Обратная сторона подвига

- Поднимайся, недомерок! - кнут щелкнул прямо перед лицом, и Бильбо испуганно охнул спросонья, даже не успев открыть глаза. Над головой раздалось рокочущее рычание, как у медведя, и обнимавшее его тепло резко исчезло, уронив на жесткий покрытый каменной крошкой пол. - Порычи еще, скотина безмозглая! - на этот раз раздался удар по телу. Хоббит распахнул глаза, мгновенно переходя от сладких грез к яви, и увидел над собой Шайгала и Торина. Оказалось, что гном уже вскочил, видимо разбуженный тем же щелчком кнута, но среагировал совсем иначе, чем Бильбо. Длинный хвост был намотан на его предплечье, захлестнувшись несколько раз. - Не смей его трогать! - рыкнул Торин на орка и дернул кнут на себя. Шайгал успел выпустить рукоять и не угодил в захват противника. Он отскочил в сторону, дернув за собой Бильбо. Хоббит ударил его кулаком в бок, но чуть не вышиб пальцы, врезавшись в стальной панцирь. - Это твоя подстилка? - издевательски ухмыльнулся орк, схватив хоббита за подбородок и заставив его поднять голову. - Надо же! Как я сразу не рассмотрел такую милую мордашку! Гном вскинулся и бросился на орка, но с коротким хрипом замер - короткая цепь, прикрепленная к ошейнику, напомнила, что дальше он не сможет сделать ни шагу. - Отпусти его! - потребовал Торин. - Подойти я может и не смогу, но вот этим вполне тебя достану. В его руке уже была зажата рукоять орочьего кнута. - Не достанешь! - засмеялся орк. - А я пока изучу твою милашку попристальнее. Если уж королевская особа не побрезговала, то и мне сойдет. Когтистая лапа сжала плечо полурослика, заползая под рубашку. Бильбо содрогнулся от отвращения, попытавшись вырваться, но орк перехватил его за волосы. - Не дергайся, - Шайгал с откровенной похотью во взгляде пробежал рукой по спине хоббита и сжал ягодицу. - Эй, Шайгал, - крикнул один из орков, пришедших вместе с ним. - Развлекаться потом будешь. Раз уж ты тут теперь большой начальник, то давай, налаживай работу. Этот недомерок может и сладкий, но умел достать и алмазы и золото! Я не готов своей шкурой платить за промедление. Шайгал зло зарычал, но обернулся. - Ладно! - проворчал он. - Эй, Величество! Кирку в зубы и дробить камень, - нам нужны драгоценности! Торин даже бровью не повел, словно не к нему обращались, только сложил руки на груди, продолжая пристально смотреть на орка. Шайгал рассвирепел. Вот что он больше всего ненавидел в гномах, так это их невозмутимое упрямство. Этого подгорного Короля можно сейчас запороть насмерть или разорвать на куски, он и с места не сдвинется. Эту породу нужно было убивать сразу и быстро, или долго, но не пытаться хоть чего-то от них добиться. Он вперил зеленые глаза, с вертикальными, как у рыси зрачками, в лицо гнома и захрипел от бессильной ярости. Если сейчас убить его, то Королева будет зла, если не возобновить срочно добычу драгоценных металлов, она просто скормит Шайгала варгам за его самонадеянность. Что же делать?... Орк метнулся взглядом по стенам, словно ища ответа, и сжал руки, пытаясь своим убогим умом отыскать выход. Бильбо тихо зашипел сквозь зубы, чувствуя, как когти орка вырывают волосы и царапают кожу. Он еще раз дернулся, пытаясь вырваться, и оставил в пальцах орка тонкую косицу с золотым зажимом. Шайгал рыкнул на него, чтобы не мешал думать. "Что же мне делать? - вертелось в его жалком сознании. - Что делать? ... Уже и мои парни на меня косятся, ждут, что не смогу удержать власть после этого недомерка, что Сабил разорвет меня на куски, и кто-то из них займет мое место. Как же этот мозгляк так споро приспособил всех к работе? ... Малявка несчастная, да он просто в сговоре был с этим корольком! Не так же просто бросился его защищать ... Малявка ..." Шайгал нехорошо усмехнулся и поднял глаза на Торина, внимательно всматриваясь в каждую черту лица, словно оценивая ту мысль, что пришла в его голову. - Я сказал, - кирку в зубы и работать! - медленно повторил он выделяя каждое слово. - Или я сейчас вдосталь поиграюсь с твоей красоткой, а потом швырну ее варгам! Гном молчал, продолжая пристально смотреть на орка совершенно лишенными эмоций глазами, и не двигался с места. - Ладно! - Шайгал дернул хоббита за подбородок, заставляя поднять голову, и грубо поцеловал, прокусив губу. Бильбо содрогнулся от отвращения и попытался пнуть орка в колено, но не дотянулся. - Славная малышка! - орк облизнул клыки, пробуя на вкус кровь. - Сладкая! Что, Король, хочешь увидеть продолжение?! С коротким сухим треском он разорвал ворот рубашки, царапая своими