Убийца из Тёмного города

- Вот не верю я тебе. - похоже что вождь слегка перебрал. - То что ты рассказываешь больше похоже на сказку или легенду, но явно не может быть реальностью. - Я не говорю что ты обязан мне верить, Вождь. Эти шрамы - их подарок, и то что мне удалось сбежать - чистой воды удача, нежданный подарок Морай-Хег. - вождь расхохотался: - Ты серьёзно? Все эти байки о болезни, превращающей эльдар в стекло, чудовищах сшитых из тел множества существ, и кудесниках, способных восстановить тебя даже из оторванного пальца? Тут даже не пахнет никакой реальностью. - Будь осторожен, Вождь, ты идёшь по тонкому льду незнания. Если не возражаешь, мы прекратим эту тему, ибо с ней у меня связаны не самые приятные воспоминания. Позволь мне немедленно проследовать к своему кораблю, я хочу осмотреть его немедленно. - Конечно, я сейчас прикажу воинам тебя проводить. Ния, распорядись, пожалуйста. Пожалуй, я немного перебрал под эти россказни. - Сейчас. Идём со мной, гость. - жена вождя выпорхнула в дверь, и Вессан следом за ней, зарулив по дороге в спальню где он лежал - за сапогами. Женщина тем временем стояла во дворе, что-то обсуждая с другим эльдаром. Тот держался явным воякой, сжимая в руке двуручный клант - опасное оружие в умелых руках. - Хорошо, Ниялина, мы немедленно выступим. - он сдержанно поклонился гостю. - Я подозреваю тебе понадобятся воины, чтобы вытащить твою птицу из земли, куда она зарылась носом? - Если тебя не затруднит, воин. Возможно мне удастся сразу улететь. - воитель приложил руки к губам, и издал крик, явно бывший сигналом. Спустя пять минут десять воинов в полном облачении находились во дворе, глядя на Вессана как на новые ворота. Жена вождя тем временем метнулась в дом, через минуту выйдя с пожитками Вессана - поясом с пистолетом и ножом, и камелиолиновым плащом. - Всё остальное осталось в твоём корабле, Ардан Пикирующий Сокол. - Вессан благодарно поклонился женщине, забрав у неё пояс и плащ, и немедленно надев их. Воины направились к воротам, но Вессан немного отстал, и наклонился к жене вождя, прошептав на ухо: - Беги, пока можешь, Ниялина Сир Нараат. - он улыбнулся, и быстрым шагом направился за воинами. Когда женщина поняла, что он имел в виду было поздно останавливать воинов - они скрылись в лесу. Слишком поздно она поняла, что в словах Вессана ей не понравилось - никто не говорил ему её настоящего имени. - Помогите, ребята. Да хватайся смелее, он не кусается. Ну-ка, ещё раз! - рывок, ещё рывок. Объединённая сила одиннадцати крепких мужчин наконец заставила зарывшийся носом в грязь самолёт с громким чпоком вылететь из неё, и встать как положено. Вессан немедленно запрыгнул внутрь. Машина ожила, по мере того, как он щёлкал по клавишам, запуская механизмы саморемонта и диагностики. Ожили двигатели, прокашлялись и запустились. Чёрная полоса на стабилизаторе исчезла, вылеченная механизмом саморемонта. А заодно ожил и передатчик. - Красивая птичка. - усмехнулся в приёмник Вессан. - Высылаем клетку. - раздалось из приёмника. Воины недоуменно пожали плечами: - Ну, мы пошли? - А, да, спасибо что напомнил, друг. - усмехнулся Вессан, выкидывая из кабины гранату с парализующим газом. Лёгкий хлопок сопровождался звуком десяти падающих на травку тел. - С вами разговор будет попозже. - он спокойно выскочил из самолёта, ничуть не опасаясь надышаться газом (спасибо заботливой Ирии, которая привила ему иммунитет к газу). Одна из панелей, повинуясь нажатию отъехала в сторону, где лежал тот же костюмчик, в котором он убивал архонта с непроизносимым именем. Он принялся неспешно облачаться - у него был ещё час до того момента, как флот вылетит с той стороны луны, и развернёт атаку. Призрачные пластины ложились на свои места, соединяясь в полный доспех. Там же лежало всё остальное - голопояс, крейданн, пара пистолетов, полуклэйвы, гранаты, мельтабомбы и другие орудия смертоубийства. Последними были генератор теневого поля, и батарея к нему. Лишь одну деталь он добавил к прошлому набору - агонизатор. Пора было возвращаться. Дорога до деревни как раз должна была занять оставшееся время