Скучно живешь, говоришь?

There's a room where the light won't find you Holding hands while the walls come tumbling down When they do, I'll be right behind you So glad we've almost made it So sad we had to fade it Everybody wants to rule the world Everybody wants to rule the world Everybody wants to rule the world Lorde–Everybody Wants To Rule The World

Когда ты осознаешь, что в твою ДНК впечатывается древний артефакт, созданный тремя эльфами больше тысячи лет назад, то обратного пути нет и этот процесс предотвратить нельзя. Ты чувствуешь, принимаешь эту силу в себя и ощущаешь, как она вживается в каждую клетку твоего организма, как приливает быстрым течением дикий восторг; слышишь, как она говорит о том, что ты в каком-то смысле становишься неуязвимым. По крайней мере, теперь убить тебя не так просто. И ты в это веришь. Последний раз я видела Ящик Пандоры, когда Вольдемар, отбросив от себя старого друга, — моего отца — сунул небольшую шкатулку во внутренний карман кожаного колета. Чтобы добраться до нее, мне нужно было в первую очередь дотащиться до Локи. В одиночку без всякого козыря, спрятанного под пазухой, вернуть ценный артефакт не получится, а задатков самоубийцы у меня с роду не было. По крайней мере до встречи с трикстером. От Теней, с которыми Бог Обмана сражался большую часть времени, не осталось и следа: их прозрачные, черные пятна, напоминавшие кляксу, бессознательно распластались на земле вольной позой, как упавшие на пол покрывала. С младшим принцем меня разделяли какие-то полсотни метров — расстояние, которое я не так давно пробежала под проливным дождем, спасая свою облепленную невезением задницу от навязчивых придурков с непристойными намерениями. Правда, сейчас задача немного усложнялась: путь преграждали около дюжины адских псов вперемешку с тупоголовыми демонами, но, сохраняя Эльфгар в руках и твердую уверенность в себе, можно было добиться большего. Я целеустремленно двигалась в пункт назначения, ловко увиливая от клыкастых пастей церберов с омерзительным благоуханием, и меня совершенно не смущал тот факт, что большую часть времени приходилось отражать их атаки, топчась по бесчисленным трупам сегодняшней битвы. Иногда мне казалось, что разум освобождал Эльфгару почетное место управления моим телом, и тот проделывал такие штуки, о которых я даже от Локи не чаяла увидеть! К примеру, одного адского зомбаря, находящегося в паре метров от меня, я сложила, как гармошку, и отправила его в преисподнюю, то есть обратно под землю, откуда он и вылез. Двум другим я совершенно равнодушно открутила головы и вставила их в... ну, вы поняли. Надеюсь, Хель не обозлится на меня, когда увидит, с каким удовольствием я выставила жителей ее мира на посмешище. Вы сами представьте! Орет на тебя благим матом голова, торчащая из задницы. Как тут удержаться? Ладно, двигаемся дальше. Последней преградой на моей дороге в неуверенной позе застыла самая бесполезная фигура на полигоне — многострадальный демон, которого я моментально отфутболила в прямом смысле этого слова. Все стремительно катилось в тартарары. Хельхейм — место и без того далеко не радужное, но допустить восставшим духам своевольно бродить по другим мирам, до смерти запугивая невинных жителей, было нельзя, посему нужно с этим как можно быстрее заканчивать. А вариант был только один. — Фенрир, — мой немой голос быстро добрался до ушей волка через все поле, — нужно оцепить территорию. — Больше слов не потребовалось. Просьба была принята без отлагательств. После моих слов белоснежный предводитель армии Хель грозно завыл, содрогая землю своим ревом, и подопечные Фенрира, включая огромного змея Ермунганда, послушно перегруппировались. Оставшиеся в живых наши церберы выстроили что-то типа замкнутого круга, и главной их задачей сейчас выступало: не пропускать через себя агрессивно настроившихся против нас существ. Вольдемар, кстати, так же, как и Джо, по-прежнему находившийся без сознания, числился в нашей изолированной адскими псами зоне. Его довольная ухмылка не предвещала ничего хорошего, однако Эльфгар