — Что ты хочешь этим сказать? — поинтересовался Чжунэ. — Мы хотим понять, что происходит. Парни закивали, и я поделился своими мыслями: — Только что Круг полыхнул таким выбросом энергии, что не заметить это было просто невозможно. Пробило все слои восприятия, я в этом не сомневаюсь. Но Тень не отреагировал, а это значит… — Оно сдохло? — предположил Бобби. — Размечтался, хён, — покачал головой Чану. — Не, ну, а что? Не шевелится, значит того, откинулось… Ханбин дёрнул подбородком, и Бобби, поняв знак, тут же умолк. Лидер посмотрел мне в глаза: — Ты думаешь этот, как ты его называешь, Тень, всего лишь притворяется? Я кивнул: — Нас дурят. Точнее меня… Похоже, эта штука знает, кто я. Сразу же после моих слов Тень ожил, и по палате прокатился звук, в котором я не сразу сумел распознать такой банальный (и такой неуместный от сущности, напавшей на Ангела) смех. И это опять было неправильно. Вместо киношного шаблонного злодея с его скрипучим злорадным хохотом, я услышал… — Прости меня за эти глупые человеческие игры, Джи-и-н, — весело посмеиваясь, протянул чистый, приятный голос. — Мне было слишком любопытно, как ты поступишь с этим смертным, но получил я… — Тень вздохнул. — Весьма предсказуемый итог. Я окаменел, что видимо сказалось на выражении лица. Чжунэ тут же принялся обеспокоенно трясти меня за руку. — Чжинхван? Я не ответил. — Что с ним? — спросил Ханбин. — Я не знаю, — ответил Бобби. — Эй, Чжини, ты как? Чжунэ больно сжал мою руку: — Пожалуйста, не молчи… — Всё нормально, — кое-как промямлил я, не отрывая взгляда от Тени. — Это невозможно. Я не должен узнавать твой голос. — Конечно же, ты знаешь мой голос! — нервно фыркнул Чжунэ. Юнхён выдал задумчиво: — Чжунэ, думаю последняя фраза предназначалась не тебе. — Хочешь сказать… — Чжунэ умолк и вместе с остальными ребятами посмотрел на потолок. — Я рад, что мы не видим и не слышим эту штуку, — прошептал Чану, слегка поёжившись. — Кстати, вы заметили? Ладони больше не жжёт. — Да, — отозвались Бобби с Ханбином. — Может скоро всё закончится? — Надеюсь, — сказал Юнхён. Ладони перестало жечь потому, что я наконец стабилизировал связующее заклинание, но мне было не до объяснений. Я перестал вслушиваться в разговоры парней. На время и вовсе отключившись от них, я выстроил свою астральную проекцию под самым куполом сферы, максимально близко к Тени, чтобы пообщаться с ним. Это лучше, чем своим непонятным бормотанием вводить парней в смуту и пугать их ещё больше. — Ох, кажется, я не с того начал, — проворковал Тень. Отбросив полуживого изувеченного Ангела в сторону, словно ненужный мусор, мглистые щупальца растворились. Тень исчез, и на его месте возник Джин, которого я когда-то знал. — Давно не виделись, брат. Узнав голос, я ожидал нечто подобное, но проявить хладнокровие и спокойно вглядеться в знакомые черты удалось лишь огромным усилием воли. — Что, даже не поприветствуешь? — улыбнулся Тень в облике моего собрата. — Ты не он, — произнесла моя астральная проекция, зависая под потолком, но всё же не выходя за пределы круга. — Джина, которым ты притворяешься, давно казнили. Нас с Тенью отделяло полупрозрачное мерцающее бледным золотом кружево. Внутри круга была здоровая энергия, но за его границей энергия смерти сгущалась, то кокетливо заигрывая с Тенью, то хищно жаля тело Ангела, распростёртое на полу. — Как всегда изящно исполнено, Джин, — Тень почти с любовью вглядывался в кружево сферы, казалось он вот-вот проведёт по нему рукой, но конечно же, в последний момент его ладонь отпрянула, так и не коснувшись. —  Ох, помню-помню, распутывать твои заклинания редко кто брался. Слишком много непредсказуемых вплетений… Откуда такая тяга к импровизации, Джин? — Тень растянулся в улыбке. — Или мне теперь тебя лучше называть