до начала бомбардировки. Великолепный тайминг. Он как раз подходил к деревне, когда идеальный клин самолётов вынырнул из облаков, камнем упал вниз, и сохраняя строй свечой ушёл в небо, оставив от себя чёрные точки, порождавшие тонкие иглы инверсионных следов. Раскалывающие ракеты ударили в дома, своими двойными поцелуями превращая их в пыль, вместе с теми, кто находился рядом. Лишь дом вождя остался нетронут - Вессан оставил там радиомаяк. Страшный грохот достиг ушей секундой позже, когда он уже выбил выстрелом ворота. В деревне остались живы только те, кто был на улице, и те, кто нёс дежурство у ворот. К воротам в панике бежали эльдары, решившие, что начался судный день. Воины заприметив тёмную фигуру развернули лазерные копья, беря его под прицел, но Вессан буквально взорвался движением. В считанные секунды осколочные пистолеты срезали пятерых воинов, оставив их корчиться на земле под действием паралитических ядов. Крейданн на спине Вессана выплёвывал гранаты одну за одной, обеспечивая тому неплохой прирост пленников, однако главная вкуснятина была впереди. Дверь в дом открылась, и из неё вылетел с клантом наголо вождь, с рыком бросаясь на Вессана. Вряд ли он мог узнать того под камелиолиновой маской, но экзарх единым изящным движением выбил клинок из руки вождя, и сбил того на землю, держа полуклэйв у его шеи. - Иногда страшные сказки оживают, вождь. - но не успел Вессан договорить, как его отвлёк крик из двери. Подняв взгляд, он увидел жену вождя, уставившую ему в лицо лазерное копьё, явно слишком тяжелое для нежных женских рук. - Отпусти его! - Вессан усмехнулся, одним ударом ноги вырубив вождя. Эльдар, даже экзодиты, были слишком ценным товаром на рабских рынках Коморры, чтобы можно было их так просто убивать. Он уже потерял достаточно денег из-за бомбардировки, но без неё ему пришлось бы иметь дело сразу с полусотней воинов, а ему не хотелось тратить драгоценное время. Он недооценил ни её решимость, ни реакцию, запоздало выругав себя за беспечность.. Лазерный луч ударил точно ему в лоб, растворившись в тёмной кляксе теневого поля. Ещё спустя долю секунды выстрел из бласт-пистолета расплавил оружие в руках женщины, заставив ту с криком выронить моментально раскалившуюся железку. Ещё через долю секунды удар агонизатора обрушился на неё, разрывая платье. Женщина захлебнулась криком, прозвучавшим словно великолепное пение птицы. Такой жуткой боли она не испытывала никогда в жизни, но мучитель не дал сознанию милосердно покинуть её, наслаждаясь её агонией. Схватив эльдарку за волосы, он отвесил ей пару увесистых пощёчин, приводя её в чувство. Ему понравилась эта женщина. Она не была похожа на других женщин, которых он видел в деревне, видимо она была из другого клана. Высокая и стройная, с пышной грудью, тонкой талией и широкими бёдрами, изящная, словно песочные часы. Она стонала от боли, но в её взгляде не было боли. В её взгляде была ненависть, и ему это нравилось. Пожалуй для кого-то его ранга иметь личную рабыню было уже нормально, а её воспитание обещало ему много удовольствия. Не замечал Вессан, во что он превратился за год в Коморре. Точнее замечал, но ему это нравилось. - Пусти! - она дёрнулась, и Вессан ответил ещё одной пощёчиной. Наотмашь, без всякого милосердия, забывая, что на его руке металлическая перчатка, от которой на загорелой коже остались три кровавых полосы. - Зря ты не сбежала, когда могла. - лёгким движением, Вессан откинул маску. Но Ниялина не увидела под этой маской улыбчивого и вежливого гостя, каким он был несколько часов назад. Под маской скрывалось лицо, полное похоти и жажды насилия. На этом лице сияли чёрные глаза существа, в котором не было ничего от эльдара. Это было нечто, существующее только ради насилия и своих желаний. Совсем как в тех легендах, которыми Вессан угощал её за обедом. Только вот оказалось, что это не легенды, а чудовищная реальность. - Больно? Это твой первый урок. Вот что происходит с рабами в Тёмном Городе, когда они восстают против хозяев. Тебе предстоит ещё много уроков. - женщина в его руках дёрнулась и обмякла, когда он пережал