воздвигнул высокую непробиваемую стену, сквозь которую страх впредь не сможет добраться до меня и опустошить весь запас уверенности. А магия все сильнее приливала к сердцу... Уставшие, но бесподобные Линда со Стивом помогали нашим церберам и Фенриру отражать нападение слуг Вольдемара. Рыжая уже неплохо орудовала щитом Капитана Америки, когда тот кидал его для защиты от стрел из арбалетов демонов. В глазах непохожей друг на друга парочки блестела несвойственная им жестокость и беспощадность. Старк все кружил в воздухе, с периодичной регулярностью опускаясь к земле, чтобы сбить с ног построившихся в кучу зомбарей за пределами нашего круга. Остальные три взгляда были строго направлены на возомнившего себя царем девяти миров Вольдемара. Тор первый выставил на него молот, откуда выскочила узкая, зигзагообразная яркая молния. Локи устремил кончик скипетра в ту же сторону, и сапфирово-голубая струя устремилась в своего высокомерного противника. Маг, довольный собой, вытянул обе руки вперед, без особых выдающихся стараний преломляя своей магией атаку асгардских Богов. Силы по-прежнему неравны, но Локи отличался хваткой памятью, посему не мог забыть о моем сообщении, которое он получил от Фенрира. Пора. Я едва заметно кивнула трикстеру, намекая на свою подготовленность добить напыщенного упыря, и подключила к могущественной дуэли Богов свою магию. Люминесцентный оранжевый непрерывный сгусток материи слегка помял уверенную ухмылку непутевого родственника Нелласа, и тот откровенно напрягся, когда я наградила его затаенно-угрожающим взглядом. Маг в спешке достал из внутреннего кармана своего наряда подаренную нам Богиней Смерти шкатулку, чтобы уравнять шансы, и воспользовался ею, дабы натравить заточённую в ней половину Эльфгара на меня, не открывая при этом дверцы деревянного артефакта. Передний гладкий камень на Ящике засветился и испустил похожую извилистую струю, но только красноватой магии. Опрометчивое решение, но мы того и добивались. Моя улыбка раздвинулась еще шире, хоть и ощущался некий дискомфорт от проделки Вольдемара. Я невольно отвлеклась на короткий крик, донесшийся за спиной, и этого было достаточно для того, чтобы позволить магу пробить мою защиту. Вопли принадлежали рыжей знакомой, на которую напрыгнул цербер. Кажется, Линда была слишком занята, помогая Стиву избавиться от выстроившейся по его голову очереди. Я шмякнулась всем телом на сложенную кучу трупов, полностью запачкав одежду в крови, и бесшумно чертыхнулась. Черт возьми! Опять отвлеклась! Хорошо хоть, что моя невнимательность не стоила мне жизни — с парой синяков на спине я со временем смирюсь. Сощурившись с недовольной улыбкой, я проследила за Роджерсом, который помогал демону подняться на ноги. Слишком мало практики. Но зато мой очередной промах смог возродить уверенность в лице Вольдемара, и именно она его и погубит. Я вернулась на свое место с новыми силами и широкой, я бы даже сказала, коварной улыбкой. Маг понял по моим ухмыляющимся губам, что безнадежно упускает нечто важное из виду. Но, когда понял, что именно, было слишком поздно. Иллюзия Локи растворилась слева от меня, подобно миражу в бескрайней пустыне, и настоящий Бог Обмана появился четко возле мага, за его спиной. Благодаря Вольдемару, оказавшемуся несколько сбитым с толку, легким движением руки Локи выхватил Ящик Пандоры, которым последователь Нелласа распоряжался неосмотрительно и крайне легкомысленно. Действовать нужно было сразу. Трикстер незамедлительно нажал на три сверкающих красным пламенем камня, направив темницу второй половины Эльфгара на Вольдемара. Дверца шкатулки с угрожающим скрипом приоткрылась и буквально набросилась на оторопелого мага. Заторможенность не вовремя у него активировалась, конечно... Локи удерживал Вольдемара свободной рукой и ждал, пока вся проголодавшаяся по живой плоти магия, заключенная в Ящике, перейдет в упитанное тело вселенской занозы, а потом разорвет того на куски, ну или хотя бы даст порядочный разряд, который оглушит его на некоторое время. Маг пытался выбраться из хватки младшего