Скучно живешь, говоришь?

POV Локи «Не убивай». За кого она меня принимает? За такого же самоотверженного героя, как мой брат-недоумок и его друзья? Нет. Я не позволю ей видеть меня таким слабым и переполненным сантиментами, потому что еще не забыл, кем считали меня все на протяжении жизни. Монстром. Но Фрай отчаянно верит в то, что сможет переломить мою сущность и соткать новую. Ее наивность не перестает меня удивлять. Я допускаю возможность, что количество смертей в ее присутствии от моей руки сократится, но не на значительное число. Рокот этой развалины сбивал мысли с ног, которые так и лезли потоком в голову. Мы скользили по воздуху так быстро, насколько позволяло судно, но от дворца отдалились недалеко. Когда дымовая занавеса Старка почти выветрилась, солдаты рванули к другим летающим аппаратам. Следует отдать должное ему за то, что он додумался испортить их двигатели, но я не стану. Благодарить людей — не моя прерогатива. Штурвал я взял в свои руки, и недоверчивые взгляды друзей Тора только расширили мое желание разорвать на клочки их неоправданные ожидания. Солдат периодически переключал свое внимание на ту, что целиком и полностью принадлежала мне, и тогда его взгляд наполнялся сожалением. Я усмехнулся. Фрай сидела рядом и обеспокоенно смотрела вперед, практически не моргая. Ее волосы развевал сильный поток ветра. Голову она втянула в плечи и зябко закуталась в куртку. Теплолюбивое создание. — Настырный вы народ, — произнес Старк, надевая свой безвкусный шлем. На губах проскользнула ухмылка, когда память воспроизвела тот отрывок, где я сбрасывал этого пустоплета с окна его же башни. Не удивительно, что люди Одина припрятали несколько запасных летательных аппаратов. Всеотец всегда был предусмотрительным. Иначе он не забирал бы меня младенцем из Етунхейма. Ему ведь нужен был трофей, который он смог бы предложить Лафею как ключевой момент для заключения договора о перемирии между Асгардом и Етунхеймом. Устаревшие версии лодок — они обшарпанные со всех сторон и намного медлительнее, чем у нас, но... — наш корабль вильнул в сторону, — зато доступ к огнестрельному оружию так же имелся. В погоню рвануло четыре Раумнота. Нужна оборона. Старк слетел с транспорта и ринулся в атаку. Что ж, хоть какая-то польза от его присутствия. Что здесь забыл Капитан — мне до сих пор неясно. Со своим непрезентабельным щитом и патриотическим взором он вряд ли долго продержится. Горевать не стану. — Долго еще до твоей лазейки? — не сводя настороженных глаз с асов, которые нас преследовали, спросил Тор. Я не ответил. Как прибудем — сам рассчитает затраченное время, а отвлечение на пустую болтовню с ним скорости этой развалине не придаст. Почему он не помчался в бой к своему железному другу, как тогда, в Мидгарде? Ответ предельно прост. Наш паинька-мальчик все-таки будущий царь, куда ему портить свою репутацию? Хорошему правителю негоже убивать своих подданных, даже если те подняли руку против своего царя. Старк избавился от трех Раумнотов с помощью лазеров и мини-бомб. Мы пролетали в десяти метрах над водой, откуда выныривали разнообразные морские твари. Ветер стал в три раза сильнее, чем был до этого. Эми держалась за правый борт нашего судна и растерянными глазами смотрела на все происходящее. Ей страшно. Сомневаюсь, что в ее душном кабинете, где она работала, можно было переживать такие эмоции. Что было бы, если бы я все же отказался тогда от сделки Всеотца? не привел бы ее в Асгард? не сопроводил бы в Муспельвхейме? Я не знаю. Не время думать об этом. Раумнот опять подбросило от попадания в корпус. По бокам появилось пять таких же, как у нас, кораблей. Уворачиваться от атак на расстоянии стало куда сложнее. Выстрел в центр — меня откинуло от штурвала. Слишком рядом. Мы временно потеряли контроль, стремительно падая вниз, пока Джонатан не взял управление в свои руки. Джонатан. Отец Фрай явно не счастлив видеть свою дочь в моей компании. Не доверяет? Мы с ним это уже проходили и выяснили, что питаем к друг другу однородные чувства. — У меня к тебе несколько вопросов. — Завтра, — отрезал Джонатан и отмахнулся. Если ты отец существа, которое мне каким-то образом стало дорогим, это не значит, что со мной позволяется говорить в таком тоне. К сожалению, эту фразу я не успел воспроизвести вслух, потому что "собеседник" уже скрылся в соседней комнате. Плевать. Пошел за