когтями кожу на шее и груди полурослика. Бильбо на миг зажмурился, пытаясь отгородиться от дурноты, которая накатила, когда он понял, что произойдет минутой позже. Орк просто бросит его на камни и возьмет при всех, и Торин будет на это смотреть ... Вот и вся любовь ... как потом жить с этим? Когти Шайгала медленно прочертили длинные борозды по обнаженному животу хоббита, там где еще ночью его касались руки самого любимого гнома. Полурослик вздрогнул, но не издал ни звука. Торин смотрел на происходящее холодными больными глазами. Лишь впившиеся в ладони ногти могли сказать о том, что он сейчас чувствовал. Бильбо не смотрел на него и гном хорошо знал почему. Дело было не в стыде, дело было в том, что хоббит слишком хорошо знал себя самого и боялся, что в его глазах хоть на миг проскользнет мольба. Он не хотел, чтобы это сыграло решающую роль в этом немом и жутком поединке. Да, Бильбо очень хорошо знал себя, но он совершенно не знал Торина. Гном с усилием разжал руки, отвел за ухо длинную прядь волос и, наклонившись, поднял кирку. - Я сделаю то, что ты скажешь, - глухо произнес он. - Но если хоть волос с его головы уронишь - пеняй на себя. Пока я остаюсь Королем своего народа ни один гном тут и пальцем не шевельнет без моего на то дозволения, хоть скорми нас живьем своим псам. Уяснил своим убогим умишком? Шайгал засмеялся, но вышло это до нельзя натянуто и нервно, даже остальные орки его не поддержали. Стоявший перед ними гном в кандалах и оборванной одежде, в рабском ошейнике, говорил с таким достоинством и властностью, словно на нем сверкал венец Средиземья, а на плечах лежала мантия из соболей. "Эту породу только убивать можно ..." Шайгал отшвырнул от себя полурослика и шагнул к гному. - На колени, мразь! Торин замер на миг потом спокойно опустился на колени, опираясь на кирку и продолжая смотреть на орка теперь уже с подобием интереса в синих глазах. - Ты мне за день накопаешь столько золота, сколько вот в эту телегу влезет и поднимешь ее на верх! Ясно?!! - он ткнул пальцем в здоровенную вагонетку, стоявшую у стены. - Ясно. - И называть меня будешь не иначе как Господином! Ясно?! - Ясно, Господин мой. Шайгал уже не знал, чем удержать себя в руках от припадка бешенства, готовый убить гнома на месте. Да разве можно в таком положении еще и цедить слова сквозь зубы с царственным достоинством?!! Ну как, Тьма Великая, у него это получается?!! Орк подобрал с земли свой кнут и щелкнул им по камням. - Все, твари бородатые, за работу!!! К обеду приду проверить, и если не сделаете что я сказал, пущу парочку на корм варгам!!! Он вылетел из штрека, задыхаясь от бешенства и щелкая по стенам кнутом. Торин встал, взвесил в руках затупленную кирку и дернул уголком губ. - В этой пустой породе не то что телегу золота, - телегу угля не накопаешь ... Металл звонко ударил о камень. Гномы, смотревшие на всю эту сцену совершенно молча, стали поднимать свои инструменты и тоже принялись за работу. Бильбо медленно встал, пытаясь запахнуть на груди разорванную рубашку. Его трясло от пережитого унижения и отвращения, мысли против воли снова и снова скакали назад, в жуткие минуты, когда лапы орка шарили по его телу. Хотелось броситься прочь и отмыться, содрать с себя мочалкой всю грязь вместе с кожей. Он поднял глаза на Торина, только сейчас сообразив, что тот так и не сказал ему ни слова. Гном методично махал киркой, откалывая от стены большие куски камня и без всякого интереса отбрасывая их в сторону. Хоббит кое как завернул ворот рубашки и подошел к нему, осторожно тронув за плечо. - Давай, помогу, - предложил он, совершенно не зная что сказать. Он чувствовал, что случилось что-то ужасное, но не мог понять, что именно. Во всем штреке царило угрюмое молчание, особенно зол был Двалин, который швырял в телегу куски породы и почти рычал сквозь зубы. Торин на миг остановился и обернулся. Его совершенно спокойные и ясные глаза удивили Бильбо и даже немного испугали. - Надевай свое кольцо и беги прочь, - совершенно спокойно посоветовал он. - Пока еще не поздно. Если то, что ты сказал правда, и Балин приведет ополчение Одинокой Горы, то мы продержимся до этого. Беги, Бильбо, ты сделал все, что мог. Хоббиту показалось, что у него земля ушла из под ног. Торин предлагал ему вот так просто бросить их и бежать, спасая свою шкуру?! Он в уме повредился? После того, что было между ними ... "А что, собственно, было? - мерзко спросил голосок в голове. - Хорошо провели ночь? Замечательно. Ты ему ничего не должен, так что воспользуйся советом и дуй