принца, брыкаясь и сыплясь проклятиями, но в рукопашном бою он сильно уступал Богу Обмана. Через короткое время шкатулка опустела. Наступила, как бы странно это ни звучало, гробовая тишина. Обе армии прекратили свой бой и застыли, направив сверкающие глаза на своих хозяев, — Локи и Вольдемара. Маг согнулся и скорчил рожу от невыносимой боли, потом закричал подобно рожающей матери, и в тот же миг смолк. Поднял красные, сверкающие от подпитки магией глаза. Он дрожал, как при внутреннем содрогании, и, кажется, совершенно не понимал, где находился. Знакомые симптомы. Стоп... Я присмотрелась к магу, вспомнила себя в Муспельвхейме в тот день и в ту минуту, когда только что приобрела Эльфгар. Тебя с головой поглощает паршивое ощущение, как будто ты только что заглотил взрывчатку и почувствовал, как горящий фитиль все приближается к своему началу; ты смотришь по сторонам отсутствующим взглядом; тебя лениво пожирает полное бессилие; ты не распознаешь землю под ногами и ощущаешь себя совершенно беспомощным... Это было как порыв. Порыв отчаяния и мучительного осознания того, что мой срывающийся крик может не успеть предупредить. В тот раз я оттолкнула Локи от себя, прежде чем "взорваться", а Вольдемар вряд ли с рождения болел непоколебимой волей альтруиста! — Локи! — Я успела лишь выкрикнуть его имя, потому что оставшиеся слова застряли твердым комом в горле. При мощном выбросе сил Эльфгара нас всех смело на землю, как осенние листья при сильнейшем порыве ветра. Вскоре очнувшись (видимо, Эльфгар успел самостоятельно поставить магический блок, прежде чем получить удар от своей "второй половинки", благодаря которому я не легла в спячку на долгое время, как тогда в Муспельвхейме), со скоростью пулемета я поднялась на ноги и, слегка пошатнувшись, сделала несколько шагов вперед. Локи лежал на спине недалеко от Вольдемара с закрытыми глазами. Защищенная слоем брони грудь Бога не поднималась как обычно при дыхании. Его не было. Магический всплеск отрезал эту возможность. Твою мать! Мои ноги подкосились на месте и чуть не вернули меня в прежнее лежачее состояние, но вовремя очнувшийся от оглушения Эльфгар призвал меня действовать разумно: сначала избавиться от проблемы, пока она уязвима и не представляет особой угрозы, а потом отдавать себя на растерзание эмоций. Я с ним согласилась и наложила недолговременный компресс на уколотое тупым ножом сердце. Оглушенный своей же несбыточной мечтой, маг, пошатываясь, стоял на коленях, слегка согнувшись и по-прежнему находясь в неведении от происходящего. Что ж, с радостью ему объясню. Популярно и на повышенных тонах. Я мазнула блестящими глазами по своим друзьям, которые, "слегка" помятые, пытались подняться на ноги. Эта битва сильно их потрепала, даже громовержца, который, на секундочку, был одним из сильнейших Богов Асгарда. Фенрир тоже приподнялся, стряхнул пыль с заляпанной кровью шерсти и, чуть наклонив голову, передал хрипловатым голосом свою мысль: «Убей». Ладонь, как по наваждению, охотно потянулась к рукоятке клинка, который я берегла для особого случая, и который, наконец, настал. Наблюдая за тем, как маг пытался смотреть по сторонам округлившимися глазами и разобраться в ситуации, мои шаги становились стремительнее и быстрее, и в конце концов перешли на бег. Пальцы сжали рукоять сильнее. Левой рукой я вцепилась в плечо своей жертвы, а потом с полной решительностью вонзила острое лезвие в грудь мага, туда, где должно было биться его черное как смоль сердце. В застывших глазах существа, отнявшего неисчислимое количество невинных жизней, застыли неподдельный страх, тихий ужас и некая форма недопонимания, за что с ним так поступили. — За мою маму, — сквозь ненавистное шипение начала просвещать я, с усилием погружая клинок в плоть, — за Йона, — на моих глазах выступили безутешные слезы; я не узнавала свой беспощадный голос, — и за всех тех, кому ты сделал больно. — Сипловатое дыхание Вольдемара растянулось вместе с медленным постижением моих слов. Он беспомощно упал на спину, поймав напоследок мой кровожадно-довольствующийся взгляд, подкрепленный