На Солнце оживёт Огненный Дракон

Молния вновь разрезает чёрные тучи, клубившиеся над Облачной Башней под сильными порывами ледяного ветра. В то же мгновение по округе проносится оглушительный раскат грома. За ним ещё, и снова удар молнии, что сотряс одну из башен школы ведьм. Но даже если ученицы, постигающие тёмное искусство, боялись грозной и опасной непогоды, то отныне никто и не вздрогнет от новой вспышки молнии, удара искр под самыми ногами. Все они околдованы, все они находятся под сильным заклятьем могущественного мага, опутаны цепкой магией подчинения. Печать Валтора. Набивший себе известность как и горько-кислую оскомину, великий волшебник как обычно располагался в удобном большом кресле просторного директорского кабинета. Директриса уже несколько недель пребывает в темницах собственной школы, наблюдая лишь стены каменных подземелий. А маг, окружённый готической атмосферой сердца ведьминской академии, наконец мог расслабиться и немного отдохнуть. Сегодня Валтор вновь посетил одно из королевств, и снова его рука повелевала пером, дабы вычеркнуть название данного государства из большого списка. В его коллекцию минуты назад добавились новые особые заклинания мира противоположностей. Другой волшебник посчитал бы эти свитки мусором, а магию, не способную сотворить ни единое атакующее заклинание в разгоревшейся битве, — бесполезной. Но не Валтор — в его генах заложена колоссальная мудрость, и каждой искорке он найдёт достойное применение. Глубоко за полночь, стрелки настенных часов устремились от второй цифры циферблата. Но демон не желает отправляться почивать. Получив ещё в далёком детстве умение сохранения энергии на две семидневки, Валтор не тратил время на глупые удовольствия человека. Когда миры погружены в сон, многое может сотворить бодрствующий волшебник-демон. Но сегодня Валтор чувствует усталость душевную — человеческая часть говорит с ним и желает расслабления, хоть чуточку. Зная свою непостоянную сущность нефилима, волшебник поддался. Валтор коснулся прохладной гладкой поверхности хрустального шара, пальцы скользнули по золоту, на ножке из которого расположен переливающийся волшебный артефакт. Прозрачное ядро наполнилось дымкой, взгляду мага шар явил комнату его любвеобильных маленьких ведьмочек. Как самые обыкновенные люди, Трикс в столь позднее время крепко спят. Понаблюдав за ведьмами, Валтор махнул рукой, приказывая шару вновь очиститься от видения. Маг вновь откинулся на высокую спинку кресла и со вздохом расслабился. Сегодняшней спокойной ночью он вновь увидит его. Его. Того, о ком в последние месяцы его мысли этими глубокими тёмными ночами. По шевелению пальцев перед Валтором вспыхнул огонёк. Скрутившись в вихрь, он образовал форму круга и рассыпался искрами. Улыбка тронула обсохшие губы мага, когда на магическом полотне он вновь увидел умиротворённо спящего принца. Золотые локоны рассыпаны по подушке, свет Солярии, украшающей своим зеркальным блеском земли соседних планет, проникал в комнату общежития школы Красный Фонтан и ласково играл с волосами прекрасного юноши. Скай улыбается, кажется, сон, что являет ему сегодняшней ночью мир Морфея, действительно приятен. Валтор подпёр голову рукой, не сводя взгляда с красивого ангела в обличье простого ученика школы специалистов. Принц. Принц Скай Эраклионский, единственный наследник престола грозного королевства, что недавно захватило власть на всей планете и расширило своё влияние на многие государства Магического измерения. Сильный, обширный, богатый мир под знаменем двух серебряных львов, сверкающих изумрудами глаз, удерживающих в своих мощных лапах мерцающее золотое солнце. И совсем скоро, как-то сообщают Эраклионские новостные источники, а также общие средства информации Магического измерения, ныне правящий король Эрендор и его жена — королева Самара отбывают за пределы главного города-столицы королевства. Тем самым после окончания успешного обучения наследника престола в знаменитой элитной школе рыцарей-волшебников, они коронуют своего сына как полноправного монарха королевства Эраклион. Но сколько бы газет и новостных лент Магинета Валтор не просмотрел, он не смог найти ни единого комментария самого Ская Эраклионского — ни положительного, в поддержку столь скорого решения своих родителей на передачу королевских