Чжинхван? Весьма необычно для Джина, но это ведь ты, так что… — Ты отлично притворяешься, — сказал я. — Кем бы ты не являлся в действительности, иллюзии ты создаёшь мастерски. Тень оскалился ещё сильнее: — О, иллюзии я создаю превосходно, и тем не менее это не одна из них. Знаешь, я не пользовался этой оболочкой уже, кажется, вечность, ведь то, что умерло, не должно попадаться на глаза Высшим, не так ли? За тысячи лет я отлично научился скрываться от их всевидящих очей настолько, что даже ты не заметил моего присутствия рядом с собой. Кстати, какое совпадение… — Тень посмотрел вниз на ребят. — Солнечная душа, за которой я гонялся несколько столетий, и реинкарнация твоего любимого смертного. Я прослеживаю некую иронию в том, что в этом жизненном цикле они друзья. А ты, брат? Можно подделать голос, оболочку, выдать какую-то общую информацию, чтобы хоть немного усыпить мою бдительность, но Тень знал то, что мог знать лишь мой собрат. — Вижу, ты начал сомневаться, — ухмыльнулся Тень. — Возможно, из-за того, что знаю о твоём смертном… Джины не привязаны друг к другу, как смертные. Между нами нет такой явной любви и дружбы, скорее это можно сравнить с взаимопониманием. Поэтому я не был близок с тем Джином, за кого себя выдавал Тень, но прекрасно помнил, какое преступление тот совершил. А ещё я помнил его казнь. — Хорошо, допустим, это ты, — кивнул я. — И как тебе удалось перехитрить Высших? — Никак, Джин, — самодовольство схлынуло, и в глазах Тени застыли льдинки. — Я отдал почти всё, но Высший, который контролировал процесс рассеивания, отвлёкся от моей казни. Видишь ли, один из строптивых Джинов устроил им весёлую жизнь, и понадобились все силы, чтобы остановить его. Ты ведь знаешь, о ком я говорю? Я нахмурился. Речь шла, конечно же, обо мне. — Благодаря жуткому переполоху, что ты тогда устроил, мне и удалось улизнуть, — произнёс Тень. — Точнее, той малой части, что от меня осталась на тот момент… — Твоего спасения уж точно не было в моих планах! — резко заметил я. — Знаю, это всего лишь удачное стечение обстоятельств, но всё равно спасибо. Я скривился, Тень же специально продолжил говорить ещё более приторным голосом. — Жаль, что я не мог лицезреть всё это действо своими глазами, — вздохнул он. — Но слышал, было феерично! Пытаясь спасти своего мальчишку, ты чуть не уничтожил всех Джинов, и даже Высшие не могли утихомирить тебя. Поистине, удивительно! Хотя дальнейшие показания расходятся, кто-то уверен, что Высшие в итоге справились с тобой, и я склонен верить в это, но кто-то поговаривал, что в тот день пришлось вмешаться кому-то из богов… Забавная версия, правда? Его изучающий взгляд вцепился в меня. Не в проекцию, что оставалась невозмутимой, а в мою настоящую оболочку внизу. Я тоже посмотрел. Моё тело обливалась потом из-за слишком большого расхода сил, и обеспокоенные ребята трясли меня за руки и звали по имени, пытаясь добиться хоть какого-то ответа. — Я знаю, что ты делаешь, — сказала моя проекция. Тень оторвался от картины внизу и сочувственно улыбнулся: — Было бы не так интересно, если бы не знал. Тени нужно было проверить, насколько я стабилен в своём нынешнем состоянии (о, моя слабость не осталась незамеченной с самого начала), и по тому, как со мной не торопились покончить, напротив, продолжая играться (именно он натравил на меня менеджера, разбудив и спровоцировав у того агрессию), становилось понятно — угрозой меня не считают. И всё-таки я сумел замкнуть круг, сплести охранку и выстроить проекцию, а значит, у Тени всё же присутствовало зерно сомнения на мой счёт. Своими россказнями он пытался спровоцировать меня, ожидая, что поток болезненных воспоминаний подхватит меня, ослабив круг. И нельзя сказать, чтобы он потерпел неудачу в своих попытках…