Скучно живешь, говоришь?

— Подъем! — Кто-то встряхнул меня за плечи. Сейчас я поднимусь и с закрытыми глазами надеру задницу этому разрушителю грез, ибо только во сне моя голова обретает покой! Злая мордашка с симпатичными глазами. Локи. Это имя почти всегда вызывает смешанные эмоции: то мне убить его хочется, то наброситься на шею и раствориться в его объятиях. Жаль, одно с другим несовместимо, иначе так бы и сделала. Осталось только определиться с порядком. — Еще пять минуток, — вяло проурчала я, отталкивая от себя Бога Обмана. Что? Хочу повредничать. — Намекаешь на то, что я напрасно так спешил? — подозрительно добрым голосом поинтересовался трикстер. Может, я ослышалась, или ко мне забрался другой, навязчивый, совсем неправдоподобный сон, в котором сам Бог Обмана говорит, что он...торопился вытащить меня отсюда? Юморист. Я все же открыла глаза, чтобы попробовать по выражению его лица определить: правда или нет. Но это бесполезно. Даже если у него на лбу будет мигать табличка с надписью "правда", я все равно буду недоверчиво относиться к его словам. Этот парень — хитрый лис, а я всего лишь наивный ребенок по сравнению с ним. — Ну конечно, — протянула я, — сломя голову. — Как себя чувствуешь? — Ты пытаешься заботиться? С каких это пор? — По дороге сюда читал краткий справочник "Уроки заботы" для чайников. — И как ощущения? — Подбешивает, но стерпеть можно. Такую книгу я бы сразу сжег или скормил демону. Я раскрыла рот, чтобы спросить, каким образом он меня нашел, но в пещеру заглянул Тор, а после и все остальные. — Да, Локи, в демонов ты быстро можешь вселить страх, — неудивленным тоном констатировал Тор. Его друзья разбрелись возле входа в пещеру, дабы убедиться, что никто к нам не пожалует в ближайшее время. Это я могу гарантировать. Меня по-прежнему согревала накидка Себастьяна, в кармане которой был спрятан клинок. Красивая вещь. Нужная. — Ты запомнила лицо того, кто похитил тебя? — Нет, я...когда я очнулась, уже была в наручниках и никого не видела. — Трикстер с вопросительным подозрением потянул за ткань накидки хозяина логова. — Она лежала тут до того, как я очнулась. — Просьба Себастьяна осталась в тайне. Не знаю, почему я все же решила сдержать свое слово, но выдавать его не буду. Во всяком случае, пока. — А мне удалось сбежать от демонов и жуткого, десятиметрового медведя, — немного приврала я насчет его роста, — а потом прыгнула с обрыва. — Локи посмотрел на меня, как на умалишенную, потом покачал головой и огляделся вокруг. Все чисто, никаких следов, которые могли бы привести к моему похитителю, не было. На столе Севы уже не лежала стопка книг и свитков, так как он, прежде чем уйти, половину сжег, а другую забрал с собой. Догадался ли Локи, что я обманула его и Тора, когда сказала, что никого не видела и не слышала, кроме снега да шепота метели? Кто знает, может, прозвище Бог "Обмана" дали лишь люди, и при этом оно никак не связано с обладателем сего имени? Но раз уж он не стал отрицать моих слов, значит ли это, что я не прокололась? Лгать я не мастер, но когда приходится — у меня неплохо получается. Трикстер быстро избавил меня от оков. Он протянул мне руку: я осторожно уцепилась за нее, но тут же вздрогнула, прижалась спиной к стене и сползла вниз по ней, пока не уткнулась коленями в грудь. Перед глазами снова заплясали картинки. Спойлеры, которые мне не хотелось бы увидеть. — Люди считают нас бессмертными. Стоит проверить? — В сторону от пульта. — Жалкое, ничтожное создание смеет угрожать мне примитивным оружием? Похвально, что они смогли вынести хоть какой-то урок от визита Разрушителя на их жалкий клочок земли. Но этого явно мало. Вонзаю в тело смертного, что осмелился угрожать мне, скипетр и наслаждаюсь его болезненным стоном, думаю, последним в его жизни, а моя застывшая на месте иллюзия растворяется перед растерянными глазами агента. Ничтожные создания. Возомнили себе, что смогут противостоять мне? Царю Асгарда? Локи сжал руку в кулак и убрал ее подальше от меня. В его глазах отображался гнев и...страх? Страх того, что я снова увидела его прошлое? Да, не лучшее из его отрывков жизни. Я поспешила подняться уже без чьей-либо помощи. Не понимаю... Раньше эти чертовы видения не появлялись так часто, особенно из-за прикосновений. Я целую ночь провела с Локи, прижимаясь головой к его плечу, но ничего не появлялось перед глазами, кроме того случая, когда я нарочно вцепилась в его ладонь. Может, дело в этом? Себастьян говорил, мол, Эльфгар еще не освоился, и мне следует его приручить, но, черт возьми, как? И кто мне в этом поможет? — Что ты видела? — спросил Локи, пытаясь скрыть испуг за холодной маской. — Я не помню. — Лжешь, — прошипел трикстер и, вцепившись в мои плечи, прижал к стене. Я втянула голову в плечи, как будто это могло уберечь меня от гнева Бога Обмана. — Что стряслось? — прибыл спасительный голос громовержца. Он бесцеремонно оттолкнул трикстера и загородил меня спиной. А с чего вообще Локи трясется за мои видения? Угрызений совести он не чувствовал, когда дырявил спину человека своей штуковиной. — Пойдем, — Тор повернулся ко мне, но подозрительного взгляда в сторону Локи не спускал, — отведем тебя в Асгард. Нам всем нужен отдых.