ним и, опустив реплику, где мне приходилось распинаться с извинениями, застыл у двери. — Сегодня. Тор все же направил свой молот на врагов и тем самым, возможно, пожертвовал местом на троне Одина. Поделом. — Я, конечно, всего лишь тень, — съязвил мой голос, когда я подошел к Тору, чтобы помочь в обороне судна. — Сейчас не до прошлого, Локи, — откликнулся названый брат и метнул молот в асов. Твои слабые удары, сотканные из пощады и жалости, не смогут поддерживать безопасность команды. Ужасное слово. Я привык рассчитывать только на себя. Пока мы летим в нужном направлении, так что предоставлю управление отцу Фрай. Пусть займется чем-то полезным, помимо мысленного вырывания моих внутренних органов. Из-за выстрелов нас неслабо трясло, но устоять на ногах при таких колебаниях для Бога раз плюнуть. Сражаться против "своих"? Мне не в первой, и удовольствие от этого никуда не делось. Презрительные взгляды, недовольные шепотки, которые раздавались практически каждый раз, когда я проходил рядом — полоумные асы вероятно не догадывались, что слух мой может улавливать даже биение их тщеславных сердец, стоит только сосредоточиться. Я посмотрел на Фрай. Она прижалась к своему отцу и внимательно следила за дорогой. Управлять этой развалиной стало труднее из-за многочисленных повреждений, но, думаю, чтобы долететь до нужного места, энергии должно хватить. Выстрел из скипетра, в котором заключался один из Камней Бесконечности, — щедрый подарок Таноса, — и группа врагов вылетела за борт своего судна. Им повезло — под нами все еще море. Не прекращавшееся появление подкрепления асгардской стражи настораживало. Их количество все увеличивалось, наше судно местами начало дымиться, а радиатор с неприятными последствиями зарычал под металлической решеткой. Еще один толчок. Эми неслабо подбросило на месте, она чуть не вывалилась за борт, но я вовремя успел поймать ее за рукав. Хм, как тогда, когда она впервые появилась в Асгарде, на Радужном мосте. — Дальше я сам. — Мне пришлось без подробных объяснений оттолкнуть Джонатана, так как из-за рёва кораблей и их пассажиров слова было трудно разобрать. Отец Фрай пока будет запасным вариантом. Осталось немного. Пещера в двух-трех километрах от нас. Пролетим мимо моста с огромной статуей нашего деда — стражники тут же перестанут следовать за нами хвостом. — Их все больше... — прошептала Амелия настолько тихо, что даже мне не сразу удалось разобрать ее слова. Слова, полностью пропитанные обречением и отчаянием. Я отвлекся на нее. И асы выплюнули еще один выстрел, который нанес чрезвычайно серьезные повреждения кораблю. И не только ему. После очередного падения я поднялся на ноги, чтобы дать ответный удар, но заметил лишь Фрай, которая находилась в самом конце судна. К ней подлетело двое других. Солдаты набросили на нее магические веревки, которые создали Древние, и перетянули к себе. Она не справится сама с узлами, магия, из которой они сделаны, слишком сильна для всякого, кто не готов к подобным встречам. Крик. Помочь ей мне не позволила тряска. Мы падаем. Из отсека, где рычал мотор, вывалило черное облако дыма. Фортуна сегодня явно работает не на нас. Старк из последних сил пытался удержать оборону, но многочисленные попадания по костюму стали невыносимыми, и он посмотрел в нашу сторону. Я метнулся к Эми, но решающий выстрел снова отрезал мне путь, зато открыл его для Роджерса. Он швырнул свой непригодный щит в солдат, но от этой груды металла проку было так же мало, как и от его хозяина. Щит лишь покалечил одного из асов, и с явно невыполненным долгом вернулся в руку Капитана. Лодка, на которой сидела пленница, отдалялась от нас со стремительной скоростью, и силуэт Амелии я едва различал среди высокорослых асов. Джонатан уже не держал штурвал, ему было плевать. Широко распахнув глаза, он смотрел на отдаляющиеся корабли, где держали его связанную дочь. Дым все быстрее исходил наружу, сквозь серые клубни мне кое-как удалось разглядеть землю, с которой мы неизбежно столкнемся. А это кто? Старк? Он посоветовал нам держаться покрепче, а сам вцепился за задний корпус Раумнота. Потянул на себя, пытаясь остановить падение или хотя бы смягчить его. Я успел перехватить ненавистный и презрительный взгляд Джонатана, а потом наш корабль сквозь облако собственного дыма разлетелся вдребезги, и тьма поглотила в себе видимость моей реальности.