помимо перечисленных чувств болью и тяжестью. Я его не убила, нет. Этим займется кое-кто другой. В этом мире ЖИВЫМ существам неподвластно принимать за себя решения: умирать или нет, даже если в твоей груди проделали глубокую дыру. Вердикт выносит лишь его королева. — Что означает эта роза на клинке? — Глаза завороженно рассматривали красивый цветок, а пальцы не спеша повторяли его изгибы. — Твоя мама обожала розы и каждую неделю приносила домой по одному-три цветка за раз. После ее смерти я попросил знакомого кузнеца сочинить какую-нибудь вещь с рисунком розы, которая будет напоминать мне о ней... Я ведь уже сказал, что он больше специализировался, как оружейник? Пришел к нему за заказом, а он мне выкладывает на стол идеально заточенный серебряный клинок... Смотрит с улыбкой, пододвигает пальцем "подарок" и говорит: «Практично и в беде не подведет. Вещь нужная — бери». Глаза тоскливо пробежались по изображенному рисунку красной от крови розы, и губы не сдержались от грустной улыбки. Мудрый, видимо, был кузнец. Провидец, что ли?.. Я обтерла лезвие клинка о черные штаны и отошла от почти убитого мною существа на несколько шагов. Ватные ноги снова подвели и понесли свою хозяйку вниз, но кто-то успел подловить меня за плечи. Обернувшись, я встретилась с карими глазами отца. Его улыбка выражала гордость и полное оправдание моей выскользнувшей из узды беспощадной агрессии. «Есть нелюди, которые ее заслуживали», — в поддержку добавил внутренний голос. Не найдя сил на оспаривание сей мысли, я зарылась носом в плечо отца и, не удержавшись, вызволила эмоции наружу. Но потом вспомнила о главном, и острые когти страха снова вцепились в мое безнадежно замученное сердце, которое только-только успело хоть немного расслабиться. Локи по-прежнему лежал без сознания, а мои тьмачисленные попытки растрясти его душу не сочлись с успехом. Я угрожала, что достану его из-под земли, если он не откроет эти наглые, изумрудные глаза и не оторвет свою божественную задницу от плоской поверхности. Я дергала его за костюм, обещая использовать рогатый шлем как горшок для растений, если он прямо сейчас не очнется. Я дала слово, что разболтаю всему Асгарду о загадочной истории его любви и обо всех интрижках с конями, которые сочинили про этого Бога наши мидгардцы, но сколько ни старайся: результат один и тот же — вопли и устрашения бесплодны. — Ты только что подписала контракт со Смертью, — раздался хитрый, коварный голос у меня за спиной. Мои глаза проследили за растворяющейся фигурой, которую только что пытались вернуть к жизни методом угроз и предупреждений, и, осознав, что меня подловили, как малолетку, я праведно разозлилась. Нет, я была просто в бешенстве. Иллюзия. Гребаный Бог Обмана! Еще бы чуть-чуть, и увидел бы, как его тело сквозь горькие слезы стискивают мои дрожащие руки! Но сейчас я не против стиснуть эти "дрожащие руки" на горле зеленоглазой сволочи. Он хочет свести меня с ума со своим вечным риском к жизни! И в этот раз откладывать план мести мне не придется. Я медленно поднялась на ноги и сбросила с плеч дрожь, а с сердца тяжкий груз. Все живы, счастливы и невредимы. Только здоровье Локи стоит под вопросом. — Я перепишу его на тебя! — Набросившись с кулаками на ожившего мерзавца, в сердцах выкрикнул мой голос. Трикстер с легкостью перехватил атакующие свирепые руки и прижал мою сопротивляющуюся тушку к себе. Я облила его с ног до головы непечатными комплиментами и пообещала утро в компании эльфов-трансвеститов. Локи довольно хмыкнул. — Я ненавижу тебя! Ты слышишь?! Отпусти меня, и я воплощу в реальность твою иллюзию! Я буду душить тебя с безумной ухмылкой палача, пританцовывая в такт классической музыке! Ты меня понял?! Отпусти! — Я весь в предвкушении, — издеваясь, ласково промурлыкал Локи, и я бросила в него свой умерщвляющий все живое взгляд, выглядывая из требовательных объятий. Где-то на заднем фоне цепочкой раздались смешки и нервное хихиканье. Одного моего свирепого рыка хватило, чтобы кучка любопытных и смелых самоубийц развернулась на сто восемьдесят градусов