Больше, чем жизнь.

«Да что же за засранец остроухий» — весело подумал Джим, выходя вслед за Споком. — Поедем на моей машине, — не терпящим возражений тоном проговорил вулканец. — А почему не на моей? — Джим обогнал Спока и развернулся вполоборота, не прекращая движения. — Твою машину, Джим, даже в металлолом уже не возьмут, ездить на ней опасно для жизни, и развернись пожалуйста, ты можешь упасть. — Спок приподнял бровь. — Тогда ты разрешишь мне сесть за руль? — И Кирк посмотрел на вулканца, состроив свои самые жалобные «щенячьи» глазки. — Нет, Джим, не разрешу. — Строго сказал Спок. Вулканский самоконтроль немного пошатнулся при виде выражения лица человека, но внешне остроухий остался совершенно спокойным и невозмутимым. Блондин всегда гонял так, как будто участвовал в гонках "Формулы 1", не соблюдая совершенно никаких правил и напрочь игнорируя любые требования безопасности. В такие моменты Спок совершенно нелогично переживал за Джима, поэтому и предпочитал сам находиться за рулем. Совершенно прогнозируемо Джим споткнулся. Вулканец поймал блондина в самый последний момент, не дав удариться головой о пол. — Я же говорил, — укоризненно вскинул бровь Спок. — У тебя прослеживается опасная для здоровья тенденция находить неприятности на свою пятую точку. — Да ладно, Спок, не загоняйся, все нормально, — бросил Джим, садясь на пассажирское сиденье и накидывая ремень. Машина у вулканца была под стать последнему. Изящный черный внедорожник, оснащенный казалось бы всеми техническими новинками современного автопрома и безумно логичный. Конечно, Джим не знал, можно ли сказать о машине, что она логична, но ощущение было именно такое. Спок плавно тронулся вперед. Уже выехав на шоссе, вулканец краем глаза покосился на Джима. Тот, развалившись на сиденье, постукивал пальцами по ноге, в ритм музыке, льющейся из динамиков. Грейсон признавал что Джим…красив. Правильные черты лица, пухлые губы и совершенно невероятные глаза цвета неба в ясный солнечный день. — Насмотрелся? — по доброму усмехнулся Джим. — И как, нравлюсь? — Да. — просто ответил Спок, переводя взгляд на дорогу. Тараканы в голове у Кирка тут же начали танцевать зажигательную сальсу, обниматься и поздравлять друг друга с победой. «Хотя собственно, с какой такой победой?» — Подумал Джим, — «Может остроухий совсем не имел в виду того, о чем я подумал. Я же могу нравиться и в чисто дружеском ключе». — Усатые поникли и обреченно расползлись. Пока Джим размышлял о превратностях любви, Спок подъехал к дому предполагаемого преступника и припарковался рядом с обочиной. — Идем, — вулканец слегка подтолкнул локтем задумавшегося напарника. Кирк все также задумчиво дошел до двери и позвонил в звонок. Открыл им невысокий полный мужчина и, сверкая голливудской улыбкой, приветливо спросил: — Чем могу быть полезен? — Мистер Линк? Специальные агенты Грейсон и Кирк, — ответная улыбка Джима не уступала по яркости самому земному светилу. — Разрешите задать вам несколько вопросов. Мужчина мгновенно изменился в лице. — У вас есть постановление о моем аресте? — Нет, мы просто хотели задать пару вопросов, — повторил Кирк, продолжая солнечно улыбаться и про себя проклиная Кристофера, отказавшегося выдать ордер на обыск, мотивировав это тем, что видите ли, в деле недостаточно улик, указывающих на причастность Адама Линка к преступлению — Я не собираюсь с вами разговаривать, мне достаточно попортили нервы в предыдущий раз. Убирайтесь к черту. И дверь резко захлопнулась перед носом немного обалдевшего Джима. — Очаровательно, — приподнял бровь вулканец, молчавший все это время, развернулся и пошел обратно к машине. Джим, пыхтя и недовольно бурча что-то себе под нос, припустил следом. — Ну ладно, будем считать, что мы просто хотели покататься, — обреченно выдохнул он. — Надо было представиться водопроводчиками что ли, чтобы был повод обыскать дом. — Вулканец — водопроводчик это более нелепо, чем даже утверждение о том, что Земля плоская. У тебя безграничная фантазия, Джим, — усмехнулся Спок. О да, фантазия Кирка тут же подкинула ему парочку совершенно неприличных сцен с участием водопроводчика Спока — в стиле шедевров горячего немецкого порно. «Я вот тут мучаюсь, — подумал Джим, — а он...