Убийца из Тёмного города

В зал они вернулись незаметно. Вессан знал много потайных ходов в Центральном Пике, поэтому в зал они вышли из одного из будуаров, слава Лилиту, оказавшегося пустым на данный момент. Причина, в общем-то выяснилась моментально. В центре зала стоял скованный силовыми оковами космодесантник из свежей добычи, и вокруг него деловито копошились развалины, расставляя красивые подставки с кучей разнообразных предметов, от одного вида которых исчезало желание представлять что они делают. Рядом величественно и неподвижно стояла леди Ирия, ожидая пока её слуги закончат приготовления, и предвкушающе улыбаясь. Она стояла непринуждённо, даже расслабленно, очень эффектно держа в руке на отлёте подаренный ей Вектом жезл-стимул, который невероятно шёл к её великолепному платью. Похоже что гомункульша решила развлечь себя и толпу симфонией боли. Задача ей предстояла не самая лёгкая - выжать даже писк боли из этого невероятно толстокожего мутанта было сложно, а уж заставить его петь как птичка мог действительно только настоящий мастер. Аздрубаэль Вект же обеспокоенно оглядывал зал, в поисках кого-то, и Вессану пожалуй не надо было быть псайкером чтобы понять кого. Разумеется его отлучка не была не замечена Тираном. Впрочем, тот заметно успокоился, увидев Вессана около одной из колонн. Вессан, впрочем, показал еле заметный жест рукой, бывший сигналом тревожных новостей. Тем временем Развалины вкатили в зал что-то вроде алтаря с кучей манипуляторов. Вессан уже видел такие - похоже что Леди задумала ещё более суровое развлечение - сделать из космодесантника Машину Боли, а потом предложить кому нибудь подраться с ней. Почему-то Вессану казалось, что желающих не найдётся вообще. Мутант в оковах молчал, и всем видом показывал как ему плевать, и как он не боится "проклятых ксеносов", хотя уже видел расправу над своим братом-близнецом, и понимал, что не пирожными его тут кормить будут. Ещё он регулярно предпринимал попытки вырваться, не подозревая что хлипкие на вид силовые оковы были способны удержать Карнозавра и другую многометровую живность (для поимки которой они собственно и создавались). Впрочем, зная Леди Ирию можно было предположить и то, что в какой то момент оковы "случайно" выключатся, после чего зал будет ожидать эффектная и жестокая расправа. В том что леди Ирия была способна на это, Вессан не сомневался и раньше, а узнав что на самом деле он спит с бывшей архонтессой Ирией Соенной Морией из культа Отринутого Лезвия, он вообще перестал в чём-либо сомневаться. Каким образом архонтесса из одного из популярнейших культов Нижней Коморры стала Высшим Патриархом ковена гомункулов оставалось тайной, которой Ирия делиться не хотела, причём судя по всему воспоминания эти были ей крайне неприятны. Вессан не настаивал, проявляя чувство такта. Приготовления закончились. Развалины установили всё, Ирия тем временем обзавелась двумя парами рук-мехадендритов, прикреплённых к её плечам. Большинство гомункулов предпочитали вживлять себе дополнительные руки, Ирия же, не стремившаяся уродовать свою красоту, предпочитала использовать подключаемые внешние устройства. Народ в зале откровенно предвкушал веселье, и это предвкушение тяжелым сладким саваном повисло в воздухе. Женщина обошла вокруг мутанта, будто примеряясь и осматривая. - Мой архонт, вас просят - его тронул раб, носивший знак Векта. Вессан кивнул, выпустив Иллину, и прошёл за рабом в один из будуаров. Несмотря на то, что Вект продолжал сидеть на троне, Вессан обнаружил его там. Либо это была голограмма. Либо голограмма была на троне, что более вероятно. - Что случилось, Ареннар? Где ты был несколько часов? - Если вкратце, Владыка, то это было спланированное похищение. - Вект усмехнулся: - Вот как... И кто это у нас такой умный? - архонт скривился, будто разом разжевал лимон. Правда ответить сходу ему не удалось - из за портьеры донёсся такой рёв боли, что заглушил его. - Мои бывшие друзья с Биэль-Тан решили о себе напомнить. Я оставил там два трупа, а третьего отпустил, чтобы немного раззадорить их и заставить поохотиться на меня. - Вект довольно усмехнулся. В это время из-за портьеры донёсся ещё один крик и довольное улюлюканье толпы, аплодисментами выражавшей своё восхищение мастерством Ирии. - Ты как всегда нахален. Не боишься откусить больше чем проглотишь? Или ты всё пытаешься поймать свою красотку? - Она будет первой, кто ломанётся меня ловить, я уверен в этом, Владыка. Я планирую несколько рейдов по мирам Экзодитов, чтобы подстегнуть наших друзей. - он прервался из-за очередного крика - Биэль-Тан стал слишком сильно надоедать нашим действиям на восточном крыле Великого Колеса. Надо