обязанностей, ни отрицательного, что сообщит о нежелании ещё юного принца принимать тяжесть долга защиты народа. Что же думает об этом Скай?.. «Кажется, отец и матушка не позволили Скаю дать ответ. Столь влиятельные и непоколебимые мужчина и женщина решили всё за него, обеспечив сыну достойное богатое и успешное будущее, — Валтор скривил губы в глубоких размышлениях. — Но счастливое ли?» За своими думами маг едва ли заметил, как дорогой ему человек и не предполагающий об интересе некого опасного волшебника к своей утончённой королевской и рыцарской персоне вдруг изменился в лице. Его губы утратили улыбку, а брови сдвинулись к переносице, заставляя на идеальном лице юноши появиться морщинам. Негодование? Раздражение? Страх?.. Валтор беспокойно подался вперёд, приближая изображение магического полотна. «Что случилось? Отчего Скай вдруг ощущает страх? Что напугало его?..» — Ему снится кошмар? — Валтор вновь наблюдает сон Ская, но уже не столь спокойный, как прежде. Златовласый юноша хмурится, кривит губы, беспокойно мечется по кровати, сбивая одеяло в комок. Он боится. — Что же тревожит его? Не мог Валтор оставаться на месте и наблюдать, как важный ему человек страдает. Даже от простого страшного сна. Он хотел успокоить его, хотел, чтобы Скай хорошо выспался сегодняшней прекрасной ночью, чтобы плохие тревожные сны не касались его разума, лишённого бдительности крепким сном. Это было опасно, Валтор понимал, на что идёт. Возможно, его чувства сейчас заставляют рассудительного мага совершать глупость, но оставить терзающегося в мучениях кошмара дорогого человека он не мог. Заклинание магического полотна развеялось по взмаху руки волшебника. А после Валтор исчез, рассыпаясь огненно-рыжими искрами. Вспышка на мгновение осветила комнату общежития школы специалистов, и Валтор тут же скрылся в тени за громоздким шкафом. Прислушался, но чуткий слух не явил магу движений — его не заметили. Но он серьёзно поспешил: едва он ступил на серебряный свет Солярии… как едва не попался на глаза! «Брендон! Этот мальчишка! — прошипел Валтор, скрывая тяжёлое дыхание. Как заколотилось сердце! Именно в такие моменты нефилим вновь чувствует себя человеком, а не жалким грязным демоном. — Проклятье! Я не желаю уходить прямо сейчас! И убивать парня тоже не было в моих планах. Как же мне заставить его вновь заснуть?» На ладони заискрилось заклинание противоположностей и дымка психотропной магии, Валтор готовил заклинание, что ослабит бодрость, которой сейчас вспыхнул непоседливый королевский рыцарь и лучший друг златовласого принца. Но колдовать не потребовалось: в комнате вновь стало тихо. Валтор осторожно выглянул из-за спасшего его предмета меблировки — Брендон вновь улёгся в постель, отвернувшись к стене. Удача! Кажется, заснул. Выждав с несколько минут, Валтор вышёл из тени и остановился посреди комнаты двух друзей-специалистов. Волшебник оглядел комнату, в которой спит дорогой его сердцу человек. Обстановка прежняя, что и ночами ранее, когда Валтор наблюдал его сон. На его письменном столе маг не нашёл ничего необычного, кроме набросков, быстрых рисунков простым серым карандашом. Тетради, учебники, что ранее лежали аккуратными стопками, теперь разбросаны по столешнице и даже несколько лежат на полу: что-то столкнуло их? Маг дёрнулся — тюль колыхнул слабый порыв ветра, пробравшийся в комнату Ская. Вздох расслабления сорвался с губ волшебника — это всего лишь ветер. Но разве минуты назад окно было открыто? «Я очень напряжён. И волнуюсь. Совсем как человек. Удивительное забытое чувство, ведь я уже давно отринул всё человеческое, дабы не быть подобным им, слабым, зависимым от эмоций существом». Ступая тихо, почти невесомо, маг приблизился к кровати. Скай, измученный юноша едва не стонал, вздрагивал от страха, сжимал в руках скомканное тонкое одеяло. По его побледневшей коже стекали капельки пота, золотые волосы спутались. Сняв перчатки, Валтор, удостоверившись, что его ладони не слишком холодные, протянул руку и ласково коснулся лба принца, нежно провёл по волосам, тронув локоны магией, дабы утром гребень легче прочёсывал их. Склонившись над Скаем, Валтор мягко и ласково касался его головы, гладил его волосы, и сам не замечал, как его губы украшает улыбка. С губ Валтора сначала слетали едва уловимые фразы заклинания