***

— Ее забрали из-за тебя! — Кулак Джонатана прошелся по челюсти, моментально приведя в чувство, и на этом он останавливаться явно не желал. Смотрел на меня затуманенным ненавистью взглядом, отчего не понимал, что от выбросов таких сцен дочь не вернуть. Его остановил Роджерс, вцепившись в того со спины и удержав руки. Мы разбились прямо под мостом(какая ирония), и, судя по тому, что марионетки Всеотца не остались, чтобы добить нас и доставить на блюдце с золотой каемкой, изначальной их задачей было не предотвратить побег предателей, а забрать ту, что повязанная по рукам и ногам стояла на весах моей свободы. В этот раз Один все просчитал. Почти. Грязь, поднятая нашим транспортом, вскоре осела, и представился более четкий вид на дворец Асгарда. Кровь в жилах еще не остыла от произошедшего, а ярость, давившая на мозг, рекомендовала выпустить ее на ком-нибудь из присутствующих. Тор в силу привычки отлично подходил для этой роли, но он еще пригодится. Фрай забрали. Одна и та же заведенная на тысячу раз мысль вертелась в голове. Что с ней сделает Всеотец? Казнит. Дрогнет ли у него рука от такого приговора? Нет. — Я говорил, что с тобой ей будет небезопасно! — стараясь вырваться из хватки Солдата, продолжал браниться Джонатан. В котелке, как бы назвала эту часть тела Фрай, все еще царил хаос, и все мысли предательски разлетелись по щелям, как трусливые крысы. Без Амелии и силы, заточенной в ней, нам не одолеть Вольдемара. Это вторая причина, по которой мне придется выпустить кишки тех, кто отобрал ее у меня. — И именно ТЫ не отмоешь кровь моей дочери со своих рук! Я убью тебя, ублюдок, отобравший последнее, что у меня осталось! — Джо, уймись, — скомандовал Тор и подошел к нему. Усмешки на губах не вызвало даже то, что и моего любимого брата осыпали бранью и проклятиями. Лицо Тора так же, как и у остальных, было покрыто сажей. Пара царапин на руках, отбитый позвоночник у Роджерса — что еще может порадовать прямо сейчас? О, не знаю, наверное, захлебывающиеся в собственной крови солдаты, похитившие Амелию. Чтобы сочинить достойный план по изволению Фрай, нужно было собрать осколки идей во единое целое. На глазах ее отца выступили безутешные слезы, у него едва оставались силы, чтобы пытаться выбраться из хватки Солдата. — Казнь, скорее всего, будет назначена на утро. — Я заговорил твердо и равномерно, не показывая своего страха за смертную. — С чего такое решение? — Ты хоть раз видел толпу народу у виселиц вечером или днем? Нет. Ты прекрасно знаешь, что родители не всегда успевают переловить своих детей, чтобы те не забивали голову зрелищным представлением с отрубанием частей тела. — И что предлагаешь делать? — Судя по глазам, Тор уже начал догадываться о моей идее. — Медальон, — я равнодушно протянул его "брату", — перенесет вас подальше от Асгарда. Сомневаюсь, что если вы будете балду пинать, то за вами не вернутся прихвостни Одина. — В Етунхейм, — сказал Джо и дернул плечами, чтобы избавиться от Кэпа. Нотки ненависти в голосе никуда не исчезли. Возможно, имеющийся шанс вызволить Эми пробудил в нем рассудок. — А я спасу свою дочь. — Против утроенной стражи тебе не пройти, — сдержанно просветил я, невольно сжимая кулаки. — Предлагаешь свою кандидатуру? Сбежишь, и поминай тебя лихом! — Локи пойдет, — впервые вовремя вмешался Тор и подбросил медальон Вольдемара. — Та пещера в Етунхейме, кажется, принадлежит тебе? Нам нужно укрытие, когда они вернутся. Отведешь нас туда. — Но... — Джо, я ему доверяю, — отчеканил по слогам Тор, махнув рукой в мою сторону. Лжет. Нет смысла терять времени. Не дожидаясь напутственных слов, я стукнул скипетром о рыхлую землю: вместо него появилось длинное копье; мой костюм скрылся под асгардскими доспехами; глаза стали голубыми; кожа лица поменялась на более смуглый цвет. Легкая щетина раздражала, но, чтобы сделать внешность максимально неузнаваемой, придется принять весьма нервирующие моменты. — И как ты собираешься попасть потом в Етунхейм без медальона? — Я нашел тайные тропы еще до твоей первой коронации, забыл? Найду дорогу. — Но если ты предашь нас...предашь ее, — начал угрожать отец Фрай, медленно подходя ко мне. Старк и Роджерс сверлили меня теми же недоверчивыми и холодными взглядами. — Убьешь меня? — с мефистофельской усмешкой я перебил его и закончил фразу. — Очередь займи.