и свалила на безопасное расстояние. Помним. Копим. Мстим. — Скучно живешь, говоришь? — Локи прижал крепче мое невольно расслабленное тело и зарылся носом в спутанных волосах. По коже промаршировала армия предательских мурашек. Сволочь, ну как теперь вынашивать план безжалостной мести?! Ладно, черт его подери, я рада, что он жив, а повод для мести всегда найдется. Он везучий, кстати. После внепланового взрыва Вольдемара это темноволосое чудо отделалось лишь парой царапин, а еще фингалом под глазом, который находился в моих темных планах. Я обмякла в объятиях Бога Обмана и пробурчала что-то одновременно теплое и матерящееся. Больше жалоб на тему скучного и однообразного образа жизни не предвиделось. Ладони снова коснулся холодный нос Фенрира. Он смотрел на меня удовлетворенными черными глазами, по-прежнему отражая в них четко отмеренную толику преданности. — Я могла с ним общаться на поле боя. — Меня освободили от божественных обнимашек и уставились сконцентрированным взглядом. — С помощью телепатии... А еще он все время смотрит на меня, как на хозяина, — недоуменно пробормотала я. Жертвой своего допроса я выбрала Локи, так как с Фенриром, Хель и Ермунгандом он был знаком гораздо дольше, а значит, и знал больше. — Хель связала свою ауру с Фенриром и всегда находилась с ним на отдаленном расстоянии. Видимо, ты ей понравилась, раз она решила прикрепить к своим нитям и твою ауру, — подняв глаза к небу, ответил Локи. — И что мне теперь, предложение руки и сердца ей сделать? — Твоя рука мне не нужна, — я с криком подскочила на месте от красивого и в то же время пугающего голоса за спиной, — а новые сердца в коллекции не помешают. — Чувствую себя выпрыгивающей игрушкой на пружине на дне коробки с сюрпризом. Хель остановилась напротив нас, и я впервые увидела на ее губах искреннюю улыбку. Даже как-то в дрожь бросает от таких непредвиденностей... все равно что увидеть Тора без молота или Одина на табуретке. — У Фенрира заключены крепкие узы с тобой. Вы быстро друг к другу привыкните. — Думаю, я правильно сделала, что пропустила мимо мыслей реплику: «А мое мнение никого не интересует?» — Уж тебя-то он будет слушаться, — разнокожая девушка усмехнулась прямо в глаза Локи. — Зови его в любое время и в любом месте — он придет. — Богиня Смерти наградила нас еще одной сияющей улыбкой и повернулась в сторону Вольдемара, который неподвижно лежал на земле, растерянно хлопая ресницами и глядя на серое небо. Очевидно, маг не догадывался, почему все еще жив, и очень сильно жалел об этом. — До меня дошли слухи, что ты до смерти боишься огня. Это правда? — в утвердительно-хитрой форме протянула Богиня Теней, вселяя своим присутствием неизмеримый страх в застывшем сердце мага. — Мы с тобой здорово развлечемся! — Она подозвала к себе черного, как ворон, коня и затянула тугую петлю на горле последователя эльфа, чтобы привязать обратный конец на белоснежном седле парнокопытного транспорта с потрясающей шелковистой гривой. — Танос убьет вас! — очухавшись, завопил маг. — Он убьет вас всех! До последнего! И начнет он с тебя, Локи! С тебя! Хель, закатив глаза, махнула рукой, и во рту забулдыжного родственника Нелласа образовался тряпичный кляп. Царица Теней забралась на коня и, поблагодарив нашу компанию за спасение ее бесценного мира, уехала в сторону своего дворца. Фенрир и Ермунганд вместе с армией безмятежно последовали за своей королевой, волоча за собой "живых" трупов, рискнувших предать ее мир ради слепой жажды власти. Думаю, комната пыток в течение нескольких лет будет разрываться от мучительных криков и стонов изменщиков. Уж Хель-то позаботиться, чтобы никто из ее верных подданных не остался без собственной игрушки... Когда Хель скрылась с поля нашего зрения, мы синхронно переглянулись, чтобы прикинуть, какими могут быть следующие действия. — Может... в какой-нибудь паб заглянем по пути в Асгард? — предложил Тони. В его усталых глазах сияло непреодолимое желание отпраздновать нашу победу, испробовав все виды асгардского алкоголя. Идея многими была принята с особым удовольствием.