отсюда, пока еще можешь, пока эти орки и в самом деле не превратили тебя в свою подстилку." Бильбо затряс головой, отгоняя эти мысли, а заодно давая понять гному, что он никуда не пойдет. - Нет, - решительно заявил он. - Это - подло. И взял с пола еще одну ржавую кирку. *** Бильбо лежал без сна, пытаясь отыскать в теле хоть одну мышцу, которая не болела бы, и благодарил небо за свое желание научиться владеть мечом. Он бы и кирку-то не поднял в противном случае, не то что махать ей полдня. Но все же к таким нагрузкам он оказался не готов, да еще немного лихорадило от незаживших ран. Хоббит открыл глаза и посмотрел на Торина, который сидел у стены и не спал. Его глаза сверкали в темноте, как два сапфира, но по непроницаемому лицу понять о чем он думает было невозможно. "А каково ему интересно? Неужели гномы всегда вот так с утра и до ночи колотят камень в своих горах и еще и наслаждаются этим ? Неужели он не устал совсем?" Бильбо открыл рот, чтобы спросить об этом Торина, но не успел издать и звука, услышав приближающиеся шаги. К ним подошел Двалин. Он присел на корточки напротив Торина и внимательно на него глянул. - И что это было? - довольно грубо спросил он. Синеглазый гном лишь пожал плечами. - Я устал, Двалин, - как-то безразлично сказал он. - Иди спать. - Ты будешь унижаться перед орками ради этого полурослика? - Да, буду, - Торин едва кивнул. - Он ради меня жизнью рисковал. - Это не одно и то же! - Двалин начал раздражаться. - Ты Король, и у тебя есть право на чужие жизни, а у него ... Торин тихо засмеялся, перебивая своего друга. - Король? Ну да, точно! Прости, что венец на шею сполз, сейчас поправлю! - Хватит издеваться! - голос гнома с татуировками стал глухим от гнева. - Ты не можешь так поступать перед всеми, кто в тебя верит, как в легенду ... - Еще как могу! - перебил его Торин, вскинув голову. - Что легендарного в том, чтобы лелеять свою гордыню и не прийти на помощь тому, кто не однажды спас твою жизнь?! Или, может быть, мне стоило посмотреть спектакль до конца?! Этот малыш не заслужил такой участи, друг мой. - А мы заслужили смотреть на своего Короля, валяющегося в ногах у поганого орка?!! - Двалин наотмашь ударил Торина по лицу тыльной стороной ладони. Бильбо услышал в его голосе слезы. - Что ты делаешь с нами?! Твой отец таким не был и твой дед тоже! Они бы так не поступили! Где твоя гордость, сын Траина?! - Я - не они, - Торин спокойно вытер с разбитой губы кровь. - Я достаточно подражал им и чуть не навлек на всех гибель, чуть не потерял всех своих друзей из-за того, что хотел быть похожим на отца! Хватит с меня смертей и унижений моего народа из-за непомерной жадности королевского рода! - Неужели ты совершил столько подвигов, ради того, чтобы сдохнуть в насмешках и нищете, опустившись на колени, как жалкий раб, под кнутами орков?! - гном снова замахнулся. - Ударь, - Торин посмотрел ему прямо в глаза. - Может, легче станет. Двалин опустил голову под его взглядом и уперся кулаками в пол. - Я понял, когда лежал на Вороньей Высоте и умирал, - тихо заговорил Торин. - Подвиги это не только бранная слава и победы над врагом, не только боевой клич. Подвиг - это забыть о себе ради тех, кто стоит за тобой, за кого ты в ответе, подвиг это уметь любить, прощать даже тех, кто этого не заслуживает. Двалин, я так не умею. Какая я легенда? Придуманная вами сказка, в которую хотелось верить в тяжелые годы основания Эред Луин? Прости, друг, что так подвел тебя и разочаровал. Бильбо боялся даже дышать, слушая этот разговор. - Ты понимаешь, что тебя ждет дальше? - Двалин вытер глаза. - Давай хоть плечи тебе разомну, - болят же, небось? Целый день киркой махать без перерыва, - это не шутки. - Болят, - легко согласился Торин и пересел спиной к другу. - Ты прежде чем осуждать меня, подумай, что на его месте мог оказаться любой из вас. Двалин что-то ответил на наречии гномов и замолчал. Бильбо закрыл глаза, пытаясь уложить в голове все услышанное. Так значит подвиги это не стрелы и мечи простив полчищ врагов? О чем говорил Торин? Подвиг - это любить? Это же так просто и обыденно, это есть каждый день в каждом доме и каждой семье ... Где же тут подвиг? ... Как тогда стать легендой? Как стать героем, как Торин Оукеншильд? Коротко звякнула цепь, - Торин лег рядом с ним. - Холодно? - едва слышным шепотом спросил он. Бильбо не стал отвечать, просто придвинулся к гному и уткнулся носом ему в грудь, позволяя обхватить себя кольцу стальных и теплых объятий. - Спасибо, - прошептал он. - За то, что ты есть на свете ...