ей несколько нервов. Он спокойно прошёл в центральную комнату, по дороге смахнув полруки бросившемуся на него с мечом старшему сыну вождя, и ударом ноги впечатав его в стену, скорей всего со свёрнутой шеей. В комнате в серебряной клетке по прежнему сидела дивная птица, ставшая призом. Впрочем, Вессан без зазрения совести отдал бы эту птичку Маликсиану. Он присмотрел себе другую птичку для его клетки. - Орёл у меня. - коммуникатор мигнул. - Клетка во дворе. - Вессан схватил клетку с птицей, и выскочил во двор. Там уже стояло два рейдера. Личный рейдер леди Ллантей, в центре которого на троне восседала лично она, и второй рейдер, явно грузовой. Надсмотрщик стоял на земле, спокойно глядя, как паукообразные машины собирают бесчувственных рабов в клетки. Вессан же поднялся на рейдер, преклонив колено перед своей архонтессой, и вручая ей клетку с дивной птичкой, ставшей причиной смерти многих эльдар. Леди Ллантей приняла её с алчной улыбкой, и рейдер взмыл в небо. Они поспешили приобщиться к общей резне. Обычно экзодиты старались селиться крупными селениями, но не на Сильванааре. Почему-то даже один клан селился небольшими деревнями. Это позволило тёмным эльдар провести молниеносную и эффективную атаку. Началось то, ради чего они вылезали из своего тёмного города - ради резни. Беспощадной бойни. Каждый из них стремился омыть свои клинки в крови, насладиться улетающими душами, испить их живительной энергии. Где-то местным удавалось организовать некоторое подобие обороны, но это лишь раззадоривало вторженцев. Они с наслаждением вламывались в самый центр обороны, шли в лоб, оставаясь невредимыми, демонстрируя тем самым превосходство в воинском мастерстве, а после этого нещадно вырезали всех до единого воинов. А потом начиналась вакханалия насилия. То там то тут раздавались визги детей, предсмертные хрипы, треск рвущейся ткани и отчаянные крики насилуемых женщин. Набрав достаточное число рабов, и забив клетки до отказа, темные эльдар стремились разрушить и обесчестить всё, что не могли унести с собой... Вессан спрыгнул с рейдера прямо в гущу сражения вместе с леди и её инкубами. В одной из деревень живущим в грязи удалось собрать крепкую оборону, но они оказались не готовы к такой атаке. Вессан буквально залюбовался архонтессой, забывая наносить удары. Два веера лезвий в руках леди Ллантей разметали оборону в считанные секунды. Она смеялась, упиваясь фонтанами крови и боли. Смеялась, словно безумная кхэлас менаид, наслаждаясь резнёй и страданиями, учинёнными по её замыслу, уклоняясь от кусков плоти и брызг крови, поднятых её веерами. Она рубила, отсекая конечности. Она танцевала, рассекая глотки. Она смеялась, выпуская кишки. Как и любой житель Коморры, она жила только такими моментами - жила в центре резни, наслаждаясь эссенцией выпущенных из тел душ, наслаждаясь моментом свободы от сосущей хватки Той-Что-Жаждет. Эта свобода пьянила, она была наркотиком, сильнейшим наркотиком, сильнее которых не сделал ещё ни один гомункул Коморры. И такую картину можно было наблюдать в любой точке планеты. Воины Зловещего взора. Эпикурейцы Красной Жатвы. Бичеватели Девятой Хищницы во главе с Маликсианом. Геллионы Сатоникса. Ветераны Пожирающей Пасти, присягнувшие на верность леди Ллантей в обмен на жизнь и сохранение статуса при ней. Все они занимались одним и тем же - сеяли ужас и разрушение. Они грабили, насиловали и убивали, убивали и ещё раз убивали, выпуская реки крови, щедро пропитывая ей землю Сильванаара. И они наслаждались этим, ибо они жили ради этого. И Вессан наслаждался вместе с ними, ибо стал таким же как они. Они стали его народом. Теперь он сам был комморитом. Взошедшее утром солнце осветило сожжённые деревни, заваленные трупами. И ни одного следа тех, кто приходит ночью. "Ни золота, ни славы, ни победы не сможешь предложить им. Откажутся они от золота. Ни славы не примут они. Победу и без твоего позволения возьмут. Но ничто из этого не ценно для них. Не за золотом придут они. Не за победой. Не за славой. Придут они за вашими душами". - Пророк Ларсар Бездушный царю Нироков, из "Отчуждений" Урсиласса