а кстати, что он?» Вулканец, судя по его невозмутимому выражению лица, решал в уме уравнение Шрёдингера. Джим обреченно вздохнул, выныривая из своей очередной фантазии и намереваясь уже предложить Споку поехать обратно, как вдруг заметил их подозреваемого, садящегося в машину. — Спок!!! Он уезжает!!! Теперь мы сможем обыскать дом! — радостно завопил Кирк. — Джим, у нас нет ордера, наше действие будет расценено как проникновение со взломом. Это незаконно, — отрезал Спок. — Мы сейчас же уезжаем. Не успел Спок запустить двигатель, как Кирк резко выскочил из машины и, оглядевшись по сторонам, направился в сторону черного хода. Вулканцу ничего не оставалось, как последовать за своим чрезмерно активным и шустрым напарником. Оставить Джима одного Грейсон не мог. Подойдя к черному ходу, остроухий увидел, что Кирк уже вскрыл дверь и терпеливо дожидается Спока внутри дома. — Я знал, что ты меня не бросишь, — расплылся Джим в улыбке и протянул пару перчаток Споку. Подвала в доме не было, что несколько ускорило обыск. На первом этаже Джим не нашел ничего примечательного и, сопровождаемый лекцией Спока, таскавшегося за ним как утенок за уткой, о нелогичности такого поведения, поднялся на второй. Зайдя в спальню и бегло оглядевшись, Кирк заметил лежавший на прикроватной тумбочке бумажник. Ничего интересного в нем также не было, стандартный набор среднестатистического человека: кредитки, немного наличных и права. Права? Спок уловил шум подъезжающей машины, резко хлопнула дверь, и кто-то быстро стал подниматься по лестнице. — Сейчас он нас застукает, — прошептал Джим, лихорадочно оглядываясь по сторонам. Заметив дверцы встроенного шкафа, Кирк схватил тормозившего вулканца за руку, втолкнул внутрь и залез сам. — Стой и молчи, — тихо проговорил Кирк, — надеюсь, он заберет свой чертов бумажник и отвалит восвояси. В шкафу было ужасно тесно, вулканцу и человеку пришлось прижаться друг к другу как можно ближе. Пальцы Джима невольно легли в ладонь Спока. Между тем, в комнату вошел Линк, Грейсон своим чутким слухом уловил, как тот подошел к тумбочке и забрал бумажник, шаги человека уже стали удаляться в сторону двери, как зазвонил телефон, стоявший тут же, на тумбочке. Разговор Линка с незнакомым абонентом продолжался уже двадцать минут. Ничего интересного для себя агенты не услышали, только сплошные обсуждения биржевых котировок. У Джима, находящегося в тесном контакте с горячим телом вулканца, уже начинало потихоньку сносить крышу. Он начал размышлять о том, что сделал бы со Споком, находясь они в более подходящих для этого условия. Сначала бы он прикусил такое замечательное острое ушко, затем спустился горячими поцелуями по шее вулканца, приласкал соски, прошелся языком по кубикам пресса, вылизал впадинку пупка. И, добравшись до самого сокровенного, попробовал бы член Спока на вкус, лизнул бы головку, а потом… — Джим, черт тебя побери, — раздался хриплый голос брюнета, едва дотянувший громкостью до нижнего порога человеческой слышимости, — думай, пожалуйста о чем-нибудь другом. Кирк стремительно залился краской, он совсем забыл, что Спок контактный телепат, а избежать соприкосновения рук в тесноте треклятого шкафа было невозможно. Линк, наконец-то закончивший разговор, ушел. С улицы послышался шум отъезжающей машины.