противоположностей, а после они сменились на нежные слова ласки. Дыхание Ская выровнялось, лицо приобрело прежний румянец, и принц вновь крепко заснул. «Прежде я никогда так не рисковал. Скай, ты даришь мне лучик солнца, что рассеивает тьму моих мрачных дней. Словно твои волосы… солнце, как красиво…» — сквозь пальцы Валтор пропускал шелковистые волосы принца, заворожено наблюдая за его сном. Насколько же приятнее видеть его вживую? А не наблюдать какое-то полупрозрачное изображение своего заклинания! Как же он прекрасен! Словно настоящий ангел! Позабыв о Брендоне, о том, что находится сейчас в школе специалистов, на вражеской территории, Валтор присел на край кровати и вновь склонился над Скаем. Коснулся его лица, его шелковистой кожи, ласково провёл пальцами ниже, к шее, обвёл ключицы. Принц вздрогнул и, поёрзав, повернувшись на спину, вновь уснул. Его лицо стало видно Валтору лучше прежнего. Он не смог удержаться. Приблизился, убрал свои длинные волосы за ухо, и оставил почти невесомый поцелуй на его румяной щёке. И… опустившись чуть ниже, губы его коснулись приоткрытых губ принца. Едва маг отстранился, сердце заколотилось сильнее — Валтор был тронут глубже, чем когда-либо, чувства его человеческой половины сущности нефилима вспыхнули сильнее в сто крат! Скай… счастливо заулыбался в ответ на его поцелуй! Валтор судорожно вздохнул, сглатывая. Если бы хоть что-то в этом мире могло подсказать хладнокровному магу, что же заставило его человеческое сердце обратить внимание на столь недосягаемого ангела? Нельзя было оставаться дольше. Нужно уходить, как бы ни желал Валтор остаться. Валтор подошёл к столу, поднял с пола книги, разложил по стопкам, точь-в-точь, как Скай складывает их, заканчивая домашнюю работу. Задержался у стола ещё немного, разглядывая рисунки: кажется, быстрыми штрихами прекрасный юноша нанёс очертания ветролёта специалиста. А ещё… Валтор кривил губы в сильном неудовольствии. Блум, одарённый в ремесле художества принц перенёс на бумагу портрет возлюбленной. Всего лишь очертания, но совершенно идеально. Возможно, если бы он завершил свой рисунок… он стал бы частичкой всемирного искусства. Окинув возлюбленного взглядом на прощание, Валтор сделал шаг и растворился в огненно-рыжей дымке. Наступившее утро ничем не отличалось от всех предыдущих. Всё те же семь утра, тот же звон будильника, пробудивший специалистов, дабы вновь собраться на занятия и успеть позавтракать. А вот лучший ученик Красного Фонтана этим ранним утром пробуждаться отчего-то не желал. Лишь третий звонок будильника с мобильного телефона и толчок друга-соседа по комнате наконец заставил его открыть глаза. Долго Скай сидел на кровати, перекинувшись с Брендоном парой шуточных фраз. Дождавшись, пока друг вернётся из душа, принц спросил: — Брендон, — голос его был наполнен тревогой, которую он старался скрыть. — М? — но скорого ответа специалист не получил. Брендон обернулся, с удивлением выгнув бровь. — Что, Скай? Принц с тревогой огляделся, с трудом роняя слова: — А здесь… в нашей комнате никого не было? — В смысле? Утром, пока ты дрых до третьего будильника? — весело хмыкнул Брендон, натягивая форму. И тряхнул головой, вскинув влажные волосы. — Нет, никого. А в чём дело? Паранойя пробудилась этим утром вместе с тобой? Скай в смущении почесал затылок. — Да, наверное! — широко улыбнувшись, отмахнулся принц. Вовремя разум его пробудился, и Скай решил оставить это шуткой. Но он точно знал: этой ночью и наступившим утром не всё было как прежде. «Странно. Те прикосновения и… нежные поцелуи… — Скай подавил дрожь смущения, коснулся пальцами губ, провёл по нижней губе. — Они кажутся такими настоящими, словно этот сон был явью». Скай откинул одеяло и спустил ноги с кровати. Взгляд его пробежался по письменному столу, по стопкам книг и тетрадей, по исчерканному какими-то зарисовками и каракулями листку. Носа принца коснулся… новый запах, прежде которого он в их с Брендоном комнате не ощущал. «Что это за запах? Он… принадлежит мужчине. И кажется, это был сильный мужчина…» Здесь точно кто-то был! И тот живой сон мог оказаться явью! Отправившись в душ, Скай и не заметил, как нечто гложет его близкого друга-рыцаря. Шаги сегодняшней глубокой ночью не привиделись Брендону. Отныне специалист больше не захочет спать напротив зеркала.