***

В Хельхейме становилось все темнее. Земля накрыла собою тысячи расквашенных трупов, подобно песочно-грунтовому одеялу, и на месте устроенного полигона образовалось обычное пятиметровое возвышение. Мы шли в обратном направлении к тайной тропе, так как медальон Вольдемара, позволяющий в один прыжок перемещаться сквозь пространства в другую точку мира, был бесследно утерян среди посеянного хаоса. Есть путь, ведущий прямиком к Асгарду, но до него придется затратить немного больше времени, чем до аномалии Етунхейма. Обычная прогулка расслабленным шагом — это уже начало заслуженного отдыха, да и о большем пока никто не осмеливался требовать. Мстители шли впереди, перебрасываясь фразами о сегодняшней битве, которая, абсолютно уверена, войдет в историю как одна из великих! — И куда ты теперь направишься? — Я осторожно подкралась к рыжему демону, но та не позволила себе испугаться какой-то человечки, с ухмылкой встречая незадачливого ниндзя. Острый слух, ага. — Домой, — без тени сомнения ответила Линда. На ее лице сияла довольная и умиротворенная улыбка. Она отомстила Вольдемару за совершенное им предательство и теперь со спокойной душой могла отправиться в вольное плаванье. Ну или без души, как у них там... — Родители, наверное, переродиться трижды успели, пока я пропадала не пойми где столько времени... — Они поймут, — я положила руку на плечо Лаперти и улыбнулась, — ты отстаивала честь семьи. — Ну а ты? Тут останешься или вернешься в свой замкнутый цепями и сводом законов мир? — усмехнулся демон, и в ее глазах мелькнул хитрый огонек. Локи настороженно смотрел на меня и, не скрывая волнения, затаил дыхание. Я пыталась найти способ ответить максимально понятно и доступно, чтобы никого не ввести в заблуждения, и, когда нашла нужные слова, попробовала объяснить: — Некоторое время мне придется пожить на Земле... — Я мечтательно подняла глаза к небу, представляя озлобленное лицо Сары, которая узнала, где и с кем шлялась все это время ее дочь и в какие истории успела влипнуть по уши, а потом тут же поморщилась. Мда уж... Надо бы прихватить с собой Джо, чтобы не получать люлей первого сорта в одиночку. И Локи, хотя, боюсь, на него Сара накинется в первую очередь, и тогда ответить на вопрос: «Кому придется помогать?» — будет затруднительно. — Потом надеюсь вернуться сюда. Впутываться в неприятности стало моей профессией и неукротимой привычкой в последнее время, так что... Да. Мечта вернуться домой и забыть обо всем, что происходило за пределами Мидгарда, нынче неактуальна. Плюс я так и не исследовала Асгард в ночное время. Может, удастся подцепить пару эльфов и натравить их на Локи? Все-таки память у меня хорошая, да и зла в последнее время не отнимать... И мстить я люблю. И обещания сдерживать. — Моя хитрая, ничего хорошего не сулившая улыбка заставила изрядно понервничать Локи. От одного упоминания об эльфах он передернулся и недовольно поморщился, видимо, представив столь романтичную картину, которую я в красках описывала ему, пока летела с обрыва в Етунхейме. Прохладный ветер, поддувавший с севера, обволакивал нас в безмятежном и таком успокаивающем настроении. Своим шепотом он затягивал зияющие раны, которые невозможно рассмотреть, не заглянув при этом в душу. А душа-то натерпелась... Но в каждой истории рано или поздно наступает конец, а каким он для кого будет — решаешь ты сам: своими руками, своими помыслами и со своими близкими. За этот промежуток времени я получила большую дозу радости в равновесии с тягучей болью, которая, боюсь, периодически будет напоминать о себе, погружаясь с головой в прошлое или в какие-то темные мысли. Темные мысли, к сожалению, пока не отлегли на дно океана размышлений, а назойливая интуиция нервно покуривала трубку в сторонке, ожидая повторной пакости от судьбы. Но, уверена, с такими непредсказуемыми попутчиками увернуться от очередной подброшенной свиньи будет не просто, но — возможно. Мы еще не раз заставим Асгард и его царя посидеть на мокром месте! В конце концов, когда тебя окружают Боги, демоны и верные друзья — ожидать можно чего угодно.