немного ослабить их. Я выяснил, что легенды обо мне, которые разнесли по Биэль-Тан арлекины внесли... Смятение в ряды молодёжи. - Ты стал романтическим героем, чей путь молодые будут пытаться повторить, притянутые романтической вуалью Вечного Города, верно? - Вессан кивнул, поморщившись от очередного крика ударившего в уши. - Верно, владыка. Совету провидцев это будет действовать на нервы, и они будут пытаться гоняться за мной. Впустую, пока мне не захочется. - он улыбнулся. Тиран молча выслушивал его доводы, будто что-то взвешивая. Хотя скорей всего Вессану показалось, потому что как всегда глаза Векта были абсолютно непроницаемы. - Хороший план. Что же, я одобряю это. Скажи честно. У тебя не было желания отпустить свою девку Иллину с сородичами? - Я отпустил её, Владыка. Она догнала меня сама. - Вект кивнул с таким же совершенно непроницаемым лицом. - Хорошо. Береги её. Она мне пригодится. Развлекайся. Дела будешь решать потом. Тебе и твоим воинам нужен отдых. - Вессан поклонился, после чего голограмма рассыпалась. Он пожал плечами, и вышел из будуара, остановившись прямо за портьерой, и с удовольствием потянул носом. Боль... Чужая, изысканнейшая адская боль, причиняемая невероятно искусным мучителем. Её запах приятным ароматом витал в воздухе, наполняя пустоту в душе, и доставляя просто невероятное, близкое к эйфории удовольствие. Каждый вырванный Ирией крик нёс с собой волну оргазмического наслаждения, он нёс с собой духовную пищу, утоляющую вечный голод, которым страдал здесь каждый. Каждый здесь был ненасытным пожирателем страдания, энергетическим кровопийцей, наркоманом, подыхающим в муках без новой дозы. Впрочем, это была небольшая плата за абсолютно свободную жизнь, в которой все законы диктовались лишь выгодой. Впрочем, вряд ли находившийся на стенде раб оценил бы это в полной мере. Его фактически разбирали на кусочки, и хвалёная нечувствительность к боли его не спасала. А вот подаренные мутациями устойчивость к ранам и быстрая регенерация играли с ним очень ироничную шутку, продлевая его адские мучения там, где обычный раб уже сдох бы. Даже с разорванным мясом, оголявшим кости, частично содранной кожей и вынутыми внутренностями, уже лежавшими в остове "Талоса", этот монстр сохранял жизнь в своём теле (ну или ему её умело сохраняли), и при этом не терял возможность орать. Вессан правда предпочитал женские стоны наслаждения более, чем мужские крики адской боли, но надо сказать леди Ирия сумела найти нотки, на которых играла будто на инструменте. Музыка для души. Вессан до этого не бывал на симфониях боли, и поэтому сейчас понимал, почему за них платят огромную цену душами. Это удовольствие стоило того. Ирия орудовала инструментами медленно и с явным удовольствием, смакуя каждый кусочек, отрываемый от её жертвы, и прижигая раны жезлом-стимулом, чем приносила ещё больше боли. Наверняка космодесатнику вкололи какой-то болеусилитель. Воины уже не поддерживали Ирию своими овациями - весь громадный зал наслаждался болью и молчал, ловя кайф. Включая Иллину, стоявшую у той же колонны, где он её оставил. Да, она похоже тоже вошла во вкус. Её полуприкрытые глаза следили за зрелищем, в то время как язычок облизывал губы в предвкушении очередной порции энергии страданий. Она неотрывно следила за Ирией, прогибаясь в спине, будто подставляя тело потоку чужой боли, правая рука лежала на полной груди, легко лаская свою хозяйку. Крайне соблазнительное зрелище. Архонт молча подошёл сзади, обняв свою красотку и подарив ей тягучий поцелуй в изящную шею. - Наслаждаешься, Иллина? - та мечтательно улыбнулась, наполовину повернув к нему голову, и глядя затуманенным взглядом. - Да, мой архонт. Желаете присоединиться? - такой она ему невероятно нравилась. Его удивляло даже не сам факт такого преобразования, а то, насколько быстро оно случилось. Вессану приходилось привыкать к такой жизни очень долго. И то до сих пор многие привычки из старой жизни он не смог выветрить из себя. Иллина похоже не утруждалась подобными вопросами. И это значило только одно - либо дело было в возрасте, и молодая девушка с гибким разумом и ещё не сформированным устойчивым мировоззрением гораздо быстрее поменяла своё поведение, нежели взрослый мужчина с устоявшимися за 600 лет привычками, либо внутри правильной, если не сказать до тошноты праведной на первый взгляд девчонки пряталась настоящая ведьма, ожидая лишь момента вылезти. - Ммм, дай подумать... - он легко укусил кончик ушка - А ты приглашаешь? Женщина тихо рассмеялась, правда этот переливчатый смех превратился в томный стон, после того как новый крик боли разнёсся по залу, неся с собой очередную волну наслаждения. Вессан сам