ГЛАВА 10. Я люблю другую, или я разрываю нашу помолвку, Элизабет
23 апреля 2016 г., 13:42
«Утро. Как я ненавижу утро. Вставать, одеваться, заниматься делами. Как мне это всё надоело. Но что поделать, я глава семьи Фантомхайв, и я обязан нести эту ношу до конца своих дней», - такие мысли сопровождали юного графа, когда дворецкий, как обычно, пришёл его будить.
- Как спалось, мой господин? - спросил меня Себастьян.
Я промолчал, лишь недовольно посмотрел на дворецкого. А он только мило, так улыбнулся, и открыв шторы, подошёл к кровати и привычным жестом налил чашечку чая. Протягивая мне чашку, он поинтересовался:
- Что желаете к чаю? Французские круассаны или булочки с корицей?
- Булочки... - ответил я, отставляя чашку на тумбочку и спуская ноги с постели.
Дальше всё как обычно...переодевание и завязывание ненавистной мне повязки. После чего Себастьян собрал всю посуду и направился к двери, по пути расписывая мой распорядок дня. А он оказался довольно таки внушительным.
Я опять недовольно нахмурился, понимая что меня явно не интересуют сейчас никакие дела. Что меня действительно интересовало, так это леди Мэриэль. После того случая с похищением Анабелл, от графини нет никаких новостей. И это почему-то меня очень расстраивало. Хотя, если так подумать с чего мне расстраиваться?! Всё, что от меня требовалось я выполнил, то есть помог графине в поисках её экономки. На этом точка! Но нет же, мне очень хочется увидится с леди Мэриэль, хочется услышать её голос, почувствовать её лёгкое прикосновение к моей руке... Так! Надо переставать думать о ней. И вообще у меня есть невеста!.. и на этой мысли меня прервал звонкий голосок, кричавший на всё поместье Фантомхайв:
- Сиээээль!!! Сиэлюшка!! Ну, где же ты!?
«Вот, кстати, и она» - подумал я, спускаясь со второго этажа.
Как только моя нога коснулась пола первого этажа, ко мне в объятья прыгнула весёлая и жизнерадостная девчушка. Это была невысокого роста блондинка, в розовом платье с многочисленными рюшечками вокруг. Волосы у неё, как всегда были завязаны в два милых хвостика, а на головке красовался такого же цвета, как и платье, бантик.
- Сиэлюшка, я по тебе так соскучиилась! - воскликнула девушка, сжимая меня в своих, на удивление, крепких объятиях. - Скажи, а ты по мне скучал? - спросила девушка, устремив внимательный взгляд своих зелёных глаз на меня.
«Хм...а действительно, скучал ли я по своей невесте? Определённо нет, потому как с момента нашей последней встрече, я ни разу не вспомнил о ней. В моей голове стоял другой образ...совсем другой девушки...».
Сообразив, что моё молчание явно затянулось, я слегка встряхнул головой, отгоняя не нужные мысли, и немного кривовато улыбнувшись, произнёс:
- Конечно, скучал, Элизабет! Что за вопросы у тебя?
- Вот такие вопросы, Сиэль... - тихонько пробурчала девушка, выпуская меня из своих объятиях и отходя на шаг назад. При этом её взгляд был устремлён в пол. - А что ты думал, я тебе задам, когда ты про меня явно забыл! Мы с тобой никуда не ходим, ты меня не приглашаешь к себе на обед... Я тебе больше не нужнааа... - уже плача, проговорила девчушка, не стесняясь присутствующих. А здесь, в холле поместья, кроме нас с Элизабет, это моя невеста, находился Себастьян, Танака-сан, остальные слуги поместья: Мейлин,Бард и Финни, а так же служанка Элизабет Паула.
- Прошу, Элизабет, не плачь. - проговорил, подходя к девушке и пытаясь её успокоить.
- Сиэль, я же просила называть меня Лиззи!. - сквозь слёзы произнесла она.
Глубоко вздохнув, я сказал:
- Прошу тебя, Лиззи, перестань плакать! В таком состоянии ты выглядишь не достойной, чтобы называться леди.
После моих слов девушка сразу перестала плакать, и взяв протянутый платочек Паулой, начала вытирать слёзы.
- Вот так-то лучше. - улыбнувшись, произнёс я. И протягивая руку Элизабет, спросил, - Дорогая, Элизабет, не согласитесь ли вы принять моё приглашение на обед?
Девушка, не долго думая, вложила свою ладонь в мою руку, и уже улыбаясь, ответила:
- С удовольствием приму ваше приглашение, граф.
Повернувшись, к стоявшему неподалёку всё это время, Себастьяну я произнёс:
- Себастьян, накрывай на стол на две персоны. Сегодня леди Элизабет обедает у нас.
- Как прикажете, милорд! - дворецкий учтиво поклонился, и повернувшись к прислуге, стал отдавать распоряжения по поводу предстоявшегося обеда.
А я в это время вместе с Элизабет, отправился в гостевой зал, где мы собирались подождать обед за настольной игрой.
***
И вот наступило время обеда.
Мы с Элизабет сидим за одним столом и вкушаем великолепный обед, приготовленный явно Себастьяном и состоящий из самых изысканных блюд. Элизабет постоянно пытается завести со мной разговор и не важно какая это будет тема. Личная, светская или политика...
Я сидел и смотрел всё в одну и ту же точку. Заметив мой отстранённый вид, Элизабет на мгновение замолчала, а после обратилась ко мне:
- Сиэль, что-то случилось? Ты молчишь и ничего не ешь уже минут пять. Тебя, что-то тревожит?
Я посмотрел на девушку, и заметил её встревоженный взгляд.
«Действительно, что это со мной?! Сижу и понимаю, что думаю совсем не об Элизабет и её рассказах, а о другой девушке, от которой уже давно нет вестей. Почему-то смотря на Элизабет, мне видится не эта, а та блондинка, в том великолепном бальном платье цвета морской волны, с радостной улыбкой, с которой она встретила меня тогда не балу. Вспоминается её весёлый смех, когда мы гуляли по её поместью... Мэриэль... как же я соскучился по этой, ещё не давно не знакомой мне, девушке. Чёрт!».
Я повернулся, к ожидающей ещё моего ответа, Элизабет и понял, что я не хочу на ней жениться. Совсем. И это заключение я никак не мог осознать. Но это было, действительно, так. И приняв, верное решение, я так думал, улыбнулся и тихо произнёс:
- Лиззи...
- Да, Сиэльчик, …
- Прости, но я разрываю нашу помолвку...
Как только эти слова были произнесены, в помещении мгновенно образовалась тишина. И в такой тишине было отлично слышно, как чашка, которую держала в тот момент девушка, со звоном упала на пол. И тишина продолжалась до тех пор, пока в столовую не вошёл Себастьян, и как бы ничего не замечая, произнёс:
- Милорд, к вам посетитель. Точнее посетительница. Графиня Солсбэри.
И больше эту тишину не нарушал никто, ожидая дальнейших действий графа.