***

Тор рассказывал про Ледяных великанов, через слово добавляя, что мне посчастливилось с ними не встретиться. Да, они большие и жуткие, их тело такое же холодное и сине-серое, как скалы и горы Етунхейма, которые мне довелось увидеть. Я старалась сильно не отставать от громовержца, хотя предельная осторожность при передвижении по снегу сильно тормозила меня. Но несмотря на все мои старания, несколько раз зрение предательски пропускало мимо себя глубокие сугробы, и я до пояса проваливалась в снегу. Тор заметил мою холодную дрожь и, обругав себя за невнимательность и забывчивость, поспешил стянуть с себя алый плащ и накинуть на меня сверху. Стало теплее, значительно. Я в красках рассказала про свои одинокие приключения в Етунхейме: про демонов, которые не могли догнать меня, и которые были скормлены Ет-полярному медведю, благодаря которому мне, в общем-то, и пришлось прыгать с обрыва. Тор похвалил меня за храбрость и предложил как-нибудь сходить с ними на "очистку" мира от разбойников-нечисти, на что я категорично ответила «нет». Логика трикстера по-прежнему не находила себе объяснения. Спешил он, ага. Тогда чего ж взглядом прожигать через пять секунд после такого признания начал? Хотелось бы мне лично это спросить. — Совсем ослабла, — не переставал бурчать Вольштагг, — поди кости одни торчат. — Если я сейчас же поведаю ему, насколько сильно хочу жрать — мы ускоримся? Уж очень хотелось нырнуть в теплую постель и отключится на несколько дней. — Тебе нужно остаться с нами. У нас каждый вечер как праздник! А сегодня пиршество в честь...какого там праздника, Тор? — Не имею понятия, дружище. — Ну ладно, главное, что Асгард умеет устроить беспамятные вечера! Так, твое место будет возле меня! Убери свой указательный палец, женщина, я не потерплю отказов. — Воин по-дружески так хлопнул меня по плечу, что я едва устояла на ногах. Какой шустрый! Но мой принцип запрещает отказывать, когда дело касается еды, так что... — Я приду, хорошо. — Отлично! За тобой придет мой хороший друг и приведет к нам. Ты ведь не будешь против его компании? Я так и думал! Он хороший малый. Полагаю, мое мнение особо никого не волнует здесь. Обидно. Ладно. На этой веселой ноте я зачем-то посмотрела на трикстера. Ну не могу ничего с собой поделать — глаза так и просятся в его сторону. Он шел позади нас, упорно вглядываясь в землю, как будто тонул в своих мыслях так же глубоко, как и я проваливалась в сугробах. Несколько раз Бог Обмана бросал злобные взгляды на ладонь, словно видел в ней предателя, который рассказал тайну о своем хозяине. Он ведь не будет против, если я схожу на это пиршество с другом его брата? Черт возьми, какое мне дело до его мнения? Моего он не шибко спрашивал, когда тащил за собой в Асгард. Для себя же я решила вообще больше не прикасаться к этой истеричке. В голову снова постучались незваные мысли о Себастьяне. Кто он вообще такой? И почему обращался со мной слишком неподобающе и дружелюбно, словно я впечатлительный подросток? Он не показался мне глупым человеком(или кто он там), но оставлять пленницу одну, зная, что ее ищут асгардцы — ставит мои убеждения под сомнения. Хотя он не особо спешил закончить со своим заданием... Что ж, если его заданием было сбить меня с толку, то справился он с ним на ура. Постойте-ка... — Тор, а с какой стороны вы пришли? — возбужденно спросила я, вспомнив про демонов Себастьяна, которые на что-то ему указывали. — С Запада, — Тор неопределенно изогнул бровь, — а что? — Да просто... Глупо ли предполагать, что Себастьян ушел специально, чтобы никто и ничто не помешало найти и вытащить меня из его логова? Или это банальная трусость перед лицами всемогущих Богов? Эх... Надо меньше думать. Будь я на Земле, то давно разорилась бы на таблетках от головы.

***

— Фрай, — обратился ко мне громовержец, когда мы остановились возле странного круга с замысловатыми узорами внутри него. — Мм? — Постарайся не взорваться во время нашего телепортирования в другой мир через Бифрест, как бы сильно он тебе не нравился. — Ха-ха. Пф, говорит так, как будто я контролирую этот процесс. Мы зашли за линию круга, разрисованную многочисленными рунами. Я по привычке уставилась вверх, хотя еще ни разу не открывала глаза во время телепортирования, потому что мне так никто и не сказал: может это навредить моему здоровью или нет. Я просто запомнила слова Локи о том, что не стоит этого делать, и все тут. Мне снова пришлось стоять возле Бога Огня, хотя его молчаливость немного пугала и отталкивала. Неужели действительно задели мои видения? Но ведь он даже не знает, какой именно отрывок мне пришлось пересмотреть. Или вся его жизнь настолько пропитана чужой кровью и смертью на руках, что ничего иного видения продемонстрировать мне не могли? Все равно пришлось стоять возле него. Я почувствовала на животе руку, холод которой проник даже сквозь футболку, и как он неохотно прижал меня к себе. Ничего необычного, все ради безопасности, причем не только моей.