замер, прикрыв глаза и с удовольствием ощущая отступающий духовный голод. Женская ладошка легла на его руку, сжимавшую тонкую талию, и настойчиво повела её вверх. - Мне всегда казалось, мой архонт, - Иллина облизала губку, когда мужская ладонь накрыла её грудь, и тонкие женские пальцы сжались, сжимая и мужские. - Что вам приглашение никогда не было нужно. - Справедливо моя дорогая. - действительно зачем спрашивать, если можно просто расстегнуть застёжку, и скользнуть ладонью под одежду, ощущая горячую плоть, а не полированную кожу? - Ответь мне на один вопрос. - Ммм... Какой? - промурлыкала Иллина, наблюдая уже не столько за пыткой мутанта, сколько за залом, поглощённым удовольствием. Где-то женщины так же стонали в мужских объятиях. Где-то эльдары просто сидели, ловя удовольствие от чужой боли. Только Аздрубаэля Векта казалось это не цепляло от слова совсем. - Почему ты не ушла с Арданом? - Иллина повернулась к нему, не ожидая такого вопроса, и отвела взгляд в сторону, смутившись. Она молчала, будто выбирая ответ. Наконец ответила: - Потому что мне показалось, что рано или поздно я всё равно вернусь сюда. И... Я уже не могу жить так, как раньше. - она подняла взгляд, в котором уже не осталось и следа смущения, и лишь играли огоньки. - Но была и ещё одна причина. Но лучше я покажу её. Прямо вон там... Азурай, Биэль-Тан. Несколько дней спустя. Громкий плач бился о стены комнаты, будто птица о прутья клетки. Никакие ритуалы медитации и отречения, призванные контролировать страсти псайкера, не могли помочь от той боли, что буквально рвала душу на части. Она ожидала вернуться домой, и увидеть здесь своего любимого, для спасения которого она приложила столько сил. А взамен... Новость о том, что он убил двух эльдар, и отказался возвращаться. И приказ поймать и казнить его. Это всё ударило по хрупкой душе Ирринаи пудовым молотом, расколов её на мельчайшие осколки, впившиеся изнутри подобно впивающимся в плоть обломкам хрупкой стеклянной вазы. А душе не было ни ярости, ни злости, лишь глубокая скорбь очередной потери. В голову периодически уже закрадывалась мысль сесть на корабль и полететь в Вечный Город самой, даже с учётом того что это будет самоубийством для неё. Слов не было, лишь глухая скорбь и какая-то девчачья обида, превращавшиеся в слёзы и рыдания, которые она никак не могла остановить. Ей надо было излить душу. У неё никогда не было друзей в совете Провидцев. Лишь Ардан понимал её, и лишь его она могла назвать другом. Именно ему она поручила ответственное задание, отправляясь по приказу совета на Эльдан'Алейналлан. Теперь было понятно, почему Совет решил сплавить её куда подальше. Она бы в момент раскусила их агентов и ложь, которой они попытались затмить её разум. Обида за весь этот обман и то, что она легко на него повелась, лишь ещё больше накручивали её душевную боль, уже почти полчаса изливавшуюся слезами, промочившими рубаху Ардана насквозь. А тот просто не мог ничего сказать, кроме как попытаться успокоить женщину, гладя её локоны. Ему самому хотелось буквально рыдать от того, что случилось, но он сдерживал себя непонятно как. Наверное потому, что не мог себе позволить это сделать, ещё и при женщине. - Тише, Ири, не плачь. Не надо. - Ирриная всхлипнула. - Ты же понимаешь, что я не смогу убить его. - Он отказался возвращаться потому что хотел тебе блага. Успокойся. Всё будет хорошо. - однако женщина лишь разрыдалась сильнее. - Мне надо поймать и казнить его! Как я смогу это сделать своими руками? - Ардан усмехнулся: - У тебя появилась возможность избавиться от некоторых сволочей в Совете, Ири. И с точки зрения Вессана невероятно благородно помочь тебе с этим. - от неожиданности такого предложения, Ирриная подняла на него заплаканные глаза. Она решила, что её друг внезапно тронулся умом. - Скормить тёмным эльдар сотни товарищей, чтобы избавиться от одного? Я не могу этого сделать. Ещё раз не смогу. - женщина всхлипнула, всеми силами стремясь не дать воспоминаниям о Тайдарине всплыть в душе. Ардан понял это обняв её, пытаясь согреть и придать уверенности. - Всё будет хорошо, Ири. - женщина лишь доверчиво прижалась к нему, молча и обдумывая, стоят ли её страдания чужих жизней... На другом конце пространства в это время Вессан уже был занят подготовкой к встрече дорогих гостей. Посеяв семена сомнения в сердцах жителей Искусственного Мира, предавшего его, он собирался сделать своему прошлому дому настоящий подарок, очистив его от тех, кто неправильно направлял его к заявленной цели. Но нельзя сказать, что он не преследовал и личных мотивов. И личный мотив имел имя. Имя, которое носила женщина, сейчас рыдавшая в своём доме на Биэль-Тан...